Тема: 6.3.7.5.
Показать сообщение отдельно
  #20  
Старый 10.07.2018, 18:50
Аватар для AnnBlack
Историческая личность
 
Регистрация: 07.09.2009
Сообщений: 2,037
Репутация: 1798 [+/-]
Скрытый текст - 17. Скрябин. Выстрелы. Инцидент - 1:
—…уникальное! В русской и мировой истории музыка определяется, по его принципам, прежде всего тем, что его собственное творчество не как цель и результат, а как средство достижения гораздо более крупной Вселенской задачи!
               — Через незаконченную «Мистерию», — согласился Хьюстон кивнув.
               — Именно! Скрябин[1] собирался завершить нынешний цикл существования мира, соединить Мировой Дух с косной Материей в некоем космическом эротическом акте и таким образом уничтожить нынешнюю Вселенную, расчистив место для сотворения следующего мира...
               — Боже мой!! Остановите машину или я выпрыгну на ходу из неё!! — вцепился в спинку Ника Джасса Хазард, не зная, куда себя деть от этого кошмара.
               Всё случилось утром. Хазард одетый ещё в более уставшую одежду, чем обычно для конспирации заехал за Хьюстоном, как договаривались. Начальник участка им ещё не звонил с требованием явиться на службу. Сегодня должен состояться последний допрос Итана Сэвэнти, именно они его ведут. Но план состоял в том, чтобы успеть съездить на точку отклонения привычного маршрута водителя Питера Моррилла, а затем приехать в участок. Как же удивился Хазарда, когда он увидел таксиста Ника Джасса на своей машине. Небольшая поддержанная легковушка, водительское сиденье, адаптированное только под него. Хьюстон известил Хазарда, именно известил, не спросив его согласия, что они едут на машине Ника. Раз они оба выступают в качестве боевой единицы, в случае чего им необходим водитель, сидящий на стрёме, готовый рвануть с места в любой момент. Хазарду ничего не оставалось, как бросить своего коня у дома Хьюстона, но он с прищуром смотрел на то, как Ник Джасс усаживается на своё место, а Хьюстон занял кресло спереди. Все бы ничего. Хазард помалкивал, Ник Джасс с Хьюстоном молчали. Они ехали под музыку станции Классика FM. Хазард уже начал думать, что никакого подвоха во всем этом нет. В решения Хьюстона есть практическая доля смысла, но стоило диктору озвучить название следующей композиции: «Прометей»[2] Александра Николаевича Скрябина эти двое как с цепи сорвались. Говорил, конечно же, в основном Ник Джасс, но Хьюстон также участвовал в разговоре! Вначале Хазард пытался понимать и слушать о чём они говорят. Но прошла эта композиция, потом ещё одна, ещё, ещё, а они все не затыкаются, устроив дебаты по творчеству этого Скрябина! Невыносимо!!
               — В чём твоя проблема, парень? — обратил внимание, наконец, на Хазарда Ник Джасс.
               — Это месть такая извращённая? — обращался непосредственно к напарнику Хазард, игнорируя таксиста, — За то, что я в машине включал свою музыку?! — начал тот психовать, не зная, куда деться от этой дряни из динамиков.
               — Как ты с ним работаешь? — спросил Ник Джасс у Хьюстона.
               — Молча. Пытаюсь.
               — Моя проблема в том, — вернулся к заданному ему вопросу Ником Джассом Хазард, — что я тут типа диалог услышал, но нет! За все, — Хазард посмотрел на часы, — полтора часа нашей езды я услышал от него всего три реплик: «Угу», «Возможно» и «Через незаконченну «Мистерию»». Все!! В чём тут общение спрашивается?! Я готов слушать только свою болтовню, но никак не чужую!!
          — Целых полтора часа! Да ты молодцом просто! — поддел напарника Хьюстона Ник Джасс.
          — Какое оружие ты взял? — решил прервать этот разбор полётов Хьюстон.
          — Что? Я удостоился твоего внимания? — ядовито огрызнулся Хазард, но смягчившись, достал из кармана складную бритву.
          Хазард протянул Хьюстону свой инструмент, тот его взял, внимательно осматривая. Рукоятка из дерева, пережившая немало приключений. Отшлифованное дерево в нескольких местах говорила о заботе владельца. Высокоуглеродная сталь заточена до максимальной остроты, но небольшие царапины свидетельствовали о частом использовании инструмента. Лезвие выскальзывало из гнезда с лёгкостью и непринуждённостью плавного механизма, заточенного под убийства. Такими ножами поигрывают в вестернах разбойники, прежде чем перерезать кому-нибудь горло.
          — Неплохой нож, — оценил Ник Джасс, периодически косясь на оружие в руках Хьюстона. — Им пользовались не раз.
          — Конечно пользовались! — тут же забрал его из рук Хьюстона Хазард, как только тот убрал лезвие. — Эта подружка всегда со мной.
          — Так же как дробовик в багажнике? — не сдержался Хьюстон.
          — Ну что ты как пластинка заведённая? Я же показал тебе бумажки на него!
          — Какой у вас план? — вернул в реальность инспекторов Ник Джасс. — Вы мало того что несанкционированно едете на вражескую территорию, так ещё подрядили калеку вам тыл прикрывать. Что вы там ищете вообще?
          — А Хьюстон разве не рассказал? — достал сигарету Хазард, намереваясь закурить.
          — Не кури в моей тачке, — грозно рыкнул на Хазарда таксист, тому пришлось недовольно убрать курево с зажигалкой в карман. — Хьюстон обрисовал мне обстановку в общих чертах. В подробности он не вдавался.
          — В этом нет нужды, — ответил Хьюстон, — наша задача разведка…
          — Ваше начальство будет в бешенстве, — невесело усмехнулся Ник Джасс. — Вы телефоны-то выключили?
          — Дома забыл, — в унисон ответили Хьюстон с Хазардом.
          — Нет нет нет! — в твоём случае Хьюстон отмазка — Оставил дома — не прокатит, а вот забыл зарядить вполне себе, ведь на самом деле телефоны-то у нас с собой…
          — Тихо! — прервал его Ник Джасс. — Сейчас будет играть «Воццек»[3] Альбана Берга[4].
          Страдальчески застонав, Хазард откинулся на заднем сиденье, загатив глаза в приступе отчаянья. Хьюстон же сосредоточился на опере, заглушив прочие звуки вокруг себя. Насколько знает содержание оперы Хьюстон, в ней рассказывается о немецком солдате, которого преследуют галлюцинации. Ему видятся отрубленные человеческие головы и адский огонь. Впоследствии они подпитываются ревностью к женщине, обронившей сгоряча слова о ноже. И Воццек воплощает её слова в реальность. Хьюстон боковым зрением смотрел на Ника Джасса. Что он помнит из своей военной службы? Боль? Звуки? Запах? Как долго он проходил реабилитацию после ампутации? Смирился ли, что он теперь гражданский? Или за всем этим внешним фасадом его также преследует огонь, сжигающий его изнутри в диком порыве высвободиться? Хьюстон помнил снятые сомалийским журналистом Иссой Мухаммедом кадры, в которых торжествующие сомалийские боевики носят по городу растерзанное тело погибшего бойца «Дельты». Эти кадры шокировали. Страна стояла на пороге вмешательства в чужую Гражданскую войну, как это произошло тремя десятилетиями ранее во Вьетнаме. Считается, что кадры с растерзанным американским солдатом определили всю дальнейшую военную политику президента в то время. А потери? 19 человек погибшими (18 американцев и 1 малазиец), около 80 человек ранеными, 1 человек, попавший в плен, но освобождён, два вертолёта и несколько автомобилей. Потери сомалийской стороны определить не удалось. Только приблизительные цифры-предположения. Война, да? А что Хазард? Хьюстон глянул на своего напарника. Тот, с закрытыми глазами, опрокинув назад голову, то ли спал, то ли притворялся спящим, не разберёшь. Но его расслабленные руки с плечами говорили о настигнувшей его дреме. Хьюстон в отличие от него не заглядывал в его личное дело, но проработав с ним, он уверился: Хазард служил. Несмотря на все его раздолбайства, в определённых ситуация он собирался в очень опасного оппонента. В то же время его ножик сдавал его с головой. Ему нравилось причинять боль. Хьюстон предполагал, что, будучи на фронте, Хазард мог слишком рьяно ликвидировать своих противников.
          Под такими думами каждый из них двигался к точке назначения в одной машине. Ехали они в небольшой городок носящее название Азалия в честь именитого цветка, имеющего значение «сдержанность» на языке цветов. В этом городке находилось также Азалиское водохранилище. Хьюстон с Хазардом там никогда не были, поэтому они ознакомились с фотографиями города в интернете. Единственный комментарий, который удостоилось это место от Хазарда — Вот это дыра! Действительно, сдержанность во всём до скупости. Город вызывал ассоциацию кельи монахов в монастыре. Вот только нет в нём духовной возвышенности, скорее жалкость присутствовала больше. Но инспекторов не интересовал сам город как таковой, не доезжая пятьсот километров, им нужно будет свернуть в лес, который защищал город по всему периметру. Выехав из своего города на трассу, после нескольких километров, ещё попадаются постройки, но затем густая чаща вступает в свои права. Именно в такую чащу им надо свернуть, как только они доедут до нужного поворота.
          — Я не нашёл навигатор Питера Моррилла у себя в столе, — разбудил Хазарда своим утверждением Хьюстон.
          — Так я его вернул на место, — после задержки от сна ответил Хазард. — Прежде чем приехать к тебе, я заехал к Каену. Он любезно позволил мне это сделать.
          — Любезно? — переспросил Ник Джасс недоверчиво, почуяв подвох.
          — Хьюстон, упоминание о тебе творит чудеса! Стоило мне только упомянуть твою повышенную заинтересованность факсами с желанием лично с ним поговорить, как Каен тут же позволил мне вернуть навигатор на место, как будто ничего не было, — лыбился Хазард удовлетворённый своим трюком.
          Ник Джасс недоверчиво нахмурился, Хьюстон не отреагировал. Главное, что вопрос улажен, как его напарник этого добился, Хьюстона не заботило.
Ник Джасс показал поворот. Они приблизились к точке маршрута. Он тут же выключил радио. Мужчины в машине полностью сосредоточились на дороге. Хьюстон достал из кармана распечатку карты Гугла, отдал её Нику Джассу, прочертив красной ручкой маршрут-то домика. Ник Джасс взглянул всего мельком, но больше не заглядывал в бумажку. Он мгновенно выцепил информацию, запомнив повороты. Место не зря носило название гать. Болотистая местность, плюс глубокая колея, не рассчитанная на легковые автомобили. Но Ник Джасс ловко лавируя, объезжая колдобины выходил из положения победителем, ему не впервой пересекать подобную местность, несмотря на транспорт не рассчитанный на такие испытания. Трясло в машине знатно, Хазард пристегнулся, но все равно болтался на заднем сиденье, злобно шипя, проклиная целый свет, Хьюстон же вцепился ещё в поручень, но при этом сохранял ледяное молчание.
          Наконец, они выбрались из обступающих их до этого деревьев. Ник Джасс припарковался, не доезжая до показавшегося домика несколько метров, поставив машину за деревьями так, что её невозможно увидеть через окна, выходящие в чащу. От дома до машины минут пять-десять. Этого хватит для быстрого отступления, плюс Ник Джасс вывернул колёса в сторону выведшей их к домику дороге. Как только инспекторы окажутся в машине, они смогут тут же рвануть, не теряя скорости.
          Освободившись от ремней, выйдя из машины, они на безопасном расстоянии изучали здание. Типичный охотничий домик дачного типа. Одноэтажный. Построенный полностью из дерева. Окна пластиковые, совсем новые, не вяжущиеся с этой постройкой. Зелёная черепичная крыша. Сейфовая тёмно-коричневая дверь сливалась с деревом. Если бы не блики, увидеть её не представлялось возможным. Они приметили три окна: два плюс одно с торца. Хьюстон встретился взглядом с Хазардом. Он показал двумя пальцами от глаз вперёд. Ник Джасс сразу сообразил, военный жест, означающий «разведка вперёд», приказывающая одному из штурмовой группы отправится на поиск. Хазард после минутного колебания кивнул, обогнул машину Ника Джасса и через лес пошёл в обход дома, узнавать точки позиции противников с возможным их обнаружением.
          — Что-то не сильно он обрадовался, — не мог не сдержать звенящую радость в своём голосе Ник Джасс. Ему не хотелось показывать Хьюстону, как щекочет его нервы вся эта обстановка.
          Но Хьюстон не ответил. Он выжидательно затаился зверем, выискивая взглядом хоть малейшее движение за тёмным окном. Тишина стояла оглушительная. Слышалась работа внутренних органов, казалось ещё немного, и струна порвётся, но...
          В этот самый момент, когда Хьюстон уже начал подумывать предпринять какие-то действия от долго отсутствия Хазарда из дома вышел мужчина. А точнее молодой человек. Ему не больше чем за двадцать, но его белая майка, заляпанная потом с грязью, джинсовые бриджи в пятнах с домашними тапочками, осунувшееся лицо, когда-то бывшее привлекательным, синяки под глазами, выпавшие в некоторых местах волосы, образовавшие плешь, и руки с явными синяками на сгибе свидетельствовали о его причастностм к наркоманам. Он вышел на крыльцо покурить, стоя дымил, чесал у себя в паху, периодически отрыгивал.        Так продолжалось минут пять, пока он не бросил окурок на землю, в последний раз почесал между ног и скрылся в тёмном доме, а в этот же самый момент вернулся Хазард, бесшумно подкравшись к Хьюстону с Ником Джассом, заставив того вздрогнуть от зелени глаз последнего. Очень нездоровой зелени.
          — На заднем дворе машина, — без улыбки отрапортовал Хазард, — бензина в ней немного. Ключей зажигания нет. Есть чёрный вход. Дверь такая же сейфовая. Два окна закрыты. Окна зеркальные, с улицы в дом не заглянуть. Однако у ванны есть приоткрытая форточка. Курят они там что-то убойное. Мне пришлось отступить в лес подальше отдышаться. Сколько их в доме неизвестно.
          — Одного уже видели, — просветил его Ник Джасс. — Тот ещё нарколыга. Как двигается-то ещё непонятно. Но это не значит, что в доме все такие, — задумчиво пробубнил Ник Джасс себе под нос.
          — Будем вызывать опергруппу? — обратился к напарнику Хазард, все так же оставаясь в боевой готовности.
          — Нет. У нас нет никаких оснований. Только кучка балующихся детишек, — взвесил в уме своё решение Хьюстон. — Как сказал Ник в самом начале, мы несанкционированно здесь. Плюс вся эта вылазка с возней вокруг Сэвэнти-Младшего наша с тобой прихоть, — он повернулся к Хазарду, жёстко произнеся то, что оба они знали. — Мы тонем в болоте мотивов, но средств и возможностей с уликами у нас никаких.
          — Какого вы сюда тогда вообще приехали?! — начал раздражаться Ник Джасс, уже не скрывая досаду в своём голосе от нерешительности инспекторов.
          В эту самую минуту вся серьёзность испарилась из Хазарда. Он как-то расслабился, нездоровая зелень в глазах угасла, достал свой складной нож и, продемонстрировав всем лезвие, блеснувшее под солнечным лучом, пропел:
          — Веселиться?
          — Ты что? Маньяк на выезде?! — негодовал Ник Джасс от такой несобранности солдата.
          — Наркотики значит, — задумчиво протянул Хьюстон. — Это не наша специализация. Мы уголовный отдел. Мы не занимаемся наркотиками. Тем не менее предлагаю не оставлять вопрос без ответа, — вспомнил пьесу Хьюстон, когда решил присовокупить Ника Джасса к своей операции.
          — Я в машину, — командным тоном сказал Ник Джасс, заставив инспекторов оглянуться на него. — Хьюстон, зайди с передней двери, Хазард, иди в обход, раз ты там уже знаешь, что к чему. Ваше преимущество неожиданность с обдолбанностью присутствующих в доме, однако, на их стороне отсутствие у нас полной информации о количестве врагов на территории, оружия, затемнённая комната, зеркальные окна. Вам придётся выманить их наружу, если они будут в состоянии двигаться или же обеспечить себе источник света в доме.
          — У тебя может ещё светозвуковая граната в протезе припрятана? — огрызнулся Хазард, играясь ножом, он и без подсказок таксиста в курсе их положения.
          — Понял, — кивнул Хьюстон. — Сколько времени?
          — Даю вам, — Ник Джасс посмотрел на свои старые часы военного образца, — двадцать минут не больше, потом я вызываю местную полицию по подозрению изготовления наркотиков с незаконным распространением. Припишем запах словленный Хазардом. Я заставлю их приехать, — закончил Ник Джасс, обошёл машину кругом, сел на своё водительское место, а затем постучал по часам, показывая полицейским, что время пошло.
          Хьюстон не стал себя долго ждать. Он достал из кармана своего пальто телескопическую дубинку. Дубинка представляет собой совокупность частей цилиндрической формы, вложенных одна в другую по принципу телескопа. В боевом состоянии цилиндры выдвигаются на длину, ограниченную внутренними упорами. Хьюстон очень не хотелось её применять. Использование холодного оружия ударно-дробящего действия могут повлечь за собой серьёзные для него последствия, а учитывая отложенный по милости Боба Честерфилда рапорт, написанный рукой Хьюстона в Отдел Внутренних Расследований он сам себе на шею камень надевает. Однако взять полицейскую дубинку не представилось возможным. Служебный пистолет, в ящике стола запертый на ключ использовался крайней редко. Хьюстон предпочитал решать конфликты другими путями. Надержался оружия в своё время.
          Хьюстон убрал дубинку в карман, пока ещё рано её высвобождать, только после того, как он приблизится к двери в мёртвой для глазка зоне. Хазард уже отправился в обход. В отличие от Хазарда ему придётся пересечь открытую местность прямо через весь двор. За случайно заблудившегося прохожего он не выйдет, придётся играть роль того, кем он является. Обратив внимание всех присутствующих на себя, он даст Хазарду преимущество. Тот не обременит им воспользоваться.
          Хьюстон медленным, но твёрдым и уверенным шагом направился прямиком к дому. Собранный в этот момент по максимуму, он следил за жилищем, не отрываясь ни на секунду. В любой момент по нему могли открыть огонь из оружия или устроить настоящую резню. А может они вообще забьются в страхе от неотвратимости приближающегося неизвестного мужика чёрт знает откуда взявшегося. Что плохо с наркоманами и психами, они действуют согласно своей логике, не поддающейся вычислению. Даже убийц с маньяками проще понять, чем их.
          Пересечь двор оказалось не так трудно. Никакой реакции на его приближение не последовало. Может, его не видели вовсе? Хьюстон встал в мёртвую зону, прижавшись спиной к стене. Высвободил дубинку. Сейчас крайней удачный момент для того, чтобы открыть резко дверь и припечатать его железом словно муху. Но нет. Тишина. В эту самую минуту, как только он собирался постучать, так как звонка он не нашёл, прижав оружие к ноге для сокрытия его под плащом, с заднего двора раздались выстрелы. Два подряд. Какова вероятность, что в этот самый миг, когда Хьюстон, встав напротив сейфовой двери с намерением постучаться для привлечения огня на себя, чуть повернув голову в сторону звука, дверь стремительностью распахнётся и на него налетит обколовшийся амбал, намеревавшийся скрыться в лесу? Вероятность крайне мала. Но она случилась.
          Амбал налетел на Хьюстона, опрокинув того на спину, не успевшего среагировать. Наркоман в панике не понимал, что происходит. Он со всей дури вцепился в инспектора, сжав того гармошкой из-за чего тот не мог скинуть внушительный вес ни ногами, ни тем более применить дубинку, выпавшую из рук. Амбал же удивлённо взирал на рассерженного мужика под собой пытаясь сфокусироваться на одной какой-то задаче. Нужно встать и бежать. Чтобы встать нужно расцепить руки. А как это сделать? Что случилось на заднем дворе? Кто это вообще? Он все ещё в домике? Пока запускался мыслительный процесс наркомана, Хьюстон не стал ждать пока его сожмут как игрушку ещё сильнее, он отклонился назад голову насколько ему позволили и со всей дури ударил лбом в нос противника!
          Этого оказалось достаточно, чтобы амбал выпустил его из своей хватки. Он ухватился за нос с диким стоном, перекатившись через Хьюстона, стал кататься по земле причитая от боли, пытаясь остановить кровь из носа. Резко подорвавшись со своей лежанки ударяясь в бегство, наркоман пересилил свои физические способности на данный момент. Хьюстон поднялся с земли, тряхнул головой, отгоняя блики перед глазами со звоном в черепе. Кто там сказал, что никогда ничего не будет идти по плану? Из какого это фильма[5]? Сейчас не до того. Хазард! Выстрелы! Он не сомневался в способностях напарника, но преимущества сейчас полностью на стороне противника, как просчитал Ник Джасс. Надо действовать быстро, тот наверно сейчас вызывает местный патруль. Если у них заберут этих отбросов, они потеряют последнюю возможность. Информация не могущество сейчас, она эквивалентна скорости[6]!
          Решив не оставлять все на волю случая удара в спину, Хьюстон, уже оправившись от ответного нападения на амбала, вернулся к нему сковать того наручниками. Наркоман не сопротивлялся, а точнее сейчас находился просто не в состоянии что-то сделать. Он так и остался лежать на земле, ещё его вырвало, запачкал пол-лица, обволакивая того мерзким запахом для полного завершения отталкивающей картины. Дверь открыта. Желанный свет появился в доме, освещая прихожую. Хьюстон поднял дубинку с земли, о которой напрочь забыл. Теперь-то уж он не будет церемониться. Он шагнул в дом, а в это самое время...
          А в это самое время Хазард сидел за машиной, прячась от двух придурков начавших пустую стрельбу. Как только он пришёл к чёрному входу, то увидел двух парней, курящих на улице. В отличие от первого замеченного наркомана, которого заметили Хьюстон и Джаз эти выглядели по крайне мере более прилично. Молодые парни от двадцати до двадцати пяти. Один кучерявый с усиками, прямо интеллигенция какая-то в рубашке и в шортах-горошек. Вот умора! У кого он одевается вообще? Второй обросший рыжик подстрижен по последнему писку моды на бородатых мужиков. Что за тенденция такая поголовная? Вот Хазард всегда брился по утрам! Не хватало ещё волосни ему на лице. Кучерявый и Рыжик, значит. У Хазарда несколько вариантов, как поступить: первый, отвлечь посторонним звуком обоих и резко напасть, вырубив двоих. Он нисколько не сомневался, что у него получиться это сделать, но это крайний вариант. Второе, выманивать по одному. В лесу утихомирить поодиночке проще, да и безопаснее. Время конечно. Но рисковать не стоит. Крайне мало информации. Может, они имеют дело со шпаной какой-нибудь, но у шпаны нет внутренних тормозов. Дети-смертники не раз это подтверждали Хазарду своим печальным опытом.
          Однако двое парней оказались куда более взвинченные, чем представлялось Хазарду вначале, несмотря на их расслабленные позы. Он решил тихо уйти в лес для осуществления второго варианта, но Кучерявый его заметил каким-то своим шестым чувством, так как всполошился, вытащил пистолет Браунинг Хай-Пауэр[7], сделав два выстрела прямо в Хазарда. Пули прошли по капоту и крыше машины, заставив Хазарда резко прижаться к дверце. И вот он сидит, уныло поигрывая ножичком желая порезать сухожилия этим падлам, испортившим ему такой незатейливый в исполнении план! Что им мешало попросту постоять неподвижно? Но нет! Он вынужден слушать разговоры двух дебилов следующего содержания, только рупора ещё не хватает для пущего эффекта:
          — Ты зачем выстрелил?!
          — Да так...
          — Патроны не резиновые, дебил.
          — Да расслабься ты, чувак. У нас целый дом этих пистиков. Вместе с пульками. Да хоть двадцать человек подходите!
          — А если кто услышит?! Ты об этом подумал?
          — Да это мать твою глухой лес, ваще. Не будь сыклом, бро!
          — Какой я тебе...
          После этого они громко начали поливать друг друга грязью за будь здоров. Не доверяй внешности! Никогда! Кучерявый оказался полным дегенератом, зато Рыжик с мозгами. Он более осторожен. Вот и верь стереотипам! Как бы то ни было, Хазард решил действовать. А для этого ему потребуется всего лишь камень для начала.
               Недолго думая, Хазард схватил камень потяжелее и молниеносно бросил его в окно. Звон разбитого стекла, разнеся, кажется, по всему лесу похлеще любой сигнализации из-за диссонанса предшествующей до него тишины после оглушительных выстрелов. Кучерявый невыпускавший пистолет все это время из рук, но направленный дулом в землю, среагировал, так как должен был. Не возникший человек перед ним, а громкий звук сфокусировал все его внимание, вызвав секундную дезориентацию в пространстве с торможение выбора первоочерёдности реакции. На руку Хазарду сыграли ещё принятые ими препараты, иначе они среагировали больше на него, чем на звук. В чём собственно он нуждался. Перемахнув через капот машины, он метнулся к Кучерявому. Парень держал пистолет в правой руке, стоя правой стороной к машине, что позволило Хазарду резануть по костяшкам пальцев, заставив того закричать от боли с последующим выпусканием оружия из рук, на лету которое схватил Хазард. Пока парень вцепился в свою раненую руку, на него бросился Рыжик, не сообразивший, куда делось оружие у его приятеля. Хазард поставив предохранитель у Браунинга, спрятал его за спину готовый отразить нападение второго.
               Бой оказался коротким. Рыжий сжав кулаки, ударил снизу из-за чего Хазард ушёл от линии атаки в сторону, отбив резким движением предплечья руку противника вниз. Хазард нанёс удар ногой и одновременно глубоким хватом поймал правый локоть Рыжика, заставив того застонать, но не потерять стремление выбраться из хватки для удачной контратаки. Кучерявый начал приходить себя, в панической атаке шаря глазами в поисках пистолета, он оказался более обдолбаным чем считал Хазард. Используя левую руку как упор, он правой рукой вывернул локтевой сустав противника вверх. Переместившись и жёстко толкнув Рыжика вперёд - вниз, Хазард одновременно согнул его руку и захватил локтевой сустав. В этот самый момент Кучерявый пришёл, наконец, в себя и с диким криком бросился на инспектора с задержанным. Хазард недолго думая, круто развернулся, по инерции протащив своего заложника, для запуска человека в другого парня. В итоге они оба налетели друг на друга с высокой скоростью так сильно, что упали на спину, поцеловавшись лбами. В ногах инспектора лежали два молокососа, стонущие на потеху победителя.
               Хазард вытер кровь с лезвия, спрятал его, взяв за шкирку обоих парней, протащил их к торчащей вертикальной трубе вдоль одной стены. Зазор между деревом и металлом оказался достаточным для того, чтобы проскользнули наручники, кольца каждого из которых сомкнулись на кисти Кучерявого и Рыжика. Тем самым он пристегнул двоих человек друг к другу, без возможности освободиться. Если только они не выдерут трубу из земли или не приложат двойную силу порвать цепь. Но Хазард в этом крайней сомневался, так как оба уже находились на пути к обморочному состоянию.
               Хазард глянул на часы. Прошло от силы минут пять с начал операции. Если выстрелы услышали, а он уверен в этом, Джаз звонит сейчас местным патрулям с требованием немедленно приехать на место. У них есть в запасе от силы ещё десять минут, если не пять, чтобы прибраться в доме, но на допрос совсем ничего не останется. А возможно, их всего только трое? Чесун, Кучерявый и Рыжик? Было бы неплохо! Хазард взял пистолет, снял предохранитель. Чёрный вход оказался закрыт, но не на замок. Нажав на ручки двери из укрытия, он толкнул дверь для свободного скольжения петель. Дверь распахнулась на максимум, стукнув древесину. Солнечный свет, наконец, проник в дом. Осторожно выглянув из-за угла. Ему в нос ударил кисловатый запах затхлости, заплесневелой еды. А ещё химикатов. Настолько слабый, еле уловимый, но здесь недавно произвели какое-то химическое соединение. Похоже, тут лаборатория. Неплохое место они нашли, если это окажется правдой. Хазард ступил в коридор под сопровождающие его лучи света на доблестном пути. Как вдруг он услышал грохот. Оружие выстрелило с оглушительным хлопком. Палили по Хьюстону!
               Хьюстон оказался в прихожей. Небольшое прямоугольное помещение с дверью по прямой, и дверью по правую сторону, ведущими неизвестно куда. Возможно, в чулан, а может, кухня. Запах затхлости с плесенью перекрывало ещё что-то. Химикаты? В прихожей, несмотря на пробивавшейся свет с улицы, все равно оставался полумрак. Теперь Хьюстон понимал почему: из-за зеркальности окон они не смогли бы увидеть обклеенные окна газетами, предотвращающие появление солнечных лучей в доме. Они затемнили помещение по максимуму, пользуясь только керосиновыми лампами. Хотели, таким образом, оградить посторонних от любопытства? Показать, что дом необитаем? Хьюстон не стал долго акцентировать внимание на этом. Он, прижавшись к стене, медленно направился к проёму без двери. Здесь не предусматривалось наличие личного пространства, только парадная и задняя дверь. С другой стороны, чего опасаться бывшим владельцам? Не явятся же звери сюда, в конце концов? Четвероногие звери не пришли, зато их вытеснили звери двуногие. Куда более жестокие и хитрые.
               Заглянув за угол из прихожей, его обзору предстала самая большая комната в доме. По левую сторону угловой камин, обрамленный какой-то деревянной резьбой из кирпича. Им не пользовались очень давно. Отсутствие золы с брёвнами это подтверждало. Зато в нём валялась целая куча мусора. Над ним висели две головы оленя. Прямо по курсу небольшой деревянный стол, заваленный объедками, переполненными пепельницами, бутылками. По правой стене протянут шкаф с книгами, но сейчас он заставлен всевозможными ёмкостями и колбами с необходимыми веществами для варки наркотиков. Там же притаилась дверь в ещё одну комнату. Несмотря на небольшой размер дома, он грамотно поделён на используемые зоны. В правом углу за место бара с его стойкой заняла лаборатория. Сумрак в помещении не позволял точно определить те или иные объекты, поэтому все, что увидел Хьюстон, строилось на его предположении по очертанию предметов. Пустой провал двери полностью скрывала чернота в комнате. Скорее всего, там противник, затаившийся в ожидании.
               Хьюстон решил действовать. Под его контролем и контролем Хазарда находилась две трети части дома, следовательно, есть большая вероятность засады в последней комнате, где их ожидают во всеоружии. Там должны быть окна, но звук разбитого стекла с последующей возней вылезания через окна наружу, Хьюстон не слышал. Действовать тихо в такой ситуации не получиться, в помещении напрочь отсутствуют преграды. Он может создать баррикаду из столика, привлечь внимание, а сам прижмётся к стене, проползёт вдоль неё к провалу. Должна же последовать хоть какая-то реакция на грохот падающего столика. Приняв решение, приходи к исполнению. Он совершил рывок к столику, опрокинул его на себя ножками в сторону дверного проёма, произвёл кувырок в сторону левой стены как раз вовремя. Его спасла доля секунды задержки, как в столике образовались две нешуточные дырки от дробовика, уничтожив его практически полностью.
               После этого в доме снова образовалась вакуумная тишина. Ни звука перезарядки, ни звука какого-либо движения как в доме, так и с улицы рвущихся помочь своего дружку людей. Он в здании один, сделал вывод Хьюстон. Нужно подобраться к нему поближе. Медленно, очень осторожно он двинулся вдоль стены по направлению к камину. Раз противник стрелял по прямой траектории по столику, а не из-за угла комнаты, то его очень прикрывают сами стены комнаты. Удача может отвернуться, как только он приблизится к камину. Ему придётся его обогнуть, вот тогда-то можно будет заметить движение боковым зрением. Правда, на этот случай Хьюстон придумал план, только бы добраться до камина.
               В доме продолжала звенеть тишина. Оба оппонента приняли выжидательную позицию. Точнее, один из них. Хьюстон дополз до камина. Как он предполагал, но не заметил сразу, в куче мусора валялись пустые бутылки. Очень осторожно, даже бережно извлёк из кучи одну из бутылок Хьюстон. Даже слабого звона не раздалось в ответ. Из его положения он мог швырнуть эту бутылку в угол тёмной комнаты, создав эффект брошеной гранаты. План на доле риска. Если он перезарядил всё-таки дробовик, то последствия его поступка для него могут стать летальными. Медленно умирает тот, кто не переворачивает столы, тот, кто не рискует тем, что есть, ради того неизвестного, что может быть, вспомнил фрагментами стихотворение Пабло Неруды[8] Хьюстон. Стол он уже перевернул, осталось рискнуть тем, что есть. Своей жизнью.
               Хьюстон размахнулся и бросил бутылку в угол комнаты. Реакция последовала мгновенная. У наркомана есть две возможности побега: выбить окно в комнате, а Хьюстон уверен, что оно там есть или через открытый проём двери. Наркоман, тот самый которого он с Джассом видели вначале, выскочил, как пробка из бутылки. Дробовик он сжимал в руках за дуло, решив использовать его как дубинку. Патронов оказалось для него всего два. Выпрыгнув, из своей засады Хьюстон намеревался схватить убегающего, но то ли тип оказался слишком скользким, как говорят, толи не хватило скорости, но парень прошмыгнул мимо Хьюстона ужом от его захвата, сделал крутой разворот с намерением огреть Хьюстона наотмажь в голову. Хьюстон тут же поставил блок, удар пришёлся по рукам, отдавая болью во всем теле принудив того сделать шаг назад. Секундой задержки достаточно для выпускания оружия из рук с рывком к спасению. Но не тут-то было! Неизвестно куда ведущая дверь открывается с громким стуком о древесину, оттуда выскакивает Хазард с безжалостным пинком в бедро убегающего, отшвыривая тем самым того к правой стене. Удар в его правый бок парализует наркомана, не давая ему достать нож из кармана. Подскочивший Хьюстон хватает его руку, тянущуюся к холодному оружию, сжимает пальцы противника со всей силы заставляя того молить о снисхождении. Хьюстон выпускает его руку, парень, обхватив её здоровой рукой, причитает и канючит от боли. Сопротивление полностью подавленно. Все враги обезврежены без малейшего шанса на контратаку.

[1] Александр Николаевич Скрябин (25 декабря 1871 (6 января 1872), Москва — 14 (27) апреля 1915, Москва) — русский композитор и пианист, педагог, представитель символизма в музыке. Первым использовал в исполнении музыки цвет, тем самым ввёл понятие «цветомузыка».
[2] Прометей (Поэма огня) Op. 60 — музыкальная поэма (продолжительность 20 — 24 мин.) Александра Скрябина для фортепиано, оркестра (включая орган), голосов (хораad libitum) и партии света Luce (итал. tastiera per luce).
[3] «Воццек» — экспрессионистская опера австрийского композитора Альбана Берга в трёх действиях (15 картинах), признающаяся одной из вершин оперного искусства XX века
[4] Альбан Берг (9 февраля 1885, Вена — 24 декабря 1935, Вена) — австрийский композитор и музыкальный критик еврейского происхождения. Один из виднейших представителей музыкального экспрессионизма и Нововенской композиторской школы.
[5] Цитата из фильма «Квант милосердия» — двадцать второй фильм из серии фильмов EON Productions об английском агенте Джеймсе Бонде, герое романов Яна Флеминга.
[6] Отсылка к цитате Стивена Кинга «Тёмная Башня V: Волки Кэллы» звучащей, как «Информация — это могущество. А иногда, если времени в обрез, ещё и скорость».
[7] Браунинг Хай-Пауэр (ХП) — самозарядный пистолет конструкции Джона Браунинга и Дидье Сэва с магазином повышенной вместимости.
[8] Пабло Неруда (1904 — 1973) — чилийский поэт, дипломат и политический деятель, сенатор республики Чили, член Центрального комитета Коммунистической партии Чили.
__________________
Amour, Amour
Alle wollen nur dich zähmen
Am Ende, gefangen zwischen deinen Zähnen

Ответить с цитированием