Цитата:
|
Город, полный разбитых надежд и великих открытий, домов и улиц, стимкэбов и железнодорожных веток, людей и тех, кто не достоин этого звания
|
Все понятно, но "город, полный домов и улиц"?

Определенно, лишнее в ряду.
Цитата:
|
Маленькая Фея растерялась, увидев такую картину, но наивное любопытство одолело верх над разумом
|
Есть устойчивое выражение "одерживать верх", но нет выражения "одолевать верх". Либо одержало верх, либо одолело.
Цитата:
|
Она бросилась прямо к Городу в надежде найти своего Мастера и служить ему столько, сколько потребуется
|
Для летающего существа некорректен глагол "бросаться". Скорее уж направилась, устремилась.
Цитата:
|
Пролетев немного, она увидела легкое голубоватое облачко
|
Грешите избыточностью. "Легкое" здесь лишнее, так как облако по определению не вагон кирпичей, а в данной фразе еще и уменьшительно-ласкательная форма слова.
Цитата:
В какой-то момент чуть не налетела на лобовое стекло диковинной повозки, которая обдала ее горячим паром и умчалась дальше. Чтобы не рисковать, крошка поднялась выше и, угодив между лопастями
заходящего на швартовку летательного аппарата, кубарем пронеслась добрый десяток метров
|
Я еще могу принять, что фея не получила ожоги - небесное создание как-никак, - но если мы вспомним начало сказки, где она вылазила из бутона цветка, что как бы намекает на физические размеры в несколько сантиметров, возникает вопрос - сколько же при таком росте нужно катиться кубарем, чтобы отпахать десять метров?
Цитата:
|
Крошка полетела за ним, но на углу чуть не влетела в лоб мальчишке, торгующему газетными листками
|
Повторы "полетела-влетела". Плюс путаете временные формы слов. Если летела, то "мальчишке, торговавшему".
Цитата:
|
Решив немного отдохнуть, Фея присела на краешек трубы, торчащей из маленькой будки, как вдруг та заскрипела, пошатнулась и зашагала прямо по тротуару на коротких латунных ногах
|
Труба зашагала? По построению предложения выходит так, но вы, подозреваю, говорили о будке. И опять же "торчавшей", а не "торчащей".
Цитата:
|
Пройдя десяток метров, будка остановилась, выпустив добрую струю пара, под которую так некстати попала проходящая мимо дама в платье с богатым турнюром и яркими рыжими кудрями, выбившимися из-под шляпки
|
Снова коряво. Читается, будто платье щеголяет яркими рыжими кудрями.
Цитата:
Тут Фея увидела великолепного жонглера, окруженного толпой зрителей. Парень в носатой маске, просторной рубахе и красно-синем трико подбрасывал в воздух одну за другой горящие булавы и тут же
ловил их, нисколько не обжегшись
|
Не обжигаясь.
Здесь хочу заметить, что излишне много определений-прилагательных, большей частью мусорных. Таких, как "великолепный жонглер". Соль в том, что в худлите это нисколько не помогает созданию картинки в голове читателя. Может, для автора жонглер и великолепен, поскольку существует в его, автора, сознании. Однако, задача не только придумать и увидеть, задача в том, чтобы передать это через текст в чужой мозг. "Великолепный жонглер" - очень общее описание. Покажи его в деле, разукрась деталями, и читатель сам поймет, что парень чудо как хорош.
Носатая маска - аналогично. Что это? Нос как у Буратино, нос как у птицы, нос размером с голову. Да все что угодно. Без деталей и более точного описания не создает картинку, а только кривит восприятие сцены, как соринка в глазу.
Цитата:
|
Фея обернулась и увидела свою коллегу, только постарше
|
Коллега тут явно не "в стиль".
Цитата:
|
- Ты тоже фея? - изумленно спросила крошка
|
Ваш Капитан Очевидность.
Цитата:
- Давно? - деловито спросила Гайка и принялась крутить папиросу
- Это пароход, - пояснила Гайка и затянулась. - Нашла уже кого-нибудь? - деловито спросила она
|
Еще одна разновидность речевой избыточности - впихивание наречий в диалоги. Тут немного другая фишка, так как диалог в отличии от описаний больше воздействует на читательский слух. И здесь высший пилотаж это создать такие интонации в речи, чтобы читатель понял и ощутил каждую эмоцию говорившего. Без всяких наречий.
Цитата:
|
Не успела она договорить, как ее новая знакомая уже летела вниз, своими глазами увидеть тех, ради кого она появилась на свет
|
Еще избыточность. Только теперь засилье личных местоимений. Лучше убирать "он-она-они" и тому подобное. И избавляться от мусорного "свой", которого в рассказе очень много.
Фразу можно перестроить так:
Не успела она договорить, как новая знакомая уже летела вниз, чтобы воочию увидеть тех, ради кого появилась на свет.
Цитата:
Она заглянула в него, но ничего не увидела, комната была затянута густым туманом. Попасть в нее можно было через узенькую дверь. Залетев в помещение, маленькая Фея долго не могла разобраться в
густом дыму
|
Повторы "густым-густом". Ну и куда же без "былок".
Цитата:
Облокотившись на барную стойку, неопрятного вида мужчина пил ярко-зеленую жидкость и смотрел по сторонам мутными глазами. Фея опустилась прямо перед ним.
- Ты кто? - спросил мужчина, удивленно раскрыв глаза
|
Глазами-глаза.
Ну плюс как человек может открыть глаза, если только что ими зыркал туда-сюда? Лучше уж "округлив глаза". Да и вообще накачка атрибуции диалогов наречиями и такими вот вывертами создает эффект "переигрывающего актера". Надо как-то дозировать эмоции, иначе они через определенное время начинают отфильтровываться мозгом.
Цитата:
|
Химик. Какое-то время назад этот парень изобрел холодное пламя
|
Не так давно изобрел холодное пламя. Краткость - сестра таланта.
С химиком-жонглером также непонятка по логике. Если мир Города таков, как утверждает пропойца-поэт, не очень понятна природа толпы, рукоплещущей великолепному жонглеру. Большая часть жителей - изобретатели, которые:
- очень заняты.
- равнодушны ко всем видам прекрасного и удивительного.
Цитата:
|
На улицах испытывали новые виды пороха
|
Ээээ... горожане камикадзе или экстрим любят?
Цитата:
Когда-то это был обычный город, маленький и захолустный, а потом сюда начали приходить ученые и конструкторы. Там, откуда они бежали, за знания и способности к наукам можно было угодить на
костер. Со временем их стало так много, что весь город стал походить на мастерскую и научную лабораторию, вместе взятые. На улицах испытывали новые виды пороха, по мостовым покатились невиданные доселе машины, а в небо поднимались летательные аппараты. Мэр Города не препятствовал этому, ведь он с успехом продавал изобретения, которые поступали к нему в качестве платы за
проживание в Городе. Обычных жителей становилось все меньше, а ученые все прибывали. С тех пор прошла сотня лет. За это время сменился не один городской голова, а сам Город превратился в
ярмарку изобретений. Величайшие ученые мира мечтают поселиться здесь
|
Ну и на закуску еще чуток логики. Кому продавал чудеса паропанка предприимчивый Мэр, если все прочие города дремучего псевдосредневекового мира растапливали наукой костры?