[Statosphere_Magic]

Глава 12
Стартовая позиция «Буря».
UTC 08.40.
- Синельников, как слышишь? - Прозвучало из динамика, - Это генерал Тряскин.
- Слышу вас хорошо, товарищ генерал-майор, - ответил Синельников, уже успевший привыкнуть к столь высокопоставленному корреспонденту.
- Довожу вводную. Это не учения. В течение прошедшего часа Соединенные Штаты Америки предприняли внезапный и вероломный акт военной агрессии, вторгшись в наше воздушное пространство...
Внутри у Синельникова все оборвалось.
В течение прошедших суток на территории западной Европы произошла масштабная дислокация подвижных носителей ракет «першинг». Два часа назад система стратегической противовоздушной обороны СССР зафиксировала многочисленные цели, определенные, как крылатые ракеты. Одновременно с этим носители высокоточного оружия, допускается, что и ядерного, пересекли северные рубежи нашего воздушного пространства и направились вглубь страны, к Уралу. Это сверхвысотные самолеты, так называемые сверхзвуковые стратегические самолеты вторжения, «эс-эс-ай». На данный момент имеют место нарушения в работе стратегической командной системы связи. Это все. Как понял?
- Как? - Выдохнул Синельников, но тут же пришел в себя, отрапортовав, что понял.
- С аэродрома готовится вылететь вертолет. Тебе придется спускаться по веревочной лестнице. Ухватиться, лететь и потом спускаться, - продолжил Тряскин, - А теперь ты прослушаешь краткий инструктаж по безопасности. Во-первых, устройство открытия и закрытия люка. Перед покиданием кабины ты проверишь его, чтобы туда затем мог попасть дежурный пилот.
Синельников слушал, при этом чувствуя, как холодеет побледневшее лицо. Единственное, что хотелось сейчас - услышать про вторжение еще от кого-то, кроме генерала. А еще больше хотелось услышать от этого кого-то, что никакого вторжения нет. Еще вспомнились какие-то разрозненные черно-белые кадры сразу из нескольких фильмов, даже непонятно каких. «Мессершмитты» над мирными советскими полями и «Хенкели», бросающие бомбы на спящие города. Почему эти чертовы регламентные работы были затеяны именно сейчас, а не неделей раньше? Может и на день раньше. В общем, чтобы было достаточно, чтобы корабль был в полной готовности и возможно, уже мчался в космос.
- Привод закрытия-открытия люка сейчас заблокирован особой электрической цепью, электронным реле, которое, в свою очередь, управляется тумблером... - звучало из динамика.
Синельников мотнул головой, словно пытаясь стряхнуть мешавшие мысли и картины.
- Как понял?
- Тумблер «БПЛ», - неуверенным, рассеянным голосом ответил Синельников.
- Соберись, сержант, - скомандовал Тряскин, явно почувствовавший состояние Синельникова.
- Так точно. Тумблер «БПЛ», блокировка привода люка, - пролаял Синельников.
- Принято. Сейчас он в рабочем положении. Там горит светодиод. Рядом под прозрачным колпаком красный кран. Это аварийный спуск механического привода. Если снять колпак и повернуть его, то электропривод отойдет. Как в коробке передач. Тогда люк можно только закрыть. Это делается при помощи пневмосистемы. Второй колпак, который непрозрачный - это аварийное открывание. Эти два колпака - это то, что ты не должен трогать. Особенно второй. Теперь рассказываю как люк управляется в штатном режиме...
Синельников слушал, то и дело поглядывая в сторону люка, туда, где голубело приветливое летнее небо. Генерал продолжал объяснять, и все это было несколько сложнее, чем, например, включить рацию, выбрать частоту и настроить антенну. А всего-то закрыть и открыть люк. Или проверить его перед тем, как покинуть корабль, чтобы космонавт мог безопасно сюда пробраться. Космонавт на веревочной лестнице. Подумать только. Хотя сейчас началось... Родина в опасности. При таких делах и космонавты по лестницам с вертолетов будут лазить.
- Теперь выгляни из люка, - объявил Тряскин, - Там ты увидишь группу автомашин. Приготовься, возможно тебе придется прыгать на пожарный тент. Ты должен быть готов и к этому. Как понял?
- Так точно, - почти механическим голосом ответил Синельников, уже уставший постоянно, и, главное, бессмысленно соображать.
Сначала вертолет, теперь тент... Еще генерал распорядился выбросить прочь не без труда заброшенный трос с грузом. Теперь в нем и вправду не было ни малейшего проку.
Выглянув из люка, высившегося на высоте в три десятка метров, Синельников увидел, что к позиции действительно подъезжали одна за одной машины. Всего их было пять. Среди этих пяти были две автолестницы АЛ-30, примчавшиеся, надо думать, из ближайшей пожарной части, которых только на внутреннем объекте было две. Тут закралась предательская мысль, что высота до люка могла быть чуть больше тридцати метров, на которые доставала лестница.
Машины приближались к позиции, отчего-то двигаясь задним ходом.
Синельников осмотрелся по сторонам. День был теплый и солнечный. Приветливый летний день. Горизонт подрагивал в потоках разогретого воздуха. Солнце играло на оцинкованной крыше разошедшегося здания. Синельников отчего-то вспомнил, как летом, тогда, до призыва он ездил с братом, двоюродным братом Володькой на речку. Взяли спиннинг, который Володька купил, точнее было сказать урвал, в городском «Спорт-Культ-Быте». Ничего не поймали. Зато купались весь день. Он, Синельников уже был отчислен и знал, что осенью его ждет призыв. Но тот день был беззаботным, будто всего этого не было. Вот бы еще тогда с Веркой-дурой все бы было нормально, была бы совсем красота... Хотя теперь, в армии и сама поездка на речку воспринималась как что-то из другой прекрасной жизни. Стало как-то тоскливо. А еще, сидя в корабле, уже хотелось даже и в казарму. Еще чтобы тревога была ложная.
- Эй, наверху! - Прокричал человек, выскочивший из вставшей машины, «Урала» с тентом.
- Порядок! - Выкрикнул Синельников и снова глянул вдаль.
- Чего люди не летают, как птицы? - Вспомнилась фраза из школы, - Сейчас было бы то, что надо, - добавил он от себя.