Форум «Мир фантастики» — ролевые игры, фантастика, фэнтези

Вернуться   Форум «Мир фантастики» — ролевые игры, фантастика, фэнтези > Общие темы > Творчество

Важная информация

Творчество Здесь вы можете выложить своё творчество: рассказы, стихи, рисунки; проводятся творческие конкурсы.
Подразделы: Конкурсы Художникам Архив

Ответ
 
Опции темы
  #1  
Старый 25.05.2017, 19:04
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
Марафон. Пригоршня пепла

Пишу во втором режиме.
Ответить с цитированием
  #2  
Старый 27.05.2017, 15:43
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
Текст, естественно, почти не вычитан. Доступа к компу не будет какое-то время, так что выкладываю сразу как есть.
Скрытый текст - Глава 1 (1):

23 сентября 2015-го
«Я метил в лошадь».

1

Игорь Воробьев, которого еще в школе прозвали Пернатым, остановил машину напротив переулка и заглушил двигатель. Уже темнело, и на крыльце пивнушки начинал собираться народ. Парни с короткими стрижками, в спортивных костюмах. Их дамы – школьницы лет тридцати в коротких шортиках и мини-юбках, судя по пустым глазам, наверняка раздумывали, как глубоко смогут заглотнуть за новенький смартфон или, на крайняк, за несколько порций виски с колой.
Его передернуло. Плохие, наверное, мысли. Недобрые. Эти ребята, по сути, просто дети никчемных родителей, выросшие в гнилом районе гнилого города. Разве они виноваты, что мир, который их окружал с пеленок такая помойка? Возможно, при других обстоятельствах, они вполне могли бы стать приличными людьми. Но «Возможно», как сказал один выпивающий писака, единственное слово из миллиона букв. Именно руками таких детей творятся те чудовищные вещи, о которых вечерами рассказывают телеведущие с делано-хмурыми физиономиями.
Ладно, черт возьми. Он приехал сюда не для того, чтобы рассуждать о пропащих душах. Его ждала работенка.
Пернатый хлопнул дверью своей Волги и запер ее ключом. Сунув руки в карманы плаща, он прошел в переулок, мимо худой облезлой дворняги, спящей на углу.
Ограждения уже убрали, но утром он хорошенько изучил копии снимков, которыми поделился Димон – его бывший коллега. Именно отсюда четыре дня назад труповозка увезла два тела. Одно, с пробитым насквозь черепом, как и полагается погрузили на носилки. Для второго потребовался совок с пластиковым мешком. При первом документов не обнаружилось, а искать что-либо на сгоревшем парне было невозможно. Насколько знал Пернатый, они до сих пор пребывают в районном морге, не давая покоя головам судмедэкспертов. Сейчас на мокром асфальте почти не наблюдалось следов. Только едва заметное черное пятно, которое оставил прожаренный труп.
Пернатый снял очки и протер их носовым платком. Надев их обратно, он подошел ближе к проржавевшим мусорным контейнерам. Его пальцы прошлись по углублению в кирпичной стене над ними. Эксперты не нашли в отверстии пули, но расположение брызг с ошметками черепа указывало на то, что след остался от снаряда, пробившего голову одного из неизвестных.
Полицейские опросили сотрудников бара и пару-тройку случайных свидетелей. Никто из них, конечно, умом не блистал, но почти все упомянули о кудрявом парнишке в серой куртке. По их словам, он зашел в переулок за минуту до того, как из пивнушки вышли двое мужчин и последовали туда же. Кто-то упомянул, что один из них на ходу доставал из кармана что-то похожее на пистолет. Два пистолета действительно нашли у убитых. Один в кобуре у трупа с пробитым черепом, а другой расплавился настолько, что отодрать его от почерневшей руки второго мужчины смогли лишь в морге.
Дело, конечно, было интересным, правда, с увесистым недостатком – Пернатому и гроша не светило за его расследование. И, тем не менее, он взялся, хотя его никто об этом не просил. Даже детективам с лицензией, которая у него имелась, не поручают таких дел, но он стоит здесь, на месте преступления. Бывший участковый, бывший сантехник, бывший сторож, бывший муж и бывший отец. Старая букашка, которой не сидится на пенсии. Которой жизненно необходима хоть какая-то «киношность» в оставшейся жизни. Слишком уж она безобразна и сладка, чтобы коротать ее перед телевизором в крохотной квартирке, или перед прыгающим поплавком на речке.
Он вышел из переулка и огляделся. Жирные проститутки на углу, гопники у подъездов старой хрущевки, пьяные компании повсюду, даже на развалившихся детских площадках. Преступления совершаются здесь каждый день. Кого-то прямо сейчас грабят, насилуют или убивают. Кому здесь, кроме него, есть дело до двойного убийства в этом переулке? Он был готов, на что угодно спорить, что отсюда увозят далеко не первый труп. Ну застрелили кого-то, ну сожгли... Пернатый знал о дереве на соседней улице. Старой такой большой березке, достойной того, чтобы о ней спел какой-нибудь Безруков. В прошлом году местная гопота вздернула на нем таксиста из Узбекистана просто за то, что тот отказался куда-то бесплатно их везти.
Пернатый достал из внутреннего кармана плаща пачку Кэмела, вытащил зубами сигарету и щелкнул зажигалкой.
«Дети никчемных родителей», - вновь подумал он. И направился в бар, мимо парней в спортивных костюмах и их потасканных жизнью подруг.

2

В баре было человек двенадцать, не считая внушительного вышибалу на входе и молодого татуированного парнишку за стойкой. Почти все посетители сидели за столиками, только пара человек на высоких стульях.
Бездушная электронная музыка звучала тихо, и пока еще никто не танцевал. Это радовало. Он подошел к стойке и спросил у бармена, где здесь туалет.
- Туалет только для посетителей, - с легким раздражением бросил парень. Его предплечья покрывали языки черного пламени.
- Тогда стакан темного, любого, - улыбнулся Пернатый.
- Пиво только светлое.
«Вот ведь гадюшник».
- Давай светлого. Сколько?
Парнишка обернулся к холодильнику и развешенным на нем ценникам.
- Двести.
- Охренеть. Наливай.
Он достал из нагрудного кармана крохотную пачку банкнот, отсчитал двести пятьдесят и бросил на стойку. Взгляд парнишки смягчился и он мотнул головой на две двери в правом углу зала.
- Во сколько танцы начинаются? – спросил Пернатый, пряча деньги обратно в карман.
- В девять обычно…
- Танцевааааать! – раздался противный женский голос за спиной. – Танцеваааааать! Пойдем!
Он обернулся. Крашеная блондинка дергала за руку своего уже немолодого смуглого парня в кожаном пиджаке. Тот не обращая на нее внимания, продолжал с кем-то разговаривать по телефону.
- Танцева-а-ать! Танцеваааааать!
Это продолжалось еще с минуту. Она повторяла это снова и снова, как маленький ребенок, который знает только то слово, которое волнует его в данную секунду. Когда смуглый парень положил телефон на столик, Пернатый уже знал, что танцевать тот не намерен.
- Да ты достала меня уже! – вскрикнул он басистым пьяным голосом и врезал своей подруге по лицу.
Шлепок эхом отозвался по залу. Блондинка слетела со стула, полежала с секунду на полу, вылупившись на своего прекрасного принца, а потом заверещала похлеще, чем младенец. Народ взорвался смехом, матами и улюлюканьем, но никто кроме вышибалы на помощь не бросился. Смуглый парень был довольно крупным, но охранник был крупнее. Каким-то образом они сумели договориться, и через минуту блондинка уже рыдала в плечо возлюбленного. А он поглаживал ее по голой спине, успокаивал, обещал, наверное, что обязательно на ней женится, что купит ей машину. Заливал, в общем, какую-нибудь хрень.
Пернатый взглянул на часы. Еще полчаса, чтобы поговорить с барменом, пока не загремели колонки, и местная фауна не начала высыпать на танцпол. Он направился к дверям в углу зала и открыл ту, что с буквой «М».
Он зашел в туалет, который оказался немного в лучшем состоянии, чем Пернатый ожидал. Пол, правда, давно не мыли, а маленькие дверцы кабинок со сломанными замками были чуть приоткрыты. Писсуары уже давно перестали быть белыми.
Обычный сортир обычного бара, в котором всегда есть посетители. И качество этих посетителей, по всей видимости, владельца бара устраивает. Сейчас туалет был пуст, но Пернатый все равно решил пройти к дальней кабинке и облегчить мочевой пузырь именно там. Ему не хотелось, чтобы член находился в опасной близости к этим писсуарам. Сделав свои дела, он подошел к умывальнику. Снял очки (все вдруг сделалось менее четким), сложил их и положил во внутренний карман плаща. Вымыл руки, набрал в лодочку из ладоней воды и плеснул на лицо. Поднял взгляд к зеркалу. Усталый взгляд, блестящая лысина и заметная щетина с седыми волосками. Нет, не похож он на того кого в триллерах убивают первым.
Он не дошел сюда путем расследования. Почти все, что он знал, знали и жители этого района. Просто никому до этого нет дела. А он здесь, в дешевом кабаке, пытается сделать что-нибудь стоящее, пытается докопаться до сути, потому что... Что? Он что-то чувствует? Навыками детектива он не блистал, но ему хватало упорства, хладнокровия и, самое главное, интуиции. Она, словно старая знакомая, с которой он периодически трахался, иногда подбрасывала ему стоящие дела. В этом убийстве было что-то притягивающее. Необычное. Загадочное. Любопытство – сильнейший в мире наркотик. Именно оно порождает все прочие виды наркомании, и именно он опаснее всего остального.
Пернатый взял бумажное полотенце, вытер лицо и руки. Ему повезло, полотенце было последним, и он сомневался, что их запасы в этом туалете часто пополняют. Снова надев очки, он вышел в зал и увидел, что на него несется обросший парнишка в камуфляжном костюме. На долю секунды Пернатый принял его за Сашу, своего девятнадцатилетнего сына с которым не виделся уже добрых полгода. Он даже успел прочувствовать неловкость встречи, но что бы Саша делал в этом городе, в этом злачном районе, в этой дешевой пивнухе? Еще доля секунды, и он понял, что перед ним обычный быдло-бой, который перебрал напиваясь с друзьями. Парнишка прикрывал рукой рот, и Пернатый поняв, что лучше не стоять у него на пути, сделал шаг в сторону. Парень ворвался в туалет, и детектив на что угодно бы поспорил, что до унитаза тот не добежал. В лучшем случае, как раз до одного из тех самых пожелтевших писсуаров.
Пернатый вернулся за стойку, к стакану пива на бумажной салфетке. Сонный вид бармена говорил о том, что пора приступать к делу.
- Можно вас? – он махнул ему рукой.
- Слушаю, - парень подвинул рюмку водки к сидящему за стойкой красноглазому мужчине и подошел к Пернатому.
Он положил на стойку свое поддельное удостоверение.
- Лейтенант Соколов, хочу задать вам несколько вопросов. Вы работали здесь девятнадцатого числа этого месяца?
Бармен как-то растерялся, глаза его забегали, он даже не притронулся к фальшивым корочкам, чтобы рассмотреть их ближе.
- Я лучше схожу за директором. Ваши… - судя по тону, он явно пытался придумать замену оскорблению. – Ваши уже всех опрашивали.
- Я в курсе. С вашим директором мы уже говорили. Теперь опрашиваем непосредственных свидетелей. Мне повторить вопрос?
Парень явно обдумывал, стоит ли вообще продолжать этот разговор. Пауза, казалось, длится не один десяток секунд. Народ повалил на улицу курить и бар заметно опустел.
- Ты не переживай, ты ответишь, я запишу, выпью твоего охренительно дорого пива и пойду дальше по делам.
- Да, - наконец заговорил он. - Работал тем вечером. Мне рассказать все сначала, как вашим следокам?
- Разумеется, - ответил Пернатый, забрал со стойки удостоверение и достал блокнот с ручкой.
- Парень пришел, - начал бармен. – Один. Заказал вискарь со льдом. Я попросил деньги вперед, потому что непохоже было, что у него дохрена бабла…
- А как он выглядел?
- Кудрявый, заметно, что давно не стригся. Щетина такая неаккуратная, подростковая почти. Одет был в потертые джинсы и серую куртку, видно, что давно поношенную. Положил три сотни, без чаевых, я ему налил и он ушел за свободный столик. Вон тот, второй от туалета…
- Олег, налей нам еще! - Какая-то размалеванная девчушка облокотилась на стойку рядом с Пернатым.
Бармен вопросительно посмотрел на детектива. Пернатый кивнул и Олег полез под стойку.
- А вы что, из милиции? – улыбнулась девчушка, которая вряд ли была старше его Саши. От нее пахло алкоголем и дешевыми духами.
- Почти, - улыбнулся в ответ Пернатый.
- Из полиции, значит? – она хихикнула. – Кого будете арестовывать?
- Да никого, сладкая, я просто пива зашел выпить.
- А чего это вы Олега моего расспрашиваете? Он человек приличный…
Олег поставил на черный поднос рюмки, разлил в них коньяк и сделал пометку в тетрадь под стойкой.
- Я тут говорю милиционеру, что ты у нас отличный человек! – она схватила парня за футболку, подтянула к себе и чмокнула его в губы. – Ты если что нам скажи, мы за тебя горой! Все ментам распишем!
После этих слов девица ушла, забрав с собой поднос. Краска заливала Олегу лицо, это было заметно даже в тусклом освещении бара. Пернатый вдруг понял, что бармену тоже не больше двадцати.
- Ну, - сказал он парню. – Продолжай.
- А… Ну короче потом пришли те два парня. Серьезные такие, одеты как в кино…
- Как в кино? Это как?
- Ну, знаете, серое пальто, еще шляпы такие. Шляпы совсем уж ни к селу ни к городу, в этом районе за такой прикид и порезать могут.
- Ковбойские что ли?
- Да нет, с ленточками черными. Как в старых советских фильмах. Или в фильмах про мафию.
Пернатый записывал.
- Откуда они пришли?
- Эти двое? Тут самое странное. Наш вышибала… Не Славик, который сегодня работает, а другой, Витек. Он их через служебную дверь впустил.
- Как это?
- Ну так… Просто вышел из зала, а вернулся с этими двумя. Администратора не было, директора тоже, а мне не оторваться было, народу куча набежала. Потом уже его уволили. Оказывается, те люди ему денег дали.
- А кудрявый что? – спросил Пернатый.
- А он что… Цедил свой виски и не видел их. Спиной к ним сидел.
- А они?
- А они стояли вон там, - Олег указал пальцем на дверь в служебные помещения. - И просто смотрели, как он пьет.
- Долго?
- Я вот даже не знаю, минут десять. Народ валил, шумно было, я как обслужил людей, глядь – а никого уже нет. Ни кудрявого, ни тех странных парней. Потом уже с улицы кричать начали, му… Полицейские приехали, всех в кучу сгребли, выпускали по одному. Весь вечер нам испортили.
- Скажи, а этот… - Пернатый посмотрел в блокнот. – Вышибала Витек, у вас давно работал?
- Да нет, месяца полтора. Ваши же его чуть не запытали потом, говорят.
- Ну дело то серьезное, - ответил Пернатый. – Ты не переживай, тебя пытать не будут, еще пару вопросов, и я от тебя отвяжусь.
По Олегу было видно, какое облегчение ему принесли эти слова. Словно ребенок, которому зубной врач говорит, что только посмотрит. Пернатый указал ручкой на потолок и бармен снова помрачнел.
- Не работают камеры. Это муляж только, чтобы народ не особо распоясывался. Только я ничего не говорил.
- Ясно, - вздохнул детектив. – Последний вопрос. Кто еще работал девятнадцатого вместе с тобой и Витьком?
- Даша еще. Официантка. Но она ничего не видела, весь вечер по столикам бегала, ваши с ней тоже говорили.
- А сегодня почему без официантки?
- Ну, так ведь середина недели. Народу не так много, как в выходные.
- Ясно, - снова сказал Пернатый. – Мне нужен номер Дарьи.
Олег помрачнел еще больше.
- Да она же не видела ничего, говорю же.
- Парень, мне нужен номер, - тон детектива говорил о том, что возражения не принимаются.
- У меня его нет, - выдохнул бармен.
- Я понимаю, - улыбнулся Пернатый. – Забота о коллеге, или просто о красивой девушке… Благородно. Но если ты, сынок, еще не понял, что произошло в вашем грязном переулке, я объясню тебе по слогам: двой-но-е у-бий-ство. Смекнул? Зови администратора.


Последний раз редактировалось Cassidy; 15.06.2017 в 23:19.
Ответить с цитированием
  #3  
Старый 29.05.2017, 23:49
Аватар для Винкельрид
Герой Швейцарии
 
Регистрация: 30.05.2006
Сообщений: 2,637
Репутация: 1102 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Винкельрид
Круто, мне нравится. Только вот
Цитата:
Сообщение от Cassidy Посмотреть сообщение
школьницы лет тридцати
- это нарочно?
__________________
— А ты ниче.
— Я качаюсь.
— Как думаешь, для чего мы в этом мире?
— Я качаюсь.


Не будите спящего героя
Ответить с цитированием
  #4  
Старый 30.05.2017, 06:55
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
Винкельрид, да)
Спасибо, что прочел.
Ответить с цитированием
  #5  
Старый 01.06.2017, 09:31
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
7000 знаков. Осталось 14 000.

Скрытый текст - Глава 1 (2):
Бармен махнул рукой вышибале, давая понять, что покидает рабочее место. Прежде, чем скрыться за служебной дверью, он обернулся и кинул полный неприязни взгляд на Пернатого. Взгляд этот означал что-то вроде “Ты, паскуда, сказал, что уйдешь, а вместо этого посылаешь тыкать палкой в улей”.
Пернатый вытер пот со лба носовым платком и сделал глоток из своего стакана. Вкус был так себе.
Минуту спустя Олег привел к стойке директора - низенькую девушку лет двадцати пяти. Над ее правой бровью красовался розоватый шрам - возможно одна из издержек обитания в плохом районе.
- Здравствуйте, - сказала она с уверенностью, походившей на вызов. - В чем дело? На каком основании допрашиваете моих сотрудников?
- Вы не знакомы? - удивился бармен. - Он сказал, что вы с ним уже говорили!
Голос у него дрожал. Эх, довел парнишку. Что поделать, сынок, нужно было выбирать другую профессию в другом районе.
Пернатый не сводил глаз с девушки.
- Лейтенант Соколов, - с этими словами он вновь выудил из кармана фальшивое удостоверение. - Мы можем пообщаться в вашем кабинете?
- Вы… - она чуть замялась, не зная как реагировать.
Молодая еще, а уже какая-то стариковская усталость в глазах. Надоели, видимо, полицейские за эти дни.
- Хорошо, - сказала она наконец. - Пройдемте.
Чтобы попасть в кабинет, они прошли сквозь служебную дверь, прошли мимо маленькой кухни и крошечного гардероба на четыре человека. Когда они зашли в курилку у заднего выхода, игла предчувствия кольнула его затылок. Здесь все еще стоял сигаретный дым. Видимо, у директора только что были гости.
В курилке была еще одна дверь и вела она в офис, оказавшийся крохотной каморкой с диваном, старым большим рабочим столом, на котором стоял открытый ноутбук и царил беспорядок. В углу громоздился длинный сейф, какие обычно покупают охотники, чтобы хранить оружие. Пернатый не думал, что в нем лежит ружье, скорее какие-нибудь документы и выручка за несколько дней.
- Присаживайтесь, - сказала она, сев за стол и ногой выдвинув стул напротив себя. - С вашим ребятами мы уже говорили. С другими ребятами тоже, нам сказали, что вы нас больше не побеспокоите.
- Кто сказал? - спросил Пернатый, опустившись на стул. “И что, интересно, за другие ребята?”.
Этот ее шрам зачаровывал. Лет двадцать пять, да? Уже руководитель, пусть и в таком гадюшнике. Он вдруг понял, что перевел взгляд на вырез ее блузки и пялится на верхушку ее грудей. Хронический недотрах. Пернатый посмотрел в ее зеленые глаза и не удивился, скользящему в них отвращению.
Ничего, детка, подумал он. Я себе тоже не очень то нравлюсь.
Она молча взяла со стола пачку тонкого Винстона, выудила длинными, покрытыми зеленым лаком ногтями сигарету и подкурилась от блестящей зажигалки.
Держалась она сейчас что надо, почти величественно. Он решил нарушить затянувшееся молчание первым.
- Прошу прощения, - сказал он. - Дело скинули на меня внезапно, с материалами вышла накладка и в должной мере мне их не предоставили. Такое, к сожалению, случается, и я не хочу, чтобы все это произвело плохое впечатление о нашей работе. Я не расслышал, как мне можно к вам обращаться?
- Я и не говорила, - она откинулась на спинку своего рабочего кресла и выпустила в воздух струю густого дыма. Пернатый подавил желание вновь посмотреть на ее грудь. - Оксана Викторовна.
- Рад знакомству. Скажите, вы работали девятнадцатого сентября?
- Ага. Только не здесь. Мой муж заведует спортзалом на Первомайской. Были когда-нибудь? Мне кажется, вам не повредит.
- Как раз хотел начать собой заниматься, Оксана Викторовна, - улыбнулся Пернатый. - Но не могли ли вы…
- Я могу предоставить вам хорошую скидку. Мне кажется, такой мужчина как вы, если привести его в форму…
- Оксана Викторовна, я бы с радостью выслушал историю о вашем спортзале, но…
- Спортзале моего мужа, - поправила она.
- Верно…
- Скажите, Лейтенант, вы часто пьете на службе?
- Не чаще, чем любой из представителей нашей профессии, - не растерялся он. - Такого насмотришься… Нужно как-то засыпать.
Краем глаза он заметил что-то похожее на ксерокопии паспортов, похоронненые под грудами папок. Должно быть, данные сотрудников бара.
- Кто здесь работал в день убийства? - он снова приготовил блокнот и ручку.
- Вы ведь не из полиции, верно? - спросила девушка напротив. - Скорее частный детектив.
Что-то внутри него перевернулось, хотя он и не подал виду.
- В этом плаще я похож на Коломбо, да?
- Вы знаете, что частным детективам законом запрещено представляться полицейскими?
Ручка вывела в блокноте единственное слово. СУКА. Он захлопнул его, убрал в карман и вытащил оттуда свой Кэмел.
- Вы позволите?
Она вскинула брови, розоватый шрам изогнулся буквой S. Потом махнула рукой, мол, валяйте.
Он протянул руку через стол, взял из ее пальцев наполовину скуренную тонкую сигарету, зажег ей свою, затем вернул девушке. Оксана Викторовна с легким изумлением взяла сигарету. На лице ее заиграла едкая улыбка. “Ну и наглый же ты говнюк, а! Хочешь поиграть?” - говорила она.
- Я хочу знать, кто сообщил вам, будто полиция здесь больше не появится. Это ведь они приходили сюда за несколько минут до моего визита? Что им было нужно от вас?
- А я хочу знать, почему мой муж трахает тренера по фитнесу и полагает, будто мне об этом неизвестно. Скажите, детектив, я похожа на круглую дуру?
- С чего вы взяли, что я детектив? Может быть, я идейный полицейский, который не подчиняется гнилым указам? Или просто неравнодушный гражданин?
Девушка усмехнулась. Она потушила сигарету в переполненной тонкими окурками пепельнице и придвинула ее ближе к Пернатому.
- Ни тех, ни других не существует, детектив. Вы ведь тоже выросли в плохом районе, верно? У вас тоже остались шрамы?
- Те, кому хватает ума, просто уезжают, - ответил он, стряхивая пепел на чужие окурки и присматриваясь к ним внимательней.
Глухо. Только тонкие.
- Значит, по-вашему я все-таки дура?
- Да нет, вы не похожи на дуру.
- На кого же похожа?
Он ненадолго задумался.
- На человека, который все еще в поисках.
- Настоящей любви? - она снова усмехнулась.
- Места в жизни, - быстро ответил Пернатый. - Хватит трепа. Мне нужны ответы.
- А если не отвечу, вы просто уйдете? - ее зеленые глаза блеснули в свете флуоресцентной лампы.
- Просто? Не думаю.
- Вы не в той форме, чтобы тягаться с охраной. А если достанете оружие - я вызову настоящую полицию. Уйдете сами или помочь?
Ее игривость постепенно сменялась раздраженностью. Пернатый надеялся, что в ее офисе нет тревожной кнопки.
- Помочь, - тихо ответил он и затянулся сигаретой, стараясь сохранять беспечный вид.
Она встала с кресла и быстрым шагом двинулась мимо него. Как только девушка покинула кабинет, Пернатый воткнул свой окурок в пепельницу, вытащил из завалов на столе тоненькую пачку ксерокопий, сложил их и сунул в карман. После этого бросился вдогонку за директором.
Когда Пернатый ее настиг, девушка уже стояла у дверей в зал.
- Что, все таки решили уйти ногами? - с ехидством спросила она.
В ответ Пернатый улыбнулся, открыл дверь и направился к стойке. Музыка вовсю гремела, посетители дергались на танцплощадке. Он сел на высокий барный стул и взял в руки стакан, который его здесь так и дожидался. По испуганному взгляду бармена, не предвещающему ничего хорошего, Пернатый понял, что директор направилась за вышибалой.
- Веселенький вечерок, а, Олег? - прокричал детектив ошеломленному бармену и осушил стакан.
Как же так? Как же нехорошо выходит то, а. Дело еще интересней, чем он думал, замешан кто-то из полиции. Кто-то из полиции, кто отдает приказы. Или кто-то, кто может держать полицейских у себя в кармане. Что за люди к ней приходили? И зачем? Думай, бродяга, точка невозврата уже совсем близко…
Мясистая рука легла ему на плечо.
- Славик, сделай больно этой жирной свинье, - услышал он голос Оксаны Викторовны. Видимо, ее детектив тоже сумел довести.
Рука на плече усилила хватку, и тогда Пернатый чуть откинулся назад, развернулся вместе со стулом, и опустил одну из его ножек прямо на кроссовок вышибалы. Веса в Пернатом было под сотню, а ножка была тонкой. Вышибала завопил, но тут же смолк, когда кулак детектива врезался ему в челюсть. Славик уже начал падать, когда Пернатый догнал его челюсть еще одним ударом.
Кое-кто из посетителей видел, что произошло. Кто-то перестал танцевать и начал толкать рядом стоящих, показывая пальцем.
Пернатый встал со стула и двинулся к выходу. Оксана Викторовна стояла на месте, не в силах оторвать взгляд от распластавшегося на полу охранника. Толпа расступилась и детектив вышел наружу.
Уже стемнело и на миг он испугался, что не застанет свою машину на месте. Но Волга стояла там, где он ее оставил, поблескивая в свете фонарей. Он открыл дверь, залез внутрь и завел двигатель.
- Хреново вышло, - сказал Пернатый вслух, захлопнул дверь и выехал на дорогу.


Последний раз редактировалось Cassidy; 01.06.2017 в 09:49.
Ответить с цитированием
  #6  
Старый 01.06.2017, 14:27
Аватар для Винкельрид
Герой Швейцарии
 
Регистрация: 30.05.2006
Сообщений: 2,637
Репутация: 1102 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Винкельрид
Никогда особо не интересовался "этими-вашим- детективами", но тут прямо жду выкладок с нетерпением. Все очень круто. Один из двух марафонов, которые читаю.
__________________
— А ты ниче.
— Я качаюсь.
— Как думаешь, для чего мы в этом мире?
— Я качаюсь.


Не будите спящего героя
Ответить с цитированием
  #7  
Старый 01.06.2017, 16:56
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
Винкельрид, спасибо большое, это приятно, хотя на свежую голову там по-любому дофига чего править.
На самом деле Пернатый, это один из трех основных персонажей. Здесь хотелось навеять Чандлеровского нуара, оттуда и штампы. Следующая глава будет о другом персонаже и жанр повествования тоже сменится. Если у меня получится, конечно)
Ответить с цитированием
  #8  
Старый 04.06.2017, 23:07
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
Оставшиеся 14 000.
Скрытый текст - Глава 2 (1):

18 июня
"Руки к небу!"

1

Конюхова Маша, как и любой среднестатистический житель России эпохи кризиса, больше всего на свете боялась потерять работу.
Она подозревала, что начало конца положено, когда второй месяц подряд вместо зарплаты получила какие-то копейки и телегу обещаний. Борис Сергеевич уверял, что задержка временная и нужно только немного потерпеть. С каждым прожитым днем она верила ему все меньше и меньше, а в один прекрасный день вдруг осознала, что находится на узком ветхом мосту без поручней и пропасть окружает ее со всех сторон. Она могла уйти, но не была уверена, что сможет достаточно быстро найти другую работу. К тому же ей задолжали уже около восемнадцати тысяч, а это для матери-одиночки, выживающей в стране со всех сторон обложенной санкциями, были немалые деньги. Она могла остаться, но никто не гарантировал, что растущий с каждым днем долг ей действительно вернут, а не вышвырнут отсюда по какому-нибудь надуманному поводу вообще ни с чем. Все это сводило Машу с ума, а сегодня вдобавок еще и нянька опоздала на сорок с лишним минут.
Сейчас женщина бежала мимо трехэтажных новостроек, сквозь пустыри на которых когда-нибудь могут возвести детские площадки или, вероятней всего, устроить какие-нибудь платные автостоянки.
Бежала она долго, то и дело выуживая из сумки старенький мобильник, чтобы проверить время. Сердце колотилось в груди, словно бешеная обезьяна в клетке, но если она не сбавит ход, то поспеет вовремя. Миновав переулок, заваленный строительным мусором, Маша увидела, что у магазина уже припаркован золотистый Лэнд Крузер.
Колокольчик над дверью звякнул, когда она зашла внутрь, и Борис Сергеевич, сидевший за прилавком многозначительно откашлялся.
— Здравствуйте, - сказала Маша, переводя дух.
— Явилась, - ответил он своим противным хрипловатым голосом. - Уже два покупателя было. Почему я должен за тебя работать?
— Еще без двух минут, - начала оправдываться Маша. - Нянечка сегодня очень поздно пришла…
— На рабочем месте ты должна быть за полчаса до открытия, - перебил ее Борис Сергеевич. - Овощи выложить, холодильники открыть, полы подмести в конце концов.
— Я… - ей очень захотелось открыть холодильник, достать из него бутылку потяжелее и расколошматить о его плешивую башку. Взять несколько уже подпорченных овощей из ящика и набить ими его вонючий рот. Взять длинную щетку для пола и затолкать древко в его жирную… - Простите.
— В последний раз я такое спускаю, - он направил на нее свой указательный палец, больше походивший на старую сосиску. - Домашние проблемы оставляем дома, на работе они никого волновать не должны.
— Я поняла, - выдохнула Маша.
— Работай, - сказал Борис Сергеевич и, цокая по кафелю отполированными туфлями, направился в свой крохотный кабинет, где бухгалтер Ирочка уже в привычном ритме для нее ритме стучала по клавиатуре. Что-то подсказывало Маше, что заняты они там не подсчетом ее зарплаты.
Она прошла за прилавок и повесила куртку с потрепанной сумкой на крючок, торчавший из стены. Колени ее вибрировали от напряжения. Для своих сорока шести она этим утром неплохо пробежалась.
Этот грязный боров в кабинете был лет на десять младше, чем она, но никогда не упускал возможности отчитать Марию, словно учитель нашкодившего ученика. Плюнуть бы ему в лицо… Но нет, Андрюшенька осенью идет в первый класс, и ему нужна форма, нужны учебники и школьные принадлежности. Она должна терпеть хотя бы до того момента, когда ее, наконец, рассчитают с зарплатой. Ради своего мальчика она не в первый раз глотала свои обиды, и будет делать это столько, сколько потребуется. Зря она сегодня пожалела денег на такси…
Через час пол был вымыт, товар на стеллажах проверен, вновь повысившиеся ценники переклеены. Покупателей пока что было немного, в основном пенсионеры, которые выбирали яйца посвежее и консервы подешевле. К обеду пекарня доставит в магазин свежий хлеб, а пока можно было дать отдых ноющим коленям.
Она опустилась на стул и поморщилась от боли. Утренняя пробежка не прошла бесследно.
Шеф больше не выходил из кабинета. Из-за закрытой двери слышались приглушенные голоса и стук клавиатуры. Ирочка была молодой красивой девушкой, и Маша предполагала, что на работу ее взяли не из-за хорошей квалификации. Наверное, бухгалтер спала с шефом и ей-то уж точно зарплату не задерживали. Борис Иванович частенько подвозил Ирочку до работы на своем Лэнд Крузере, она всегда была одета в красивые платья или костюмы, а пахла дорогими духами. Девушка редко говорила с Марией, а когда заговаривала, то по тону и высокомерному взгляду было ясно, как она относится к этой вечно растрепанной и невыспавшейся женщине, обитавшей за прилавком.
А покупатели все чаще возмущались слишком уж высоким ценам, и Маша про себя с ними соглашалась. Но это был единственный продуктовый магазин на все еще застраивающийся район, и шеф, по всей видимости, грамотно использовал местоположение. Мария считала такой подход к зарабатыванию денег бесчеловечным. Эти люди в кабинете вызывали в ней отвращение. Не только своими дорогими нарядами или их к ней отношения. Маша полагала, что такие как они губят этот мир. Во времена кризиса было бы правильно проявлять сочувствие к нуждающимся, помогать друг другу, а не стараться урвать кусок пожирнее. Может быть, так мыслили только люди вроде нее, недотягивающие даже до среднего класса. Вкалывающие, как прислуга, за копейки и на пороге пенсии. Может, будь она в молодости умнее…
Колокольчик над дверью снова звякнул. Она вдруг насторожилась, но еще не осознала почему. Странный человек, зашедший в магазин развернулся к захлопнувшейся стеклянной двери и перевернул висящую на ней табличку словом “ЗАКРЫТО” наружу.
“Что происходит?” - успела подумать она и незнакомец подошел к прилавку. Сердце Маши екнуло. Одет он был в линялые джинсы и белую майку. Лицо скрывала клетчатая бандана, а на голове красовалась совершенно нелепая ковбойская шляпа.
Мужчина посмотрел на нее своими голубыми глазами, и она вдруг поняла, что напугал ее не клоунский вид, не его взгляд, в котором скользила не злоба, а какое-то детское озорство. Напугал ее пистолет, а точнее револьвер, который незнакомец держал в руке.
— Доброго утра, - сказал он, и голос его напомнил Маше голос педиатра, который лечил ее Андрюшу в прошлом месяце. Такой же чистый и успокаивающий. - Не пугайтесь, вы не пострадаете, просто отойдите от прилавка и поднимите руки.
Маша подчинилась и сделала шаг назад. Спина уперлась в стеллаж, с которого посыпались коробки чая и железные банки.
— Не пугайтесь, - повторил ковбой. - Я здесь не для того, чтобы кого-то убивать. Просто делайте, что я скажу. Жирдяй на месте?
Маше не требовалось уточнять, о ком он говорит, и она закивала головой.
— Хорошо. Пошли. Просто оставайтесь у меня на виду. Компренде?
Она уставилась на него непонимающими, полными страха глазам.
— Понятно? - уточнил он.
Маша снова кивнула и зашаркала ватными ногами. Из-за двери слышался режущий слух Ирочкин смех.
Жилистая рука, держащая револьвер все еще была опущена. Свободной ковбой постучал в дверь. Смех в кабинете тут же стих.
— Чего там? - раздался противный голос Бориса Сергеевича.
Мужчина в шляпе посмотрел на Машу, поднес к платку, закрывавшему лицо указательный палец и постучал снова.
— Ну чего надо? - раздражения в голосе шефа прибавилось. Послышались приглушенные шаги.
Незнакомец закатил глаза и при других обстоятельствах это могло показаться забавным. Он покачал головой и постучал в третий раз.
Дверь приоткрылась. Борис Сергеевич прищурился, разглядывая странно одетого мужчину, а потом его глаза застыли, заметив правую руку незнакомца, в которой поблескивал револьвер. Удивиться шеф не успел, потому что пришелец поднял ногу, обутую в блестящий коричневый сапог и ударил ею в дверь. Ударил сильно, потому что туша начальника пролетела через весь кабинет и врезалась в большой деревянный стол. Маша и Ирочка одновременно вскрикнули. Одна из петель оторвалась и выбитую дверь перекосило.
Тут то ковбой поднял оружие и направил его в лицо Борису Сергеевичу. Он обернулся к Маше и мотнул головой, приказывая ей идти за ним в кабинет. Она подчинилась и зашла внутрь.
Шеф сидел на полу и тяжело дышал. Его трясущаяся рука зажимала разбитый нос. Сквозь толстые пальцы текла кровь, и Маша, увидев багровые струйки, тяжело задышала.
Ковбой, не опуская револьвер посмотрел на Ирочку, которая в страхе вытянула ладони вперед, словно защищаясь от грядущего удара. Его пальцы метнулись к краю шляпы. Древний жест приветствия.
— Здрас-сьте, - почти промурлыкал он, и снова повернул голову к Машей, у которой перед глазами уже начинали свой танец черные звезды. - Вы лучше успокойтесь и присядьте. Только инфаркта мне тут не хватало.
Маша опустилась на стул возле бухгалтера.
— Руки, сударыни, можете опустить. Только не дергайтесь.
Они решили с ним не спорить.
— Т-тебе ден-ньги нужны ч-чтоли?.. - тихо прогнусавил Борис Сергеевич.
— А ты, как я погляжу, великий мыслитель, - с издевкой ответил ковбой. - Вот тебе на, парень в маске, со стволом наперевес врывается в магазин. Нет, блин, у меня просто кофе кончился. Хвалю за догадливость.
Он ткнул револьвером в сторону угла.
— Во-он тот сейф. У кого ключи?
— Т-тебя же Богатыревы прислали, д-да? - все также тихо спросил Борис Сергеевич.
— Кто? - спросил ковбой. - А, эти. Я думал, они обычно присылают гопников с битами. Развет нет?
Шеф не ответил. Щеки его тряслись как холодец, кровь уже заляпала рубашку.
— Я бы прострелил тебе колено, но громкие звуки, боюсь, спровоцируют у милых дам преждевременные сердечные приступы. Так что, если не перестанешь заговаривать мне зубы я тихо и аккуратно сломаю пару-тройку твоих ребер. Компренде?
— Ключи у меня в столе.
— Другое дело, толстячок. Напрягись и подними свою задницу, давай их поищем. Дернешься к тревожной кнопке, я размажу твои яйца по полу. Смекнул?
— У нас здесь нет тревожной кнопки…
— Вот и славненько. Вставай.
Шеф с трудом поднялся, не отрывая ладони от лица, и хромая побрел к другой стороне стола. Ковбой сопровождал его, не опуская револьвера. Тогда Маша и увидела татуировку на его предплечье. Черная птица, которая, судя по поднятым кверху лапкам, была мертвой.
Ирочка громко разрыдалась.
— Ну хватит, милая, хватит, я же веду себя хорошо и совсем не стреляю, разве не видишь? - он не сводил глаз с копавшегося в столе шефа. - Ты можешь поживее, мне до обеда еще два магазина грабить.
Тут он повернулся к женщинам. В глазах сияло все то же детское озорство.
— Я пошутил, - сказал ковбой и Маша нервно, почти истерично хихикнула. Либо он псих и все равно нас всех убьет. Либо он правда старается, разряжать обстановку, чтобы они чересчур не паниковали.
Шеф с ключом зашаркал к сефу, кряхтя опустился на колени и открыл длинную стальную дверцу. Ковбой достал из кармана джинсов смятый полиэтиленовый пакет и протянул Борису Сергеевичу.
— Складывай, - сказал он.
Вот и плакала моя зарплата, подумала Маша.
— Документы тоже, - сказал мужчина, когда шеф протянул ему пакет с деньгами.
— Но… Зачем вам…
— Ой, лучше не зли меня.
Борис Сергеевич послушно сгреб бумаги в файлах в пакет и снова протянул его грабителю.
— Молодец, толстячок, - сказал он, и на мгновение Маше показалось, что теперь то он точно выстрелит. Все внутри сжалось в ожидании, женщина зажмурила глаза. Но секунду спустя, он прошел мимо нее шурша пакетом. Маленький кабинет так и не сотрясся от грохота выстрела.
Когда колокольчик над входной дверью звякнул, Борис Сергеевич громко кряхтя поднялся с пола и, спотыкаясь, бросился в зал. Наверное для того, чтобы посмотреть, куда ушел грабитель или на какой машине тот уехал. Разумеется и для того, чтобы нажать наконец тревожную кнопку под прилавком.
Он вернулся в кабинет минуту спустя, прижимая к уху мобильник. Центр его круглого лица напоминал раздавленный помидор. Шеф осторожно вытирал с него кровь рукавом голубой рубашки.
Маша взяла пачку тонких сигарет с Ирочкиного стола, достала одну трясущимися пальцами и зажала между зубов.
— Ты какого хрена не вызвала охрану сразу, как только он зашел, а? - прошипел он, глядя на нее.
Она взяла блестящую зажигалку, щелкнула ей и выпустила вверх бледную струйку дыма.
— Знаешь что? - сказала она спокойным голосом. - Иди ты в сраку, гребаный мудак.
На душе у нее сразу полегчало.

2

— А я когда свои деньги получу? - спросил Толян, не сводя с дороги глаз. Напряженные морщинки прорезали лоб, бровь подергивалась, капелька пота стекала по виску. Он то и дело поглядывал в зеркало заднего вида.
— Спокойней, - ответил Женя. Он растирал руку смоченной в бензине тряпкой. - Отчитаемся перед Степанычем и заберем свое.
Помимо бензина в кабине витал стойкий запах вспотевших подмышек. Кажется Толян волновался сильнее, чем он.
Они выехали на объездную дорогу. Мимо проносились высокие деревья и панельные боксы для большегрузов. Несколько раз Женя замечал грибников с ведрами, бредущих по обочине в сторону города. Солнце вошло в зенит и неприятный запах усиливался. Он открыл окно пошире и выбросил тряпку.
— А ты нахрена руку разрисовывал? - спросил Толян и ладонью вытер мокрое лицо.
— Отвлекающий штрих.
— Как грязь на машине?
— Как грязь на машине, - кивнул Женя.
— И шляпа для этого, да?
Он промолчал. Толян был человеком, чьи шестеренки заржавели еще в школе. Треп с ним не доставлял никакого удовольствия. Сейчас шляпа, бандана и майка с сапогами были убраны в черный непрозрачный мешок и спрятаны под заднее сиденье. Там же лежал и “Кобальт”, завернутый в черную тряпку.
Он открыл бардачок, достал оттуда свои Мальборо, спички, и закурил.
— Отмудохал там кого-нибудь? - не унимался Толик.
— Жирдяя немного помял, - вздохнул Женя.
— Надо было и баб отлупить, - водитель хихикнул. - Молва бы пошла, хрен бы к нему кто работать потом устроился.
— Как ты, интересно, штаны то натягиваешь с такими большими яйцами?
— Чего?
— Ничего. Ты фонарь купил?
— Фонарь? - Толян нахмурился. Мыслительный процесс Давался ему явно нелегко. - А, да, в багажнике лежит.
— Как доедем, меняй номера, меняй разбитый фонарь и смывай с Ланоса грязь, да так, чтобы блестел.
— Ага.
— Ты меня услышал?
— Блин, да сам знаю, не дурак же.
В этом Костя сомневался, но, разумеется, промолчал. Толян был одним из тех невезучих типов, что шлют в очко не тех людей, выплевывают из-за этого зубы, а нос их до конца жизни издает противный свистящий звук. Пообщавшись с ним подольше, Женя начал опасаться, уж не подстава ли это ограбление?
Они помчались по затонскому мосту. На берегу реки сидели мужики в панамах и ловили рыбу.
Вот. Вот, что ему необходимо. Как только он разберется с этим делом, сразу купит себе большой рюкзак, удочку и рванет на Собь. Выпьет в поезде с какими-нибудь душевными попутчиками, возьмет у местных лодку напрокат и уйдет на реку. Позагорает, напьется горной воды, поест ухи с костра. Может быть даже заберется в горы… Ох и круто же будет. Да, так он и поступит. Планы нередко имели особенность обламываться в самый последний момент, но как вообще жить, если не к чему стремиться?
— Ты чего лыбишься? - спросил Толян, поглядывая на Женю.
— Чего надо. За дорогой следи.
Ланос свернул с потрескавшегося асфальта и заехал на поросшую кустами территорию. Здесь выстроились вереницы гаражей и смотрелись они постапокалиптично. На дверях вроде бы висели замки, но дороги к ним были покрыты высокой травой. Все кроме одной.
Толян заглушил двигатель, и Женя полез рукой под заднее сиденье. Он вытащил оттуда пакет с деньгами, мешок с ковбойским шмотьем и вылез наружу. Револьвер остался в машине.
Сейчас он был обут в старые черные кеды, а одет в свою застиранную клетчатую рубаху. Солнце припекало голову.
— Можешь приступать. Помнишь, да? Разбитый фонарь, твои номера и грязь. Машина должна снова преобразиться. Компренде? За мной приедут.
— А бабло? - нахмурился Толян. - Не кинешь?
— Я уже сказал, - Женя сдерживал нарастающее раздражение. - Пока эти деньги не мои, и не твои. Степаныч даст добро и с нами расчитаются.
— А Степаныч не кинет?
— Слушай, Толик, если ты ссышь, какого хрена вообще за это взялся?
— Да я не ссу…
— Ну тогда отвертку в зубы и вперед. Как отмоешься, езжай домой и не трепись.
— А ты сейчас что будешь делать?
— Шашлык, - ответил Женя и взял из кабины Ланоса маленькую полупустую бутылку.
Он зашел за гараж и потопал к старой ржавой бочке в которой местные владельцы обычно сжигали мусор, судя по обугленным краям. Женя бросил внутрь черный мешок, отвинтил крышку от бутылки, полил все содержимым и отправил бутылку туда же. Он достал из кармана джинсов сигареты, подкурился от горящей спички и бросил ее в бочку. Мешок тут же занялся, от шляпы с майкой повалил черный дым. Сапоги ему было жалко, но ничего не поделаешь, нужно перестраховываться.
Толян закончил с фонарем и номерами, и теперь набирал в ведро воду из канистры. На заросшую дорогу свернул серый Мерседес. Женя увидел лысого мужчину за рулем и еще одного, бородатого, на пассажирском месте. Петрович и дегенерат по имени Юрец.
— Расслабь жопу, это за мной, - сказал Женя Толику.


Последний раз редактировалось Cassidy; 04.06.2017 в 23:10.
Ответить с цитированием
  #9  
Старый 12.06.2017, 00:05
Аватар для Vasex
overdigger
 
Регистрация: 20.02.2007
Сообщений: 8,177
Репутация: 1406 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Vasex
всё неделю ни хрена не делал
Ответить с цитированием
  #10  
Старый 12.06.2017, 01:13
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
Vasex, пап, я делал, правда. Исправлюсь, выложусь.
Ответить с цитированием
  #11  
Старый 14.06.2017, 16:43
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
12000. Осталось 30000.
Скрытый текст - Глава 2 (2):

Женя бросил окурок на землю и придавил его подошвой. Он прошел мимо Толяна, уставившегося на подъезжающий автомобиль, и забрался в Ланос. Достал сверток из-под заднего сиденья, откинул тряпки и, убедившись, что револьвер на месте, сунул его в пакет с деньгами.
Мерседес остановился перед ними и обе передних двери открылись. Наружу вышли двое мужчин. Лысый старик с седой щетиной на отвисших щеках и бородатый кавказец с темными очками на большом носу. Лысого звали Николаем, но в своих кругах он был просто Петровичем. По случаю жаркого дня старик сменил привычный черный пиджак на светлую рубашку с короткими рукавами. Арсен как и всегда был в своем спортивном костюме. Придурок пытался лузгать семечки и жевать зубочистку одновременно. Выглядели они оба по-бандитски и Женя почувствовал, как напрягся Толян. Парень, который помог ему обчистить магазин был жалким куском дерьма, но Арсен вызывал в нем самое настоящее отвращение.
Петрович производил совершенно иное впечатление и дело было даже не в их давнем знакомстве. Вообще-то вывести его из себя было делом сложным, но как он до сих пор терпит рядом с собой этого тупого гопника?
— Классная рубаха, - улыбнулся Женя.
— Проблемы были? - спросил старик своим хрипловатым голосом.
— Никаких, - ответил парень и протянул пакет.
Петрович не шелохнулся.
— Сам ему отдашь. Нас уже ждут.
— Толяну когда заплатят? - Женя опустил пакет.
— Переживаешь? - морщины выстроились лесенкой на блестящем лбу. За спокойными, почти грустными глазами Петровича блестела закаленная опытом сталь.
— На одной лошади выбирались, - пожал плечами Женя.
Старик коротко кивнул и полез в нагрудный карман рубашки.
— Вы где так тачку засрали? - подал голос Арсен и выплюнул зубочистку.
— На Дерби в Индианаполисе, - без тени улыбки ответил Женя.
Кавказец облизнул губы, снял очки и сунул их в карман. Тупые и злобные черные глаза могли сказать, что шутки или сарказм их владельцу не по душе. Возможно потому, что Арсен попросту их не понимал ввиду дефицита извилин. Таким всегда казалось, что шутят исключительно про них.
— Никогда не понимал твою америкосовскую болтовню. Ты педик, чтоли?
— Интересный ход мыслей, - Женя издевательски ухмыльнулся. - А что, подыскиваешь говномеса для своей черной дыры?
— Ты сейчас договоришься! - прошипел кавказец сквозь зубы.
— Завязывайте нахрен, - бросил Петрович, отсчитывая оранжевые банкноты из пачки. - Не сейчас.
Арсен сплюнул себе под ноги.
Отвратительный тип. Гопник, отжимавший мобилки у студентов, дорвавшийся до серьезных дел. Наверняка по цепочке родственных связей, других предположений у Жени не возникало.
Петрович шлепнул банкноты на капот Ланоса.
— Спасибо, - тихо сказал Толян.
— Повремени с бухлом, - сказал Петрович, глядя ему в глаза. - Пропьешь их завтра.
Толян расстерялся.
— Да я не…
— Хорошенько ее отмой, - оборвал его старик. - И не забудь про фару. Тебе позвонят, если понадобишься.
Толян кивнул. Вид у него был испуганный и жалкий. Петрович умел заставить человека нервничать одним своим присутствием.
Они сели в Мерседес. Петрович с Арсом спереди, Женя сзади вместе с пакетом, который затолкал под сиденье. Машина рванула с места, подняв густое облако пыли, заставив Толяна раскашляться.

3

Они припарковались на служебной стоянке крупнейшего в городе строительного супермаркета. Парковка была забита машинами, за стеклянным фасадом, словно пчелы в улье сновали люди с тележками и работники в зеленой униформе.
Бизнес у владельцев супермаркета явно шел хорошо, и кто-нибудь из относительно просвещенных людей наверняка задавался вопросом: зачем этим и без того небедным людям помышлять незаконными делами? Женя, старавшийся не примерять на себя розовые очки, сказал бы, что из-за банальной жадности. Но он прекрасно понимал, что это не все. Почти все люди, владевшие крупными предприятиями в этой стране, начинали свой нелегкий путь в девяностых, когда атмосфера была накаленней, а методы наглее и жестче. Большинство из них, как ни гадко признавать, начинало совсем как этот кавказец на переднем сиденье.
“Их дело свинец, - подумал Женя. - Бритвы, утюги и биты”.
И несмотря на то, что девяностые давно миновали, эти люди свое дело помнили. Он вспоминал школьные стрелки, разбитые носы, выбитые зубы и железную веру в свое славное будущее. Перегон угнанных машин, проколотые шины на стоянке забегаловки, ментов, с радостью сжирающих поданную взятку. Где-то поверху плыл сегодняшний жирдяй, стоящий на четвереньках перед сейфом и напуганные женщины. Славное будущее? С каждым днем, он все больше осознавал, что гордиться ему нечем. Понятия, воспитанные с детства, все больше теснили собственные принципы. Ведь люди вроде Толяна или Арсена окружали его всю жизнь, с чего он вдруг стал испытывать к ним такое отвращение? Ему хотелось верить, что он, наконец-таки, взрослеет.
— Выйди покури, - сказал Петрович Арсену, заглушив двигатель. Секунду кавказец смотрел на старика, потом хмыкнул и вылез из машины.
Женя достал пакет из-под сиденья, тоже вылез и пересел на переднее сиденье. Он достал из кармана пачку своих Мальборо. На такой жаре курить совсем не хотелось, но он уже начинал нервничать. Впервые за этот день.
— Волнуешься? - словно прочитав его мысли спросил Петрович.
— Нет, с чего бы, - Женя чиркнул спичкой о коробок и поднес огонь к кончику сигареты.
— А стоило бы. О чем ты думал, когда садился с ним за карточный стол?
— Я не знаю, - честно ответил он, разглядывая приборную панель. - Не думал я, что так все сложится.
— У Степаныча людей хватает. Должников он обычно ставит на счетчик, либо ломает им пару пальцев и только потом ставит на счетчик.
Женя не нашелся с ответом и промолчал.
— Ты молодец, - продолжал Петрович. - Ты справился, тебе, возможно, простят твой долг. Но знаешь, что будет дальше?
— Ну и что же будет дальше? - спросил Женя и посмотрел старику в глаза. Сердце внутри екнуло из-за беспокойства, которое он в них увидел.
— Тебе предложат еще какую-нибудь работенку. Может быть, выбить дерьмецо из такого же должника, как и ты, может быть, поджечь ларек какого-нибудь азербайджанца, отказавшегося платить за крышу. Тебе это нужно? Ты хочешь в это лезть?
Быть может, пару лет назад Женя бы ответил “Почему бы и нет?”, но теперь… Что-то в нем изменилось. И это что-то он еще до конца не понимал.
— Знаешь, - Петрович отвернулся и посмотрел перед собой. - Батя бы твой этого для тебя не захотел.
— Откуда мне нахрен знать, чего он там захотел бы? - не выдержал Женя. - Ты не тем же самым занимаешься? Не ломаешь людям кости? Не поджигаешь их машины?
— Нужно тебе нормальную работу найти, - словно не замечая его слов, сказал Петрович.
— Зеленую кепку носить в супермаркете? - усмехнулся Женя.
— Хотя бы и так, - кивнул Петрович, по-прежнему глядя вперед. - Все лучше, чем гробить свою душу.
— Ты в проповедники заделался, дядь Коль? - его все больше бесил этот спокойный хрипловатый голос. - Так может сам исповедуешься? Скажешь, что старый уже! Скажешь, что такого дерьма наелся, что другим теперь не пожелаешь! Давай же, хрен ли молчишь? Начинай уже свою лицемерную проповедь!
Петрович размахнулся и ударил кулаком в приборную панель, оставив на ней глубокую вмятину. Он посмотрел на Женю холодными как лед глазами и проговорил сквозь зубы:
— Я такого наелся, пацан, что на три жизни хватит, а ты сейчас бежишь по измазанной говном дорожке.
— Да я по ней еще младенцем ползал. Заливай свою хрень Арсенчику, он тупой и может проникнуться. Нам уже пора.
С этими словами Женя потянулся к двери, но рука Петровича капканом сжала плечо.
— Посиди еще немного, - старик ослабил хватку. - Пожалуйста.
Женя отпустил ручку и вытер ладонью мокрый лоб.
— Ладно, - голос его был уже спокойней. - Говори. Я слушаю.
— Да все я уже сказал, - Петрович убрал руку с его плеча. - Мне не насрать, что с тобой будет. Но жизнь твоя, делай с ней что хочешь. Только прошу тебя хорошенько думать, прежде чем на что-то решиться. Будь то сраный покер или подвернувшаяся работенка.
Они какое-то время молча смотрели друг на друга. Наконец, Женя улыбнулся.
— Я сейчас о рыбалке думаю, Петрович.
Старик сначала удивленно вскинул брови, а потом крякнул, выдавив смешок.
— Ну, парень…
— Не беспокойся обо мне, - сказал он Петровичу. - Я постараюсь больше не вляпываться в такое дерьмо.
— Очень на это надеюсь, - медленно кивнул Петрович. - А теперь пошли. Нас ждут.
Женя сунул окурок в пепельницу над подстаканником и вылез из Мерседеса в послеполуденную жару.

3

Когда они шли через торговый зал, каждый из встречавшихся на пути консультантов произносил неизменное “Здравствуйте, Николай Петрович”. Люди сновали туда сюда с корзинами и тележками, набитыми банками краски, цементом, грунтом для цветов. На высоких стеллажах выстраивались паллеты с коробками, связки труб, плитка и панели. Женский голос из мощных динамиков возвещал о том, что пятнадцатипроцентная скидка на линолеум будет действовать до конца недели.
Петрович окликнул Арсена, который стоял у дальней кассы и болтал с низенькой девчушкой со светлым хвостом, торчащим из-под зеленой бейсболки. Наверняка приставал к ней со своими тупыми борзыми шуточками.
Втроем они подошли к двери, у которой стоял человек-шкаф, одетый в простой темно-серый пиджак. Бычью шею почти закрывала черная водолазка, с уха свисал прозрачный проводок. Он поздоровался с Петровичом и услужливо открыл перед ними дверь.
Длинный тускло-освещенный коридор протянулся метров на десять. Непримечательные двери в кабинеты выстроились вдоль стен, а в самом дальнем конце, под полукруглой аркой блестела табличка на еще одной. Женя прочел надпись и облизнул пересохшие губы.

БОГАТЫРЕВ ИВАН СТЕПАНОВИЧ
ДИРЕКТОР

Петрович три раза стукнул в косяк костяшками пальцев и, не дожидаясь ответа, вошел внутрь. Вслед за ним зашли Арсен с Женей.
Кабинет был большим, на высоком потолке в центре висела большая хрустальная люстра, которая слепила после темноты коридора. Вдоль стены, на диване, сидели мужчины. Кто-то курил, кто-то что-то пил из стаканов, но все они молчали, не сводя глаз с вошедших. В конце кабинета, за большим дубовым столом восседал седовласый мужчина, который тоже внимательно разглядывал гостей. К ним подошел еще один бугай, который вполне мог оказаться братом шкафа из торгового зала. Петрович расставил руки, а охранник принялся ощупывать его своими огромными ладонями. Он выудил из кармана старика ключи с брелоком от Мерседеса, посмотрел на них, спрятал обратно в карман. Потом подошел к Арсену. Из его карманов он достал пакетик с семечками и пачку Парламента. Потом положил находки в руки кавказца и двинулся к Жене, который протянул ему пакет. Бугай положил его на кресло у входа и прошелся по Жениным карманам, груди, животу...
— Придержи коней, здоровяк, угости сначала пивом, - сказал Женя, когда великанские пальца прошлись по его заднице и вытащили из кармана пачку Мальборо и мятый коробок спичек.
Седовласый за столом хихикнул. Хороший знак.
Бугай молча вернул Жене его добро и принялся за пакет. Деньги с документами не привлекли его внимания, но он достал сверток с Кобальтом, развернул его и едва взглянув отнес оружие к директору.
Степаныч взял револьвер и откинул барабан.
— Не пришлось, значит, пострелять, а? - почти промурлыкал он своим высоким голосом.
— Не пришлось, - согласился Женя.
— Ну подойдите, - Степаныч поманил их рукой. - Подойдите, чего как неродные?
Бугай отдал Жене пакет и занял свое место в кресле у двери. Петрович подошел к столу и поздоровался с боссом за руку, а Арсен принялся жать руки сидящим на диване. В конкурсе по лизанию жоп этому типу не было равных. Женя встал по правую руку Петровича и начал ждать, когда начальник заговорит. Тот не заставил ждать.
— Ты знаешь, что это за оружие, пацан? - спросил Степаныч, вертя и разглядывая револьвер.
Женя знал, что модель эта называется “Кобальт”, но он чувствовал, что вопрос не об этом, поэтому покачал головой.
— Жил да был на свете один мусор, - Степаныч улыбнулся, обнажив золотые зубы. - Порядочный и честный, насколько хватало запала, и насколько позволяли времена. Однажды напоролся отважный герой на нехороших дядек. Мент был крутой, как вареные гвозди, что и говорить, таких сейчас не сыщешь. Да, Андрюш?
Женя обернулся. Он только сейчас обратил внимание на человека, сидевшего на краешке дивана с бокалом бурой жидкости в руке. На его груди был значок, а на плечах погоны. Полицейский растерянно кивнул, чуть улыбнувшись.
— И ввиду вспыхнувшего в нем чувства справедливости, - подолжал Степаныч. - Отмудохал мусор этих дядек, что мама не горюй. По-настоящему отмудохал, один из комы так и не вышел. Двое других получили срок за деяние, за которым их застал этот доблестный служитель правопорядка. Один из этих дядек оказался непростым и времени даром не терял. Выйдя с зоны окрепшим и поумневшим, принялся он искать того мусора, что убил его лучшего друга, и упек его самого в столь недружелюбные места. Мусор, как оказалось, уже успел выйти на пенсию и даже построить дом, в котором счастливо жил со своей овчаркой Машей… Или Дашей… Не важно. В награду за службу и получил он этот револьвер. Повесил его в рамку, а сам на охоту ходит, грибы собирает, кур разводит.. Жил как в сказке наш бравый герой и совсем позабыл о том нехорошем случае с тремя нехорошими дядьками...
Жене не хотелось слушать продолжение этой истории, совсем не хотелось, но Степаныч не собирался затыкаться.
— ...И дядька свободный нашел тот дом. Дождался темноты, и разнес овчарке Даше череп. Потом словно хитрый лис передушил всех птиц в курятнике и забрался внутрь мусорского жилища. Былые годы миновали, и не был уже мусор таким крутым, как дядька его помнил. Он почти не сопротивлялся, когда его связывали, почти не кричал, когда нехороший дядька напильникомему пальцы укорачивал. И в самом конце рассыпался он, как дырявый мешок картошки, когда дядькин молоток воткнулся ему в темечко. Револьвер этот дядька снял со стены, прежде чем сжечь дом вместе с дерьмом, в которое превратился наш доблестный мусор. Оружие долго путешествовало совсем как тот Винчестер из старого фильма. И сегодня вот с его помощью ограбили один магазинчик. Ты чувствуешь иронию, пацан?
Капля пота щекотно сползала по Жениной щеке. Он медленно кивнул.
— Оружие, некогда принадлежавшее одному из немногих доблестных ментов, теперь служит инструментом для мелких ограблений, - Степаныч хихикнул. - Как тебе, а? Револьвер отлично вписался в твой маскарад, правда?
— Вписался, - тихо ответил Женя. Ему бы удивиться для приличия, да как-то обстановка не располагала.


Ответить с цитированием
  #12  
Старый 14.06.2017, 17:41
Аватар для Винкельрид
Герой Швейцарии
 
Регистрация: 30.05.2006
Сообщений: 2,637
Репутация: 1102 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Винкельрид
Цитата:
Сообщение от Cassidy Посмотреть сообщение
Оставшиеся 14 000.
Имена героев пару раз меняются)
__________________
— А ты ниче.
— Я качаюсь.
— Как думаешь, для чего мы в этом мире?
— Я качаюсь.


Не будите спящего героя
Ответить с цитированием
  #13  
Старый 14.06.2017, 18:59
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
Винкельрид, адын вроде) Юрец с Арсеном)

апд А может и больше, да. Все в будущем естессно будет редактироваться.

Последний раз редактировалось Cassidy; 14.06.2017 в 19:05.
Ответить с цитированием
  #14  
Старый 14.06.2017, 20:58
Аватар для Винкельрид
Герой Швейцарии
 
Регистрация: 30.05.2006
Сообщений: 2,637
Репутация: 1102 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Винкельрид
Cassidy, один раз назвал Бориса Сергеевича Ивановичем, и один раз Женю Костей)))
__________________
— А ты ниче.
— Я качаюсь.
— Как думаешь, для чего мы в этом мире?
— Я качаюсь.


Не будите спящего героя
Ответить с цитированием
  #15  
Старый 17.06.2017, 18:04
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
12000 знаков. Осталось 18000.

Скрытый текст - Глава 2 (3):
— Андрюша как раз из магазина, - Степаныч положил Кобальт на стол. - Борисович, говорит, скулит как побитая псина. Рассказывает, что ковбой его какой-то грабанул!
Босс снова сверкнул золотыми зубами. А в Жене вдруг вспыхнуло отвращение к менту, сидящему позади. Ему вспомнились слова Клинта Иствуда из одного славного фильма. Скажи мне, разве шериф не должен быть смелым, дружелюбным и, прежде всего, честным? Скормить бы Андрюше его же погоны…
— Шляпа! - не унимался Степаныч. - Сапоги! Руки, говорят, в татуировках! Вот это парень, ты глянь!
Он еще немного похихикал, потом откашлялся и поправил галстук.
— Ладно, ковбой, ты справился, дальше что намерен делать?
— Зависит от того, улажен ли вопрос с моим долгом, - ответил Женя.
— А что? - в голосе Степаныча слышались ехидные нотки. - Если прощу, драпанешь отсюда как заяц? Обоссышься от радости?
Петрович стоял к Жене спиной, а парень как никогда ощутил потребность в его поддержке. Хотя бы ее подобии, которое могло промелькнуть в глазах старика.
— Ладно, пацан, - хлопнул по столу Степаныч. - Ты прощен, можешь катиться, но…
Женя напрягся.
— ...должен спросить. Работы ты, видно, не боишься. Голова твоя в деле работает куда лучше, чем за карточным столом. Сколько тебе, лет двадцать?
— Двадцать пять, - поправил Женя.
— Такие парни как ты, обычно, забираются очень высоко. Хочешь у меня работать?
Говорят, с возрастом, люди отказываются от принципов, которым следовали раньше. Мир уродлив и несправедлив, чаще всего именно он меняет тебя, а не наоборот. Когда-то у мужчин в этом кабинете тоже могли быть свои принципы. Но они повзрослели. Постарели. В конце концов их принципы начинали казаться им чем-то несерьезным и детским. Быть может, даже чем-то опасным, чем-то, что может уложить их в деревянный ящик. В итоге принципы сменяет то, что в их кругах называют понятиями. Все для них становится настолько просто, что им даже не нужно в это вдумываться. Они просто знают: человек понятий в этом мире хищник. Человек принципов - жертва. Для Жени все было иначе. Годы в разборках между районами, в выбивании долгов из бизнесменов, в кражах автомобилей, в их перегоне сквозь недружелюбные города. Ощущение власти и безграничных возможностей, бесконечное веселье и настоящая свобода… А потом все как-то быстро потускнело. Может быть, дело в том, что со временем он действительно умнел. Может быть, дело в тех фильмах про американских копов и крутых стрелков из дикого запада, что они с Мариной смотрели каждый вечер в те славные деньки. В фильмах, где мир еще проще, чем для людей, живущих по понятиям. Где есть только плохие парни и парни, которые надирают им зад. Может быть, это и было его взрослением? Свалившееся с небес осознание и вспыхнувшее в груди сострадание? Где он сейчас? В темном логове плохого парня в окружении стервятников, принявших облик честных бизнесменов и служителей правопорядка. Единственный человек, который был ему кем-то вроде отца, отговаривал Женю от всего этого дерьма десять минут назад. Его отпускают, он может идти, но все равно стоит здесь и раздумывает над предложением этой сволочи…
Пауза затянулась и Петрович обернулся. Глаза его говорили только одно. Не надо. И этого Жене хватило с лихвой.
— Деньги здесь. Мне нужно идти.
Он сделал шаг к столу, чтобы положить на него пакет, но Степаныч вскинул руку, чтобы его остановить.
— Не надо, - сказал он. - Оставь себе. Из уважения к Петровичу, я не буду настаивать на своем предложении. Но знай: если передумаешь, мой кабинет в конце темного коридора.
— Тут еще документы, - сказал Женя глядя на пакет.
— Документы? - он заинтересованно вытянул шею. - Какие еще нахрен документы?
— Я решил забрать вместе с деньгами, - ответил Женя. - Много дерьма слышал об этой жирной свинье... В общем, вы хотели зашкварить его бизнес и я решил проявить инициативу…
Степаныч нахмурился и посмотрел на Петровича.
— Чей ты, говоришь, он сын?
— Сашки Седова, - ответил старик. - Хороший был мужик.
— Ясно, - хмыкнул босс и глаза его встретились с Жениными. - Я редко кому лично предлагаю у меня работать, а ты, прямо скажем, удивил. Голова у тебя работает что надо, я редко снисхожу до комплиментов, так что настоятельно прошу - отдохни и подумай над моим предложением.
— Я подумаю, - соврал Женя.
— Вот и умница. А теперь иди.
— А документы?
— Выброси, сожги или займись оригами, - махнул рукой Степаныч. - А теперь иди, работы полно.
Женя кивнул и отправился назад мимо стервятников, рассевшихся на диване, бугаев-охранников и высоких стеллажей. Настроение его уже пошло на лад.

Он курил уже третью сигарету подряд, глядя на центральный вход супермаркета, ожидая когда же оттуда появится Петрович. Если Женя решил линять сегодня, нужно хотя бы сказать старику пару слов. Все-таки он, в какой-то мере, о нем позаботился.
На его банковской карте было около сорока тысяч скопленных рублей. После той неудачной партии в покер, он решил, что хотя бы отчасти расплатиться ими со Степанычем, но Петрович его переубедил. Женю все равно поставили бы на счетчик, и ему все равно бы пришлось выполнять эту грязную работенку. Но если старик желал ему более благородной участи, почему просто не одолжил эти четыре сотни? Деньги у Петровича водились, но у него, в отличии от Жени водилась и семья. Дети и внуки которым, очевидно, его помощь была нужнее.
Женя взялся за дело серьезно. Грабанул магазинчик, напугав тех бедных женщин и попортив лицо их шефу. Да, с самого начала дело тут было не в деньгах. Очевидно, тот жирдяй чем-то насолил Степанычу.
Кое-кто из парней рассказывал, что у этого места и так дела шли плохо. Вечная просрочка на витрине, недовольные покупатели, продавцы по несколько месяцев не получавшие зарплату. И это среди всех этих новостроек, где до ближайшего “Магнита” нужно было трястись в автобусе несколько остановок.
Наверное, уже не столь важно, где эта кобылка сломала свою ногу, потому что сегодня утром ее, наконец, пристрелили. Вряд ли бизнес жирдяя переживет это ограбление. Продавцам (тут укол совести проткнул что-то внутри) придется искать новую работу в городе, который тоже коснулся кризис. Той бухгалтерше тоже, хотя Женя думал, что с таким личиком девчушка вряд ли пропадет.
В горле пересохло, но возвращаться в зал к торговому автомату ему не хотелось. Голова болела, а во рту стояла горечь от выкуренных сигарет, но он все-таки достал из пачки последнюю и затянулся.
Когда он выберется на реку, тогда и станет меньше курить. Тем более ларьков поблизости не будет и, кто знает, может он вообще бросит. Было бы неплохо.
Женя заглянул в пакет на сваленные в кучу деньги с документами. В начале заварушки он полагал, что о поездках пока придется забыть. Обрадовался, когда узнал, что накопления скорее всего останутся при нем. А сегодня его поездку еще и проспонсировали. Конечно его спонсор мерзкий больной на голову криминальный авторитет, но что с того, если он больше сюда не вернется? Сорванный куш он пересчитает, когда окажется в своем пустом гараже на окраине вдалеке от квартирки в которой жил с окончания школы. Но бумажки его отчего-то заинтересовали. Он чуть порылся в них и достал из пакета серую книжонку. Немного погодя выудил еще одну.
— Трудовые книжки, - Женя хмыкнул. За свои двадцать пять лет он много где успел поработать, но такой штуки у него никогда не водилось.
Женя раскрыл одну и принадлежала она, судя по записи на первой странице, Торлоповой Ирине Георгиевне девяносто третьего года рождения. Та самая бухгалтерша, догадался он. Два с половиной года официального трудового стажа на службе у жирдяя. Кто знает, может разорившийся шеф когда-нибудь откроет новый магазин в каком-нибудь далеком отсюда городе, и прихватит девчушку с собой. Женя бы такую прихватил.
Вторая книжка была записана на Конюхову Марию Семеновну шестьдесят пятого года рождения. Страницы были сплошь исписаны, но какими-то, мягко говоря, не слишком высокими должностями. Санитарка, уборщица, сторож, продавец. Тяжеловатый стаж и… совсем недолго до пенсии.
Женя, не до конца осознавая зачем он это делает, полез в пакет искать копии паспортов сотрудников, но водительская дверь вдруг открылась и парень от неожиданности вздрогнул. Петрович сел за руль.
— Что, куш пересчитываешь? - спросил он и захлопнул дверь.
— Да нет… - расстерялся Женя. - Как там? Тихо все?
— Меня просили уговорить тебя остаться, - вздохнул Петрович. - Поработать еще.
— А я, кажется, только что понял, что больше не хочу подобным заниматься.
Петрович долго смотрел ему в глаза, не произнося ни слова. Женя уже было решил, что Степаныч все-таки переубедил старика, но тот вдруг хлопнул его по плечу и завел двигатель.
— А Арсен?
— Пешком дойдет, - сказал Петрович. Жене показалось, что тот почти что улыбается. - Пошел он в сраку.
Машина сдала назад и выехала со служебной стоянки супермаркета. Женя, прислонившийся лбом к боковому стеклу улыбался.
“Да, - подумал он. - Пошел он в сраку. Пусть все они катятся куда подальше”.

4

Андрюша был очень смышленым ребенком, и какое-то время Маша даже подумывала отдать его в школу прежде, чем тому исполнится семь. Подумав получше, она решила, что пока это позволено, пусть Андрюша погреется еще немного в теплой детсадовской беззаботности. Ее сын был уже достаточно самостоятельным, чтобы мыть за собой посуду, и даже готовить бутерброды с колбасой и сыром. Со спичками он не играл, пузырьки с лекарствами не трогал, дверь чужим не открывал. Наверное, ей уже не стоило так волноваться, оставляя его дома одного, но она всегда старалась не задерживаться и звонить по нескольку раз за время своего отсутствия. Ей пришлось нанять няньку только потому, что Андрюша приболел. Период жара пришелся на ее выходной, когда Борис Сергеевич либо закрывал магазин, либо сидел за кассой сам.
Мальчик был смыслом ее жизни, и она редко думала над тем, что обрела его по воле случая. Даже шесть лет назад она была уже немолода. Как часто случайный секс падает на голову женщин ее возраста? Такое случается только с пьянчугами, живущих в грязных квартирках неблагополучных районов, но в ее “происшествии” алкоголь тоже поучаствовал. Юбилей старой подруги, море шампанского и молчаливый гость с пышными серебристыми усами. Она вспоминала о нем только тогда, когда Андрюша приносил ей свои рисунки, слишком аккуратные и со множеством деталей. Когда он читал ей слова из книжек и газет, слишком длинные и сложные. Когда рассказывал про австралийских кенгуру или планеты солнечной системы. Она была женщиной всю жизнь проработавшей на низкооплачиваемых местах, никогда не увлекалась книгами, не интересовалась науками. Смышленость Андрюши досталась ему определенно не от нее.
Третий день они сидели дома вдвоем. Мальчик уже почти не кашлял и с начала следующей недели должен был отправиться в сад. А она тем временем займется поисками новой работы. Маша считала себя слишком старой и недалекой, чтобы пользоваться интернетом. Да и в компьютере, пока Андрюша не подрастет, надобности не было. Поэтому каждый вечер она и слушала объявления о вакансиях по местному телеканалу, старательно записывая телефонные номера в тетрадь. Пусть их было немного, но от мысли, что она не сидит без дела, становилось легче. Деньги, которые заняла ей подруга (юбилей которой и ознаменовался зачатием Андрюши) уже заканчивались. Как и продукты в холодильнике. Она до мяса сгрызала свои ногти, переживая о том, что новых долгов не избежать. Мысль о том, чтобы обратиться в одну из тех разрекламированных конторок быстрого займа, она сразу же отбросила. Слишком страшные истории она слышала о безжалостных коллекторах.
Видимо придется обращаться за помощью к родне из Пскова. Раньше они были добры к ней, но с тех пор, как Маша забеременела, звонки стали случаться гораздо реже. Она полагала, что родня стала хуже к ней относится. Может быть, считали ее пятидесятилетней проституткой, хоть и не подавали виду, поздравляя с днем рождения или новым годом. Ей было почти наплевать на их к ней отношение, потому что знала, что никакая она не проститутка, но сейчас ей становилось жутко от мысли о звонке, который она рано или поздно сделает. Ведь долг за квартиру рос с каждым днем… А все потому, что она все-таки потеряла работу, которой так боялась лишиться.
Но, может быть, ограбление не было случайностью? Может быть, Господь так уберег ее от непозволительной траты времени и сил? Может быть, эта поганая свинья и не собиралась заплатить ей положенные деньги?
И все же, мужчина в шляпе и с револьвером в руке здорово ее напугал. Не одну пригоршню валерианки ей пришлось проглотить в тот первый день после увольнения. Она рассказала полиции обо всем, на что обратила внимание. Приятный голос, голубые глаза и татуировка на руке. Боже, эта мертвая птица будет сниться ей до конца жизни! Может быть когда-нибудь она расскажет об этом случае Андрюше. Может быть, даже своим внукам, если доживет.
Она чуть улыбнулась от этой мысли, но улыбка пробыла на ее лице недолго. Все это, конечно, очень интересно, но скоро им будет нечего есть, нечем будет платить за детский сад, и еще этот долг за квартиру, долг ее подруге, господи, долги, долги, долги… А что, если Андрюша снова заболеет, сразу после того, как выздоровеет? Такое иногда случалось. И чем, скажите на милость, она оплатит его лекарства?
Маша положила телефонный аппарат себе на колени и начала перелистывать страницы записной книги в поисках номера Люды - ее двоюродной сестры из Пскова. Она старалась не думать, насколько неприятным будет этот разговор, а просто дождаться ответа, поздороваться и объяснить…
— Ма-а-ам? - позвал Андрюшенька из прихожей. - Мама?
— Сынок, я сейчас немного занята, дорисуй пока свой замок.
— Мам, нам под дверь тут бумажку какую-то просунули.
Маша отложила телефон, встала с кресла и, морщась от боли во все еще поднывающих коленях, заковыляла в прихожую.
— Что там, родной?
— Смотри, - Андрюша показывал пальцем на белый лист, лежавший на коврике под дверью.
Маша наклонилась и посмотрела ближе. Бумажка оказалась конвертом, на котором были выведены неровные печатные буквы. Она подобрала его и пошла обратно к креслу. Андрюша, словно хвостик следовал за ней. Маша достала из футляра свои очки для чтения и нацепила их на нос.
— Вы-ы… - мальчик читал хорошо, но все еще медленно. - Их. За-ра-бот…
— Сходи на кухню и дорисуй свой замок, - она старалась говорить спокойно и даже выдавила из себя улыбку. Она перевернула послание буквами книзу, а пальцы уже ощупывали конверт, который казался очень толстым. Очень.
— А что это за письмо, мам?
— Это просто квитанции, - соврала Маша. - За электричество.
Андрюша с недоверием посмотрел ей в глаза, потом пожал плечами, словно говоря “как скажешь” и пошел на кухню. Очень сообразительный мальчик.
Маша перевернула конверт и глаза ее забегали по буквам.

“ВЫ ИХ ЗАРАБОТАЛИ.
ИЗВИНИТЕ, ЧТО ПРИШЛОСЬ ВАС НАПУГАТЬ.
ЕСЛИ ВАМ НУЖНА ИНФОРМАЦИЯ ИЗ ВАШЕЙ КНИГИ - ОТКОПИРУЙТЕ СТРАНИЦЫ И ИЗБАВЬТЕСЬ ОТ НЕЕ.
НЕ БОЙТЕСЬ ИХ ТРАТИТЬ. ОНИ ВАШИ.
УДАЧИ.

P.S. НА ГОВНЮКОВ ПОСТАРАЙТЕСЬ БОЛЬШЕ НЕ РАБОТАТЬ”

Дрожащими пальцами она потянула за краешек конверта, и, насколько могла аккуратней, вскрыла его. Она вытащила из него пачку банкнот, оранжевых и голубых, и зажала рот рукой, чтобы не вскрикнуть. На колени упала серая трудовая книжка.
Слезы катились по щекам. Она попробовала сосчитать деньги, но сбилась где-то на шестидесяти пяти тысячах.


Последний раз редактировалось Cassidy; 17.06.2017 в 18:07.
Ответить с цитированием
  #16  
Старый 19.06.2017, 01:10
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
9000. Долг 9000. Вообще-то он написан, но перепечатывать уже сил нет.
Сдаюсь на милость орга, если не выпнет, то завтра постараюсь допечатать.
Скрытый текст - Глава 3 (1):
Глава 3
“Шпоры звенели”

1
Как получилось, что самое мрачное место города было его самой красочной частью? Костя находил в этом странную иронию, как и в том, что благоустраивалось оно скорее для удобства живых, нежели мертвых, для которых предназначалось.
Люди покупали все эти дорогие венки в ритуальных магазинах, тратились на цветы и установку памятников, да оград. А для чего? Быть может, для того, чтобы создать здесь ощущение вечного праздника, подсознательно стремясь заполнить образовавшуюся внутри пустоту. Или просто потому, что так уж повелось. Настоящее торжество здесь было у чаек и бродячих собак, таскающих с могил еду, которую оставляли близкие умерших . Иногда пировали и бомжи, не брезговавшие кладбищенскими трапезами.
— Костян, у тебя меньше часа, - Юра, сидевший на растеленной в траве куртке постучал указательным пальцем по воображаемым часам на запястье. - Дорыл бы ты ее.
— Да я и за двадцать минут управлюсь, - ответил Костя.
— Дорыл бы уже, а потом читал свои книжки, - не унимался Юра. Свою то яму он уже выкопал, даже доски сверху разложил, чтобы не суетиться, когда катафалк приедет. А приехать к нему он должен был только часа через два.
— Ты что, за меня волнуешься?
— Ну а если чего вдруг поменяется, а? А вдруг они раньше приедут, а ты еще лопатой машешь?
— Ох, ладно, - сказал Костя и положил на траву потрепанный сборник Роберта Маккаммона. - Уговорил.
Он зашагал к яме.
— Молодца, - как старый наставник похвалил его Юра. - Ты бы еще голову чем-нибудь прикрыл.
Костя спрыгнул вниз и подобрал лопату.
— Я серьезно, - Юра смотрел на него сверху вниз. - Ты так перегреешься или удар заработаешь.
— Иди кури, сэнсэй, - улыбнулся Костя и выбросил наверх свежую кучку земли.
— Ну смотри. Это ведь мне, между прочим, тебя оттуда вытаскивать потом.
С этими словами Юра ушел.
Перегрев или солнечный удар Косте не грозили, но мужик то об этом не знает. Парня такая забота даже тронула. Он не раз удивлялся доброте чужих, казалось бы, людей. Доброта эта была чище и светлее того, что проявляли к нему мать с отцом.
Меньше, чем через двадцать минут могила была вырыта. Он подобрал специально заготовленные доски и выложил их рамкой на кучах земли, окружавших яму.
— Иди попей, горячий северный парень, - Юра поманил его к себе початой бутылкой минералки.
Солнце приятно грело голову и спину. Костя вытер руки тряпкой и взял протянутую ему воду.
— Спасибо, - сказал он.
— Да не за что, - ответил Юра. - Слушай, а Михалыч сегодня будет?
— Вроде как собирался, да, - сказал Костя и отхлебнул прохладной газированной воды. - Ему там дрова подогнать хотели, просил помочь наколоть. А что?
— Да думал, может, поляну вечером накроем.
— Есть повод?
Юра скривил губы и покачал головой.
— А домой потом как будешь добираться?
— Предположительно никак, - Юра достал сигарету и начал чиркать зажигалкой. После очередной неудачной попытки, Костя едва ему не помог, даже рука уже потянулась, но он тряхнул ее, словно сбрасывая мошку, и сунул в карман джинсов.
— Опять поругались?
— На ну ее в баню, - буркнул Юра и спрятал сигарету обратно в пачку. - Хочет меня в контору какую-то устроить, бумажки перебирать.
— А ты не хочешь?
— Не говори только, что тоже не въезжаешь.
— Тебе лопата больше по душе?
— В городе безработица, - вздохнул Юра. - Если я уйду сейчас, то потеряю это место насовсем. А если там все обосрется, Кость? Если я напортачу? Если уволят? Где я потом работу искать буду?
Косте, которому работа копщика досталась почти случайно, стало немного стыдно. Он встретил Михалыча зимой в начале года, когда почти умирал от усталости и голода. Костя брел через лес очень долго, не зная в какой стороне город или хотя бы дорога. Он понял, где оказался лишь тогда, когда провалился в сугроб и распорол руку об острую пику оградки, присыпанной снегом. Стояла глубокая ночь, но Костя видел, что оставляет за собой темный кровавый след. Он брел среди бесчисленных надгробных камней, полагая что вот и настал конец его глупой никчемной жизни. Но вдруг его ослепил яркий свет фонаря. Мужчина в расстегнутом пуховике и большим животом решил оставить вопросы на потом. Он просто отвел Костю в свой теплый балок и достал аптечку с верхней полки шкафа. Костя смутно помнил, что видел в тот вечер. Маленький работающий телевизор в углу, кружки на столике, трубку и горсть табака на обрывке газеты. Мужчина говорил с ним спокойно, даже ласково, потом попросил протянуть его правую руку и вылил на нее перекись из пузырька. Костя завопил.
— У тебя, случайно, зажигалки нет? - спросил Юра, вырвав его из воспоминаний. - Жуть, как хочется курить.
— Нет, - чуть подумав ответил Костя.
— Ладно, катафалк приедет - у водилы огонька стрельну.
Первая Газель приехала точно в назначенное время. Зря Юрец его торопил, зато Костя дочитал рассказ, оказавшийся, наверное, лучшим в сборнике. Боковая дверь отъехала и наружу высыпали люди. Мужчины и женщины с венками в руках - родственники и близкие человека, лежавшего сейчас в гробу. Трое парней в темно-синих рабочих костюмах вылезли из кабины. Один из них взял из салона длинный деревянный крест с черной табличкой и направился к Юре, протягивая свободную руку для приветствия.
— Эта наша? - он мотнул головой на выкопанную Юрой могилу.
— Фамилия то какая? - спросил тот.
— Кузнецов, - ответил парень.
— Это к Костяну.
— К Костяну? - казалось, он только сейчас заметил Костю, стоявшего на у вырытой могилы.
Парень махнул ему рукой, прислоняя крест к большому валуну, побежал обратно к машине и вытащил из салона два складных табурета. Он расставил их в траве у ямы, и вновь побежал обратно, чтобы помочь остальным вытащить гроб. Парни подняли его на плечи (двое в голове, один в ногах), принесли к табуретам, и поставили ящик на них.
Они отошли к Косте и поздоровались. Двух парней он уже знал по именам. У высокого худого блондина по имени Саша Юра взял спички. Остальные тоже закурили, все кроме Кости.
Родные обступили гроб со всех сторон, чтобы в последний раз попрощаться с бородатым седым стариком. Судя по виду тот уже вряд ли что-нибудь когда-нибудь услышит.
— Люблю я новый сектор, - сказал водитель катафалка, которого звали Олегом. Он смотрел на плачущих женщин, держащих в руках разноцветные венки.
— Да, - согласился Саша, выпуская дым в жаркий летний воздух. - Оград не навтыкали тут и там, могил мало, тропки широкие.
Могил здесь было около пятидесяти. Весной, когда Костя только начинал работать, сектор еще даже не открыли.
— В третьем зимой вообще жопа, - сказал Юра. - Еще сосны растут на козьих тропах. И ограды с пиками, хорошо когда только куртку о них рвешь.
Костя, который не понаслышке знал о таких оградах не мог не согласиться.
— А Михалыч то тут? - спросил его Саша.
— Вечером будет, - ответил Костя.
— Жаль.
— Почему?
— Чаем бы напоил, - улыбнулся Саша.
— Ну если не торопитесь, подождите пока закопаю, - сказал Костя, улыбнувшись. - Напою.
— Не, - водитель покачал головой. - Родственники обратную дорогу тоже оплатили.
Разговоры смолкли, но кто-то из женщин все еще громко плакал. Прошло еще около пяти минут и в их сторону зашагал мужчина с блестящей лысиной и хмурым лицом.
— Попрощались? - спросил Саша.
Мужчина кивнул и ребята принялись за работу. Накрыли гроб крышкой, приколотили ее гвоздями и взяли ящик на руки. Они подтащили его ближе и поставили на доски, приготовленные Костей. Потом размотали длинные полотенца, просунули их под гроб и чуть приподняли. Костя тем временем убрал одну и досок и парни медленно опустили его в могилу.
— Ой, папочка мой, папочка! - продолжала рыдать женщина. - Папуленька мой родненький!
Парни спрыгнули с ямы и Костя убрал остальные доски.
— Кто желает бросить горсть - подходим, а потом сразу в сторонку, не мешаем, - Костя так часто это говорил, что получалось почти на автомате.
Родственники столпились у могилы. Плачущая женщина бросила первую горсть, которая с глухим звуком ударилась о крышку гроба.
— Я помогу, - сказал ему Юра и пошел за своей лопатой.

2

Михалыч приехал около семи на своем УАЗ’е-пикапе, кузов которого был забит поленьями. Костя с Юрой снова закатали рукава, и через пару часов дрова были наколоты. Часть из них Михалыч погрузил в тачку и отвез в сарай, примыкавший к сторожке. Остальное они вместе побросали в кузов. Уже темнело.
— Юрка тебя опять из дома выгнали? - улыбнулся Михалыч, присевший на пенек, чтобы перевести дух. Живот его тяжело опускался при каждом выдохе.
— Вроде того, - промямлил Юра, сидевший на краю кузова и куривший десятую за день сигарету. - Можно я этой ночью у вас переконтуюсь?
— Матрац лишний есть, - пожал плечами Михалыч. - Пузырей хоть дали?
— А как же, - ответил Костя, натирающий руки холодной водой из уличного умывальника. - Уже на столе.
— Шустрые, - усмехнулся смотритель. - Там в морозилке сало есть.
— Михалыч, - сказал Юра серьезно. - Я тебя люблю.
Тот громко расхохотался, а Костя хихикнул. Михалыч был самым добрым дядькой из всех, что ему доводилось знать. Он первого встречного и чаем напоит, и салом накормит. И руку заштопает, и жизнь спасет. Если Юра просто обрадовался хорошей закуске, то Костя действительно любил этого мужчину. Если бы отцов выбирали, то Костя хотел бы, чтобы им стал именно Михалыч. Отличный мужик с золотым сердцем, коллекцией Хемингуэя в твердом переплете и нескончаемым запасом чая в тумбочке. Михалыч воевал в Афганистане, плавал на рыболовном судне, ездил на верблюдах в Сахаре, спал с итальянками, крутил романы с француженками и строил железную дорогу. А теперь вот коротает деньки на городском кладбище. Слава небесам, в качестве смотрителя.
— Жену бы лучше полюбил, - все еще смеясь сказал Михалыч Юре. - Ишь ты, к покойникам от нее бегает.
— Ох, Михалыч, лучше не буду в подробности вдаваться, пересижу здесь ночь, а потом домой поковыляю. На завтра у меня заказов нет.
— Как знаешь, Юрка. Но ты все равно бросай привычку бегать далеко. Ты здесь с самого утра, мог бы и поостыть уже за это время.
— Остынешь тут, - проворчал Юра. - Солнце, кажется, с ума сошло. Решило нас как цыплят запечь. Одному Костяну пофигу!
Костя улыбнулся, но промолчал. Михалыч посмотрел на парня.
— Костик у нас ни от жары, ни от холода не страдает. Из железа, наверное, выкованный.
Он хлопнул себя по колену.
— Ладно уж! Ай-да в избу, раз уж поляну решили накрывать.
— Я уж думал ты забыл! - с притворным упреком сказал Юра.
— Забудешь с вами, оглоедами, скажешь тоже, - захихикал Михалыч.
Вдвоем они вошли в балок, оставив Костю одного. Он сидел на земле, прислонившись спиной к сараю и смотрел на небо, сияющее звездами над бесчисленным множеством могил. Костя поднял правую руку и посмотрел на едва заметный светлый шрам, поперек пересекающий ладонь. Через пару месяцев не останется и следа.
Рука его вдруг вспыхнула ярким оранжевым пламенем. Свет заплясал по деревянной стене. Огонь отражался в его серьезных, казавшихся черными, глазах.
Костя сжал руку в кулак и яркое пламя исчезло.



UPD
9000 Долга + 500 знаков.
Главные герои обозначились.
В конце недели должен 20 500 знаков.
Думаю поработать над конкурсным рассказом. Если получится написать, то постить его здесь не буду (чтобы не нарушать правила конкурса), а кину в личку организатору, чтобы засчитал. Надеюсь, никто не против.
Скрытый текст - Глава 3 (2):
3

Утром Юра, еле волочивший ноги, укатил с ребятами, которые приезжали на установку памятника. Михалыч накануне почти с ними не пил, поэтому выглядел неплохо, а Костю похмелье вообще никогда не мучило.
- Интересный ты все-таки парень, - задумчиво сказал смотритель, пыхтя своей трубкой. Он ни разу напрямую не спрашивал его о прошлом, но частенько делал подобные замечания. Это в нем Косте тоже нравилось.
- Да ты тоже не такой уж и простой, - улыбнулся он в ответ. – Селишь у себя каких-то бродяг, лечишь их, кормишь, даешь им работу…
Они снова сидели во дворе сторожки. Михалыч на своем пеньке, Костя на старом табурете с которого на землю сыпалась голубая краска. Где-то неподалеку стучал дятел в ритме, понятном ему одному, птицы щебетали в деревьях, в кустах стрекотали кузнечики. Как ни нелепа подобная мысль, но кладбище подобными утрами выглядело почти счастливым местом. Примерно через час неподалеку остановится первый автобус, и мимо начнут сновать старушки, да женщины в косынках на головах с граблями наперевес.
- Это то, как раз просто, - ответил ему Михалыч. – Помогай ближнему своему. Говорят, так в Библии написано, но впервые я услышал эти слова от своего отца. Мне таким как он, наверное, уже не стать.
- А каким он был? – спросил его Костя, который своего отца не очень-то любил.
- Ну как тебе сказать, - Михалыч чуть задумался. – Он для меня был все равно, что Геракл для древних греков, только приодетый в выглаженный советский мундир. Добрый. Честный. Немцев в свое время пачками укладывал, и больше всего на свете не любил ложь. Считал, что все беды мира всегда случались от того, что кто-то кому-то соврал, кто-то с кем-то поступил нечестно. Представляешь, каково такому человеку жилось в этой стране? И все же не сломался он, выдержал и выжил. В семье было пятеро детей, мама умерла – отец с бабушкой нас выкормили, выучили и на ноги поставили. А я…
Михалыч замолчал и Костя не стал уточнять «а что же он?». Если мужчина хочет выговориться, то сделает это без чьего-нибудь пинка.
- Книга интересная? – Михалыч решил перевести тему.
Сборник рассказов лежал на старых досках возле Кости.
- Неплохая, - ответил парень. – Одна история очень понравилась.
- О чем? – трубка у Михалыча потухла и он снова зажег ее спичкой.
- Там про старика, который в молодости снимался в телесериале.
- В телесериале? – переспросил смотритель. – Как «Санта-Барбара»?
- Нет, про героя в маске, - ответил Женя. – Старик всю жизнь хранил эту маску и костюм у себя в шкафу, а когда серийный убийца зарезал его молоденькую соседку, он решил, что герою пора бы вернуться.
- Интересно, - сказал Михалыч, и по восхищенному взгляду Костя видел, что действительно интересно. – У него получилось? Прижучить маньяка?
- С большим трудом и Леди Удачей.
- Куда же без них, - усмехнулся мужчина. – Вечные спутники. А у этого человека были сверхспособности или вроде того? Как у Супермена.
- Нет, - тихо ответил Костя. – Просто старый актер.
- Надо бы тоже почитать, - Михалыч выпрямил спину и его позвоночник хрустнул с глухим звуком. – Люблю такие истории. Когда люди рискуют жизнью ради справедливости. Всякие Супермены - они же для детишек. А вот когда простой человек надевает киношный костюм или солдатскую форму, чтобы защитить то, во что верит, чтобы прищучить злодеев и заставить их ответить за совершенное зло – вот это по мне. Это и есть героизм.
Костя молчал, обдумывая слова Михалыча и стараясь не принимать их близко к сердцу. Не выходило.
- Сегодня Танька придет, - сказал мужчина, вытряхивая пепел из трубки. – Подменит нас.
Танька была болтливой женщиной с тремя подбородками и миллиардом историй, состоящих, в основном, из сплетен о соседях и знаменитостях. Иногда она подменяла Михалыча в сторожке, но теперь редко заходила, ведь у смотрителя появился новый помощник.
- А мы куда? – Костя приподнял брови.
- В город, на рынок. Только дрова сначала ко мне закинем.
- Надолго?
- А ты торопишься? – Михалыч нахмурился. – Танька, если надо, и до утра пробудет.
- Ну ладно, - пожал плечами парень.
- Ты только это… - Михалыч притворно покашлял. – Побрейся сначала, ладно?
Костя провел рукой по своей недельной щетине, реденькой и клочковатой, как у подростка, и не смог сдержать улыбку.

4

Они шли мимо рыночных палаток, поглядывая по сторонам, и обходя прохожих.
- А что ты ищешь? – спросил Костя.
- А много чего, - ответил Михалыч. – Джинсы, футболки, трусы…
- Гардероб обновить решил?
- Вроде того.
Возле очередной палатки они остановились, потому что навстречу выскочил высокий бородатый кавказец с веселыми глазами и улыбкой на лице.
- Михалыч! – воскликнул он с акцентом здешних мест. Получилось что-то вроде «Мыхалач». – Привет, дорогой!
- Али! – тот протянул ему руку. – Тебя то и искал! Твоя палатка постоянно куда-то бегает.
- Я по погоде бегаю! – сказал Али, и поздоровался. – Куда солнце – туда и я! Какими судьбами?
- Да вот, - улыбнулся Михалыч. – Гардероб обновляем.
- Чего? – нахмурился кавказец.
- Одежду, говорю, ищем. Джинсы, футболки, белье.
- Себе что ли?
- Да нет, - он хлопнул Костю по плечу. – Парня одеваем.
- Михалыч… - промолвил изумленный Костя, но мужчина его не слушал.
- Нужна еще куртка демисезонная и пара хороших ботинок.
- Ботинки – это не ко мне, - покачал головой Али.
- Михалыч… - повторил Костя.
- Но я знаю, у кого есть, и со мной тебе отдадут за полцены.
- Вот и хорошо, - сказал мужчина и взял Костю под локоть. – Сначала джинсы покажи.
- Без проблем, пройдем, - сказал Кавказец, углубившись в палатку.
Костя не двигался с места.
- Михалыч, я денег с собой не брал, - прошептал ему парень так, чтобы тот мог услышать.
- Так, дружище, - мужчина посмотрел на него серьезными глазами. – Заткнись и выбирай.

Через час они уже шли к пикапу. Костя нес с собой два мешка с тряпьем. Михалыч купил ему две пары джинсов, две футболки, толстовку, несколько пар носков и трусов, дорогие кожаные ботинки и коричневую демисезонную куртку. Костя не знал, что сказать, но попытался.
- Слушай, зачем все это?
- Как зачем? Носить.
- Михалыч… - снова начал Костя, но тот отмахнулся.
- Давай поговорим позже, - сказал он. – Сложим одежду в машину и обратно. Нужно рюкзак хороший подыскать.
- Рюк… - Костя остановился. – Так, говори что происходит, иначе никуда я не пойду.
- Эй, спокойней, - мужчина положил руку ему на плечо и посмотрел в глаза. – Ничего страшного не происходит, честно. Купим рюкзак, и я все тебе объясню. Обещаю.
Несколько секунд они стояли на парковке под палящим солнцем и смотрели друг на друга. Наконец, костя выдохнул:
- Ладно. Но я ни хрена не понимаю.
- Только не волнуйся, - успокоил его Мужчина. – Считай, что мы просто гуляем, попутно занимаясь полезными делами.
Через какое-то время они вновь брели в сторону стоянки. В руках Костя нем небольшой походный рюкзак черного цвета с красными боковыми кармашками. По его прикидке, они оставили на рынке около двенадцати тысяч деревянных. Он думал о том, что в его заначке отложена приблизительно такая же сумма, и это напрягало.
Они сели в чересчур прогретую кабину, Михалыч завел двигатель и включил кондиционер.
- Что же с погодой то творится, а? – мужчина достал из кармана носовой платок и вытер блестящий лоб. – От нас такими темпами один пепел скоро останется.
Костя испытующе смотрел на него, не произнося ни слова.
- Погоди чуток, - вздохнул Михалыч. – Давай в тенек отъедем, и тогда поговорим, ладно?
Костя коротко кивнул. Не нравилось ему это. Он не мог избавиться от дурной мысли о том, что смотритель хочет попросить его уйти. Конечно, он сделал для Кости невероятно много, и имел полное право, но все-таки неприятно.
Пикап проехал вниз по улице и свернул в один из дворов трехэтажек, раскинувшихся по обе стороны узкой дороги. За парком в самом низу виднелась набережная и блестящая в свете солнца река. Михалыч остановил машину в тени большого дерева и заглушил двигатель. Мужчина молчал и Костя думал, что тот собирается с мыслями. Воробьи пели свои песни где-то над ними, с площадки слышался звонкий детский смех и крики.
- Ты никогда не говорил мне, как оказался в том лесу, - заговорил он почти неожиданно и посмотрел на Костю. – Никогда не рассказывал о своих родителях, доме, школе, вообще ни о чем, что с тобой приключилось до того, как ты оказался на кладбище. Я не спрашивал, но не потому, что мне неинтересно. Мне кажется в твоем прошлом есть что-то нехорошее, и я не хотел теребить незатянутые раны.
Он немного помолчал, разглядывая его лицо, а затем продолжил:
- Ты отличный парень, Костя. Не боишься работы, много читаешь, у тебя добрая душа…
- С чего ты взял? – буркнул парень почти по-детски, отвернувшись к боковому стеклу.
- С того, что я не совсем еще дурак, и вижу это. Еще я замечаю, что в последние недели ты мало говоришь и много времени проводишь на краю территории. Сидишь там, уткнувшись в книгу или разглядывая горизонт. А когда нет, то копаешь могилы и пьешь водку с Юрцом. Я прав?
- И что с того? – спросил Костя. – Чем я еще должен заниматься на кладбище?
- Вот именно. Сколько не слушай местных дятлов, но слов из песни не выкинешь. Тебе девятнадцать лет, а это кладбище, дорогой мой друг, и ты не вылезал оттуда слишком долго.
- Ты хочешь, чтобы я ушел? – не выдержал Костя.
- Вовсе нет, сынок, - ответил Михалыч, ничуть не смутившись. – Но думаю, что ты уйдешь. Вы, молодые, все похожи. Простые, словно азбука, и сложные, как атомная бомба. Начитаетесь Керуака, а потом убегаете из дому.
- Кого начитаемся? – не понял Костя, но мужчина поднял кверху указательный палец, прося его не перебивать.
- Это все, наверное, неплохо. Но я, понимаешь ли, беспокоюсь.
- О чем беспокоиться то? - спросил Костя, и сердце его вдруг упало, когда он посмотрел на Михалыча. Мужчина выглядел каким-то побледневшим и хмурым, таким он его никогда раньше не видел. Впервые за то время, что они знакомы, Михалыч выглядел стариком.
- О том, что проснусь однажды или приеду на работу, а тебя и след простыл, - выдохнул Михалыч и потер раскрасневшийся глаз кулаком.
- Михалыч, да брось, - начал Костя. – Я не собирался…
- Поэтому я и решил хоть немного тебе помочь, - перебил его мужчина. – Если уйдешь, так хотя бы не голым.
- Михалыч, - голос у Кости был серьезным. – Ты мне жизнь спас. Сделал для меня больше, чем кто-либо за всю мою жизнь. Я бы не ушел, не попрощавшись.
После короткой паузы мужчина вновь посмотрел в его глаза.
- Очень на это надеюсь, - сказал он так строго, как только умел. Вид у него по-прежнему был усталым.
Они какое-то время просто сидели в кабине, слушая пение птиц, детские разговоры, да голоса людей, спускавшихся по улице в парк.
- Михалыч, - тихо сказал Костя.
Мужчина заинтересованно хмыкнул.
- Я хочу тебе кое-что показать, только боюсь, что испугаешься.
- О чем это ты? – спросил Михалыч. – Почему я должен испугаться?
- Потому что это что-то не совсем нормальное, - ответил Костя. – Пообещай, что у тебя сердце не прихватит или вроде того…
- Ну… - мужчина посмотрел на него со своим притворным подозрением и вновь помолодел от этого. – Если ты мне не герпес собираешься показывать, то все нормально.
Костя не улыбнулся шутке. Он закатал рукав рубашки и поднял перед собой правую руку, которую миллион лет назад зашивал Михалыч. Мужчина внимательно смотрел на его бледную кожу, чуть улыбаясь, а потом вдруг дернулся назад и улыбка исчезла. Глаза его широко распахнулись от удивления.
Костина рука пылала огнем, будто парень смочил ее в бензином, и каким-то образом поджег. Но запаха бензина в кабине пикапа не было, и Костя не прикасался к ней другой рукой, чтобы поднести зажигалку или спичку.
- Как ты... – Михалыч проглотил комок, застрявший в горле, но не смог закончить свой вопрос.
Парень повернул к нему голову, и рука потухла также внезапно, как и вспыхнула.


Последний раз редактировалось Cassidy; 20.06.2017 в 17:20.
Ответить с цитированием
  #17  
Старый 20.06.2017, 17:36
Аватар для Vasex
overdigger
 
Регистрация: 20.02.2007
Сообщений: 8,177
Репутация: 1406 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Vasex
Цитата:
Сообщение от Cassidy Посмотреть сообщение
Думаю поработать над конкурсным рассказом. Если получится написать, то постить его здесь не буду (чтобы не нарушать правила конкурса), а кину в личку организатору, чтобы засчитал. Надеюсь, никто не против.
в счет марафона не пойдёт
просто не исключим тебя из-за того, что будет видно, что ты работал в этот день)
Ответить с цитированием
  #18  
Старый 20.06.2017, 19:18
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
Vasex, ты очень злой организатор)
А почему, кстати? Я думал, что фишка не в произведении, а в каждодневной работе.
Ответить с цитированием
  #19  
Старый 20.06.2017, 19:23
Аватар для Vasex
overdigger
 
Регистрация: 20.02.2007
Сообщений: 8,177
Репутация: 1406 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Vasex
Cassidy, по такой логике можно было бы выкладывать вместо текста книги рандомные форумные посты, набитые за день, - разве это правильно?
Цитата:
Сообщение от Vasex Посмотреть сообщение
Не хватает мотивации написать/дописать книгу?
Участвуй в творческом марафоне.
Всё, что нужно, – выкладывать в своей теме по одной странице в день.
Цитата:
Сообщение от Vasex Посмотреть сообщение
Иначе можно было бы набивать любой рандомный текст ради объёма - а это не дело.

p.s. ну и как бы какой смысл переживать по поводу того, что знаки не войдут в счёт марафона? просто будешь марафонить больше дней

Последний раз редактировалось Vasex; 20.06.2017 в 19:29.
Ответить с цитированием
  #20  
Старый 20.06.2017, 20:15
Аватар для Cassidy
il buono
 
Регистрация: 05.11.2010
Сообщений: 2,150
Репутация: 998 [+/-]
Vasex, ну это все-таки не рандомный текст, это проза, но я понял, ок.
Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Марафон. Судьбы нет Денис Мартыновский Творчество 124 16.09.2017 09:48
Правда Alexandar_Krasnov Творчество 31 16.07.2017 20:45
Марафон. Лес Азазелло Творчество 1 29.05.2017 00:17
[игра] Ex Cinere. Из Пепла Carolus Rex ФРПГ: Форумные Ролевые игры 20 16.05.2017 14:39
Восставший из пепла (03.04.2012) MirfRU Новости 1 04.04.2012 20:36


Текущее время: 03:52. Часовой пояс GMT +3.


Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2017, Jelsoft Enterprises Ltd.