[Statosphere_Magic]

Глава 9
Стартовая позиция «Буря».
UTC 08.10.
Синельников снова глянул вниз. Тело капитана уже лежало на носилках. Понаблюдав секунд с десять за мрачным действом людей в химзащите, Синельников устремил взгляд кверху, к оголовку, откуда должны были подать трос.
- А почему нельзя что-то там нажать и просто вернуть площадки в прежнее положение, - промелькнула мысль, но было очевидно, что на то был какой-то вполне очевидный для остальных ответ.
- Сержант Синельников, - послышался голос генерала.
Синельников устремил взгляд на распахнутую дверь.
- Не теряй времени, проверь состояние прибора «Темп-2М». Доложишь, после этого жди. Инженер уже идет.
- Товарищ генерал-майор, разрешите вопрос? - С надеждой выкрикнул Синельников.
- Спрашивай.
- А нельзя эти площадки вернуть в исходное положение?
- Вопрос хороший, сержант. К сожалению, сейчас нельзя. Видишь, стартовая рама приняла положение предварительной готовности? Ракета поднялась. Ну вот, в таком положении приводы блокированы. Сейчас мы спустим трос и все дела. Проверяй прибор.
Синельников оттолкнулся от проема и развернулся к ложементу, на котором, как ни в чем ни бывало лежал «Темп-2М». Впрочем, чего бы ему сделалось? Ракету не трясло, если не считать легкого, как в плавном лифте, толчка при подъеме.
На дисплее прибора была очередная страница из выполненных команд и «возвращенное» значение, которое вроде как следовало передать Барзумяну.
- Прибор исправен и выдал очередное цифровое значение, - прокричал вновь высунувшийся в люк Синельников.
- Понял тебя, сержант, - ответил человек в спецовке, - Все, жди инженера. Сейчас прибудет.
Генерал к тому времени уже куда-то исчез. Впрочем, он и без того уделил ему, простому сержанту дохрена внимания. С другой стороны, было отчего - не каждый день случается такое. Инцидент не с чем-нибудь, а с космическим кораблем. Капитан вот только как-то глупо погиб - и ведь обвязка же была...
В нижней, то есть второй, если считать с верху, двери показался мордатый лейтенант - он был в форме, ни в какой ни в спецовке.
- Эй, сержант! - Прокричал лейтенант, - Сейчас тебе приспособление подадим.
- Приспособление?
- Увидишь, - ответил лейтенант и развернулся куда-то в свой коридор.
Почти сразу же ему подали оттуда смотанный в моток диаметром в пол-метра трос, к концу которого было что-то привязано. Все указывало на то, что там, в мотке какой-то ветоши, было что-то тяжелое.
- Щас брошу, ты примешь! - Прокричал лейтенант и изготовился.
Первый бросок был близко, но мимо. Серый моток ударился о корпус корабля в метре слева. Синельников успел рассмотреть, что на конце троса была туго скрученная зимняя шапка. Еще ему показалось, что в тот ком было довольно трудно уместить даже ту его Р-329, а ведь она была одной из самых малогабаритных среди армейских.
Тем временем один из тех, что были в спецовках, тех, что стояли в верхнем коридоре, выглянул и пронаблюдал за происходящими.
- Ерундой не занимайся! - Бросил он матом.
- Товарищ генерал-майор приказал делать все, что можно и одновременно, - прокричал лейтенант.
- Тогда бросай точнее, а лучше поднимайся. Чего ты снизу-то кидаешь?
- Да мне нормально.
- А-а. Сила есть, значит... - Он явно подразумевал то, что по пословице: «ума не надо».
Во время второго броска трос запутался, и груз вовсе не пролетел и половины положенного. Тут к лейтенанту подошел еще кто-то и принялся тормошить его за плечо.
Синельников глянул наверх. Троса с обвязкой все не было. Внизу что-то шипело и откуда-то из ракеты била струя белого газа, по всему похожего на пар - это был один из дренажей системы термостатирования - время от времени они вот так били струями. Это было нормально. По сути это и был пар, но если точнее - конденсат, выпадавший в сжатом воздухе при разрежении.
Ниже блока, о который ударился капитан, виднелись две одинаковых штанги силовой рамы крепления первой ступени. Сдвоенные цилиндрические блоки оканчивались стальной рамной конструкцией из стальных же труб. Конструкция упиралась в соответствующий элемент, выступавший из корпуса второй ступени. Выглядело так, будто парные цилиндрические блоки первой ступени были скреплены скобой, выходившей из их сходящихся носовых частей.
Было удивительно, что это не противоречило аэродинамике, но ведь не противоречило же - после отстыковки эти блоки превращались в по сути самолеты, которые раскрывали сложенное крыло и летели на аэродром. Даже не планировали, а именно летели - у каждой пары был свой турбореактивный двигатель, упрятанный в кожух где-то посередине.
Тут он услышал, как его в очередной раз окликнул лейтенант. На этот раз он не стал сматывать трос в кольцо, а просто свесил половину вниз.
Бросать сейчас он начал тоже по-другому - пару раз качнул рукой, словно примеряя силу броска, затем очередным движением выбросил груз. Теперь шапка полетела точно в сторону люка, только чуть выше. Это не помешало Синельникову ухватить трос еще когда шапка была вверху. Втащив пойманный сверток, он принялся ощупывать его - развязать перемотанное было той еще задачей.
- Что там? Рация? - Прокричал Синельников.
- Твою мать, точно! - Послышался крик снизу, - Надо было туда рацию запаковать.
Это выкрикнул не лейтенант, а кто-то другой, возможно тот, кто тормошил его.
- Это просто груз. Гаечные ключи. Там ничего особенного нет, - прокричал лейтенант, - Зафиксируй это в кабине. Пусть будет. Мы по нему трос, который будет сверху, тебе подтянем. Понял?
- Так точно, - ответил Синельников.
Тут в верхнем проеме появился какой-то толстый неповоротливый мужик в очках. Одет он был во что-то, напоминавшее гражданское, но это была спецодежда, только инженерская. Погоны были вроде бы капитанские.
- Товарищ сержант! - Прокричал инженер.
- Я, - отозвался Синельников.
- Сейчас разъясню, как вам включить бортовую связь, - начал инженер и встал боком поперек проема.
- Чтобы найти панель, становитесь в такое же положение, как и я. Потом вы смотрите чуть наверх, - он сделал вид, что сам рассматривает что-то, находившееся над ним.
- Там вы должны отыскать панель с надписью «ПС-Б». Панель связи бортовая. Она над тем ложементом, что находится дальше от люка. Идите и найдите.
Синельников подался внутрь корабля и начал пробираться к дальнему месту. Инженер знал свое дело и объяснил более чем доступно - приняв те же положения, азимут, если так можно было выразиться, и угол к горизонту, Синельников увидел, что одна из узких панелей, из которых был составлен общий приборный блок, была помечена белой с черной обводкой надписью «ПС-Б». На панели было три семисегментных индикатора, на которых сейчас высвечивались прочерки, даже не нули. Еще было два ряда тумблеров, снабженных типичными для корабля выступающими предохранительными элементами. Надписи под тумблерами были вроде бы «радийными», такими как «канал», «дуплекс-симплекс» и прочими узнаваемыми словами. Еще была цифровая клавиатура. Тем не менее, на радиостанцию это походило мало. Будь здесь что-то близкое к обычной радиостанции, связист бы управился с этим по одним надписям на панели. Синельников, не будучи связистом по штату, тоже разобрался бы с любой, потратив на пару минут больше.
Здесь же было что-то не вполне понятное. Синельников направился к люку.
- Панель нашел, - сообщил он, - На индикаторах есть индикация, но там одни прочерки.
- Это нормально, - прокричал инженер, - Сейчас вы включите тумблер «Работа», переведя его в верхнее положение. На верхнем индикаторе, под которым надпись «Канал», появится буква «А» и номер канала 01500. Слева включатся два светодиода. Первый - радом с ним надпись «АНАЛОГ», второй - «Диапазон А». Выполняйте.
Синельников полез обратно. Панель сработала ровно так, как и сказал инженер.
- Теперь включайте тумблер «ВН» и «ШП» - их тоже переключайте вверх.
Синельников полез выполнять. Едва он переключил второй тумблер, как на весь отсек прозвучал тоновый сигнал.