Тема: 6.3.7.5.
Показать сообщение отдельно
  #3  
Старый 25.06.2018, 18:45
Аватар для AnnBlack
Историческая личность
 
Регистрация: 07.09.2009
Сообщений: 2,035
Репутация: 1796 [+/-]
Скрытый текст - 2. Дорога. Участок. Допрос:
Мотор тёмно-зелёного Додж Челленджер Р/Т заурчал и Хазард повёл машину к участку Сен-Сир. Добираться предстояло по улице Сваровски, переходящей в Горнорабочую. Хьюстона удивляли названия улиц в их городе. Часть из них посвящена людям истории и тиранам современности, а другая подчёркивала классовые различия или намекала на потребительские нужды жителей. Вот и здесь. Выезжая на Сваровски, названную в честь австрийской компании, специализирующейся на производстве украшений, фигурок и огранке синтетических и природных драгоценных камней, она плавно перетекает в Горнорабочую (на которой располагался их участок, а буквально напротив Институт Судебных Экспертиз и Криминалистики (ИСЭиК)), подчёркивая деятельность работающих людей на добыче полезных ископаемых открытым или подземным способом. Они горняки. Они копаются в земле полной трупов и костей, в тёмных шахтах человеческой психики для добычи истины. Но истина всегда волновала Хьюстона меньше всего. Возможность. Сре́дства. Улики. Мотив лишь помогает показывать, в каком направлении искать. Но без первых трёх пунктов суд они не выиграют. И преступник уйдёт из-под носа.
               Хазард тем временем настраивал радио на Кантри FM. Его машина, он решает, какую музыку слушать. Он очень любил Джонни Кэша[1], Пэтси Клайн[2] и Вилли Нельсона[3]. Можно, конечно, вставить диск, послушать песню «У неё есть Вы», сингл, версию в исполнении Пэтси Клайн «Иорданца»[4], а может, «Реки Виски» Вилли Нельсона. Но вот волна поймана песню «Больно» Джонни Кэша. Довольный Хазард решил удостоить своей болтовней Хьюстона.
               — Не криви нос, Хьюстон! Ты расстраиваешь Джонни! Посмотри на меня! Как только доедем до участка, мне придётся сообщить моей птичке, что наш отпуск на греческие острова отменяется. Сдвигается на неопределённый срок! Я, правда, считаю, что мы поймаем сучонка быстро. Обязательно напишу прошение на возмещение моих денег, потраченных на билеты и бронь отеля!
               Пока Хазард, жестикулируя за рулём, увещевал напарника в нелюбви того к музыке и прозрачности нового дела, Хьюстон набирал номер участка, чтобы дать распоряжения. Пусть офицеры распечатают бухгалтерию мистера Форда, если техники разрешат прикоснуться к компьютеру. Надо забрать у них всю документацию, все равно как приедут, придётся её разбирать. Необходимо составить списки друзей, знакомых, партнёров с покупателями. Кого следует допросить в первую очередь? Где мистер Форд бывал чаще всего? Ах да! Первым делом пусть обзвонят пиццерии и вызовут на ковёр разносчика. На коробке логотип местной пиццерии «ПиццаМира». Пиццерия, ориентирующаяся на приготовлении пиццы из всего, что под руку попадётся, на взгляд Хьюстона. Жене мистера Форда также необходимо сообщить о случившемся и вызвать на допрос. Доктор Мо ещё должна им предоставить результаты вскрытия. Её заставят ускориться. Жирналюг прижали, и даже если новость просочилась, то лишь на радиоволны. А вот телевизионщики и газетчики вывернут наизнанку Анджи Пресстона, человека по связи с общественностью, если не смогут к утренним новостям и изданиям подготовить горячий, как свежие пончики, материал.
               Хьюстон уже второй раз сбился, набирая номер участка, отвлекаясь на песни в радио. Он не любил музыку. Точнее, не любил музыку со словами. В его понимании музыка — это чистейшее звучание во всем многообразии её проявления. Потому он воспринимал только классику или естественные звуки окружающих его вещей с явлениями.
               — Выключи, — начал раздражаться Хьюстон, в третий раз сбиваясь с набора номера. Он всегда старался всё запоминать. Память несовершенна, но из-за легкодоступности в наше время любой информации и функций быстрого набора наступила деградация. А Хьюстон этого не хотел. Он полагался на свой мозг.
               — Вот когда купишь себе тачку, будешь командовать, — наслаждался «Лоди» «Криденс Клеруотер Ревивэл»[5] Хазард. — Я тебе поражаюсь просто! Сдай на права, в конце-то концов! Хватит эксплуатировать патрульных! И меня в частности. Мало того что из-за аэропорта пришлось крошку со всеми вещами домой везти, так я ещё и за тобой заехал. Мог бы и такси вызвать, — беззлобно ухмыляясь, отчитывал Хьюстона Хазард, делая музыку погромче.
               Хьюстон ничего не ответил. У него была машина. И права. Но после того как она сломалась, он не стал её чинить. А просто продал машину. Почему он так сделал? Машина это же так удобно! Тем более с твоей работой! Он сам не знал. Просто поддался порыву избавиться от старого корыта и не тратиться на её ремонт. Теперь у него есть знакомый таксист Ник Джасс, водила старой закалки, который брал с него меньше, чем с остальных клиентов. Так же, как и он, предпочитал слушать классику. Ник приглашал его на свой день рождения, порывался представить Хьюстона своей семье. Хьюстон тактично отказался, Ник на него не обиделя, но стал периодически рассказывать о своих двух внуках, мальчике с девочкой. Хьюстон его не перебивал хотя и предпочёл бы ехать в молчании, но тем самым он сохранял с Джассом дружеские отношения. Относились они друг другу как к добрым знакомым.
               Хьюстону удалось набрать номер, не отвлекаясь на потусторонний звук и подпевания Хазарда. В трубке слышались гудки, но вот раздался голос:
               — Участок Сен-Сир. Что у вас произошло?
               Хьюстон узнал по голосу офицера Кейси Чоко. Наблюдая за ходом её работы, Хьюстон выделил собранного и ответственного человека, но крайне наивного и впечатлительного к некоторым вещам. С годами, если она выдержит, произойдёт огранка и все шероховатости сточатся службой.
               — Офицер Чоко. Это инспектор Хьюстон.
               — Инспектор! Нам сообщили, что случилось. Какие будут распоряжения?
               Хьюстон передавал указания по телефону офицеру, Хазард курил очередную сигарету под песню «Джолин» Долли Ребекки Партон[6]. Они проезжали мимо автозаправок, сети магазинов продуктов «Файв», автостанции, торгового центра, механико-технологического техникума «Юниор», сети магазинов постоянных продуктовых распродаж «ЛайтШоп», сети магазинов трикотажа, продуктовых магазинов, медицинского центра «ХеартПро», бизнес-центра «Успех», продуктовых магазинов, центральной городской библиотеки имени Уильямса Карлоса Уильямса[7]. Хазард смотрел на всю эту пёструю компанию бизнесменов и посмеивался про себя. Как же они заблуждаются, что их век будет долог! Куда ни плюнь, каждый норовит вылезти из тени и считает, что сможет стать предпринимателем. А потом они разоряются, на их месте открывается то же самое или ещё что-то, плюс ещё пару магазинов в придачу. Забавный народец! Хазард подъехал к участку, ища место для парковки. Сегодня большинство сотрудников на службе. Подняв всех на уши их заставят поработать в удвоенном темпе. Хьюстон с Хазардом вышли из машины, и оба в очередной раз не без содрогания окинули взглядом внешний вид участка.
               Участок Сен-Сир, названный в честь французского полководца Лорана де Гувиона Сен-Сира[8], представлял собой огороженное высоким забором с колючей проволокой трехэтажное трёхцветное здание с красной черепичной крышей. Белый, тёмно-коричневый и кофейный. Такими красками выкрасил участок городской муниципалитет, чем вызвал бурю негодования и недоумения у служащих. Все обрадовались, как только узнали о ремонте фасада, потому что здание действительно находилось в плачевном состоянии. То тут, то там виднелись пробоины, как от бомбёжки. Краска стёрлась, обнажая серый скелет. Все обрадовались, но отнеслись с опаской к рвению властей привести участок в божеский вид. И не зря. Теперь у местных здание вызывало насмешливую сочувствующую улыбку. Из крепости органов правопорядка сделали общественную разукрашенную домишку. 
               Хазард и Хьюстон зашли в участок. Если фасад починили, это не значит, что ремонт коснулся внутренностей здания. Во внутреннем убранстве участка присутствуют все градации серого. Исключения составляют определённые элементы декора, личные вещи сотрудников и служебные объявления. Инспекторы прошли мимо дежурного, который приветственно махнул им рукой и уткнулся дальше в спортивный журнал, остановившись на статье, посвящённой будущим Олимпийским играм. Хазард отсалютовал приветствие, Хьюстон ускорил шаг, стремясь как можно быстрее узнать результаты выполненных поручений, данных офицеру Чоко. Он просил звонить ему напрямую, но трубка разрядилась. Его чаяньям поработать не суждено сбыться! Центральный зал полицейского управления, в котором стояли столы всех сотрудников (исключения, составляли личный кабинет суперинтенданта, старшего инспектора и человека по связям с общественностью), переоборудовали для пресс-конференции. Забавно. Для пресс-конференции в участке есть отдельное помещение, полностью укомплектованное под нужды сотрудников массовой информации. Там и освещение получше, и стулья расставлены рядами, столы приставлены к стенам с чашками для воды из бойлеров, отведено специальное место под видеокамеры и другую телевизионную аппаратуру. Но вот незадача. В ней ремонт. А точнее, у какого-то умника замкнуло технику, и полетела к чертям в комнате вся проводка, чуть не спалив участок. Помещение недоступно на неопределённый срок, а работать надо. И пресс-конференция состоится в центральном зале. Все сослуживцы сидели у стенки за своими столами спиной друг к другу, бегали от стола к столу, спотыкаясь о расставленные стулья и чертыхаясь во весь голос.
               Не успели они зайти в комнату, как к ним подлетел Анджи Пресстон, ответственный по связям с общественностью. Несмотря на весь свой наряд с иголочки и начищенную до блеска обувь, чем вызвал внутреннее одобрение Хьюстона, детектив Пресстон всегда на взводе. Его вечно воспалённые глаза ещё больше покраснели, уголок рта подёргивался, а торчащий хохолок оттопыривался ещё сильнее, несмотря на все старания его владельца прилизать волосы.
               — Боже мой. Ещё Стресса до кучи не хватало, — пробормотал себе под нос Хазард — Стресс! Как я рад видеть тебя, старина! Мы так давно не виделись! Расстались буквально вчера и вот я снова готов распахнуть свои дружеские объятия для тебя! — раздвинув руки, декламировал Хазард по весь голос, дабы желая заключить детектива в объятия.
               — Я Пресстон!
               — Желание качать пресс ты у меня не вызываешь, а вот стресс — да! — опустил руки Хазард, поняв, что дружеских обнимашек не последует, и достал сигарету.
               — Вы должны были сообщить, что случилось на месте, горазда раньше! Меня рвут на части! Начальник в бешенстве! — нервно подёргивался Пресстон, указывая пальцем то на одного инспектора, то на другого.
               — Где офицер Чоко? — не стал дальше слушать эту бессмысленную тему Хьюстон, быстро окинул взглядом помещение, не разыскав нужного ему человека.
               — Я... Я не видел, куда она вышла, — растерялся Пресстон, не успевший вылить на инспекторов свои нервозные переживания перед предстоящей пресс-конференцией. Не один год он этим занимается и является официальным лицом участка, но каждый раз ему крайне сложно совладать с собой. А ещё его мания к перфекционизму. Он категорически требует, чтобы вся доступная и горячая информация имелась у него в руках, тем самым он сможет ответить на любой каверзный вопрос. Вот только при расследовании информация поступает постепенно и не сразу. Однако же все должно быть идеально! Хоть тресни!
               Хьюстон вышел из центрального зала искать офицера Чоко, оставив Хазарда разговаривать со своей женой по телефону, и Пресстона, пытающегося как-то привлечь его внимание. Время далеко не обеденное, но поскольку большую часть сотрудников сдвинули к стенке вместе с рабочим местом, Хьюстон предположил, что большинство отправится на перекур в столовую. Им дали небольшую передышку. Хьюстон не болел своей работой, он просто её делал. А раз так, то нужно её сделать качественно, но в то же время оперативно взять след, пока он горячий. Офицера Чоко, как и предполагал Хьюстон, нашёл в столовой. Их столовая напоминала столовую в школе. Такие же пластиковые столы для пикника, место раздачи еды от холодного к горячему, тот же запах с тёмной безвкусной обстановкой. За одним таким столом Кейси Чоко возбуждённо рассказывала Тейлору Стару подробности прошедшей игры между клубом Лос-Анджелес Доджерс[9] и Чикаго Кабс[10]. Правда то, что Лос-Анджелес Доджерс не вышла в Мировую серию офицер Чоко решила опустить, расхваливая Лос-Анджелес Доджерс разгромивших Сан-Диего Падрес[11] 15:0, оформив тем самым самую крупную сухую победу в День Открытия за всю историю МЛБ[12]. Офицер Стар ел молча, уставившись в свою тарелку. Тейлор Стар не отличался выдающейся комплекцией. Тело формы морской звезды, нос картошкой, двойной подбородок. Однако один из тех немногих, у кого есть полноценные цельные семьи. Жена и трое детей возраста начальных классов. Прекрасный специалист в видеотехнике и электронике. Тейлор Стар только положил ложку запеканки к себе в рот, как чуть не поперхнулся, заметив за спиной Кейси Чоко, возвышающегося инспектора Хьюстона, молча слушавшего односторонний монолог.
               — Какие результаты? — спросил Хьюстон, заставив офицера Чоко резко обернуться от испуга и пролить чай на брюки.
               — Инспектор! Я не смогла до вас дозвониться, — отрапортовала офицер Чоко, приходя в себя от неожиданности.
               — Я здесь. Докладывайте, — Хьюстон сел напротив неё, заставив непроизвольно передвинуться Тейлора Стара к краю. Кейси Чоко отодвинула от себя тарелку с едой, быстро протёрла брюки салфеткой, достала небольшой блокнот и стала зачитывать инспектору собранную информацию.
               — Сначала про пиццу, что вы говорили. Заказ был сделан в 20:16 вечера воскресенья. Мистер Джаспер Форд заказал пиццу на 8:00 утра понедельника. Заказ сделан в пиццерии «ПиццаМира», расположенной по адресу Крайслер[13], 15. Фред Драйк двадцатидвухлетний разносчик доставлял заказ. Мы позвонили, его дядя, владелец пиццерии, в курсе ситуации и «дал ему по первое число» цитирую, за то, что сразу же не сообщил в полицию. Дядя его привезёт «как только приведу этого недоросля в чувство»...
               — Дальше.
               — А также я связалась с женой мистера Форда. Самантой Форд. Она уехала к родителям на выходные вместе с детьми. Собиралась приехать только днём понедельника. В общем, её так же привезёт её отец, так как «за руль я её в таком состоянии не пущу». Вот только, если свидетель-разносчик должен подъехать с минуту на минуту, то боюсь, мисс Саманта приедет минимум через три-четыре часа. По поводу результатов аутопсии и лабораторных анализов. Я звонила в лабораторию Института. Боюсь, доктор Мо не расположена к беседам, она велела передать, что как только закончит работу, вызовет троих сразу...
               Хьюстон поморщился. Придётся брать с собой Анджи Пресстона. Он её достал своими звонками требуя результатов, как можно скорее. Позови их троих сразу, доктор Мо избавится от двух зайцев одновременно и снизит уровень давления с суматохой вокруг себя вдвое.
               — Телефон жертвы и ноутбук недоступны, — вмешался в беседу Тейлор Стар. — По предварительному просмотру документов, мистер Форд вёл всю свою отчётность самостоятельно. Включая бухгалтерские документы с клиентской базой, со списками адресов и телефонов точек приобретения антиквариата. К нам должен будет зайти человек со всей этой кипой бумаг. Пока же техники ищут в ноутбуке скрытые файлы, сообщения и другую какую-либо компрометирующую информацию, — печально вздохнул Стар, расстроившийся, что его не подключили к работе. Он хотел бы покопаться в ноутбуке знаменитого коллекционера.
               Хьюстон кивнул. Пока все идёт гладко. Предварительная информация собирается в темпе и оперативно. Понедельник будет долгим. Он встал из-за стола, ничего не сказав двум офицерам, и направился к выходу, думая о своём. Офицер Чоко и Стар вскочили и пошли за инспектором в главный зал, не убрав за собой. Оба шли на почтительном расстоянии от Хьюстона, неотрывно следя за его мимикой, надеясь уловить в его поведении хоть какие-то намёки на возникшие в его голове идеи с соображениями. Многие сотрудники участка испытывали непонятную тягу к этому странному и замкнутому субъекту. С опаской и любопытством они наблюдали и учились работе на примере инспектора Хьюстона. Но мало что можно почерпнуть из его поступков. Несмотря на то что у него есть напарник, Хьюстон предпочитал работать обособленно. А одиночки и отщепенцы не приветствуются.
               — Чемодан и Звезда! Неповторимый дуэт! Что сегодня подают в столовой? Есть хочу, умираю! — раскачиваясь на стуле, восседал Хазард, куря сигарету, несмотря на запрет курения в помещении. Пресстон куда-то пропал.— Видела последнюю игру, Чемодан? Как Чикаго Кабс уделали Кливленд Индианс[14]? Какая досада, не правда ли?
               Офицер Чоко покраснела до кончиков ушей, но ничего не сказала. Тейлор Стар покосился на напарницу, вспоминая её хвалебные отзывы от игры и... Что там ещё было-то? Кейси Чоко пробормотала извинения и потянула Стара за собой, обходя стулья в центре зала. Она всегда терялась, когда сталкивалась с Хазардом, по ней сразу видно, что она не равнодушно воспринимает его подколы, а тот пользовался любой возможность её поддеть. Самый лучший способ — это бейсбол.
               — Собственно, я тебя ждал, Хьюстон, — проводил взглядом удаляющуюся пару Хазард. — Приехал наш свидетель с родственничком. Пацана пригласили в допросную. Дядька ждёт у двери. Как закончим, я в столовую срулю, — встал со стула Хазард, потушив сигарету.
               Хьюстон и Хазард пошли к одной из комнат для допросов. У одной из закрытых дверей стоял подтянутый мужчина средних лет. Брюнет с небольшой бородкой, воспалёнными глазами из-за стресса. В красной форменной футболке с коротким рукавом и в ношеных кроссовках. Он как можно быстрее доставил молодого человека в участок. Офицер с заполненным бланком ждал их прихода вместе с ним.
               — Здравствуйте, я инспектор Хазард, а это инспектор Хьюстон. Спасибо, что приехали, — мужчины пожали друг другу руки. Офицер отдал Хьюстону бумагу с анкетными данными свидетеля.
               — Я... Я Стив Драйк, владелец пиццерии «ПиццаМира»... Я прошу прощения за своего племянника. Он должен... сообщить... О происшествии значительно раньше, — мужчина провёл ладонью по лицу. Он нервничал от случившегося. — Я еле-еле его вытащил из комнаты. Он просидел там несколько часов! Простите.
               — Не нужно никаких извинений, — ответил Хьюстон, остановив тем самым Хазарда от реплики, — главное, что вы приехали. Он может говорить?
               Стив Драйк опешил. Все предложение сказано с такой равнодушной и пустой интонацией, что мужчина уставился на инспектора Хьюстона, пытаясь осознать смысл сказанного, настолько его заморозила фраза.
               — Он... Он в состоянии говорить...
               — Прекрасно, — Хьюстон зашёл в допросную с бумагами, Хазард вслед за ним закрыл дверь, оставив Стива Драйка пребывать в подвешенном состоянии.
               Допросная представляла собой обезличенную комнату с привинченным столом со специальными ручками для фиксации наручников, раскладными стульями и зеркальной тонировкой на всю стену. По углам допросной располагались камеры видеонаблюдения, записывающие допрос для подробного анализа беседы, если в этой процедуре возникает необходимость. Хазард, забрав бумаги у Хьюстона, сел напротив молодого человека, а Хьюстон встал в один из углов. Фред Драйк, долговязый, нескладный, сутулящийся молодой человек вызывающий впечатление забитого цыплёнка. Он так и сидел в своей рабочей униформе, уставившись в стол, периодически отхлёбывал кофе из одноразового стаканчика.
               — Что же, пожалуй, начнём. Я инспектор Хазард, а это инспектор Хьюстон. Прежде чем мы продолжим, я обязан по протоколу удостовериться в вашей личности. Я обязан разъяснить вам ваши права и обязанности при даче показаний. Надеюсь, вы окажете нам полное сотрудничество, мистер Драйк.
               Молодой человек поднял взгляд от стола и, слабо улыбнувшись, утвердительно кивнул, ответив тем самым на приглашающий жест Хазарда присоединиться к свободной беседе. Хьюстон стоял молча не шевелясь, слившись со стеной, стараясь не нарушать образовывающиеся нить доверия между парнишкой и Хазардом.
               Все формальности были соблюдены, Фред Драйк сел более ровно на стуле, переключив всё своё внимание на одного из инспекторов.
               — Вот как мы поступим, Фред. Ты не против того, что я обращаюсь к тебе по имени?
               — Нет, я не против.
               — Хорошо, Фред, — закрепил успех Хазард, желая воспользоваться предоставленной ему возможностью. — Я хочу, чтобы ты рассказал свою версию событий в форме свободного рассказа. Я не буду тебя перебивать и даже задавать вопросы. Расскажи всё с того момента, который посчитаешь нужным. А я после этого уточню у тебя некоторые заинтересовавшие меня детали. Как тебе такой план? — выжидательно следил за реакцией свидетеля Хазард.
               — Ну, думаю неплохо...
               — Хорошо, — Хазард замолчал на минуту. — Можешь начать, как только будешь готов.
               Фред быстро допил кофе, поставил стаканчик, облизнул губы, собираясь с мыслями. Обвёл взглядом допросную и остановился на Хьюстоне. Хьюстон здесь не присутствовал. Всё его существо ушло настолько глубоко в себя, что он фиксировал каждый звук. Дыхание мужчин в комнате, скрип мебели, жужжание камеры, эхо разговоров за стеной, внутреннюю работу собственного тела. Фред удивлённо пялился на Хьюстона, не зная даже, как реагировать. С трудом отведя от молчавшей статуи взгляд, он нервно посмотрел на Хазарда. Вся его поза излучала внимание и сопереживанием к свидетелю, да так, что Фред, наконец, расслабился и, метнув последний взгляд на пустоту в углу, заговорил:
               — Может, вы лучше зададите вопросы? Разве так не легче будет?
               — Что же, если ты не против, почему бы и нет? — улыбнулся ободряюще Хазард. — Насколько мы знаем, мистер Форд заказал пиццу наутро понедельника вечером воскресенья. Это так?
               — Да, мистер Форд частенько заказывает пиццу, когда нет его жены. Он наш постоянный клиент! — довольно ответил тот.
               — Во сколько был сделан заказ?
               — Не могу сказать. На звонки отвечал в тот день Стив. В тот день Молли не смогла выйти. Отравилась.
              — Вот как! Хорошо. Ты повез заказ к нему домой. Что дальше? — вызывал на откровенность паренька Хазард, переведя допрос в форму повествования, как он планировал. Пусть парень выговорится. В свободном потоке слов он может сказать лишнее или подчеркнуть что-то важное, сам того не осознавая.
               — Я взял заказ. Пицца с карри. Мистер Форд часто её заказывает. Погрузил в машину. Заехал купить жвачку, выехал я рано. Всё как обычно! Поднялся на крыльцо, только хотел нажать звонок... — Фред взволнованно замолчал. — Я... Я даже сразу не отобразил, что дверь приоткрыта! На автомате потянулся к звонку! — он взъерошил волосы. — Ну я сунул голову в дверь. Давай кричать. Звать мистера Форда. И ничего. Ну вот я и.... — Фред замолчал, слегка побледнев, вспоминая найденную находку на втором этаже.
               — Не можешь вспомнить, во сколько ты был у дома? — решил отвлечь парня Хазард.
               — Что? Я... Я не смотрел на часы...
               — И всё-таки?
               — Ну, может, в восемь ровно, восемь пятнадцать. Не знаю!
               — Ну хорошо. Ты увидел приоткрытую дверь. Никто не отвечал. Что дальше? — вернулся к основной теме Хазард.
               — Я решил зайти. Узнать, в чём дело....
               — И?
               —...и зашёл в дом. Положил пиццу на тумбочку, она мешала да и руки тряслись. Прошёлся по первому этажу. Ничего примечательного не увидел. Поднялся на второй. А там дверь приоткрыта, — Фред замолчал.
               — Хорошо, очень хорошо! Такой вопрос: ты не заметил ничего необычного до приезда? Может что-то привлекло твоё внимание или что-то странное показалось в самом доме?
               — Ммм, да нет, не заметил ничего такого, — нервно дёрнул плечами паренёк. Его терпение с моральной стойкостью, накопленная за время отсидки в комнате начала быстро таять. Он всё чаще бросал испуганный и сконфуженный взгляд в угол допросной, где Хьюстон неподвижно подпирал стену атлантом.
               — Ещё немного! Ты поднялся на второй этаж, увидел приоткрытую дверь... — возвращал в нужное ему направление Хазард свидетеля.
               — Я заглянул и вылетел оттуда пулей! — взвинчено отреагировал мальчишка. — Боже мой! Я... Я сразу понял, что он мёртв! Сразу! Я... Я не знаю как, но понял! Я обо всем забыл! И про эту чёртову пиццу и грёбаную работу! И... И помчался домой, закрылся там! Мне.... Мне дядя вставил по первое число, когда заявился к нам домой! Но... Но поймите! Вы же с этим каждый день дело имеете! А я... Я... Да у меня мозг выключился, и включилась команда бежать и зарыться куда подальше! — истерически канючил Фред Драйк, раскачиваясь на стуле, заламывая руки. Впечатлительный молодой человек, подумал Хьюстон, фиксируя для себя, что на этой ноте продолжать не следует. От паренька они ничего не добьются вразумительного на данный момент. Также посчитал и Хазард, успокаивая молодого человека, дружески хлопая его по плечу, ласково что-то говоря. Протокол допроса он закрыл. Позже они смогут вызвать парня ещё раз, если потребуют обстоятельства.
               Хьюстон вышел. Стив Драйк тут же оживился и сделал несколько шагов к инспектору, намереваясь спросить, как все прошло, но Хьюстон не дал ему сказать первым:
               — Мистер Драйк, во сколько выехал из пиццерии ваш племянник с заказом для мистера Форда?
               — Что? Ну я не могу так схо...
               — Но вы же наверно фиксируете, во сколько приехал и выехал ваш посыльный? Или нет?
               Стив Драйк хохотнул, его рассмешили слова инспектора.
               — Скажете тоже! Попробуйте отследить всех этих ребят! — он на мгновение задумался, нахмурился, вспоминая что-то. Хьюстон не дёргал его. Хазард ещё в допросной, ещё есть несколько минут.
               — Вы знаете... Я запомнил время, во сколько выехал Фред в это утро... — неуверенно продолжил Стив Драйк. — Он выехал в 7:50... Да... Точно! В 7:50! Я... — Стив Драйк резко замолчал и прищурившись уставился на инспектора. — А в чём собственно дело? — заподозрил он что-то неладное, думая не сболтнул ли чего лишнего.
               — Формальность и только, мистер Драйк. Ваш племянник нам очень помогает. Как и вы, — успокаивал мужчину Хьюстон, стараясь смягчить углы, не вдаваясь в конкретику и в то же время придавая своему голосу непоколебимую абсолютность каждого сказанного им слова. — Ваш племянник сообщил, что вы отвечали на звонки в воскресенье из-за болезни девушки Молли. Мистер Форд звонил в воскресенье и заказал еду на понедельник. Верно?
               — Да, это так, но что...
               — Во сколько он позвонил?
               — Он всегда звонит в одно и то же время! — вскинулся Стив Драйк под таким напором вопросом, сбивающим его с мысли.
               Стив Драйк не успел наехать на Хьюстона, как из допросной и зеркальной коморки одновременно вышли все участники процесса. Офицер, записавший допрос на диски, передал копию Хазарду, тот убрал его в папку, продолжая ещё что-то говорить свидетелю. Хьюстон услышал обрывки фраз, сказанные пареньку напоследок. Обязательно... Исключения... Пальцы... Повторный...
               — Мы можем идти? — осведомился Стив Драйк, подходя к своему племяннику и Хазарду, который пожал руку молодого человека на прощание.
               — Безусловно. Спасибо за помощь. Вас проводит офицер для ещё одной процедуры. Я уже объяснил вашему племяннику нашу потребность в проведении этой формальности.
               — Вот как? — Стив Драйк недоверчиво покосился на племянника, ожидая от того подтверждения слов Хазарда. Он недовольно скривился на Хьюстона, который неподвижно смотрел вглубь центрального зала.
               — Всё в порядке. Так требуют правила, — успокоил дядю Фред Драйк, гордящийся таким вниманием к своей персоне и обходительностью инспектора Хазарда.
               — Ну хорошо, — успокоился и расслабился Стив Драйк. Он со своим племянником пошли за офицером попросивший следовать этих двоих за ним.
               Хазард достал пачку с сигаретами, вытащил одну и закурил, чем вызвал недовольство Хьюстона. Он встал рядом с ним и, покуривая, отщёлкивал какой-то ритм, ухмыляясь во весь рот.
               — Он врёт, — прервал молчание Хьюстон.
               — Тоже мне! Истина праведника! Конечно врёт! — прыснул Хазард, что его напарник сморозил такую глупость.
               — Его отпечатки будут на первом этаже и на перилах лестницы. Особенно на шкафчиках с тумбочками...
               — Даже если с учётом покупки жвачки и его собственных слов, он минимум минут пятнадцать шнырял по дому. Не верю я в его добродетельный осмотр комнат.
               Хьюстон молчал, продолжая смотреть куда-то в невидимую для Хазарда точку. Пауза затягивалась.
               — Как бы то ни было, а я в столовку! Может ты и можешь работать на одном сахаре с кофе, то я нет! — пошёл к своему столу Хазард, не дождавшись комментария напарника, Хьюстону же думал поставить телефон на зарядку, лежавший у него в кармане. Только Хазард кинул протокол с допросом на стол, а Хьсюстон подключить телефон и потянулся к стационарному аппарату, чтобы сделать звонок, как из громкоговорителя в стене раздался гневный рёв:
               — Хьюстон!! Хазард!! В кабинет!! НЕМЕДЛЕННО!!!
               — Шеф что ли объявился? — спокойно осведомился Хазард у вздрогнувшего от испуга Тейлора Стара.
               — Пришёл несколько минут назад, — выдавил тот.
               Хьюстон с Хазардом приблизились к кабинету, постучали и вошли. Кабинет имел размеры небольшой коморки с затёртой внутренней облицовкой, но дорого обставленной мебелью. За большим столом, оставляя минимум пространства для манёвра своего владельца из-за забитых полок с папками и документами, сидел их непосредственный начальник Боб Честерфилд. За глаза его окрестили Пингвин из-за Хазарда. В порыве раздражения Хазард обозвал начальника Пингвином в честь суперзлодея из комиксов DC, одним из противников Бэтмена, чем заслужил чуть не прилетевшую пепельницу в голову. Боб Честерфилд, действительно, чем-то смахивает на злодея из комикса: пухлый человек маленького роста с зажатой сигарой в зубах, носит подтяжки, вздёрнутый острый нос, вот только на голове волос значительно больше, из-за чего вынужден носить кудрявый хвостик. Холерик и технофоб, и вы получаете прекрасный зрительный образ суперинтенданта участка.
               — Какого лешего вы не сообщили мне о своём приезде?! — чертыхался Честерфилд, очищая место на столе от кипы бумаг, которые грозились упасть в любой момент. Сесть на два захудалых стула, единственной дешёвой мебели, он им не предложил. Здесь же стоял Анджи Пресстон, весь издёрганный и замученный. В кабинете находилось пять человек, и только шеф сидел, остальные стояли, из-за чего непроизвольно возникала клаустрофобия.
               — С юных лет приучайтесь прощать проступки ближнего и никогда не прощайте своих собственных[15], шеф.
               Начальник участка вскинул голову и с бешеным блеском в глазах уставился на Хазарда:
               — Это ещё что за новость?!
               — Вы мне отпуск испортили! Какого лешего нас-то вызвали?! Подключили бы Колдрона! Он же на смену остался!! Так какого...
               — Так затребовало высшее руководство. Это приказ сверху, — тихо, но отчётливо пресекла истерику Хазарда на корню Мира Вар. Хазард испуганно глянул на старшего инспектора, стоявшего по левую сторону от начальника участка, передавая ему документы с отчётностью текущего месяца.
               А вот Защитника, Миру Вар, Хазард конкретно боится, чем заслужила внутреннюю симпатию Хьюстона. Родители глядели в воду, когда давали созвучное имя к своей фамилии дочери. Она действительно воплощала в себе Войну и Мир. Военная выправка, острый взгляд, жидкие мышиные волосы, тонкие губы, впалые щёки. Она стена и крепость суперинтенданта, который мог положиться на неё в любых ситуациях. Прекрасный руководитель и солдат, который сделает все возможное для минимизации потерь в участке. Но злить её себе дороже. Как-то раз она защитила начальника от скрытого нападения, заслонив его собой. Будучи раненой, она как истинный преданный пёс кинулась ловить преступника. И поймала. Сломав ему руки в трёх местах, догнав его. Дело не стали заводить из-за покушения на убийство начальника участка, но именно этот пример показал её способности телохранителя с верностью службе. 
               — Ты меня за идиота держишь, Хазард?! — завёлся шеф. — Считаешь, я не подумал о Грэге в первую очередь?! Вот только он занят другим делом и отправлен на подмогу!! — ругался и кипел Боб Честерфилд, не переставая конвейерно просматривать подаваемые ему документы Мирой Вар.
               — Я все же напишу прошение о компенсации, — буркнул Хазард недовольно, вертя сигарету в пальцах.
               — Доктор Мо не звонила? — обратился к Пресстону Хьюстон, зная из доклада офицера Чоко, о намерении доктора вызвать троих людей сразу в морг.
               — Я не в курсе... Нет ещё... — потирал свои красные глаза Пресстон, нервно пытаясь пригладить торчащий хохолок.
               — Пресстон!! Краше в гроб кладут!! Приведи себя в порядок, ради бога!! Хьюстон!! Доложите, что успели собрать за это время!! Чертова китаянка!!
               Пресстон заметно оживился, что наконец-то он получит хоть какую-то информацию, Хьюстон вкратце сообщил о добытых сведениях. Их не так много, как хотелось бы, а точнее, расследование только началось, информация минимального объёма. Что Хьюстон и не скрывал никак не реагируя на злую мину шефа и прищуренный взгляд Миры Вар. Боб Честерфилд шумно откинулся на стуле, поправил уже в который раз фоторамку с сыном в форме военной академии Вест-Пойнт[16], схватил трубку, буравя взглядом офицеров стоящих напротив него.
               — Это Боб Честерфилд, начальник участка! Доктора Мо к телефону позови!! — минута ожидания. — Доктор?! Что там у вас?! Аврал?! А у меня прорывает канал!! Когда вы их вызовете?! Что?! Почему раньше не сказала!! — швырнул трубку на рычаг шеф, тяжело отдуваясь.
               — Идите, чёрт бы её побрал!! Она вас уже ждёт!! — бросил начальник, давая понять, что беседа окончена.
 
[1] Джонни Кэш (26 февраля 1932, Кингсленд, Арканзас — 12 сентября 2003, Нашвилл, Теннесси) — американский певец и композитор-песенник, ключевая фигура в музыке кантри, является одним из самых влиятельных музыкантов XX века.
[2] Пэтси Клайн (8 сентября 1932 — 5 марта 1963) — американская певица, одна из величайших вокалисток в истории музыки кантри.
[3] Вилли Нельсон (род. 30 апреля 1933 года) — американский композитор и певец, работающий в стиле кантри.
[4] «The Jordanaires» (англ.Иорданцы) — американская вокальная группа, появившаяся в 1948 году в Спрингфилде, штат Миссури.
[5] Creedence Clearwater Revival (сокращённо CCR, часто Creedence) — американская рок-группа, образовавшаяся в 1967 году и за пять лет существования добившаяся всемирного успеха и признания критиками.
[6] Долли Ребекка Партон (род. 19 января 1946 года, Севьервилл, Теннесси, США) — американская кантри-певица и киноактриса, которая написала более шестисот песен и двадцать пять раз поднималась на верхнюю позицию кантри-чартов журнала «Биллборд»
[7] Уильям Карлос Уильямс (17 сентября 1883, Резерфорд, Нью-Джерси - 4 марта 1963, там же) — один из крупнейших поэтов США.
[8] Лоран де Гувион маркиз де Сен-Сир (13 апреля 1764 — 17 марта 1830) — маршал Империи (с 27 августа 1812 года), генерал-полковник кирасир (с 6 июля 1804 года по 5 декабря 1812 года).
[9] Лос-Анджелес Доджерс — профессиональный бейсбольный клуб, выступающий в Западном дивизионе Национальной лиги Главной лиги бейсбола (МЛБ).
[10] Чикаго Кабс — профессиональный бейсбольный клуб, выступающий в Центральном дивизионе Национальной лиги Главной лиге бейсбола. Команда основана в 1876 году. Клуб базируется в городе Чикаго, Иллинойс.
[11] Сан-Диего Падрес — профессиональный бейсбольный клуб из Сан-Диего, штат Калифорния, выступающий в Главной лиге бейсбола (МЛБ). Клуб основан в 1969 году.
[12] Главная лига бейсбола (MLB) — профессиональная спортивная бейсбольная организация в Северной Америке, являющаяся одной из четырёх профессиональных спортивных лиг в США и Канаде.
[13] Fiat Chrysler — американская автомобилестроительная компания.
[14] Кливленд Индианс — профессиональный бейсбольный клуб, выступающий в Главной лиге бейсбола. Команда основана в 1894 году. Клуб базируется в городе Кливленд, Огайо. С 1994 года домашним стадионом является «Прогрессив-филд». Выступая в Высшей лиге, выиграли два чемпионата, в 1920 и в 1948.
[15] Цитата Александра Васильевича Суворова (13 (24) ноября 1730 — 6 (18) мая 1800) — великий русский полководец, основоположник отечественной военной теории, национальный герой России.
[16] Военная академия Соединённых Штатов Америки, известная также как Вест-Пойнт — высшее федеральное военное учебное заведение армии США. Является старейшей из пяти военных академий в США.
__________________
Amour, Amour
Alle wollen nur dich zähmen
Am Ende, gefangen zwischen deinen Zähnen


Последний раз редактировалось AnnBlack; 28.06.2018 в 19:30.
Ответить с цитированием