[Statosphere_Magic]

Глава 23
UTC 10.05
Шеффер оторвал взгляд от своего экрана, на который была выведена синусоида орбиты, и повернул голову в сторону Хэмптона. Тот сидел неподвижно, прижав наушник к правому уху. Остальные также сидели с предельно сосредоточенным видом, будто бы они могли повлиять на происходящее, хотя сейчас было не совсем понятно, как и на что. Конечно, наличие на борту пилота было нежелательным фактором, направлявшим события по сценарию, выгодному советским мятежникам, но тут на борту был обычный техник! Даже не офицер, а сержант!
- Яркий свет, - прозвучало в громкоговорителе аудиосистемы, вещавшей на весь зал, - На стене пятно яркого света.
- Проверьте иллюминатор, посмотрите, что за ним. Это, скорее всего, солнечный свет, - прозвучал голос советского Генерала, находившегося сейчас в командном пункте в Уральских горах.
- Повторяю, у них на борту человек. Случайный человек, - вполголоса шипел в свой микрофон Хэмптон, будто опасался, что перейди он на обычный тон и уж тем более на крик, он рискнул бы быть услышанным абонентами той линии - генералом и этим техником.
- Да, ты правильно понял, совсем как Уолтер Холден, только на «Скайфоле», - все же сорвался на нетерпеливый крик Хэмптон, - Делайте что хотите, но через десять минут нам нужна команда квалифицированных болтунов. Чтобы вам не думать, я уже за вас подумал. Нам нужен врач и пара инженеров, разбирающихся в орбитальной механике. Нам понадобиться его заболтать, потому что генерал сидит на очень шатком стуле. Там, в Уральских горах. К нему в любую минуту может ворваться их спецназ. Держите это в голове и шевелитесь!
Шеффер знал, кто такой Уолтер Холден - в шестьдесят шестом году британский техник, обслуживавший истребитель, случайно перевел двигатель на максимальную тягу. Будучи не в силах вернуть все как было, не в силах остановить набор скорости или же катапультироваться, он взлетел. Сделав круг, он благополучно приземлился, чем вписал свое имя в историю, по крайней мере, в историю Британских ВВС.
Судя по радиообмену, сейчас история причудливым образом повторялась, только теперь была орбитальная станция с ядерным оружием. Коренное различие, правда, состояло в том, что истребитель «Лайтнинг» просто проходил техобслуживание, а «Скайфол» был задействован в плане, призванном, ни много ни мало, направить историю человечества по другому вектору. Техник, таким образом, являлся по меньшей мере неопределенностью, а в радикальном случае и досадной помехой в реализации плана.
Шеффер не был одержим какими бы то ни было человеконенавистническими или кровожадными чувствами, и будь в его силах, он сделал бы так, чтобы тот техник оказался на Земле, или же вообще не ступал на борт станции. Однако раз уж он был там, то теперь он просто был фактором. Правда, фактором с невыясненными характеристиками - если штатный пилот был однозначно нежелателен, то техник при случае мог бы выполнить ряд команд... Впрочем, будучи неподготовленным физически, если не сказать физиологически, он мог упокоиться прямо там, на орбите.
Господин Хэмптон, - вдруг начал один из советских, по случаю даже поднявшийся со своего места, - Позвольте для начала ремарку, - довольно холодно продолжил он, - Я, как и остальные представители нашей стороны не разделяю вашего пессимистичного взгляда на текущий ход операции.
- Не придавайте этому значения, сэр, - примирительно начал Хэмптон, - Я признаю, что излишне нагнетаю напряженность. Господин генерал Бакланов способен оценить свои риски несравненно лучше, чем я. Я же лишь хочу, чтобы они там... - Он сделал жест в сторону своего поста, откуда выходил кабель гарнитуры, - Я хочу, чтобы они там шевелились поактивнее. Иногда такое нагнетание бывает полезным. Кроме того, мы все заинтересованы в успехе... Все мы...
- Хорошо, считайте эту ремарку проявлением открытости нашей позиции, - чуть теплее ответил советский полковник, - Теперь основное. В качестве врача могу выступить и я. Ну, по крайней мере, на первых порах. Таким образом, у ваших будет побольше времени на поиски настоящего специалиста.
- Они говорят, что у наших врачей могут возникнуть сложности с номенклатурой ваших препаратов, - несколько невпопад ответил Хэмптон, прослушав что-то в своем наушнике, который небрежно держал, прижав к одному уху.
- Разве это проблема? Представимся гражданским центром управления полетами. На Земле неразбериха, атака неустановленными силами. Гражданский центр выходит на связь и их врач просит уточнить перечень препаратов в аптечке военного корабля. Она, аптечка, там есть и нам даже известно, где ее искать, так что с этим проблем не будет. Уж основные препараты, я думаю, вашей стороне известны.
- Нашей стороне известны все, я имею в виду, что им известны и ваши препараты. Вопрос был в том, что находится на борту. Но так как вы только что предложили путь, как это выяснить, то вопрос закрыт.
- Быстро же он нашелся, - подумал Шеффер, вроде бы невзначай рассматривая русского. Невзрачный лысеющий человек лет пятидесяти, с животом, это тем не менее был представитель военной спецслужбы. Не того КГБ, а разведки, непосредственно относившейся к их Армии. Шеффер уже давно отошел от привычки подбирать всему название из страны своей молодости, но тут это вернулось. Это был их, Советов, абвер. Сейчас этот полковник имел совершенно неопределенный статус, который должны были определить дальнейшие события. Перебежчик, предатель, мятежник, или нет... Сам он, вне всяких сомнений полагался на то, что в финале он выйдет победителем, фигурой, пусть и теневой, но сопричастной к совершению исторического поворота в истории его страны, красной империи. При этом он был абсолютно уверен в правоте того, что они совершали. Говоря простым языком, им двигала скорее идея, чем деньги. Не скорее, а процентов на девяносто девять. Один процент оставался на то, что всем нужно необходимое, в том числе и на реализацию себя в достижении общего дела... Организационные расходы. Сам же Шеффер также мог бы с полным правом заявить, что он одержим идеей, но тут все было несколько сложнее...
Дальнейшие размышления были оборваны самим Шеффером, волевым его усилием. Оборваны из почти что параноидальной опаски, что какое-то мельчайшее движение его лица, проявление мимики, выдаст этому несомненно знающему толк в своем шпионском ремесле русскому намек на ту пропасть, в которую ему и его стране суждено рухнуть.
- Теперь посмотри направо, и ты увидишь панель навигации, - прозвучал из динамиков аудиосистемы голос генерала Бакланова. - Слева вверху там будет маркировка...
- Вот, как раз, насчет орбитальной механики, - продолжил Русский, - Для достоверности нужен человек с нашей стороны - мы же не будем говорить с этим новым пилотом о формулах? Нам нужно говорить с ним о показаниях на приборной панели, а это уже посложнее, чем спросить, что находится в аптечке... По моему убеждению, такой человек, причем не один, есть на пусковой позиции. Как раз она в ближайшем времени рискует подвергнуться вторжению. Но и в этом случае они продержатся какое-то время. Этот довольно инерционный процесс. Я про реакцию на произошедшее. Сейчас объявлен нулевой уровень тревоги, так что выяснять подробности пуска к ним придут нескоро. Если вообще придут. По-хорошему, нам нужен радиомост и с ними. Генерал Бакланов без труда может это организовать. Скорее всего, он уже позаботился об этом. Разумеется, в этом случае радиомост, будет не через нас. Однако и в этом случае ваши специалисты не останутся не у дел. Послушают и набросают примерную схему управления... Будет на чем выстроить дальнейшее общение с новым пилотом. Ему же, пилоту будет значительно комфортнее иметь связь в том числе и с пусковой позицией. Легенда и управляемость. Комфортнее ему, комфортнее и нам.
- Они никак не хотят упускать возможность удержать свою часть контроля над станцией, - с раздражением подумал Шеффер, испытав некоторое злорадство от сознания того, что как только прибудет шаттл и как только он сделает свою часть работы, они неизбежно утратят этот свой поводок.
А русский, этот же русский, который, скорее всего, и будет координировать станцию через уже новый радиомост, этот офицер уже не будет являть собой олицетворение или вообще какой-либо элемент того поводка. Он находится и будет находиться здесь, а не в уральском бункере. В этом большая разница. И тоже легенда и тоже управляемость. Шеффер повернулся к своему экрану с картой и орбитой.