Форум «Мир фантастики» — ролевые игры, фантастика, фэнтези

Вернуться   Форум «Мир фантастики» — ролевые игры, фантастика, фэнтези > Общие темы > Творчество

Важная информация

Творчество Здесь вы можете выложить своё творчество: рассказы, стихи, рисунки; проводятся творческие конкурсы.
Подразделы: Конкурсы Художникам Архив

Ответ
 
Опции темы
  #1  
Старый 13.08.2016, 20:08
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Мечи Марафон. Солнце Каннеша

Роман. Фэнтези с элементами постапокалиптики.

МАРАФОН НАЧИНАЕТСЯ С ПОСТА № 25!

Нгат пережил многое - междоусобицы князей, племен и кланов. Вторжение Сиятельных - мастеров магии, ненавистников железа, творцов городов из бронзы и волшебного стекла. Их феерический коллапс. Темные века. Череду объединителей и новый распад. Даже когда его народ, нгатаи, дети Пламенного Кау и Неистовой Нгаре, начали терять человеческий облик, превращаясь в жутких полузверей - и тогда Нгат устоял. Но что если древние беды на этот раз обрушатся на него одновременно?

Ханноку Шору из клана Кенна не везет по жизни. Стоило родиться полукровкой - родительские кланы перегрызлись насмерть. Получилось сменить сословие - озверение сделало его изгоем. И даже озверение ему досталось не простое, а чужеземное - в рогатого и крылатого демона. И что теперь делать, если ты выглядишь как тварь из преисподней, живешь в самом нетерпимом княжестве Нгата и при этом удручающе смертен?

---

Домарафонные посты:

Скрытый текст - SPOILER:


Марафонные:



Пост-марафон:
Скрытый текст - SPOILER:

1
2


Альтернатива:
Скрытый текст - SPOILER:


Вбоквел:
Скрытый текст - SPOILER:


Дополнения:


Выкладывается и на самиздате: http://samlib.ru/d/danilin_a_s/

Последний раз редактировалось Snerrir; 26.09.2017 в 04:46. Причина: Апдейт
Ответить с цитированием
  #341  
Старый 04.06.2018, 04:17
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Марафон-18, суббота



Скрытый текст - SPOILER:

Адаптированные для проклятых. Некоторые, похоже, даже не кожаные и деревянные, а из подкрашенного под Нгат маг-стекла. В держателях на спинах торчали флажки. На них все тем же красным была изображена Расколотая Цепь. Сарагарец уже знал, что это военный герб Кан-Каддахов.

Некоторые нетопыри нацелили ружья на площадь и дома. Малое число разбрелось добивать и грабить. Остальные окружили "делегацию", угрожали оружием. Ханнок проклял этот никак не жалеющий завершаться день.

Вперед вышел вождь Черно-Красных, в особенно богатой кирасе. Несмотря на шалелость, истощение, Ханнок вытянул шею, пытаясь разглядеть его лицо. Мешал шлем, но то, что было видно, заставляло сомневаться, что это Старик. Да и отношение соклановцев - почтительное, но не выходящее за рамки воинского устава, легендарную личность в нем не выдавали.

Аэдан передал вождю свой знак. Тот повертел, внимательно осмотрел. Потом вгляделся в Норхада, пристально, недобро. Тот же в свою очередь говорил "Вы не торопитесь, тьматерины дети". Выражением лица говорил. Челюсть терканай по-прежнему берег.

- Вы не спешили, - озвучил за него Сагат. Ханнок приковылял уже достаточно близко, чтобы расслышать. И увидел заодно, как вручают верительные грамоты. Местный Кан-Каддах принял их с той же холодной, вымученной вежливостью, с которой дома владыки Верхнего города принимали ходоков от нгатайских традиционалистов.

- Ожидание могло стоить жизни моим людям.

- В силу событий в Кохорике мы вынуждены были рассматривать клан Санга как враждебный, - ответил одоспешенный нетопырь, раскладывая дорогую, сложенную гармошкой бумагу и щурясь на слова с печатями. Сейчас он был похож на Норхада, когда тот говорил "Я и не обязан что-то говорить".

- Это земля моего господина! - прошипел змеелюд. Хашту досталась даже не вежливость, так, беглый взгляд. И молчание.

- Кхих? - буркнул Аэдан, поморщившись от боли.

- Важных событий, родич, - приветственно кивнул ему встречающий, наконец, похоже, убежденный, - Нам сообщили, что в горном край напали на наших людей. В частности на Цордана, двадцать первого. Прежде чем ему удалось сбежать, его пытали, и он показал доказательства. И Аэдана, шестнадцатого. Последний был умерщвлен черным убийством.

- Цор… дан? Сдес? - Норхад сплюнул красным на землю.

- Родич Цордан пребывает на отдыхе… эй! Назад!

- Полагаю, господину Аэдану, двадцать шестому своего имени, хочется сказать, что ему необходимо срочно попасть к отцу и доложить, что он пока еще не является мятежным призраком, - приподнял бровь Сагат. Ему как-то удавалось вести себя так, что манеры Кан-Каддахов казались наглостью, а не повадками сильных.

Встречающий озадаченно уставился на Норхада. Потом - на медный знак. А затем его все-таки увидел.

- Тха… Пожалуйста господа, обождите, сейчас я оповещу…

- Шив-е!

Местный Кан-Каддах скрипнул щитками кирасы, развернулся и ушел в акрополь. Ханнок не без удовольствия заметил, что у ворот этот вождик даже поумнел и побежал. Потом удовольствие опять сдало усталости. Посеченные, отсыревшие под мерзким, мерзким дождем доспехи тянули к земле. Химер не снял их лишь из-за уважения перед Санга. Зашитая перепонка немилосердно чесалась. Под копытами чавкало. Ханнок мечтал уснуть в тепле и под крышей. Или, хотя бы, замотавшись в крылья и плевать, что эти надменные козлоящерики об этом подумают. А еще - жрать.

Забравшийся на соседнюю башню стрелок Ра-Хараште немного скрасил ожидание, потом его выбили оттуда вместе с половиной этажа. Кан-Каддахи воевали с размахом. Или просто нервничали.

Прибежал обратно вождик. Застыл перед ними лаковой статуей, почтительно вбив кулак в ладонь и склонив голову.

Ответить с цитированием
  #342  
Старый 05.06.2018, 02:15
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Марафон-19, воскресенье



Скрытый текст - SPOILER:

- Вам рады здесь, - сказал он.

- Приятно слышать, - отозвался Сагат. Посторонился, пропуская вперед ворчащего змеелюда.

Проходя по туннелю ворот, поднимаясь по крутой улице вверх, Ханнок, несмотря на усталость, отметил, что Кан-Каддахам, похоже, доставляет удовольствие вести себя, да и выглядеть, как темные владыки демонов из ламано-сарагарской литературы. Агрессивная расцветка знамен и снаряжения. Подчеркнуто свирепая надчеканка на кирасах и шлемах, декоративных накладках - морды, рога и клыки, даже у нормалов. Перепончато-крылатая, кровопийственная символика. Впрочем, вычурность не переступала порог практичности. Лезвия и боеприпас были рабочими, без прикрас. А еще - маловато черепов и прочих чужанских трофеев на поясах и флагштоках. Возможно, потомки одной легенды и впрямь решили последовать заветам другой, Саэвара Великого, и отказаться от дикой древности... А может достопочтимый предок забирает все себе?

Аэдан торопился, это было заметно по его движениям. Но в спешке своей замедлил шаг и оказался рядом с ним, и со Фрепом. Вблизи химер увидел, что ранили его серьезно, н, все же, восстановимо. Впрочем, Кан-Каддах демонстрировал родовую выносливость и держался хорошо.

- Справишься? - из вежливости спросил Ханнок. Аэдан прикрыл глаза, наверное, это значило "да". И ткнул пальцем в сумку снежника. Тот, опытный в этих делах, сразу понял, что от него хотят. Достал и передал терканаю грифельную доску.

Ширх. Ширх.

"Не делайте без меня глупостей, хорошо?" - прочел Ханнок.

- Конечно! - сказал химер, но привыкший за этот год ко всякому, понял, что утверждать это с сотенной искренностью не может. Да и потом, иногда, глупости случаются сами по себе.

Кан-Каддах нагнал вождей. Когда они поднялись на вершину центрального холма (мраковски трудный подъем после многодневного перехода и сегодняшних боев) встречающий снова согнулся в чужанском поклоне. И сказал:

- Господин вождь-консорт Сагат Санга. Господин Хашт Кай-Ценг, уполномоченный господина владетельного князя Кохорика Соуна Санга. Сойдан Кан-Каддах рад этой встрече. Он уважает ваши права на эту землю и является здесь лишь гостем, на охоте. Он заверяет вас в желании как можно быстрее загладить разногласия между нами. Но он просит вас не держать зла на то, что вначале он обговорит новости со своим сыном. Это поможет нам прояснить означенные разногласия. Сойдан Кан-Каддах обещает, что встретится с вами при первой же возможности. Теперь же - отдохните, насытьтесь. Как учтивый гость, Сойдан Кан-Каддах просит вас последовать вон в ту часть лагеря, где вы сможете разбить свои шатры и принять наши подарки. Вам, естественно, сохранят оружие.

Последние слова влили деготь в красно-черный мед, это даже северная деревенщина могла заметить. Хашт оскалился, посмотрел на брата своего господина. Но того, похоже, тонкости этикета и завуалированные угрозы заботили куда меньше. Да и вообще, он-то свою часть договора с Соуном выполнил. И держался теперь скорее как забредший на турнир князь, которому на почетной зрительской ложе, за дружинными щитами, мало что может грозить. Ханнок понадеялся про себя, что это не его умение как вождя, а истинное обещание покоя и безопасности для всех них, непричастных.

Аэдан под эскортом, тревожно напоминавшим стражу, ушел к длинному, явно не так давно выстроенному дому, терявшемуся на фоне гигантов древности. Вероятно, до того как Старик пришел сюда "охотиться", здесь было поместье одного из вождей Ра-Хараште.

Направляясь к выделенной для "делегатов" площадке, химер понял, что не сильно-то "гостям" и грозила опасность от сохраненного "хозяевам" оружия. Кан-Каддахов было много, очень. Они были вооружены до клыков.

Ответить с цитированием
  #343  
Старый 05.06.2018, 18:33
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Марафон-3, 20, понедельник.



Скрытый текст - SPOILER:

Хотя и не все - хватало и откровенных общинников, в гражданской одежде. Делегация как раз прошла мимо цепочки таких, передававших друг другу камни и обломки. Обратно шли балки и порожние ведра. Похоже, они расчищали нижние этажи и подвалы огромного, полуобрушенного купола по центру акрополя, в обрамлении высоток. Чуть поодаль из тех же извлеченных обломков насыпали храмовый курган - напополам прагматизм и символика.

Сопровождающим Кан-Каддахам явно не нравилось, что "хозяева" разглядывают место раскопок. Но они смолчали, лишь ускорили шаг к обжитому сектору.

Свой лагерь нетопыри выстроили с основательностью военных колонистов Саэвара. Похоже, несмотря на все заверения, они собирались здесь и остаться - уже сооружали бараки и восстанавливали ближайшую башню Омэля. Начали попадаться не просто поверстанные на отработку общинники, а откровенные поселенцы с семьями. Тоже, впрочем, выглядящие свирепо.

- Эй, а вот вам не сюда, - остановил засмотревшегося сарагарца сопровождающий нетопырь, указал когтистым пальцем на древний дом под новой крышей, - Вассалы и наёмники почтенных отпрысков размещены вон там.

Ханнок на прощание помахал Санга рукой и пошел к дому. Краем глаза он заметил, как криво, с горечью, улыбается Шаи. Забеспокоился. Некогда-нобиль внешне хорошо переносил тот факт, что упал с сословной лестницы и вообще, последнее время оказался полузабытым, но вторых ролях. Но Ханнок подумал, что надо бы за ним присматривать. В Ядоземье под мхом самых мирных с виду полян часто живет биота.

В коридоре первого этажа Ханнок увидел саблекрылого. Машинально потянулся к ножнам, встревожив шедшего рядом черно-красного. И лишь потом подозрительный демон обернулся и химер понял - это не Цордан. Более того, модифицированный вояка со своим отрядом кого-то явно искали, вламываясь в комнаты. Похоже, культист пронюхал, что обожаемый, черноубиенный братец вернулся. И быстренько подковал копыта.

- Здесь Цордана нет! Передайте, - прозвучало подтверждение.

Ханнок покачал головой и с клацаньем поднялся по лестнице на второй. В какую бы категорию его сейчас не определяли судьба и Кан-Каддахи, химер подумал, что от интриг и войн устал.

- Вы будете здесь, - показал сопровождающий на три двери у самого торца дома, - Да поры попрошу вас не покидать пределы этажа. Все что нужно, вам принесут.


Ушел к лестничной клетке и застыл там, с лапой на гарде.

"Интересно, не в обычаях ли Кан-Каддахов держать вассалов и свойственников почтенных отпрысков в заложниках?" - подумал Ханнок.

Фреп уже деловито отирал руки-ноги тряпочкой, готовясь к ходьбе по жилому полу. Остальные Аэдановы "бестолочи" топтались на месте. Смотрели на химера. Ханнок и не ожидал, что они уже начали воспринимать его как заместителя Норхада.

- Так, - сказал он, - Шаи и Караг - займите вон ту комнату. Мастер Ньеч, Сонни - предлагаю эту. Я и мои - здесь.

- Не лучше было бы разместить пленницу с нами, если понадобиться срочная медицинская помощь? - устало, шелестяще возразил доктор.

- Переживет, - оценил Ханнок состояние "девы войны". Нежданно неплохое.

"А если захочет совершить глупость, то придется вначале справиться с двумя мутантами, а не огарком с девчушкой" - не стал договаривать он. Лишь посмотрел так, что Ньеч, наверное, понял - не лучшее сейчас время обсуждать тонкости юридических статусов.

- Пленница? Какая пленница? - пролаяли от лестницы. Ханнок привычно послал к тьматери зверолюдский слух.

- Дева войны, слышал о таких? - подошел он к нетопырю, - Я с севера. Я взял ее на севере. Теперь она моя. Памятка о доме. Она не говорит на нгатаике. Мое немое сокровище.

- Хо, и зачем это она тебе?


Последний раз редактировалось Snerrir; 05.06.2018 в 18:44.
Ответить с цитированием
  #344  
Старый 09.06.2018, 03:18
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Итак, после семи за десятидневку перестановок винды и перебранного по винтику компа, проблема, вроде бы, обнаружена и исправлена. Наверное, я все же со следующей недели на всякий случай перейду на "летний" режим.



Марафон-3, 21, вторник



Скрытый текст - SPOILER:

- А как ты думаешь?

- Огарок же, - брезгливо сморщил морду демон.

- Хорошо. Признаю, у меня заскок, - доверительно прошипел ему Ханнок, - Люблю хорошо выдержанные вещи. Эти морщинки, эти вяленые прелести, эту…

- Без подробностей!

- Аха. Тогда сделайте одолжение, если вы не шутили насчет гостеприимства, то сообщите уже наконец, что нам нужны еда, вода для омовения и матрасы для сна. Иначе мне придется сообщить почтенному отпрыску, что нас не уважают.

Демон угрохотал вниз по лестнице. Ханнок обернулся, мечтая наконец содрать эту маску рачительности и приветливости. За этот поход он чертовски вымотался. Даже вторая молодость угасла, какие уж тут…

- Вяленые прелести, значит? - скрестил руки на груди Ньеч.

- Док, я рад что эти слова вернули тебе силы, но, пожалуйста, не сейчас, - Ханнок подтолкнул свой "заскок" к комнате. Зашел туда сам. Лезет в голову всяческая ерунда. А надо бы думать о том, что им реально может грозить в этом нетопырином гнезде. Готовить план на случай семейных разборок. Аэдан добрался до Предка, как давно хотел. Но когда сарагарский зверолюд видел его в последний раз, то даже со скидкой на ушибленную морду, дедядя показался ему… обеспокоенным. Интересно, а если ему не удастся убедить Старика, что им может грозить?

… Пожалуй, лучше и впрямь думать о ерунде.

- Я протащил это ржавое горе на веревке через весь Верхний город, а что пленница они заметили только сейчас, - проворчал зверолюд себе под нос, когда они расположились на подобие отдыха. Обещанное еще не принесли.

- Чем древнее зиккурат, тем больше биоты прячется в щелях между камнями. Как-Каддахи - один из старейших кланов. Может у них это приемлемый брачный ритуал, - отозвался Караг из соседней комнаты. И этот тоже ожил. Что ж, если и порубят, то по крайней мере, они пойдут к предкам в хорошем настроении. Или соратники тоже так забивают истерику и нервы?

Ханнок еще раз, стараясь чтобы вышло незаметно, посмотрел на "деву войны". Так и сидит, в том же, кажется, положении, в котором ее усадили на сброшенный мешок с вещами. Широко раскрытые глаза невидяще смотрят на стену. На улице совсем стемнело, свет от лампы пляшет на изможденном лице. Словно статуя святой подвижницы. Или мученицы.

Как бы умом не тронулась.

Химер отчаялся раскогтить задубевший от крови и грязи шнур кирасы. Он подумал, что доспехи теперь все равно годятся разве что в реликварий. Достал клинок и перерезал, тоже с затраченными усилиями - лезвие затупилось. Снял.

Звяньк!

На пол упала пуля, пробившая кирасу, но не поддоспешник. Ханнок отряхнул шёлковую, боевую рубаху и достал еще одну.

Так близко…

Напряжение этого дня догнало его. Навалилось. Захотелось швырнуть этот кусок свинца в окно. Выть, биться башкой о стену, что-нибудь разломать, спрятаться в нору. Напиться, хотя бы. Дети Нгата - свирепый народ, Кенна - клан кровожадней прочих. Да и Проклятие, наверное, все же добавило зверскости в разум. Но все-таки это был дикий, кровавый год.

Интересно, сколького за свою долгую, долгую жизнь насмотрелся Сойдан Кан-Каддах?

Ханнок аккуратно положил пулю на стол. Потом все же приложился к фляжке с ароматизированной водкой. Пожалеть, что натощак, не успел - вассалам и наемникам все-таки доставили еду. И попытки с ней справиться все-таки его отвлекли. Черно-Крансые мерзавцы быстренько отгрузили подносов, стеклянных банок, свертков из плотной бумаги и оловянных коробочек. И откланялись. Стандартизированные. С малопонятной маркировкой - что твои иероглифы из Страны Какао. Наверняка теперь гнусно похохатывают в своих логовищах над попытками северной деревенщины разобраться, как ко всему этом подступиться.

Ответить с цитированием
  #345  
Старый 10.06.2018, 01:45
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Марфон-3, 22, среда



Скрытый текст - SPOILER:

- Телятина в кислом соусе, - выдернул он когтем крышку из оловянной банки, - А тут - сохраненные яблоки. Плиточный чай. Мясная паста с черникой… эту пока приберегите, она ценней в пустошах, чем в городе. Кроветвор, с мятой и сбором от фона… отдайте болезной, ей больше пригодится. Картофель, сушено-шинкованный. А здесь что? А, отрада героя. Ну, знаете, брусок из зерна, орехов, какао и мякоти медовника…

Емкости и обертки позвякивали и шуршали. По комнате плыли странные, экзотичные, но однозначно аппетитные запахи. Ханнок давился слюной, удерживаясь от того, чтобы наброситься на все это великолепие лишь новообретенным осознанием собственной, вождеской важности. Кан-Каддахам удалось его удивить, в очередной раз. Дома так хорошо и знать далеко не всегда могла себе позволить питаться. Здесь же возникало впечатление, что это не редкое пиршество, а пусть и непростая, но обыденность. По крайней мере для счастливчиков, прорвавшихся на службу. Разъясненные гильдейцем надписи указывали на нормы питания, сроки годности, состав, включая те самые "вещества жизни". Наилучшие ситуация для употребления - дальний поход, осада или гарнизонное сидение. Для нормалов и для зверолюдей. Роскошь. Ужасы войны на этом фоне не то чтобы поблекли, нет, но их удалось чуть отодвинуть на второй план.

Кентавроид покончил с объяснениям, цапнул себе упаковку "жалохвостов в алом Майтаннайском". Судя по тому, как морщился, хрустя хитином на зубах, выбрал он это кушанье ради соуса. Варау вообще не выглядел довольным. Даже более мрачным, чем до заселения. Ханнок понаблюдал за ним, потом послал тревогу к тьматери и отдался грехам чревоугодия.

- Де-ли-ка-тес! Жаль только, холодное все, - посетовала Сонни, проверившая, но не обнаружившая печек, очагов, да и топлива. По крайней мере, на дозволенном им пространстве. У лестничной клетки снова воздвигся демон-охранник.

Шестолап молча взял со стола одну из маг-стеклянных коробок, повертел в лапах. Приоткрыл, принюхался. Потом поставил обратно и дернул за незамеченный вначале шнурок. Зашипело на грани зверолюдского слуха и сквозь шель в крышке закурился парок. Он пах говяжим бульоном.

- Какая прелесть! - восхитилась девушка, осторожно, похоже, боясь обжечься, пододвигая себе чудо-емкость, - Это магия?

- Нет, - сосредоточившись, вынес вердикт врач, - Я ничего такого не ощущаю. Можно и мне такой же?

- Держите, мастер Тилив. Это химия. Приятного аппетита, - пожелал шестолап. Вышло это у него с кислинкой. Ханнок отложил паранойю до конца ужина, но потом все же поинтересовался, когда нормалы с огарками ушли в другую комнату:

- Ты не выглядел довольным.
- Если бы с мое походил по пустошам с гильдейскими пайками, то тоже научился бы ценить домашнюю пищу, - фыркнул коточеловек.

- А серьезно?

- А серьезно, я рад что вам понравилось, - варау понизил голос - И не думай, что я смеюсь над вашим северянством. Просто… это все ведь и вправду разработки Проводников. И производство - тоже, я смотрел значки. Похоже, часть поставщиков теперь работает на Старика. Знаешь, я ведь ушел к нейтралам, чтобы сбежать от нашей, тейварской грызни и длинной лапы Терканы. А теперь они не просто меня догнали, они грозят обрушить саму Гильдию. Часть уже помогает Кан-Каддахам. Те всерьёз и заранее приготовились к войне, и не скрывают этого - в последний раз они так тратились на снаряжение с припасом когда Сойдан был еще великим князем. Еще часть Проводников вообще переметнулась к Ордену. И некоторые из них, варау, из моей старой фракции. Вас угораздило заявиться на Юг в эпоху перемен, друзья мои.

- Мне жаль, что тебе сломали лук, - сказал Ханнок.

Ответить с цитированием
  #346  
Старый 10.06.2018, 03:39
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Марфон-3, 23, четверг.



Скрытый текст - SPOILER:

- Мне жаль, что тебе сломали лук, - сказал Ханнок.

Варау зло перекосил морду, но быстро вернул самообладание.

- Правильно что жаль. Замена никуда не годится. То есть, княжий лук - неплохой, но это простецкое оружие. Из такого сложно бить прицельно - стрела будет вихляться. Я тепер не снайпер а простой лучник. Надеюсь, что хоть - хороший…

"Я ведь не об этом" - промолчал сарагарец.

Караг умолк, потом в сердцах махнул рукой.

- Но если признаться, в чем-то так, наверное, даже правильней, - сказал он, словно услышав осторожную химерью мысль, - Я его давно уже не заслуживаю. Мне надо было оставить композит дома, подрастающей замене. Прав Аэдан, плохой из меня Проводник. Да и варау, похоже - тоже…

- Не дури, ты его заслужил. Много раз за этот поход, да и раньше. И Кан-Каддах ценит тебя куда выше, чем готов показать. Знаю я таких вождей. Будь уверен, он даст отцу хорошую рекомендацию.

- Эм… спасибо, - варау и впрямь сказал это так, словно не ожидал утешения. Даже уши приподнял. Тер-демон ободряюще ему кивнул и ушел в свою комнату.

Кто бы его самого уверил, что все будет хорошо.

Миэн сидела, все так же таращась в видимую одной ей даль. В руках она все держала поднос с чудесами нетопыриной кухни. Ханнок забеспокоился было, но потом заметил, что где-то половина пищи, все же, потребилась. Зверолюд надеялся лишь, что самой отгоревшей, а не снежным чудищем, например. Фреп-Врап сидел в бадье с горячей водой, блаженно прижмурившись. Как ему вообще удалось в ней поместиться - загадка для более бодрого и уравновешенного разума, чем был у сарагарца сейчас. Ханнок подумывал было выгнать его и омыться самому, но решил, что все равно нужна новая вода - дольше потом с себя будет белую шерсть снимать, чем ждать еще. Он как раз подошел к охранннику, когда по лестнице быстро-быстро простучали сапожки. Женские. Офицерша алой войны, в доспехе, со стрижкой гребнем, недобро на него сощурилась и сказала:

- Сойдан Кан-Каддах требует видеть Шаи Ток Каана, тсааная. И Ханнока Шора из Сарагара - тоже.

Она не сказала - срочно. Это подразумевалось с неотвратимостью восходов и закатов.

---

Пока он, тьматерясь про себя, шел через ночной, но кипящий жизнью акрополь, то успел сто раз проклясть решение вначале жрать, мыться потом. Выдержки не затевать панику, впрочем, хватило. Он уже понял, что Старик - не тот человек, которого разумно заставлять ждать. Аэдан вон вообще даже челюсть не перевязал.

Но по мере того как как они подходили ближе, даже о ерунде становилось думать все сложней. Отец всех демонов, тысячелетний человек, носитель многих имен… О чем с ним можно говорить ему, свежему обормотню? Нет, не так, о чем с ним может говорить Сойдан Кан-Каддах?

И еще - каково это, встретится с собственным далеким предом? Уже скоро станет понятно.

Ханнок поднялся по лестнице к тяжелым, резным дверям длинного дома. Стражники, суровые, и озерные маски таким не нужны, их открыли. Один присоединился, в качестве эскорта. Несмотря на опасно шатающиеся после войны, перед легендами нервы, Ханнок заметил, что нобилю еще хуже. Парень затравленно оглядывался, пытался оправить ворот непривычной, чужанской рубахи. Он зачем-то взял с собой мозаичный щит, тот самый, еще в Цуне впервые увиденный. Ханнок пожурил себя, что совсем про пустынника позабыл, занятый все больше собой и, смешно теперь уже и вспоминать, "наложницей". В самом деле, что с ним самим такое? Он за этот год повидал куда больше владычных людей, чем большинство Кенна за всю жизнь.

Еще одни двери, уже явно новые. Черное импортное дерево. Резьба в агрессивном, варварском стиле. Они открылись, даже не скрипнув. Зала, созданная для одного вождя, захваченная, наскоро обустроенная под вкусы другого, предстала перед их с Шаи глазами.

Ответить с цитированием
  #347  
Старый 14.06.2018, 00:29
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Марафон-3
3к знаков в счет покрытия задолженности + 3264/21000 в счет этой недели (летним режимом). Дни - 24, 25



Скрытый текст - SPOILER:

Помещение было большое, даже в сравнении с увиденными древними. Не говоря уже о родных, северных. Его обставили богато - трофеи, знамена, реликвии. Но Ханноку не было сейчас дела до вещей. Его интересовали люди.

По периметру стояла стража, снаряженная по-боевому. Если это лишь малая часть воинских сил Старика, как он и заявлял, то его дружина сильнее большинства княжеских. Даже кирасы, хоть и черненые, явно сделаны из металла. И опытней - эти воины точно не были декоративными дворянскими сынками на синекурах. И даже если это была не обычная ситуация, а дипломатическое довление, то оно работало.

По центру возвышался помост с циновкой. Не слишком высокий, не слишком цветастая - их обладатель явно считал нужным продолжать играть в простого кланового патриарха. А на циновке, неловко поджав явно страдающе от артрита ноги, восседал обладатель пышнейшей седой бороды, которую доводилось видеть сарагарцу. Морщинистый, сгорбленный, до сих пор внушающий уважение массивностью фигуры. Свет ламп и маг-светильников играл на медной инкрустации доспехов, отсвечивал от черного лака. Старик грозно хмурил кустистые брови, но выглядел так, словно вот-вот уснет.

Помост окружали приближенные, вероятно те самые "отпрыски". Но в этом Ханнок уверен не был - разные лица, разные морды, крылья и рога. Не скажешь, что семья. И облачение с оружием, хоть и в одной цветовой гамме, столь же разнообразное. Химер нашел среди них Аэдана. Норхад уже сменил дорожный, не единожды чиненый доспех на форменную броню. А также переодел штаны с сапогами и рубаху. Простого кроя, дорогой ткани, естественно, все в той же зловещей расцветке. Норхаду перевязали челюсть. Смотрел он пристально, напряженно, заложив руки за спину. В принципе объяснимо - с его ранами не поулыбаешься… Но все-таки. Словно предостерегает.

- Вы стоите перед Сойданом Кан-Каддахом, вождем клана Кан-Каддах! - гаркнула приведшая их воительница, - Тем, кто видел Коллапс, тем, кто сокрушил хребет Омэлю. Кто убивал магов в их славе, кто положил первый камень в основание Терканы. Он низверг Осквернителя. Он даровал демонам крылья. Он тот, кто сеет гранатовые зерна в саду Кау и Нгаре. Он возродил празднование шестнадцатилетий….

Подвиги, звания и владения шли один за другим. Ханнок растерялся, он не ожидал, что Кан-Каддахи сочтут его озверелую персону достойной таких церемоний. Или же это лишь краткая версия, а подлинно ценные гости вынуждены выслушивать биографию куда подробней?

Аэдан продолжал не мигая смотреть на них с Шаи.

- Он обновил пламя на алтарях Кауарака. Он вернул меч Нгата в его руку. Он - убийца Ужаса Сияющих Топей. Он снял голову Дзамере, гордецу Джед-Джея…

Нет. Что-то здесь не сходится. Ханнок еще раз посмотрел на бородатую легенду, стараясь делать это так, чтоб было незаметно. Потом на свиту. Сейчас они, напротив, начали казаться неуловимо похожими друг на друга. Даже зверелые. И вон та дама с накрашенными в черную маску глазами, в длинном платье и нефритовых подвесках. Обмахивающаяся тяжелым, усаженным обсидиановыми отщепами веером, расшитым хищными бабочками. И вот тот, высокий, в замысловатых татуировках, ручищи пригодны для двуручников но держат книгу в щегольском окладе обложки. И даже юнец с краю, невысокий, северянистый с виду. По сравнению с прочими - смуглый. Черноволосый, узконосый, слегка раскосолгазый. Волосы черные, длинные, собраны в сложный узел на затылке. А в остальном - вполне невзрачный.

- Он раздает черепа. Он упорядочил Юг и мстил за его обиды всем прочим сторонам света. Он совершил это и многое, многое другое. Восславьте его!

Старик, задремавший было, приосанился, выпятил нижнюю губу. Шаи выдохнул и пошел к престолу. Его тут же остановила женская рука в воинской перчатке.

- Не ты. Вначале - он.

Ханнок этого не ожидал. Но пространство-время грозило жестокими карами за глупость и панику. Он вышел вперед, осторожно, надеясь лишь, что это не выглядело трусостью. Белая кость, демоническая кровь Ядоземья смотрела на него. Оценивающе. С предвкушением. Сарагарец медлил, даже осознавая, что опасно затягивает. Изучал. Аэдан все так же недвижим. Дама с щелчком сложила веер. Высокий барабанил пальцами по обложке. Юнец улыбался, не показывая зубы.

Восседающий на циновке приподнял мохнатую бровь. Позади, за сарагарскими крыльями женщина угрожающе, насмешливо прошептала:

- Уснул, карантинник?

Ханнок вспомнил о Кенна, самом яростном клане Сарагара. Потому что опять разозлился. В Соракову жарь Кан-Каддахов, в пекло чужан с их играми! А еще он внезапно осознал, что прическа юнца уже пять сотен лет как вышла из моды. А его меч слишком узок для бронзового.

Подхваченный строенным вдохновением, которое за это год не единожды как спасало его, так и повергало в беды, он чуть повернулся и склонил рога перед этим невзрачным. Стукнул кулаком над сердцем, по сарагарскому, не южному обычаю.

На мгновение в зале стало тихо. Кажется, даже его сердце перестало биться. Он начал видеть будущее, в котором его навсегда запомнят, как Того-кто-опозорился-перед-бородой-Праотца. Раздавшийся смех поставил на этом видении красную, царскую печать подтверждения. А потом Ханнок осознал, что смеется лишь один человек. И рискнул поднять глаза.

Юнец вышел из ряда Кан-Каддахов. Не переставая смотреть на пришельцев, чуть склонил голову к Аэдану.

- Сын мой, ты точно не предупредил его? Отказал старому человеку в его маленьких радостях, отраде склона лет? Я же просил!

Голос у говорящего оказался звонкий, но молодым его счесть не получалось. Молодежь просто не умеет говорить с такими интонациями. И акцент классический. Но окончательно Ханнока уверило в том, что он сумел увернуться от позора, даже не это. А то, что на заднем плане досадующий Высокий перекинул Даме-с-веером мешочек с монетами. Дама ловко поймала его и послала Ханноку воздушный поцелуй.

Аэдан прикрыл глаза. Что-то сказал, тихо. Высокий выслушал его и озвучил громче:

- Мой брат говорит: так, он не обсуждал с северянином это. Северянин внимательный и умный… для своих. О, прости, брат, последнее я добавил от себя.

Бородатый уже, кряхтя, слезал с трона. Ему помогал младший родич. Невысокий взошел на помост. Когда миновал седого, тот чуть поклонился. Ханнок следил за каждым шагом. Невежливо, пожалуй. Но ему с чего-то отчаянно понадобилось понять - какую из ног отрубил отцу демонов Саэвар? Не получалось…

- Левую, друг мой, левую, - улыбнулся юный Старик. Заметил. Ханнок понадеялся, что ему просто кажется, как разом ощетинилась грива. Но знал, что надежда эта столь же тщетна, как мечта о даровании ему, зверолюду, шестнадцатой души.

- Я, Сойдан, первый из Кан-Каддахов, приветствую тебя, Ханнок Шор из Сархан-Нгара! - сказал древний, заняв подобающее ему место.

Так родной город Ханнока не называли уже очень, очень давно. С начальной из войн между Закатным и Восходным краем, когда Клык впервые попробовал крови заклятых врагов и решил, что не будет больше зваться похожим на них именем…

А еще, на грани разума, Ханноку шепнул амок: "Я могу и пробудиться. Это ведь тот человек, из-за кого у тебя ныне рога и копыта".

Краем глаза он заметил, что у Шаи на лице очень странное выражение. Такое же сарагарец видел у нобиля, когда тот обозвал его "мещанином"., казалось, уже годы назад. Похоже, пустынник был разочарован.

"Не дури, праотцами твоими Ахри и Иштанной заклинаю тебя, не дури!" - воззвал Ханнок, - "Неужели ты не видишь, как этот шутник двигается?"

Но он знал уже, что ни черта еще Шаи не умеет видеть.


Последний раз редактировалось Snerrir; 14.06.2018 в 01:23.
Ответить с цитированием
  #348  
Старый 23.06.2018, 21:04
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Прошу прощения, уезжал в загород с увереностью на надежный интернет. Интренета там не оказалось.
Предыдущая и эта недели.

Скрытый текст - SPOILER:
Теперь, когда предок сидел на законном, надлежаще освещенном месте, Ханнок понял, что на самом деле уже знаком с этим лицом. Он встречал его на Юге, чуть или сильно приукрашенным, стилизованным. Местами, на удивление нечасто для человека, так наследившего в Спирали и летописях. На заднем плане фресок и барельефов, на старых гобеленах, на мишени в стрельбище разгромленного поселка. С затертыми подписями, или и вовсе неназванным, словно горцы опасались этим призвать его, как Мракотца из глубин Огненной Луны…

А если вспомнить чему его учили в мастерских Кенна и сделать поправку на древний стиль - то видел его химер и на родине. На календарных стелах Дважды-Первой династии. Это были еще Темные века, вскоре после Коллапса, совсем грубая резьба. На них даже Клык еще не растерял этажи. Немногие дома и знали-то про эти памятники. Они лежали или торчали сквозь траву и кустарник в предместьях, на полузаросшей площади у оплывшего земляного кургана, некогда бывшего домовым храмом в загородной резиденции Владык Клыка. Еще меньше было тех, кто его посещал. Даже среди людей, называвших себя "партией традиционалистов". Но бабушка считала, что какие бы ужасы, тогда не творились, это все равно было славнее полюбовничества с Укулем. Время от времени ходила туда, жечь копал и молитвенные палочки. Брала с собой внука, младшего. Тогда еще больше мечтавшего о ремесле, чем войне. И заставляла прорисовывать прошлое. Раз за разом.

На этих древних, почувствовавших время камнях похожего персонажа звали Мадог Раскалыватель Лбов и он был воеводой при трех князьях. И на стеле номер четыре он убивал на алтаре пленных огарков. Его титулами тогда были "Вырубающий башни под урожай" и "Придворный евнух". Хотя, если вспомнить классический нгатаик, то раньше это слово не обязательно означало подрезанных, но еще и тех, кто просто воздерживается от…

- Видимо, годы неласковы к моему голосу. А раз так, то, молодой человек, подойдите ближе, проявите уважение к моим юбилеям, - Ханнок вздрогнул, расслышав. Похоже, он слишком ушел в себя. Тяжелые дни и встреча с предком выбили его из колеи куда сильнее, чем было хорошо в данный момент.

Ханнок подошел к помосту ближе, щетинясь под насмешливыми взглядами "родни". Похоже, это была еще одна из излюбленных в клане шуток. Шаги химера цокали по черному дереву пола, привозному, безумно дорогу. Но кто бы не был при Старике господином церемоний, останавливать северянина и вручать тапки не стали. Сойдана такие мелочи либо не заботили, либо прочные доски изначально выбирались с расчетом на повышенную копытность клана. Ханнок осознал также, что рядом с патриархом нет стражи. Конечно, близко стоящие "отпрыски" сами сплошь те еще зверюги, даже в нормаловской фазе способные на многое, но зверолюду показалось, что в таком отсутствии кроется намек - телохранители Отцу Крылатых не сильно и нужны. Ханнок не был притчевым мечником, способным с первого взгляда опознать вторую легенду, но уже достаточно заметил, чтобы с намеком согласиться.

- Скажи мне, человек Севера, вести с полей карантина. Как поживает Арйамарг Таци?

- Почтенный, Дече Хивель умер шестьдесят лет назад.

- Очень жаль, очень жаль, - Старик не выглядел тронутым, да и узнавшим новое - тоже, - Прискорбно, что у нас разладилась связь с Севером, не так ли? Это был одаренный князь. Хотя и начал примучивать оборотней. Мне сказали - ты сам такой. Много ли нынче там подобных тебе?

Ханнок не мог перестать думать о бабушке. Славная женщина, мастерица кисти и калама, знающая глину и ее колесо. Говорили, что она знала и меч. Она любила курить трубку, не слушала стонов по поводу злого южного зелья и, самое важное, цены этого привозного зелья. Женщина многих мужей, которая умудрилась стать при этом, да и поэтому, знаменитостью клана и Заречья, но не их посмешищем. Ее корень дал немало побегов. Он помнил ее лицо. Он видел ее нос, когда говорил с отцом. Ее брови, когда ссорился с братом. В последнюю ночь в Сарагаре, она гневалась на него из глаз дяди. Перелепленное своей недоброй удачей, он видел его отголосок и в зеркале, по крайней мере до того как проклятие его озверомордило. И сейчас - когда смотрел на Сойдана Кан-Каддаха.

Бабушка не любила говорить о прадедушке.

Похоже, от Старика до него самого, Ханнока Шора, прошло не так уж много поколений. Волков у Кенна было уже мало. Зато, если Норхад не приукрашивал насчет сильной сойдановой Спирали - скоро будет много демонов.

Ханнок попросил некстати проснувшуюся ярость подождать. И ответил:

- Нет, чтимый, в городе таких немного. Я первый в своем… роду.

- Это доказывает, что договор о Карантине работает куда лучше, чем принято считать, - Сойдан не обернулся, но по тому как посмотрел на отца Норхад, сарагарец решил, что эти слова предназначались не северной разведенной крови, а куда более ближней. А еще что он сам, карантиник, слишком устал, чтобы влезать в склоки Кан-Каддахов сейчас.

Потом Сойдан поднял руку:

- Что ж, кровь моя, поприветствуем первого нашего брата-в-проклятии из Кенна! Это старый и почтенный клан. Ему здесь рады.

Кровь с энтузиазмом откликнулась. Здравницами. Отнюдь не сочувствием. У Ханнока дернулся хвост. Он поклонился чтобы оскал был не так заметен. Он слишком редко говорил со своими спутниками о прошлом. В том числе и с Аэданом.

- Что там нынче говорят о Юге?

"Вначале попарь меня в баньке, а ешь уже потом, о зверейший".

Ханнок решил, что манеры у горцев куда утончённой чем у Черно-Красных. Но советовать Старику хорошего мастера церемоний из Чогда поостерегся.

- Что это страна яда, варваров и черной лжи, почтенный, - прошипел Ханнок, надеясь, что рычавшие нотки сочтут за сорванные в дороге голосовые связки. И что свет от маг-сфер не отражается в глазах как-нибудь злорадно или надменно. Впрочем, надежда эта все больше сдвигалась в сторону ритуальной. Он столько владычных перевидал за этот год. И даже признательность к Норхаду имеет свои пределы.

Сойдан Кан-Каддах улыбнулся. Аэдан прикрыл глаза.

- А что говорят у вас о Кан-Каддахах?

- Вас там не помнят. Почтенный. У нас одни легенды. О демонах, которые искушают могуществомю Но в итоге оставляют лишь с рогами и копытами. И о тех, кто их убил.

Сойдан Кан-Каддах снова рассмеялся.

- Настоящий сар-нгарай! Вы всегда славились прямотой и умением жалить правдой.


Вот об этом Ханнок узнал впервые. Но вот конкретно сейчас взволновало оно его мало. Мир становился неприятно красным.

- Слышишь, кровь моя, Карантин и вправду работает как надо! Они нас не помнят.

Кровь снова радостно загомонила. И получалось это у сойдановых отродий куда искренней, чем у придворных и челядинцев прочих владык.

- Да, да, я понимаю, что гости устали, - сквозь опасно нарастающую ярость услышал Ханнок. Похоже, Аэдан решил-таки вмешать в "разговор", - Тем более, что нас ждут и другие. Пускай юноша приветствуют меня и они могут идти. Мы поговорим потом.

Сарагарца кто-то схватил за крыло, подвинул в сторону. Мимо изящно прошмыгнул Шаи, поклонился. Бестолочь. Несмотря на амок, благодаря мыслям о бабушке, Ханнок помнил сейчас тсаанский канон. То ли бедняга-пустынник растерялся, то ли вообще не знал обычаи, несмотря на весь свой меднокожий гонор, а может, уловил демонское бешенство и решил его с чего-то разделить… Но приветствовал он как учтивый знатный - простолюдина. Сойдана Кан-Каддаха. Одного из немногих нынче, с которым так шутить точно не следовало.

"Я - это я. Ты куда?" - подумал Ханнок. Если и впрямь спровоцировал нобиля, надо будет потом посожалеть. Потом. Когда он кого-нибудь раздерет на части.

Как их выводили из залы Ханнок не обратил внимания. Теперь он стоял снаружи, шурша крыльями по стене, наблюдая за тем как мимо них в дом поднимается делегация, уже именно что делегация, озерников и горцев. Возглавляли ее Сагат Санга при чекане и Хашт, ради такого случая облачившийся в парадный кожух. Химер уже привык думать о культуре и дипломатии, но сейчас лишь тупо таращился на послов.

- Я ожидал кого-то внушительней, - вякнул нобиль, дернув его за перепонку, - Подумать только, тысяча лет, а ведет себе как подросток… Эй, Хааноок, а чего ты все дрожишь?

Зверолюд не сдержался и отвесил ему подзатыльник.

---

"Я объявляю войну невежеству" - клятва человека калама и кодексов.

"Я объявляю войну голоду и бедности" - клятва человека амбаров и караванов.

"Я объявляю войну болезням и смерти" - клятва человека исцеления.

"Я объявляю войну вулканам, пепелищам, утоплению и почвенным припадкам" - клятва человека предотвращений и скорого восстановления.

"Я объявляю войну войне" - клятва человека переговоров.

- Большая книга клятв, интроизаций, жертвенных формул и посвящений. Том второй: Нгат. Издание обновил Велп-Наб Наточенный в 1027 г. Университет Аэх-Таддера.

---

Воссоединение семьи не заладилось с самого начала. Отец был не в духе. Это сложно было заметить стороннему человеку, но ближняя родня быстро училась как опознавать недобрые дни, так и не показывать это знание непричастным. Аэдан Норхад, Двадцать Шестой, Шестнадцатый, много созонов не был дома, и теперь ему приходилось вспоминать подзабытые навыки на лету.

Да, ему быстро удалось убедить Предка, что он не имеет отношения к культистам, а за беды в Кохорике ответственность несет Цордан. Легче, чем ожидалось. Братца, как выяснилось, уже подозревали. Отец не сказал по этому поводу ничего более, он вообще непревзойденно умел делиться информацией лишь на своих условиях. Но по обмолвкам прочих родичей, по беготне в лагере Норхад успел уже понять, что "идиот-романтик поколения" успел сбежать. И прихватил немало сочувствующих. Некоторые из которых считались до того надежными клановцами. Людям сыска теперь предстоит немало допросов и вчинения бесчестного, черного вреда. Аэдан подумал, что в оказанном ему морозном приеме есть одна хорошая грань - его вряд ли сейчас к этому привлекут. Хотя и тут шансы не сотня на сотню.

Отсчитывая дни до возвращения домой, Аэдан мечтал совсем о другой встрече.

Отец не забыл его самоуправства. Хорошая память вообще была одним из многочисленных, почти сверхъестественных умений Тысячелетнего Демона. И вел себя он так, будто блудный сын назло ему ушел в дальних поход лишь вчера, а не шестнадцать лет назад. Хотя, может для Старика это так и было. У него свои мерки для времени и пространства. Отпрыски болтали между собой иногда, вполголоса, что отец воспринимает их не по отдельности, а целыми циклами реинкарнаций.


Хуже всего, что погасить кислоту расставания щелочью новостей из-за Контура не получилось. Орден успел напасть вперед него, он опоздал на какую-то треть. Да, ему все еще есть что рассказать, но уже понятно, что с мечтами об славословиях и празднествах в честь вернувшегося героя стоит распрощаться. Жаль, Аэдан Многовидавший, Первопроходец или там Обморочивший Сиятельных, звучало бы приятно.

И еще эти, бестолочи. Аэдан подумал, что ему в самый раз вдохновиться отцом и устроить им разнос наедине. Но решил этого не делать. Он уже, признаться, этого и ждал. Обормотень, этот сарагарец, слишком многого навидался, что отец, естественно тут же опознал и с удовольствием усугубил. Химера даже жаль. К тому же что глупить начнет Шаи он, признаться, готовился заранее, как воин древности перед боем представляющий себе, как его будут завтра протыкать, рубить и простреливать насквозь.

Аэдан поправил рукав, чтобы золотое обручье блестело заметнее. Золотая похвала Кохорика, знак того, что Кан-Каддахи помогли владыке города. Терканай не сомневался, что отец драгоценность заметил. И наверняка не одобрил. Пусть и выгодный в дипломатической игре, это был очередной знак самоуправства. Впрочем, даже он если и не одобрил, то мог счесть достойным уважения. Говорить, что Сойдан Кан-Каддах старомоден - значит говорить глупость. Отец старше многих традиций и немало их создал сам.

Дарители провокационного золота уже закончили приветствия. Сжато и по делу - они вообще-то были здесь хозяевами. Не играл в свои игры и отец. Почти. Сестра-глашатай все же назвала титулы "Истребитель горных татей" и "Душитель драконов". Сагат Санга вежливо и независимо счел это забавным. Иногда Аэдану казалось, что дальняя горная родня была похожа на отца куда сильнее, чем иные из родных сыновей. Змеелюд Кохорика такой выдержкой похвастаться не мог, но, счастье, от него многого не требовалось. Чешуйчатый передал сестре письмо в печатях. Она взломала алый сургуч со Стальной Башней.

Снова титулы и приветствия. У Норхада уже ныла челюсть, хоть он-то почти и не говорил в этот вечер - обезболивающее сдавало позиции.

Соун Санга, священный, опаляющий, дотошно перечислил убытки и претензии. Напомнил о съезде князей и поделенных сферах влияния. Об ограничении по закону численности вождеских дружин, которые Почтенный, по его источникам превысил уже многократно. И о том, что Сойдан Кан-Каддах обещал устраниться от дел повязок и скипетров. Что он мечом и колесницей клялся не брать себе княжьих циновок до тех пор, пока солнце не придет на полночь, пока Джед-Джей не вернет себе взятое или проснутся великие горы. Баланс угроз и учтивости. Аэдан решил, как будет возможность, посоветовать отцу нанять мастеров Чогда - их школа знатоков традиций и переговоров явно вышла на доколониалный уровень.

- Благородный предок! Перед оглашением второй части письма Владыка Центрального Хребта просит вас дать ответ на эту часть послания, - провозгласила сестра-глашатай. Хороший голос, звонкий и тренированный. Аэдан все не мог вспомнить, кто бы это мог быть. Хотя, если подумать, во время его отъезда она могла еще в куклы играть. Нгаре, яростная мать, как же давно он не был дома…

- Я обещал оставить престолы младшим кланам - я это сделал, - сказал Сойдан, - Ста лет должно было хватить, чтобы насладиться сменяемостью лиц на монетах. Я собрал и перевез в свой город за свой счет большую часть изображений и посвящений, дабы они не мешали молодым творить свои имена. Я не собирался отказываться еще и от вождества и позволю себе ходить, где хочу. Что до клятв…

Отец демонов встал, и оставаясь низкорослым, занял очень много места между полом и балками потолка.

- Солнце Укуля, его меч, пришли в Полночные страны, Нгаханг разбужен насильно. С людьми Цамми мир, но если мне понадобится, я найду что сказать и сделать и по этому поводу. Я исполнил свои обязательства. Так я сказал, Сойдан Кан-Каддах. Цените, что вы получили хоть эти объяснения.

"Вот она, история" - подумал Аэдан Двадцать Шестой, досадуя что она застукала его с перевязанной челюстью и кругами усталости под глазами. Впрочем, до светописи еще не дошло.

Хашт открыл и захлопнул пасть, так и не издав ни звука. Аэдану длинный не слишком нравился, но сейчас он ему сочувствовал. Он не удивится если, столкнувшись с настоящей дипломатией по-нетопыриному, а не отзвуком в его Аэдана, поступках и словах, змеелюд еще вспомнит гостевание Норхада в Кохорике с ностальгией.

- Дети мои, вы решили играть в игры с силами, которых не знаете и не понимаете, - все же снизошел до добавки объяснений Сойдан, - Я знаю, как это звучит, но это так. Я не могу остаться в стороне, и поверьте, вам же лучше будет, если на эту войну пойдет не Старик, ценитель вин и патрон поэтов, а Демон-Магобойца Юга.

- Здесь написано, что, в таком случае, вторую половину вам надлежит прочитать самостоятельно. Она пока что не для чужих глаз и ушей, - сказала сестра-глашатай, - Но… здесь нет второй половины.

- Что это за игры? - прошипел Хашт, все же вождь стражи, не дипломат, - Владыка мне ничего больше не передавал!

- Она при мне, - улыбнулся Сагат и достал из-за пояса еще футляр, обманчиво неукрашенный. Передал. Когда девушка попыталась сломать печать, прервал ее:

- Нет. Пускай достопочтимый Предок сделает это самостоятельно.

Братья и сестры вокруг озлились, зашептались. Сойдан Кан-Каддах славился неубиваемостью, это так. "Покушаться на Старика" во многих княжествах стало синонимом безрассудного и безнадежного предприятия. Те, кто доподлинно знал о существовании Храма Двуликих Тайн обычно знали и то, что тамошние агенты давно и узаконенно не берутся проворачивать свои операции "в переходе от Сойдана". Но все же, после многих и многих попыток сложился определенный порядок и ритуал. И это было их нарушением.

Сойдан усмехнулся, качнул ладонью и сестра-глашатай подошла и осторожно, на вытянутых руках, протянула ему свиток. Родичи зашушукались, в иной тональности. Это нехитрое событие ясно показало знающим - Кан-Каддахи и их непокорный побег - Санга, если не оставили свои разногласия, то заключили временное перемирие.

Правда перед тем, как взять футляр, Предок провел над ним рукой в доспешной перчатке. Аэдан украдкой посмотрел направо, налево. Никто не обратил на это внимания. Шестнадцать лет назад, на этот привычный, один из многих, заскок, не обратил бы внимание и он сам. Но после долгих наблюдений за огарками Севера и Сиятельными Запада… Он пока не понял, что хочет об этом думать.

Сойдан взломал печать, вытащил свернутую в тугую спираль бумагу. Прочел, быстро, как он умел. И сказал:

- Интригующе. Чем подтвердите решимость?

- Войска Озерного Края уже в двух переходах от Уллу-Ксая. Я заранее решил помочь вам очистить Обитель Суровой Луны. От вселенцев.

- А если мы не договоримся, то вселенцем окажется уже один докучливый старикашка, так? - улыбнулся Сойдан.

- Истинно. При всем уважении, но это родовая земля. У Санга и Мхор-Риагхайн не так много замечательных детей, как у старшего клана, но нам найдется, что сказать.

Младшие нетопыри не успели разгневаться. Сойдан рассмеялся. И сказал:

- Ах, если бы только в этом поколении на ветвь Эшир-Дана Пятого было похоже больше моих детей! Я согласен. Я, Сойдан Кан-Каддах согласен на предложение Санга и Мхор-Риагхайн из Озерного Края. Как только мы разберемся с карантинными гостями мы устроим пир и скрепим наш договор по всем ритуалам.

Сагат Санга слегка поклонился, в пределах допустимого по рангу. И ушел. Его воины помогли вытолкать из зала растерявшегося, малость одичавшего, но гордого оказанным Нетопырю отпором змеелюда.

Когда гости-хозяева расходились, отец сказал:

- Сын мой, - эти слова он непостижимо умел бросать с точностью метателя дротиков из Малых Свирепцев. Аэдан, находясь среди многих, сразу понял, что обращается Нетопырь Нгата именно к нему, - Отдохни, залечи свои раны. Мы обязательно поговорим.

Почему-то Аэдана его тон не обрадовал. Не так, не так он представлял себе возвращение домой.

---

Большой совет собрался у древнего павильона, нависавшего над восточной частью города. Внизу расстилалось огромное, ровное поле, настолько большое, что лагерь Восемнадцатого похода, вместе с перебежчиками из предыдущего и местных, занял едва ли десятую его часть. Новые вассалы из Ра-Хараште и собственные магмастера Укуль Сеньео сошлись во мнении, что во времена войны Сиятельных там сработало мощнейшее боевое заклинание. Защитный контур Уллу-Ксая сработал, с запозданием, и защитил соседние районы города. Но для попавшего под прямой удар оказалось слишком поздно - там, словно в поговорке, и камня на камне не осталось. Впрочем, фон и лучи войны от него оказались быстро распадающимися - теперь там можно было ходить и даже спать. Хотя местные и не спешили расчищать кратер под поля - он зарос низким, облетевшим кустарником и чужим, разноцветным лишайником по колено высотой. Хватало и усыпанных щебнем или оплавленных плешин. Местами ржаво блестели болотца и ручьи. Вдали котловина перехлестывала за границы застройки и сливалась с предместьями. Еще дальше, за отравленными лесами возвышались горы Молодого Хребта. За эти дни снеговая линия заметно сползла вниз по склонам.

Ярость Дома Халадон - так малопонятно для северных ушей звали это рану на теле Уллу-Ксая. Верный поежился, он был образованней прочих. А еще ему было мерзко. Просто по состоянию организма. Истощенная душа стала куда устойчивее к невзгодам, чем перенасыщенное магией мясо.

Площадку для банкета набольших Ордена и Его Союзников укрыли портативными генераторами поля, для такого случая распакованными из стазисных ящиков. Хозяин обмолвился по магическому каналу, что теперь внутри этого купола "Почти Укуль". Верный это заметил - приглашенных варваров тошнило, устойчивые к дикому, они оказались не готовы к "высшему" фону. Предложенными им яства и напитки пропадали зря. Может, у кого-то и возникнет идея, что милость Укуля на деле не так уж и сладка. Правильная идея…

Плохо. Жуть.

Верный успокоил внутреннего волка, сказал ему, что сам так не считает. Подумал о хорошем.

Делегация Семнадцатых, сама теперь мало отличимая от варваров, наоборот, покидывала мохнатые плащи и шапки, сменила сапоги на сандалии. Теперь их Сиятельные подключались к фону, словно оголодавшие беженцы, получившие наконец храмовую пайку. Или, что еще точнее, как сидящие на маковом куреве, дорвавшиеся до дозы.

"Посмотрим, не удастся ли еще кого из них вразумить" - шепнул Хозяин, - "Впрочем, среди них осталось мало полезных".

Предводительствовал Семнадцатыми Лорд-Кормчий. Старый жрец до медного носа хлестал вино из Шестого сектора, изрекал архаичные скабрезности арфисткам и целительностям. Доверительно рассказывал желающим про ужасы Ядолунья. Их старик отчего-то знал много. Или обладал на редкость богатой фантазией. Лорды, послушники и воины Света смотрели и слушали его с плохо скрываемой брезгливостью. Как низко пали сильные во брани!

Хозяина ему обмануть не удалось. Сотнику не нравилось присутствие здесь этого притворно опустившегося святоши, чересчур зоркого, дотошного, сорвавшегося с крючка в самый последний момент. А еще то, что ветеранов штурма Альт-Акве на этом совете представляет не лично Укуль Илай. Этот отперся от участия тем, что надо обустраивать лагерь и "высокую дозорную башню, которая, увы, не оправдала наших ожиданий, благородные лорды". Укуль Сеньео и Тулун Иолч выразили ему свое искреннее сочувствие и предложили помощь своих людей. Их так же вежливо завернули от площади Взятых Звезд обратно.

Конечно, если бы все вышло как надо, Лорд-Командующий Семнадцатых и не смог бы здесь оказаться, разе что мятежным призраком из нгатайского фольклора. Лорд Тулун долго ругался, когда узнал, что организованная Цорданом Кан-Каддахом засада сорвалась. Хорошо еще, что там рядом оказались горцы, на которых можно было спихнуть вину для сохранения лица Ордена. Обоих его лиц.

Парадоксально, но чем больше дичал Укуль Илай, тем больше Волчий Сотник его уважал. Хотя и проявлял это уважение так, что оно вряд ли нравилось Илаю. И наоборот, чем ярче сияла звезда Укуль Сеньео, тем больше Хозяин его презирал. Но вот этот был все еще слишком глуп, чтобы заметить. Интересно, а даже если Восемнадцатый окажется на месте предшественника - поумнеет ли?

- Лорды! Госп-пода! Чада! Эт-то все замеч-хих-ательно! - искусно заплетающимся языком воззвал Лорд-Кормчий, - Я давно так не вкушал и не ис... испивал! Эч! Эти холмы прекрасны!

Он ущипнул, до писка и пощечины ближайшую целительницу, Госпожу Трех Покрывал Невинности. На заднем плане дурным мявом орали песню кото-кентавры, перебежчики из неких "Проводников". Подходящее звуковое сопровождение. Наблюдавшие за всем этим двуногие варвары не скрывали злорадства и делали непонятные ставки. Устроители пира слишком поздно поняли, что выдавать шестилапым сразу все спиртное на день - ошибка. Даже большая, чем вообще сажать мутантов и Безупречно-Рожденных за один стол. Укуль Илаю неведомо как получалось делать это изящнее, у его родича же за вечер дело трижды дошло до мордобоя, и один - едва не до поножовщины.

"Пусть их всех, со всеми их душами гневные ипостаси Мириад прожарят в Пекле Киньича и выморозят во льду Атли, я же просил организовать все тайно и четко!" - сказал Хозяин.

- Чада! Эч! Эч! Вы п-прекрасны! Но мне обещали п-показать, зачем мы здесь!

"И впрямь, пора заканчивать этот балаган".

- Лорды, господа, вожди. Пройдемте, прошу вас, - Лорд Тулун указал на сохранившееся здание, уже вычищенное, подлатанное, с закрытыми окнами. И даже с драпировками под цвета Укуля. Их гостеприимцы, Ра-Хараште, заранее подготовили место для презентации - устарелое слово, чуть помпезное, но, как заранее знал Верный - вполне уместное. Избранные от Ордена и Его Союзников направились к павильону. К удивлению нгардокая туда же зацокал копытами и демон с жуткими, словно бы из одних костей составленными крыльями. И даже главный из кентавроидов вскочил на лапы, встряхнулся и прирысил. Когда пробегал мимо него, Верного обдало запахом привозного вина и местной водки, но шаг у мутанта внезапно стал точным и грациозным.

"И ты тоже".

Верный с быстро, панически придушенным недовольством встал из своего угла. Он прошел в мраморные двери последним и задернул за собой циновку, переплетенную волокнами от прослушки. Внутри павильон освещали теплым, янтарным светом маг-светильники. От стен, ступенями шли сидения, а по центру пол понижался даже ниже уровня земли на улице. Вероятно, раньше здесь был бассейн, или даже фонтан. Теперь это место занимал принесенный деревянный стол под белой скатертью, а на нем, под охраной надежнейших из людей Лорда Тулуна, рядами лежали странные устройства и кристаллы.

- Как вы, наверное, знаете, я долго служил в Доме Дальней Разведки, - сказал Хозяин, не размениваясь на чины и восславление пришедших, - Не буду утомлять вас подробностями, скажу лишь что мне еще в начале пути начали попадаться артефакты непонятного свойства. Изучение показало, что это контрабанда, которая какими-то путями попадала в Ближнее Ядолунье из Внешнего, и тогда я запросил…

- А разве вашему рангу дозволено было заниматься изучением внешних артефактов без санкции Лорда-Антиквара? - спросил старик-Семнадцатый. Он-то уж точно не был кото-мутантом, но умудрился протрезветь так же споро.

- Я взял на себя малый грех инициативы. И получил очень неожиданные результаты. Многообещающие. Дарующие надежду. Я отследил источник этих артефактов к малоизвестному городищу в горах Водораздельного хребта. Место недавно разграбили горные варвары, просите, тогда мы называли их "горными варварами", сейчас мы знаем лучше. И некоторые реликвии, в обход карантинных дозоров начали просачиваться за Внешний Контур. И тогда я отправился в частный поход к границам известного нам мира, с целью добыть дополнительные образцы, знания и, возможно, союзников, так же мечтающих о восстановлении…

- А что насчет этого?

"Надо, надо было отправить тебе на перерождение, когда была возможность, старый черт!"

- А вот на это санкцию я получил. И на многое другое, - сказал Волчий Сотник вслух, - Сама Столица преклонила ухо к моим просьбам и снабдила необходимыми ресурсами. И правом на тайны. Ведь всем известна ярость и отвага наших мужей Учения - если бы к организации походов приставили вас, мы бы до сих пор пели гимны под Контуром. А теперь, если не возражаете, я бы предпочел, чтобы вопросы мне задавали по сути дела.

- Подтверждаю это предложение, - ровнозубо улыбнулся Укуль Сеньео со своего складного стула на древнем почетном возвышении. В теории, он был старику не указ, у того был свой Лорд-Командующий. Но жрец и в впрямь притих, возможно уловив по выражению лиц и морд присутствующих, что время переубеждать давно и безнадежно кануло в межзвездную бездну. В этой зале ему сочувствовал, наверное, только вождь ламанни, но этот, как и сам Верный, больше не мог позволить себе это сочувствие проявлять.

Избавившись, хотя бы на время, от докуки в храмовой тоге, Тулун Иолч продолжил презентацию. И надо отдать ему должное, он начал проявлять нежданный талант рассказчика, захватив внимание даже чужан и своего соперника-Семнадцатого. Почти роман о Священном походе. Он поведал о том, как набирал участников в Ламане. У северных внешников за последние сто лет появилось множество табу и суеверий начет Ядолунья, и запреты эти не только поддерживались, но и активно насаждались княжеской и храмовой властью. Так что поиск необходимых умений оказался сам по себе приключением. Как и уход от внимания Дече Атонеля, совсем князя, благосклонного к Ордену, но всецело поддерживающего Карантин. Владыка Клыка считал, что отравленные территории несут лишь темную магию и мутацию… И здесь Верный его понимал. И не только он. У вождя ламанских "союзников" перекосило лицо, потом, так же внезапно проявилось выражение собачьей преданности. Он даже схватился за амулет. Верный подумал, что сам так выглядит, когда на него накатывает волчья жуть. И еще, что сам тот факт, что Хозяин допустил ламанни на презентацию, говорит уже о многом.

От романа авантюрного, Тулун Иолч перешел к приключенческому. Рассказал, как они пересекали приконтурные леса, где шла война - местные восстали и князья Нгардока и Сарагара в кои-то веки объединились для их разгрома. Заодно воспользовавшись этим как предлогом, чтобы начать выселять пограничников в более далекие от Ядолунья области. Отряд из дружинников Иолча и ламанских авантюристов прорвался через страну войны и кордоны Карантина. Они пробрались через отравленные предгорья и начали терять там людей. Как от обычных опасностей Ядолунья (хотя обычными они были только для северян) - биоты, аномалий и просто тяжелого климата, так о озверения. Тулун Иолч, человек из архивного рода, чья Спираль особенно хорошо располагала к талантам сканировщика, заметил, что вспышки проклятья совпадают с пиками в определенных диких частотах. И воспользовался взятым с собой в дорогу Великим Кристаллом для торможения процесса. Он продолжил свой путь. С великими лишениями и подвигами, превозмогая чудищ, холод и магический голод, даже лично круша бунтовщиков, требовавших повернуть назад. И вот, в неотмеченной на карте горной долине, он нашел что искал.

Здесь Тулун Иолч сделал тщательно рассчитанный перерыв. Как и репетировал, в присутствии Верного. Но его питомец все равно выслушивал историю с вниманием. Он давно уже знал ее, частями, но целиком и в обработке для могущественных она все равно захватывала. К тому же, Хозяин мог и наказать за рассеянность.

Приглашенные также явно находились под впечатлением. Никто, даже старик-Семнадцатый, даже не посвященные в искусство орденской политики дикари, не пожаловался на долгое вступление. Хотя принесенные напитки и закуски и были встречены с энтузиазмом. В перерыве разные фракции и группы по интересам держались обособленно, со скрытой враждебностью. Многие, похоже, до сих пор сомневались в самой необходимости Свщяенного похода в такую даль и союза с "чужаками" (теми или иными).

- Продолжим, лорды, - сказал Иолч, призвав внимание слушателей мелодичным плетением-звонком, - Цель моего похода я нашел вот здесь… Пару мгновений, господа.

Он повел рукой в воздухе. Верный, естественно, не видел магии, но она явно творилась, и могущественная. На столе, над блюдом из маг-стекла со вставными камнями, мигнула и проявилась объемная карта с рельефом и пояснительными значками, на Сиятельном языке, но непривычно модифицированном. Куда больше по диаметру, чем источник. Весь Южный континент, причем такой, каким он был до Коллапса. Изображение дрожало, расплывалось, потрескивало, временами почти гасло, но на лицах, мордах гостей все равно расцвел восторг. Даже рожденные под Благословенным Контуром могли признать за этим куда более высокое искусство и технологию, чем было привычно их поколению.

Волчий сотник, словно демиург из Мириад, тщательно рассчитанными движениями развернул и приблизил изображение. Водораздельный Хребет, в стороне от перевалов, которыми проходили в варварские земли оба Священных похода. Небольшая долина, открывавшаяся на север, одна из немногих с хорошим доступом от тамошних равнин. Хозяин еще сильнее уменьшил масштаб и стало видно речку, змеившуюся между отрогов вершин, россыпь горных озер. И значок поселения, названного "База гонок на снеговых склонах".

- Я знаю, что не все из присутствующих здесь проходили обучение в Доме Луноведения, поэтому поясню: большую часть прошедшего тысячелетия то, что мы называем Водораздельным, а южане - Огненным хребтом, из-за аномального взаимодействия с локальными полями отличалось крайне низкими температурами. Наросшие за эти годы ледники начал стаивать лишь недавно, и нет сомнения, что именно это, вкупе с удаленным расположением, так долго оберегало городище от разграбления.

- Вы нашли там то, что способно вернуть могущество Укулю? - спросил Магмастер Войны, еще недавно бывший Семнадцатым. Этот точно знал ответ и вообще оказался одним из самих горячих и полезных сторонников Хозяина. Так что наверняка они обговорили "вопросы" заранее.

- Хотел бы я ответить на этот вопрос прямо, лишенным сомнения, лорды. Но увы, как оказалось "База" была лишь небольшим поселением гостеприимства и услады в горах. Я прошел лишь краткий курс обучения в Доме Раскопок, но даже моих скромных знаний хватило чтобы понять - там не выстроили важных объектов войны и науки. Лишь несколько бетонных корпусов для малодушных, большая трапезная и поместья высоких каст. В древности такие места называли "курорт". Как, например, Альт-Акве, обитель гидротермального исцеления…

- И тем не менее, мы потеряли немало людей, штурмуя такой "курорт", по вашим же рекомендациям, Тулун Иолч, - вновь подал голос Лорд-Кормчий. Этот с Хозяином явно не советовался и вообще "позабыл" озвучить хонорифик Волчьего сотника. Но тот словно ждал этого удара, принял его на лезвие разума и вернул, усилив:

- Мириады учат нас упорству и скромности, не так ли, Многомудрый? Сказано ведь в Свитке Алмазного Смирения: "Боги являют себя в мелочах и там, где сами того пожелают. Праведный не выпрашивает чудеса, а учится видеть их там, где они уже есть.". Именно ваша славная победа, вас и благородного Укуль Илая, жаль его нет сегодня с нами здесь, эта победа, в таком обманчиво бесперспективном месте, позволит нам воплотить следующий этап замысла Столицы.

- Вашего замысла, так ведь? - старик не смог смириться с тем, что проиграл раунд в своем же поединке. И лишь усугубил ситуацию.

- Да, это и мой замысел. Имейте терпение, о почтеннейший, я скоро все объясню. И насчет "Базы" и насчет Альт-Акве. Итак, я остановил повествование в том месте, где будучи, признаю, лорды, в отчаянии и горе, подумывал уже о том, чтобы бросить все и вернуться домой. Или, даже, каюсь великим покаянием - загасить свои имплантаты и позволить фону сожрать себя…

Сол-Тулун Иолч продолжил рассказ о том, как решил все же удовольствоваться малым, хоть как-то оправдать понесенные расходы и жертвы. Решил собрать хотя бы знания об обычаях и жизнях сгинувшего Дома, рассудив, что раз он недостоин звания воина Ордена, то будет полезен хотя бы Дому Архивов. Он перебирал черепки и посуду. Он изучал бытовые приборы. Плавил омэльское стекло в тигле магии и страданий. И избавившись от ложной гордыни нашел неожиданно много приемов и техник, которые могли бы помочь Укулю. Новые пропорции минералов в магических композитах, способные удерживать более сильные плетения. Присадки к бетону, которые позволили древним зданиям дотянуть до нашей эры несмотря на дикий фон, лунотрясения и перепады температуры в горах. Новые частоты для сигнальных и информационных плетений… И многое, многое другое.

Пока Хозяин говорил, Верный украдкой смотрел на старика-Семнадцатого. Лорд-Кормчий, в силу положения и ремесла, хорошо умел владеть лицом, но, все же, питомцу Волчьего сотника показалось, что жрец в отчаянии. По шушуканью соседей-орденцев Верный понял, что очень большая доля того, что было принято считать Новым прогрессом Укуля - цепочкой открытий и подвижек, которая позволила магмастерам Контура осторожно говорить о том, что несмотря на истощение ресурсов и иссякание многих знатных линий Спирали, самое страшное уже позади - этой новой надеждой Укуль был обязан лорду Тулуну. Просто он по каким-то своим причинам предпочитал оставаться в тени. Теперь для старика похоже, стало понятно, почему при столь младшем звании Сол-Тулун Иолчу так много позволялось. Стало это понятно и прочим - Хозяин подтверждал свои тезисы, демонстрируя свежие, набранные прямо в Уллу-Ксае артефакты.

А еще этой мумии в тоге наверняка было до озверения обидно, что его враг умудряется делать все это с цитатами из священных же текстов и проповедей. Презентация подавляла, даже далеких от Сиятельной теологии и научной магии варваров.

Амфору с самым сладким вином разума Хозяин отложил под конец этого этапа презентации.

- Когда у нас уже начали заканчиваться припасы и прислужники, я решил все же проверить еще раз купол Большой трапезной. Я обратил внимание на завал, который счел до того недостойным внимания. Теперь же я стал чуть мудрее. Меня внезапно посетила мысль, что за ним может скрываться неучтенный проход на нижние ярусы. Омэль больше других Домов, кроме, может быть, Дасаче, любил размещать коммуникации и важные помещения под поверхностью луны. Да, лорды, я знаю, как это звучит, и не претендую на божественное откровение. Но тогда мне показалось, что кто-то из Мириад направлял мою руку той ночью, когда я, призвав остатки магии, разметал обломки и слежавшуюся каменную паль и обнаружил лестницу. Я не рассчитывал найти там арсенал, лекторий или склады с накопителями. Я их и не нашел. Это была лишь зала для наслаждения звуками и образами. Когда я был еще глуп, я бы разочаровался. Но теперь я обратил внимание на то, что внутри сохранился отличный фон. Комнату явно запечатало сразу после Коллапса, когда от отката заклинаний и взрывов ожили горы. Многие из устройств находились в отличном состоянии, стоило стереть с них пыль они заблестели, как вчера выплавленные. С моим скромным опытом я все же сумел опознать многие из них, как проекторы и преобразователи информации и изображений. Принципы их работы немного отличаются от наших традиций, но я все же смог их активировать, тем более, что там оказались руководства по их включению. Хвала богам, что и в древности существовали растяпы и послушники, которым такие были нужны! И один из этих аппаратов вы видите сейчас перед собой.

Хозяин указал на блюдо проектора. В павильоне загомонили, лорды, магмастера и витязи тянули шеи, вглядывались, словно послушники. Дождавшись, пока волнение утихнет, Волчий сотник выложил на поле еще более важную фишку:

- А самое главное, я нашел рабочие стазисные ящики с инфо-кристаллами. С малым уровнем повреждений. Все знают, что древние считали именно этот способ хранения самым надежным и удобным, так что к концу Янтарной эпохи большинство важной информации хранилось не на бумаге или металле, а в маг-стекле. Великое горе, что эти сложные накопители оказались так уязвимы к энергетическим волнами и аномалиям, порожденными Коллапсом и воцарившейся после него отравой! Я даже склонен полагать, что наши беды с потерей знаний вызваны в первую очередь этим фактом. Владыка Иль-Халад, если бы только твои служители доверяли материи больше, чем энергии… Но я отвлекся. В очередной раз признаюсь вам, что найденная на кристаллах информация не дала мне немедленных ответов на вопросы. Подавляющее большинство этих накопителей не содержали руководств, графиков и схем, то есть того, что нужно нам, страдающим потомкам в отравленном мире…

Сол-Тулун Иолч усмехнулся, грустно, и вполне искренне.

- Более того, скажу вам, лорды, большая часть кристаллов содержала лишь "видения" и "циклы" весьма фривольного и легкомысленного содержания. Подозреваю, что даже удержись Этлен от самоубийственной войны, они не пережили бы этого тысячелетия в силу, как сказал бы мой наставник в Доме Мистерий, "низкой художественной ценности". Впрочем, я отослал их в Дом Архивов, а несколько таких даже захватил с собой и по завершению доклада могу показать желающим. Хотя бы для того, чтобы вы могли увидеть мир, который мы потеряли.

Лорды снова загомонили:

- Почему нам не показали этого раньше?

- Столица сочла, что рано распалять дух нации до получения более надежных результатов и я с ней согласен. Что знают десять, знает и миллион. К тому же, столь явная проработка плана могла вызвать недовольство недоброжелателей и поборников традиций, которые бы задержали подготовку экспедиции, - Волчий сотник улыбнулся Лорду-Кормчему, словно бы еще сильнее усохшему под десятком враждебных взглядов, - Такого окна с колебаниями фона как в этом году, нам может представиться еще не скоро. Мы и так готовились к этому сорок лет.

Сол-Укуль Сеньео приосанился, словно это он сам предвидел и предугадал.

"Дурак" - подумал Верный, даже зная, что такое непочтение к Безупречно Рожденному может разозлить его внутреннего волка.

- Впрочем, польза была даже от этих записей, - продолжил Иолч, - Пока я калибровал и настраивал их, пересматривая раз за разом, то понял, как можно воскресить некоторые из накопителей, которые уже сочли безнадежными. Применив эти знания к нашим архивам, я обнаружил сведения еще о многих поселениях и стратегических объектах Омэля, собранные нашим Домом незадолго до войны.

Он перебрал в воздухе пальцами, карта над проектором скакнула назад, в крупный масштаб, показав большой кусок Южного Нгата и Джед-Джея. Еще один жест и ландшафт окрасился множеством золотых точек.

- Как вы видите, лорды, возможности потрясают. Великий Дом Омэль был самым активным в колонизации Внешней Стороны. Да, многие места наверняка не пережили Коллапса, другие же разграбили или попросту уничтожили внешники. Но должно остаться еще очень многое. И один, самый ценный кристалл из тех, что я нашел. Тем более, что я уже знаю, что некоторые из этих городищ находятся под защитой специальной Гильдии. Если хотите, мой друг, Киаран Вохметараск, расскажет вам об этом подробнее. Можно прямо сейчас, обождите чуток, мне все равно надо настроить аппарат…

Лорд Тулун кивнул кото-кентавру, довольно оскалившемуся. Наверняка, это приятно - поучать Сиятельных…

… Это просто такая шутка!

Пока Волчий сотник колдовал над проектором, мутант вкратце рассказал, что такое Гильдия Проводников, и с чем ее можно будет съесть. Вроде бы, снова принесли кушанья и напитки. Деталей Верный не запомнил, волк проснулся, слишком раскормившись мыслями и впечатлениями или просто пришла пора обновлять плетение. Пришлось взывать к хозяйской милости, чтобы его утихомирить. Но Верный все же заметил, что единства в рядах святовоинов прибавилось. Они возбужденно обсуждали услышанное и увиденное. Даже старый жрец, хоть и не участвовал беседах, уже не ходил по павильону, не провоцировал, как в прошлый перерыв, сидел молча, задумчиво морща лоб, так и не пригубив кубок с вином.

- Впрочем, один из найденных мной кристаллов все же оказался более полезен, чем другие, и именно он причина, по которой мы находимся сейчас именно здесь, - Хозяин переставил камни в пазах проектора и карта Юга пропала. Вместо нее возник объемный символ Великого Дома Омэль - Циркуль и Спираль. Полупрозрачный, он вращался. Зазвучала музыка, мелодичная, но временами сбойно-шипящая и какая-то… навязчивая.

- Восславляю в привечании, родословные лорды! - Верный подозревал, что не один он вздрогнул, когда на месте герба омэлли появилась фигура Сиятельной девушки в тоге и возгласила эти слова, приветственно раскинув руки, на весь зал, резко и дребезжа.

Хозяин поморщился, и переплел заклинание.

- Приветствую вас, благородные лорды, - повторила девушка, уже тише и с модуляцией, привычной Дому Укуль, не сбивавшей значение слов в синонимические, а иногда и вообще не родственные смыслы.

Верный пригляделся к ней, чтобы было довольно сложно, учитывая малую мощность доступных генераторов стабильного фона, здесь, сейчас тысячу лет спустя. Высокая, хотя насчет созданного, или запечатленного магией "видения" это сложно сказать наверняка, золото кожи словно сплавлено с малой долей серебра. Скулы чуть выше, глаза чуть больше, уши еще меньше, чем у законтурных Сиятельных. Зубы улыбки тоже мельче и еще травоядней. Тонкие руки унизаны браслетами, одеяние из южного шелка, созданном намного раньше, чем этот материал распробовали модницы Укуля.

- Приглашаем вас посетить Выставку Декады, выставку под патронажем Великого Дома Омэль! В славном городе Уллу-Ксай, жемчужине Внешней Стороны. Вы увидите новейшие достижения хозяйства и технологии благословенного народа. Вы сможете предугадать чудеса, которые нас ждут. Вы увидите проекты как юных умов Домов Обучения, так и мастеров магии высшего порядка. А если вы удручены невзгодами последних лет, то мы уверены, после созерцания проектов по рекультивации территорий и рациональному использованию фона вы вернетесь домой с правдивым рассказом о том, как благословенный народ с ними справляется. Не забудьте также посетить павильон с экспозициями в честь Завоевателей Иных Лун под покровительством Дома Халадон и Мираклями Мириад, организованную Домом Укуль. А если вы устанете от впечатлений, вы можете отдохнуть на горнолыжных базах Водораздельного Хребта или поправить ауру в купальнях Альт-Акве, прославленного своими термальными источниками. Воспользуйтесь гостевыми небесными лодками и вы сможете оказаться там в течении часа…

- Часа, - прошептал орденец справа от Верного, - Часа! Мы тащились от этого богами проклятого места неделю… Часа!

И он умолк, очарованный могуществом древности, не в силах оторвать от него взор. Девушка в проекторе исчезла, хотя голос ее продолжал звучать. Вместо нее калейдоскопом меняли один другого образы и схемы. Богато и причудливо украшенные залы, уставленные чудесами, большинства пояснений к которым Верный не понимал, и по лицам Господ видел, что не понимают и они. Но чудеса все равно завораживали. Автоматоны Домов Кечина и Коёмче. Порталы и небесные лодки Дома Халадон. Устройства, основанные на технологиях экранов и Контуров Дома Укуль. Целительство Дома Ксолотль. Морские обиталища и аквариумы Домов Дагьон и Ниханки. Летающие города. Инфо-кристаллы. Преобразователи, излучатели и накопители. Виды соседних лун. Десятки куда менее известных Домов и терминов. И под конец, короткие разделы, посвященные Дасаче и Тавалику, полные громоздких, смотрящихся устарело по сравнению с предыдущими механизмов, буров, паровых колесниц и светописью строящихся башен и дамб. Голос девушки нисколько не изменился, когда она называла последние две экспозиции, но Верный все равно каким-то непостижимым образом уловил пренебрежение в словах "основано на механике и низшей магии". И поежился от осознания того, что Внешнего Варанга среди всего это великолепия архитектуры, магии и толп в изысканных нарядах, не существовало вовсе.

И все это послужило лишь прелюдией к главной части, посвященной Дому-Патрону. Его выставка занимала целый этаж подземного комплекса, с подъемниками и мылами стеклянными куполами. Почти отдельный город, целиком посвященный науке и увеселениям.
Ответить с цитированием
  #349  
Старый 02.07.2018, 00:51
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
За неделю.



Скрытый текст - SPOILER:

Специализацией Великого Дома Омэль была Спираль. В этом он был похожи на родственные Дома, из самых древних и почтенных, Ксолот и Скильд. Но если последние в основном занимались здоровьем и священными модификациями самих Сиятельных, то чуть более молодой и сильно более амбициозный Омэль сосредоточился на полезных животных и растениях.

"Говорят, что первый из омэлли создал Благословенную Ржавь, которая покончила с тиранией железа на Этлене".

Верный не был уверен, сказал ли это Хозяин ему, кому-то еще, или и вовсе - самому себе. И предпочел сосредоточиться на "видении".

Целые залы в секторе хозяев выставки были отданы под экспозиции новинок земледелия и животноводства. Впрочем, такие слова применительно к тому, что Верный видел перед собой, казались плебейскими и не передающими сути. Увиденное мало походило на нгатайские праздники урожая, или там сходки, где пустынники выясняют у кого красивей верблюд. Даже на виденные до того схемы маг-теплиц и целых агро-куполов из достижений какого-то малого и не запомненного им Дома… На самом деле, Верный и вовсе не мог подобрать подходящих слов.

Экспонаты помещались в кубические вольеры, рядами заполонившие залы, забранные выплавленным магией стеклом или экранами от генераторов. Наверное, чтобы не досаждать благородным любителям науки запахами и звуками, хотя гид-дева и говорила с гордостью, что "наши модификанты отлично адаптированы и почти не производят аллергенов и прочих раздражающих органы чувств веществ и колебаний". Верный подумал еще, то многие из этих "модификантов" так надежно упрятаны скорее из-за того, чтобы шпионы не унесли росточек или личинку своим Домам. Или же чтобы иные узники сами не оттяпали кусочек чересчур любопытного зрителя.

Далеко не всегда удавалось понять, насекомое, гриб, животное или растение, а может, и вовсе минерал содержится в очередном кубе. Конечно, хватало и невзрачных на первый взгляд кустов, корешков и трав, хотя сплошь и рядом оказывалось, что вот этот вот корнеплод способен выжить в открытой почве Киньича, сия "комплекс-ягода" содержит полный спектр "веществ жизни", а вон то деревце способно переползать на лучшее место.

Другие же экспонаты были куда экзотичней.

То ли растение, то ли улей для мелких существ, что оберегали его и помогали производить питательный и легко собирающийся нектар даже на самых бросовых участках.

Грибы, плоть которых можно было превратить в кожезаменитель для обивки и которые при нужной настройке фона вытягивали редкие минералы из почвы.

Лианы, что обвивались вокруг вторгшихся нарушителей периметра или плевались в них сонными шипами.

"Кораллы", живущие на суше и способные при благоприятных условиях вырасти в башню, достойную Высокого Магмастера.

Демонстрационный стенд с чем-то, что выглядело как полные доспехи и казалось несоответствующим тематике зала, но, как пояснила гид-дева, на самом деле было "живым бронированным скафандром, самовосстанавливающимся и поддерживающим здоровье носителя".

Странные насекомоподобные твари, которые заматывали жертв в коконы. Их можно было использовать либо как сторожевых зверей, либо, при наличии подходящей "наживки, на которую сгодятся и таким образом, особо, казненные" как производителей "биото-шелка".

Верный заметил, как после этих слов благородные лорды и леди начали ерзать и поправлять свои тоги и накидки. Оба присутствующих мутанта смотрели на это, злорадно скалясь. А до того зверелые переговаривались между собой, тыкали когтями в чем-то заинтересовавшие их образы. Иногда питомец Волчьего сотника слышал рычащие термины:"медовник", "ом-батат", "осерпованный кошмар Наморика". Теперь вот - "большой шелковичник". Похоже, со многими экспонатами чужане уже и так успели ознакомиться, в одичавшем состоянии.

Голос у гид-девы был переполнен гордостью и энтузиазмом. А когда она начала говорить о грядущей "революции", подготовленной тем, что магмастера Спирали её Дома разгадали "биоту четырех миров" и научились сочетать её в любых пропорциях, то и вовсе стал экзальтированным Верный начал понимать, почему даже прочие Сиятельные относились к омэлли с опаской. А может и враждой, судя по тому, что био-чудеса Омэля вторгались в традиционные сферы других Домов и угрожали их собой подменить.

"Видение" завершилось словами, что инфо-сферы и передатчики способны передать лишь малую толику чудес, которые Вы, Безупречно-рожденный лорд, сможете увидеть вживую.

Гид-дева еще не закончила говорить и угасать, как зал взорвался гомоном и шумом. Могущественные люди делились впечатлениями, спорили, решали. Лорду Тулуну стоило больших усилий призвать их к порядку.

- Можно поинтересоваться, а когда была сделана эта запись? - спросил Магмастер Войны, когда волнение слегка улеглось.

- Древние не думали, что мы, их дальние, малые, потомки сменим календарь. Поэтому точная дата вызвала споры в Доме Архивов. Но по некоторым признакам можно с уверенностью утверждать, что она не может отстоять от Коллапса дальше, чем на пятнадцать лет.

Лорды снова зашушукались, приуныли.

- То есть, то великолепие, что мы увидели, наверняка не дожило даже до катастрофы? - озвучил общую мысль Магмастер Войны, приподняв обожжённые брови.

- В таком познавательном виде, наверное, да, - признал Хозяин, - Но, благородные лорды и леди, из иных добытых мной сведений я узнал, что это не просто выставочная площадка. Это выставочная площадка "при" одном из важнейших исследовательских центров Омэля. Судя по всему, для посетителей была открыта лишь малая часть комплекса. Самые важные открытия еще могут ждать внутри, не показанными. Да и мало нам было бы проку, если бы мы ходили по этим залам как зрители, и не узнали бы сути их чудес, и методов их создания и владения ими.

- Так ты и впрямь решил вновь превратить Спираль в оружие, Иолч? - проскрипел Лорд-Кормчий, про которого Верный уже и думать забыл.

- Спираль и есть оружие, почтеннейший, - ответил ему Волчий сотник, - Передаваемое из поколения в поколение, оттачиваемое ценой великих смертей, лишь бы потомкам досталось больше шансов в этом жестоком мире. Мы, Сиятельные, лишь обрели возможность владеть им не вслепую. Омэлли, возможно, умели видеть чуть дальше прочих нас. Они были одними из немногих Домов, чьи силы и воля не иссякали в годы угасания магии перед Коллапсом. Беды, ломавшие прочих, лишь катализировали их ярость и изобретательность. Разве это не достойно восхищения?

- На Высоком совете Дом Омэль был проклят за свои излишества, грехи и гордыню и извергнут из числа Благословенных Наций.

- Это был последний Высокий совет в истории, - отпарировал Тулун Иолч, - Они повыкидывали еще множество других Домов и последняя надежда предотвратить Коллапс ушла демону хаоса под хвост.

Верный почувствовал, что Хозяин в ярости. Не только потому, что некоторые в зале слушали Лорда-Кормчего с вниманием, возможно и соглашаясь. Но и потому что он сам верил в то, что говорил, верил с таким пылом, который наверняка бы удивил старого жреца, если бы тот об этом узнал.

- Все тогда грешили, Лорд Тулун. Если бы наша праматерь, святая Окельо не предвидела это и не изолировала наш Дом от нарастающего безумия, то мы бы сейчас не сидели здесь, тысячу лет спустя. Неужто ты сомневаешься в ее священной осторожности?

- О нет, ничуть не сомневаюсь. Я чту деяния Великой Святой, всем сердцем. Но хочу объединить ее мудрость с мудростью Омэля. Иль-Элеис Тоёль сказал: "Неуязвимость заключается в надежной обороне, но лишь храброе нападение дарует надежду на победу". Разве не его, великого витязя и полководца, жрецы провозгласили Последним Святовоином? Благородные лорды, я верю, что Укуль слишком долго хоронился в защите. Пришло уже время проявить нам свою истинную силу и доказать, что мы по праву являемся наследниками великих предков!

- В самом деле, что вы упрямитесь, почтенный? - сказал Магмастер Войны, - Не обязательно видеть во всем меч и угрозу. Даже если мы не хотим запретного оружия Омэля, то по крайней мере стоит изучить их достижения мира и труда. Мы все тут обладаем достаточно высоким посвящением, или же связаны клятвой, чтобы я мог сказать прямо: нам нужно спасать Контур. Деградация почвы, эпизоотии и истощение экрана означает, что нам скоро нечем будет кормить и укрывать от фона простецов и даже средние касты. А я, даже не будучи агро-магом, в одном этом "видении" насчитал с десяток культур, которые если и не исправят ситуацию полностью, то хоть отсрочат голод и исход до того времени, как мы найдем решение.

И эти его слова окончательно склонили чашу весов орденского мнения. Старик понял, что проиграл и умолк.

- Надежду мне дарует тот факт, - продолжил Тулун Иолч, словно бы и не было досадного овлечения, - что по результатам предварительного сканирования фона, под поверхностью луны здесь прослеживается очень мощный экран. Причем, как раз той частоты, которая помогала блокировать самые разрушительные для инфо-кристаллов и научной аппаратуры диапазоны. Вероятно, Омэль в чем-то последовал примеру наших предков и начал готовится к неизбежному Коллапсу, но опоздал.

- А этот экран не может помешать нам попасть внутрь? - Магмастер войны привычным жестом сцепил пальцы в замок.

- Может? Должен! И это хорошо, - сказал Волчий сотник и насладившись секундой замешательства добавил, - Его сохранность дает дополнительную надежду на то, что городище не взломано и не разграблено. А преодолеть его мы сможем благодаря вот этому…

Он сменил "выставочный" кристалл в проекторе на другой, бледнее цветом и меньший по размеру. На этот раз никаких вступлений не было, появившееся изображение оказалось размытым, поврежденным временем. Мужская фигура в светопотоке от проектора дрожала, расплывалась, искрила разноцветными сбоями, но все же можно было заметить, что облачена она в популярный на излете Янтарных веков "комбинезон", а не традиционную тогу. Омэльской расцветки.

- Тщк… рожденная, Ткач Кислот высоко оценивает ваши таланты в… тщк… рад, что вы согласились наконец принять предложение… хррр…. Вы начнете свою работу… тщщщ… на посту Ксана-пять. Оборудование будет доставлено туда же. Ваш кристалл пропуска… пропуска… пропуска, тщк, уже выплавлен и даст вам доступ ко всем основным исследовательским центрам. Вы приписаны к Алао-один и будете каждую треть оправляться туда с отчетом. Вам предоставят персональную небесную лодку. Ваша работа - первостепенной важности. Восславим Ом-Эля и его детей, един… щщщщ…

- Я нашел этот обломок в одном из поместий на "Базе", судя по всему принадлежавшим некоей маг-мастерице из Омэля. И по моим оценкам запись сделана совсем незадолго до Коллапса.

Тулун Иолч поставил на стол стазисную шкатулку, бережно извлек укрытый защитной тканью длинный предмет. Развернул.

- Как вы уже наверное догадались, это тот самый кристалл пропуска. Наши почтенные союзники из Ла-Халласте обнаружили его на посту Ксана-Пять, в раскопе под заставой горцев. Вскоре после этого малый дом их соперников выбил их оттуда. Потом славный Укуль Илай осадил узурпаторов и победил их великой, геройской битвой, - Верный заметил, как при этих словах и от этих интонаций до серебра в костяшках пальцев стиснул кулак жрец Семнадцатых, - Но прежде, чем наши коллеги добрались до хранилищ, язычники подорвали их и скрылись с кристаллом. И прежде чем нам удалось вернуть его, пришлось брать Альт-Акве штурмом, преотважным и превозмогающим. О, как высоко оценит Столица наш боевой дух и наши подвиги!

Тулун Иолч вернулся к обычным, деловым модуляциям:

- Но теперь у нас есть пропуск в сокровищницу знаний, который позволит нам не только снять печати с дверей и миновать экраны, но и обойти или даже подчинить себе системы защиты, которые наверняка еще сохранились там, внизу.

- А почему вы уверены, что пост откуда добыли кристалл и тот, что упомянут в записи - один и тот же? - спросил Магмастер Войны, - И как вам удалось про него узнать? Как вам удалось добыть союзников?

- Вот тут мы подходим к третьей части рассказа про мою экспедицию на "Базу", - с готовностью подхватил Волчий сотник, - К самому ее завершению. Несмотря на то, что, что мы старались работать как можно незаметней, не привлекая внимания патрулей южан вдоль границы, нас все же обнаружили. Каюсь, под конец мы стали неосторожны, нас захватили врасплох. Наши накопители и припасы тварной пищи уже оказались истощены и организовать отпор не получилось. Я уже готовился к перерождению, утешаясь тем, что из-за истощения не доживу до глубокого плена, но скорбя о потере результатов и о том, что будет попрана Директива о Сокровенности Сиятельной Смерти. Но когда нас уже окружили и взяли на прицел следопыты Гильдии Проводников, один из них остановил товарищей. И сейчас я передам слово ему.

Мутант-кентавроид изящно спрыгнул со своей ступени и оказался в центре зала, рядом со столом. Свет волшебных огней играл на тронутой белизной, но еще роскошной дымчато-полосатой шкуре, отражался в хищных глазах. Хозяйское плетение усилило пусть и зверолюдски грубый, но приветливо урчащий голос. Все-таки Киаран Вохметарраск на редкость хорошо владел языком Сиятельных, так, как не могли волки и дракозлы. Хотя как ему это удается с его-то мордой, клыками и длинным красным языком, Верный так и не понял.

- Я тогда был еще молод и только дослужился до десятника Гильдии - и даже это оказалось нелегко, ибо к моему племени предвзятое отношение. Нам опасались давать много ресурсов и знаний, как наши угнетатели, так и наши собственные боязливые вожди. Но я все же собирал легенды, памятники и записи о прошлом варау, стремясь спасти их от уничтожения. И когда я увидел лорда Тулун Иолча, то сразу понял, что он из тех, чей народ когда-то помог моим предкам, даровал им великую помощь. Веками моя фракция, Янтарные псы, хранила верность этой памяти. К сожалению, даже в нашем родном городе преобладали предатели, ненавидевшие Сиятельных, забывшие о взятом на нас долге. Мы не могли помочь Укулю в эпоху Священных походов. И даже когда мы наконец усилились и послали вызов нашим врагам, с требованием отдать власть над Тейваром тем, кто не забыл о чести, даже тогда случилось лишь так, что в момент победы в нашу страну вторглись иные враги. Варвары Чогда, натравленные на нас тысячелетним демоном Юга - Сойданом Кан-Каддахом. Они и демоны сожгли прекрасный Тейвар - драгоценность Пустошей, развеяли мой народ по соседним княжествам. И разделили власть над пепелищем. Демон Юга тоже сделал ход в этой войне, уже давно, и снова - здесь и если вы не сразитесь с ним, то он уничтожит ваше наследие. Или заберет его себе. Но, несмотря на все наши беды, мы, изгнанники Варанга все еще помним. И мы клянемся помочь вам в этой войне. И, надеюсь, мы уже в чем-то помогли, собирая сведения о древнем и раскрывая тайны ваших врагов.

Благородные лорды в ответ на эту речь высвистели свое восхищение и благодарность. Они явно были тронуты и даже на мгновение позабыли о презрении к мутациям и искажению.

- Мой друг оказал бесценную помощь в обновлении наших карт и выборе перспективных точек для изучения, - перехватил презентацию обратно Волчий сотник, - В частности, именно его сородичи смогли разыскать в архивах Гильдии Проводников информацию, которая связала раскоп под заставой с городищем Ксана-пять. И позволила утверждать, что "Алао-один" -закодированное название центра под Уллу-Ксаем.

Лорд Тулун указал рукой на второго мутанта, разом выпрямившегося и чуть раскрывшего, потом сложившего обратно костяные остатки крыльев. Видимо, это был жест приветствия.

- Киаллан также познакомил меня с лордом Сол-Даном из Кан-Каддахов. Он сын одного из наших главных врагов. Он узрел свет и величие Сиятельных и рад нам помочь возродить Этлен к его новой жизни. Благодаря ему, мы узнали о том, что Демон Юга начал действовать на опережение, так что мы смогли ускорить подготовку экспедиции и успеть в нужный момент…

- А этот Сол-Дан как относится к тому, что мы воюем против его родителя и можем стать причиной его гибели?

"Да когда уже ты заткнешься, дряхлое отродье ложных…"

Верный сглотнул и вытер испарину со лба. Хозяйский гнев кипел, раскаленный и сияющий словно лава в кратерах Огненной луны. Но Волчий сотник сумел удержать его под Контуром своей воли.

Тулун Иолч кивнул вопросительно нацелившему на него морду демону. И тот что-то прорычал Киарану, на торговом, или как его все чаще именовали - зверолюдском - диалекте нгатаика. Его в этом зале понимали немногие. Верный - не полностью. Он не хотел сейчас думать о том, что надо было учиться, когда была такая возможность.

- Мой друг говорит, - перевел кото-кентавр, - что, при всем его восхищении благородными лордами, убить Старика у вас вряд ли получится.

Зал зашумел, оскорбленно и уважительно одновременно. Наверное, это были первые мутанты, которые заставили белую кость Укуля задуматься о проклятии с несколько иного угла.

- Но это даже хорошо, - продолжил варау, которому восхвалять древнего врага было зримо неприятно, но пришлось, - Потому как мой друг верит, что Сойдан Кан-Каддах еще может быть обращен к Свету, Долгу и Учению. А если это сделает он - за ним пойдет весь Юг. И еще он говорит так: Сойдан Кад-Каддах жил еще до Коллапса. Подумайте о том, как его знание может катализировать изучение трофеев науки и магии, взятых вами на этой войне.

- И эти трофеи, - подхватил Сол-Тулун Иолч, - всего лишь на расстоянии удара мечом и магией, благородные господа. Возьмем же их себе и докажем, что Укуль по-прежнему надежда этого прекрасного мира!

Зал взорвался энтузиазмом. Лорды сыпали обетами, леди бросали в бассейн жетоны Милости. Лишь старый жрец Семнадцатых молчал, да еще сам Верный чувствовал, как, на долю мгновения снятый с крючка хозяйской воли, стремительно проваливается в глубокий обморок.

---

Предрекаю:
Когда Непокорная звезда четырежды за сезон коснётся полярной короны Ахтоя…
Когда Хоут-Двуликая озарится четырьмя вспышками алыми…
Когда раскурят разом трубки четыре вершины Знамения…
Когда четыре сотни общин умоется солью и пламенем…
Свершится:
Придет хранитель рассвета и принесет черный камень, зеленый камень.
Придет народ заката с острым мечом.
Придет вождь полудня и подарит бобы и перо.
Придет человек старой полуночи и достанет абаку.
Что я видел:
Украшения сложены в долгий ларь.
Благородные ягодицы терзает шип кровопусканий.
Срезан тростник, подготовлено поле.
Большой писец исчисляет урожай с надела Нгаре.
- Ах-Моргваннон, Восходный Яшмовый Куковальщик общины Цадайрхе.

Сбываемость за последние десять циклов: шесть. Рекомендовано для отправки на изучение на факультет теологии Университета в Аэх-Таддере для поиска дальнейших закономерностей, или, хотя бы, умения надлежаще темнить слог и безошибочно подставлять всюду неизбежное.
- Резолюция Ах-Тадао, Укротителя Пророков, старшего жреца общины Цадайрхе.

---

- А вот тут мы пока разместили зверильню. Временную, вы же понимаете, но сделанную по нашим обычаям.

Сестра-глашатай, сейчас, скорее, исполнявшая обязанности гида, указала на древний бетонный короб с особенно толстыми стенами. Вероятно, когда-то это была укрепленная точка для маг-стрелков, выстроенная незадолго до падения города. Узкие окошки забраны бронестеклом, тяжелая дверь усилена бронзой, обита биотной тканью. Но когда они подошли ближе, все равно услышали доносящиеся изнутри рычание и вой.

- Она рассчитана на многих. Но сейчас там всего два оборотня, хотя и весьма резвых. Врач сказал, что, возможно, место действует на них… провоцирующе.

Сестра с усмешкой посмотрела на шетинящегося Ханнока. Аэдан же - на нее саму, так ему и не назвавшуюся. Он все никак не мог понять, кто бы это мог быть. Иренен-Дану, двадцать первая? Смешливая девчонка с вечно ободранными коленями, мальчишеской стрижкой и склонностью влипать в приключения? Доспех бы ей пошел, но… он запомнил ее рыжей и веснушчатой, в мать, утуджейскую княжну. Ишик-Дану, тридцатая? Эта внешностью пошла в отца. И свирепым нравом. Но, даже с их клановой сохранностью должна была выглядеть уже старше. И собиралась изучать теологию. Кто-то еще, из совсем новых? Интересно, от кого? Волосы-то у нее черные, выстриженные воинским гребнем, но светлая кожа явно от матери-южанки. И серая сталь в глазах, нераскосая, смотрящая остро, режуще…

- Вождь, а можно мы дальше не пойдем? - уже в прихожей не выдержал сарагарец, дергающийся ушами от звуков оборотничества, этих хрипов, взрыкивания и стонов.

Пошедший с ними Ньеч заметно огорчился такой перспективе. Но тактично промолчал. А вот рыжая бестолочь его белозубо улыбнулась:

- Как же можно, Ханки?! Здесь так интересно! Все эти приборы, светильники, гравюры на стенах…

Напротив входа и впрямь висел большой плакат, под крупным заголовком "Как опознать первые признаки озверения". Цветной. С картинками. Похоже, печатные дворы Терканы взяли новый уровень.

- …эти книги на полках, эти кладовые… И коллеги!

Врач из демонов оторвался от чтения медицинского альманаха и сдержанно кивнул в ответ. Судя по медной бляхе на поясе, это был правнук. Когда Аэдан уезжал, таким еще не выдавали.

- Я могу показать вам камеры и процедурные, - рыкнул зверочеловек исцеления, поймав три исполненных надеждой, хотя и разной, северных взгляда. И еще один, намекающий и разрешающий, от их провожатой.

Клановый химер открыл еще одну дверь и повел их по коридору. "Временную" зверильню оборудовали с размахом. Даже камеры для бешеных были забраны не только обычными решетками, но, иногда и вместо, пластинами из бронестекла. К потолку прикрепили гибкие, съемные трубки из похожего материала, по которым к поилкам подавалась вода.

Когда они проходили очередную камеру, из темного угла на них кинулся мутант. Треснулся рогами о стеклянную перегородку, обиженно взвыл. Уже почти обратившийся. Врачи даже не вздрогнули, Ханнок лишь воинственно ссутулился, оскалился. Да и сам Аэдан поймал себя на том, что просто положил руку на рукоять возвращенной ему пистоли. Похоже, дорога сюда у всех них и впрямь выдалась тяжелой и поучительной. Хотя, говорят, от привычки до безумия остался лишь один шаг…

Серый северянин не спешил прятать клыки, ворочал башкой, пробовал носом воздух, черные крылья наполовину раскрыты. Таким он и сам сейчас выглядел одичавшим.

"Ничего, ему полезно" - решил Аэдан.

Сонни Кех положила ладонь на стекло, даже не обратив внимания на неодобрительно нахмурившегося учителя. Звереющий, пытаясь дотянуться и укусить, водил мордой по перегородке, пятная ее слюной, безрезультатно клацая зубами. Потом успокоился. Замер, тяжелое, жаркое дыхание оставляло на стекле испарину. В красном взгляде не было еще ничего человеческого.

Они дошли до конца коридора ив вернулись обратно, к лекарскому посту и кабинетам для разных форм исцеления. Врачи поставили на стол какой-то прибор, похожий на дальневзор гильдейев, только явно и каким-то образом приспособленный для того, чтобы видеть малое, а не большое. И тут же увязли в диспуте - северяне с восторгом и энтузиазмом, "варвар" вначале недоверчиво. А потом расцвел, похоже ему такое внимание польстило. Как бы не возгордился.

- Я удивлен, что у нас так много нового, - заметил он, поморщившись от укола в залеченной челюсти. Повязку сняли этим утром.

- Теркана меняется и остается прежней, - пожала плечами сестра, - Так было всегда.

- Так будет дальше, - Аэдан побарабанил пальцами по стеклу, заметил, что и на этой пластине стоит стандартное, четкое клеймо. "Великий Горн Альт-Чеди".

- Что именно сейчас тебя изумляет, брат мой? - уточнила женщина.

- Когда я уезжал, мы меньше ценили труд огарков, - он провел пальцем по щеке, поверх закрепленной магией раны. Плетение ему наложил один из таваликки, присланный из госпиталя. Его уже строили рядом с зверильней. И никуда Кан-Каддахи отсюда по доброй воле не уйдут. Хорошо бы дело не дошло до войны. Ему сейчас не хотелось сражаться с Санга.

- Отец так решил, - пожала плечами женщина.

- И еще, прости меня, сестра, но… как тебя зовут?

- Токкайре-Дану, четвертая этого имени от утверждения Медного перечня. Матрилинейно -Ангхарад.

- Токи? - разом прозрел, но все равно удивился Аэдан, и сказал, прежде чем успел пожалеть: - Ты же решила посвятить себя танцу и песням?

- Отец так решил. - повторила Токкайре, спокойным голосом. Аэдан знал, как она мечтала попасть в школу Искусств, - Требования времени.

- Что ж, Теркана и впрямь меняется и остается прежней.

- Так было. Так будет.

- Нгаре, мать моя… - прошипел Ханнок, забытый всеми. Аэдан, кляня себя обернулся и увидел, что тот таращится на ближайшую камеру. Там как раз выполз на свет второй оборотень. И теперь бродил кругами, на четвереньках. Совсем свежий, хотя и уже обезумел. Если всмотреться, то можно еще увидеть в нем нормала, каким он был до того, как Проклятье его разглядело. Но всматриваться не хотелось, даже привычным к такому зрелищу южанам. Черты уже поплыли, кожа посерела, как раз таким оттенком, какой сейчас был у сарагарца. Пальцы ног воспалены, те что с краю - начали отмирать. Спина бугрилась развитой, крупной опухолью.

Норхад не был специалистом, но ему показалось, что озверение идет стабильно. Как это и обычно для Кан-Каддахов. Аэдан вспомнил, что некоторые в клане этим гордились. Несмотря не периодические вразумления от Праотца, безжалостные, порой… Одним из таких был Цордан.

- Кстати, об отце, - сказала Ангхарад, - он просил тебя зайти к нему, как нагуляешься.

- Так. Я мог бы и раньше, - заметил Аэдан.

- Он решил, что тебе надо отдохнуть. И вспомнить.

Ханнок завороженно следил за свежим оборотнем. А тот вдруг замер. Закричал, громко. Опухоль двигалась. Звереющий скорчился на коленях, весь дрожа, царапая когтями пол. Разноцветная, больная кожа на спине вздулась и вдруг лопнула, под громкий вопль. Наружу вырвались два кожистых крыла, еще небольшие, сморщенные, но стремительно разглаживающиеся. Мутант взмахнул ими раз, другой, потом начал с урчанием обдирать ошметки отмершей шкуры.

- Простите, но мне надо работать! - уже спешил к камере врач зверильни.

- Ранние, добрые крылья, - заметила Ангхарад, - Хороший летун будет.

- Ого, прямо как в прошлый раз, с тобой, Ханки! - воскликнула Сонни.

Сарагарец отвернулся и его вырвало.

- Нервный он какой-то, - посмотрела на северянина Токи.

- Сарагар. Так. Скажи отцу, что я буду чуть позже…

Ответить с цитированием
  #350  
Старый 27.07.2018, 00:11
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
24 из 42 килознаков задолженности



Скрытый текст - SPOILER:

- Прежде чем ты начал жаловаться на прием, напомню, что ради тебя я явил миру наше новое оружие, - такими словами приветствовал его отец, когда Аэдан поднялся на второй этаж вождеского дома, в жилые комнаты, - Наши ремесленники войны возлагали на внезапность большие надежды. Огненный гнев Нгата, звучит поэтично.

Прежде чем ответить, Нохрад заново оценил, в более спокойной обстановке, как мало Праотец Нетопырей изменился за эти годы. Отражение уже давно говорило Двадцать Шестому, что выглядит он теперь намного старше отца. Но вблизи это все же заметно как-то… по-особому. Сойдан Кан-Каддах стоял у окна, родным профилем, заложив руки за спину, смотря на улицу, невысокий, непримечательный. И смертельно опасный.

Аэдан отдал неизвестному лидеру Ра-Хараште должное - свой дом он спланировал что надо. На фоне акрополя снаружи, за стеклом, древний смотрелся особенно внушительно. И символично.

- Со всем почтением…

- Прямо.

- Ты не знал, что у ворот буду я. И тайна все равно бы недолго продержалась. Благодаря Цордану.

- Я подозревал. И насчет тебя. И Цордана. Ты успел наделать шуму в горах, досюда догремело. А этот бедняга вел себя настораживающе.

- Бедняга? - Аэдан похоронил последнюю надежду на торжественность, подошел к столу и налил себе вина. Майтаннайское, выдержанное. Приятно вспомнить, что его клан - богат.

- Он так и не отошел от Дня Киновари. Он был одним из сотников, кого я послал в Кауарак. То как там все сошлось, ударило по нему особенно тяжело. Мне стоило заметить это раньше. Иногда возросшая ретивость лишь скрывает под собой расшатанную волю. А тебе его осуждать не пристало.

- Вот как? - Аэдан не стал изображать почтительного сына и наливать второй бокал. Если правы слухи и Сойдан может от чего-то опьянеть, то явно не от этого напитка. Вино в его покоях держали для гостей. И для создания образа старого выпивохи.

- Ты выкрал его документы и пропуск, чтобы поехать в этот свой "поход". Пока оформляли новые, он начал звереть. Кто знает, возможно, успей он в стабильные края вовремя, может и не проявил бы мое наследие до срока. Оно не пошло впрок его разуму.

Этого Аэдан не знал. Аэдану было теперь о чем подумать. Но он решил это не озвучивать.

- Ты хоть сделал там свою работу?

- Я много чего узнал…

- Я про работу, а не мечтания.

"И впрямь, для него прошло не шестнадцать лет, а один день" - Аэдан вспомнил, что очень давно не тренировался, что он ответит отцу на этот вопрос. Ему с чего-то казалось, что после сорока он уже не прозвучит.

- Вижу, что нет, - не стал дожидаться ответа Сойдан, - Еще и осархангарился по полной.

- Я с самого начала был против, чтобы меня записывали в Залетную Дружину, - напомнил Норхад.

- В отряд номер девять. Не смей их осуждать. Балда. Я надеялся, что насмотревшись на Север вживую, ты все поймешь. Я ошибся. Более того, ты попал за Контур. И там тоже играл в витязя-воздержанца, так?

- Да. Это оказалось непросто, но я сумел.

- Четырежды балда. У тебя был шанс сделать много полезного. Прославиться.

Сойдан Кан-Каддах не изменился лицом и голосом, но Двадцать Шестой понял, что он в ярости. Хотя и непонятно на кого сильнее - на него самого, непутевого саблекрылого оборотня или на весь мир.

Аэдан слишком многое прошел, чтобы это сбило его с пути.

- Прославиться как человек, который занес Проклятье в чистую от него область? Я найду иной способ.

- Пощади мои уши. У меня хватает потомков, чтобы стрелять, рубить и подглядывать. Твое северное лицо и твоя удачная Спираль встречаются куда реже. Мне с чего-то казалось, что ты достаточно умен, чтобы суметь наступить на близорукую гордость, когда это понадобится.

Двадцать Шестой поставил бокал обратно на стол. И с теплотой вспомнил северных бестолочей, которые за эти два сезона закалили его выдержку и терпение.

- Аэдан Норхад из Кан-Каддахов сумел выжить за Контурами. Аэдан Племенной Бык не смог бы. Мы - хранители Юга. Я не хочу, чтобы мы стали его Орденом. Нам не пристало карать другие кланы за нарушение Карантина, одновременно засевая свою Спираль по всему северу.

Сойдан Кан-Каддах отвернулся-таки от окна и посмотрел на него:

- Выбирай слова внимательно, сын мой.

- Я много чего там навидался.

Отец сощурился, смотря на него оценивающе. Возможно, впервые вспомнив, что прошло шестнадцать лет.

- Хорошо же, Аэдан. Скажи, раз так много узнал - не приходило ли тебе в голову, что хуже там уже не сделаешь?

- Приходило. Всегда можно сделать хуже. Проклятие - тяжелое бремя. Наше в чем-то даже тяжелее прочих.

- Это укульство.

- Меня волнуют не северяне, а наши же поступки, отец. Это Нгат.

- Предоставь мне право определять поступки моего клана. Я не только его вождь, но и основатель.

Аэдан посмотрел в окно сам, вновь восхитившись видом. Старинные башни, масштабная стройка и раскопки у их подножия, сородичи, муравьями снующие по лесам и лестницам. Сиятельные отголоски за стеклом, покоряемые могуществом и кипящей энергией Кан-Каддахов.

- В детстве мне рассказывали про человека, - сказал он, подозревая, что потом пожалеет, - который оставил потомкам заповедь: если я сойду с ума и сочту себя богом, ваш долг меня остановить.

Вот теперь Двадцать шестой был уверен, что ярость Старика направлена на него. Но древний быстро совладал с собой. Он умел это делать. Аэдана сильнее обеспокоил тот факт, что отец вообще на мгновение потерял концентрацию. Похоже, неприятности последних лет ударили по нему сильнее, чем он хотел бы показать.

- Сын мой. Я тобой горжусь, - сказал Сойдан Кан-Каддах, - Веришь или нет, но это так. А теперь помолчи и послушай. Карантин: я подписывал договор честно, намереваясь исполнять. Как и прочее, что на меня навесили молодые, решившие что я слишком засиделся на престолах. Я сам хотел верить в то, что самое страшное позади. Укуль чахнет в свое добровольной клетке. Север развалился обратно на части. Джед-Джей онгатаился, а мы расписали себе лица. Оазисы ширятся и погода все чаще щадит мои старые кости. У нас вновь начали сеять пшеницу и сажать тыквы - ты не представляешь, что это значит для того, кто видел Темные века... Почему бы и впрямь не уйти на покой? Растить фрукты в кадках, писать мемуары, плодить детишек без графиков и таблиц родословий… И к чему все это привело?

Сойдан указал пальцем в стену. Аэдану пришлось напрячь пространственное мышление по полной, чтобы понять - отец безошибочно, еще одно умение, указывает на главный лагерь Ордена.

- Вот эти недобитки пришли на мой порог. Они лезут туда, куда я не пускал даже свою кровь. А мои бесталанные потомки и прочие, получившие княжения, перегрызлись за право владеть тем или иным хутором. Гильдейцев, которых я всегда терпеть не мог, я теперь не могу даже уважать - они продаются златоустам быстрее, чем изгнанницы из жриц Иштанны в дешевых притонах. Мне пришлось договариваться с черноглазыми, чтобы восстановить наше могущество, и даже перестать называть их выродками. А Север… Ты знаешь Север. Наши надежды, что их нормаловская Спираль поглотит и переварит Спираль волчью, надежда, в которую меня так убеждали поверить, в которую я сам захотел поверить… Она обернулась противоположностью. Сколько там их теперь, дурных псовых оборотней, которые даже не подозревают о том, что им грозит? Если бы я не играл в благородство, раздавил бы всех вас, мятежных юнцов под своим сапогом, а потом еще и растоптал северную смуту, если бы я воцарился везде, как мне иные и предлагали... Да, меня бы проклинали. Меня бы называли вторым Осквернителем. Но север смог бы меня проклинать, а не выть на луны, а золотые ублюдки носа бы не казали за благословенный подол мамки-Окельо. Я… подвел Север. Я подвел всех вас. Это не повторится. И я так говорю - я тобой горжусь, это истина. Но истина и то, что мне не впервой обрезать побеги своего дерева. Помни об этом и не лезь мне под секач. Избавь меня.

"Нгаре, праматерь, да он же просит о помощи" - поразился Аэдан, - "Уж как получается".

Сойдан Кан-Каддах, Искусный Демон, все же был талантлив далеко не во всем.

- Карантин, - продолжил отец, похоже, чуть довольный тем, что "четырежды балда" продолжает молчать и слушать, - привел к обратным результатам, чем вообще задумывался. Но есть и серебряная нить в этой рогоже - он хотя бы помешал распространению на Север чахлокрылых. Даже горские контрабандисты и налетчики, кто лез туда вопреки, все же сами от Нетопырей. Так что те нормалы, кто не подхватил там волка, скорее станут полноценными демонами, чем нет. И кое-кто, похоже, уже стал… Ты хочешь говорить? Можешь говорить.

Аэдан мог бы спросить о "полноценности" именно их Проклятия. Ему как раз вспомнился Цордан и его слова, там, в котельной под башней Кохорика. Про избранных и недостойных. Но с этим Двадцать Шестой пока решил повременить. Вместо этого сказал:

- Так. Ты поэтому устроил такую встречу моим северянам? Посмотреть, кто из них уже правильно проклялся?

Если отец и озлился на намек, то этого не показал.

- Да. В северном Маитэнне, Шиамере, Тсаагре, Нод-Матаи последнее время про демонов знают то, что они крылатые. Да ты и сам это знал, когда возмущался тем, что я хочу тебя определить в отряд. А вот Сархан-Нгар долгое время оставался вне нашей досягаемости. Засылать агентов в это орденское гнездо было рискованно. А когда я недавно все же это сделал, оказалось, что Нардану такая же безответственная и непочтительная как ты. Она пропала и я знал, что по своей воле. Впрочем, я к ней несправделив. Она свое дело все же сделала. И я смог официально представить нашим новую ветвь Кан-Каддахов, привитую к славному дичку Кенна… хороший клан.

Аэдан подумал три вещи: что Ханнок мог бы не согласиться с тем, что его родной клан одарили недавно и что вообще "одарили". Что древнюю сестру он понимает. И что насчет Карантина отец лукавит. Если правдива семейная легенда рода Кех, то разбрасыванием гранатовых зерен Ахашверош, он же Сойдан, занимался еще при царях.

- А зачем состязание "угадай праотца?".

- Я же сказал, отрада старого человека, - улыбнулся Сойдан, вновь надевая приветливую маску, - Кроме того, один ученый муж как-то сказал, что я как матка в улье, а вы мои пчелы. Что вы "инстинктивно" - это слово он выговорил с безупречным омэльским прононсом, - находите меня и исполняете мою волю. И что лишившись меня, вы превратитесь в безмозглых насекомых. Мне приятно доказывать его ошибки все эти поколения спустя.

- Ханнок все же угадал, - напомнил Норхад.

- Потому как подумал и сопоставил. Я же говорю - хороший субстрат. Похоже, верна другая теория, что озверение лучше всего ставится на незатронутую диким фоном и лучами войны Спираль. Ты заметил, какая у него регенерация?

- Заметил. А тсаанай тоже должен был не почуять, а сопоставить?

- Меня искушала надежда, что ты просто придуривался насчет своего… северного целибата. И хочешь вручить мне внучка в качестве изящного подарка. Я ошибся. В нем нет породы и манер. И волку ясно, что и Спирали тоже. Прежде чем ты даже заикнёшься - нет, я не дам ему покровительства. Мой клан - не приют для всех сирых и покинутых, чтобы об этом не думали некоторые. И в воспитанники ты его тоже брать не будешь. Он нам не ровня.

- Он потомок князей Ишканхи, - заметил Аэдан, и, осознав, что это отца не впечатлило, добавил, - Это можно использовать для вплетения престижа и претензий на княжение.

- Ты готов отдать ему одну из сестер и поручиться за то, что не будет горя, проклятий и черного убийства? - изогнул бровь отец и Аэдан вынужден был согласиться, что нет, пока что не готов, - То-то же. Если он и впрямь такой способный, как ты мне расписывал, сдай его в университет Аэх-Таддера. Не учеником, так хоть экспонатом. А что до княжений - Север обречен. Его царственность обречена. Время грозит тем, что Югу придется подобрать упавшие мечи и повязки. И мы теперь можем обойтись своей славой, не занимая взаймы.

Аэдану стоило большого труда не сказать по этому поводу всего, что думает. Он порадовался, что не упомянул Карага. Для просьбы о варау отец был сейчас явно не в духе.

- Достопочтимый предок! - прозвучало от двери, голосом Токи, - Вождь-Консорт Сагат Санга прибыл для согласования войны.

- О, подкрепления подошли наконец, - сказал отец, - Я собираю большой совет. Сын мой… погуляй пока где-нибудь.

"И все же, он мне не доверяет" - Норхад не знал, чего при этом почувствовал больше - обиды или одобрения.

- Оэ, сынок, не злись, - словно бы услышал его мысли Сойдан, - Я все еще ценю твой разум и твое мнение, но я иду торговать с Санга. И мне будет некогда отвлекаться на то, что ты по этому поводу можешь подумать.

---

Шиенен Первый, "Яростный Муж-Герой Акканы" - взята царственность в Большом Каннеше
Айонен Первый, "Шестнадцать Ликов Бога Власти" - упорядочил он, дал законы
Шиенен Второй, "Продырявленный Печатями" - краткий наследник
Иш-Авар-Нени "Белокостная Свирепая Женщина" - высока эта царица
Хаванен, "Благословенны Его Шаги" - наполнены амбары, процветание
Шиенен Третий, "Хмурится Он Как Господин" - нерешительность в изобилии, хищники сыты
Норенен, Маранен - близнецы, не поделили они наследие
Иш-Макау-Нени "Горяча Кровь В Сердце Её" - сеяла она раздоры, кормила лезвия
Шиенен Четвертый, "Сорок Заложников" - его циновка возвращена, крепка
Ах-Кастаннен, "Чья Колыбель Была Увешана Нефритом" - искусны его речи, перестроены стены
Айонен Второй "Красное Опьянение" - назвал он себя богом, демон убил его за это пулей у стен Акканы
Шиенен Последний - растоптан этот росток, царственность Большого Каннеша порублена оружием на части

- Царский список Большого Каннеша.

---

Верный вздрогнул и проснулся. Поначалу сам не понял почему. А потом осознал, что это Цордан пробирается в их шатер, тайно. Это питомца Волчьего сотника не успокоило - как и некоторые другие демоны, мятежный Кан-Каддах был при своей копытности неестественно ловок и бесшумен. То, что он его вообще услышал, и учуял было тревожным знаком - волчья сущность пробуждалась досрочно и сильно. Хозяину было не до него последние дни.

"Спокойно."

Сол-Тулун Иолч сидел у кристалла-обогревателя в полутьме и думал, мерцание теплой магии отблескивало от золотой кожи. Но посетителя он тоже опознал заранее. Хозяин - мастер магии. Хороший.

- Рассказывай.

- Надежный человек говорит, - прорычал рогатый, - что завтра южная коалиция даст нам бой. С левого фланга встанут озерники, с правого, упираясь в акрополь - дружины вассальных вождей и прочих союзников. Ополчение Кан-Каддахов пойдет по центру.

- Флангами? Центром? - приподнял безволосые брови Сиятельный, - Не слишком ли это структурированно, для городской-то войны?

- Ваш господин войны, Уккур Сэн-йео, послал вождям Юга формальный вызов. Сразиться с ним открыто. Утром, здесь, на кратерном поле… Вожди его приняли.

- Что он сделал? - Хозяин не заорал только потому, что яриться привык тихо. Цордан даже не стал отвечать, лишь шевельнул остаткам крыльев. Драколенье пожатие плечами.

Иолч схватился за кристалл-передатчик. Вызвал Магмастера Войны, из бывших Семнадцатых. Но лишь обожженное лицо возникло в потоке света, то сказало: "Не сейчас. Берегись." И исчезло. Судя по болезненной гримасе Хозяина, плетение собеседник оборвал жестко. Возможно, чтобы нельзя было отследить по его остаткам адресата. Седая башка что-то рассказывал Верному об особенностях магии передатчиков, давно, в иные дни… Спокойные, человечьи дни…

Ох, зачем он это вспомнил!

Хозяин меж тем времени даром не терял. Кивком отпустил Цордана - тот исчез столь же незаметно, как возник. Взмахом руки Иолч стёр со стеклянной инфо-пластины значки и схемы планов. И сел на походный стул, безучастно, с гордым смирением обратив лицо ко входу в шатер.

- Ты думал, что и дальше можешь играть в свои игры за моей спиной, Сол-Тулун Иолч? - грозно возгласил Лорд-Командующий, вступая в шатер во главе дружинников - Со мной такие игры не пройдут, я не Илай!

"Как же не вовремя ты повзрослел…"

Верный получил приказ атаковать, как только будет указано. И знал, что не сможет ему противиться.

- Ты думал, что и дальше сможешь командовать моими людьми, посылать их в бой и на исследования, не считаясь с моим мнением? Это возмутительно, ты слишком много о себе возомнил Сол-Тулун Иолч!

Волчий сотник смотрел сквозь него.

- Я думал о будущем Сиятельных.

Сеньео выдержал паузу, наверняка задумывавшуюся, как внушительную. И сказал:

- Я это признаю. Но я не позволю тебе… красть мою славу! Это великий день для всего Укуля и я не дам отнять его у меня. Это моя битва… и вы мои воины. Вы должны исполнить данную вам роль со всей честью и лишь такая доблесть почтенна. Завтра Укуль выступит единым монолитом и я буду его фокусирующим камнем. Так должно свершиться и завтра ты не должен мне мешать. Я не Илай, я Лорд-Командующий и ты станешь в бою, куда я велю!

"Отбой"

Из своего угла Верный видел, что плечи Хозяина чуть расслабились. Иолч учтиво склонил голову:

- Прошу прощения, господин Лорд-Командующий. Я вижу, что недостаточно усердно исполнял свою роль и позволил гордыни затуманить мои суждения. Я возьму на себя епитимью горохом и солью. Я не буду мешать вам стяжать славу.

- Это достойный ответ, Сол-Тулун Иолч, так и будет! - сказал Сеньео. И добавил:

- Сейчас ты мне расскажешь все, что твои друзья тебе сообщили в обход меня о великом завтра, но решу что делать - только я. Чтобы мое повеление было выполнено правильно, я оставлю здесь этих бойцов. Завтра ты пойдешь со своими волками туда, куда тебе укажут.

Это Хозяину понравилось меньше. Но он ответил:

- Вы сказали. Я слышал.

---

- Вы извлекли меня, эн-ши?

Илай бросил безуспешные попытки откалибровать осветительный кристалл. Камень мигнул и погас, похоже, уже навсегда. Лорд-Командующий отразил тут же напавшую меланхолию. Взял со стола стеклянную лампу, местного изготовления. Отдал Хартангу.

- Покажи мне, как ее затеплять.

Пока варвар возился со светильником, хлопал крышками ларей, разыскивая "перегнанную кровь земли с можжевельником", Лорд-Командующий Семнадцатого священного похода медитировал на уютно потрескивающую печку. Направлял свои мысли. И плел заклинания от прослушки, причем не только родных, укульских, диапазонов, но и тех, которые по осторожным и еще не окончательным отчетам Айлиля могли применяться коварными Элеисами… То есть Дасаче.

- А звал я тебя для иного, - сказал он, удовлетворившись результатом, уж какой получился. Илай переставил зажжённую лампу так, чтобы она освещала расстеленную на столе карту, - Что ты об этом думаешь?

- Мать Тьмы. Страсть. Гнутые утехи. Жезлы. Кривая Спираль… - начал выносить вердикт варвар, сощурившись на вырисованные временными, волшебными чернилами значки позиций и направления атак. Для Сиятельного и с лампой здесь было темновато, южанин, даже из нормалов, нуждался в куда меньшем количестве света, указующего и направляющего… Илай с сожалением заставил себя прекратить перспективные размышления для философского трактата.

- …великая, кровопенная резня, - закончил ругаться Хартанг.

- В этом я с тобой согласен, - сказал Илай, - Полчаса назад карту доставил мне гонец от Восемнадцатых. Беднягу по дороге его едва не убили Кан-Каддахи. Они нынче так внезапны, не отнять. Хорошо, что ты так далеко разослал наши патрули. За это я тебе благодарен. Возьмешь ли ты на себя честь возглавить нашу атаку завтра на центр вражеского воинства? Прямо на ряды ополчения Кан-Каддахов?

- Нет.

- На самом деле это был приказ, - Илай устало потер пальцем висок.

- Я не вручал вам клятву вассала, - отрезал Хартанг, - У нас договор о распространении благ. В пустоту умертвленным блага - что пыль на устах, три луны в пруду.

- Вообще-то вручал, - напомнил ему Илай, - Статус… чин "федерата" подразумевает именно это. Не веришь мне, спроси у нашего жреца или маленького эна.

- Да? - искренне огорчился варвар. Укуль Илай не стал договаривать, что ушлый Лорд-Кормчий протащил в длинный дом, где заключался "договор", ларец с двумя фалангами мизинца святой Милителле. И что для укулли это делало клятву священной…

Нгатай подумал, покачал головой:

- Душевное сокрушение, но нет, эн-ши. Это плохо, но свой клан на мясные заготовки я не поведу.

- Тебя сейчас спасает лишь то, что я с тобой согласен, - признался наконец ему Илай, - Мне тоже не нравится этот план.

- Вот так? - чуть расслабился варвар. Сиятельный порадовался этому - Хартанг в решительном настроении его беспокоил.

- Вот так. Гонец был не один. Чуть позже мои дружинники привел еще вестника, ламанни, уже от ворот, как полагается - Илай вытащил из-за пояса костяной циллиндрик, показал, - Тоже от Укуль Сеньео, представь себе.

- Он ведь не передумал и не делал страховочный вклад, эн-ши?

- Сомневаюсь. Здесь мне тоже предлагается присоединиться к атаке на центр. Просто очень по-разному.

С доверием у Илая нынче было туго, так что озвучивать мысли даже этому расписному дикарю, которому сейчас уже вполне симпатизировал, он пока обождал. Так что он взял паузу и проговорил доводы еще раз, про себя, умом отсекая лишнее и опасное:

"Во втором письме Сеньео взывает к моему разуму. Он приводит доводы, что мы устали, что наши кристаллы и души истощены, что мои "федераты" еще не проверены большим сражением. Поэтому мне предлагается просто сковать ополченцев, пока на флангах свежие силы сделают свою работу, порубив дружинников и воинов Озерного края. Большой контраст с письмом первым, где мой дражайший родич едва не в открытую угрожает бедами со Столицей, если я вздумаю мешать ему творить подвиги, перехватывая на себя достойных противников, оскорбляя вид рядов наших витязей вкраплениями дикарей и зверья. Меня интригует такая разница и я почти уверен, что второе письмо писал кто-то умней. Иолч, например. Интересно, мои враги играют в доброго и злого исповедников или на самом деле не поделили власть? И что это может для меня значить? Допустим, я решу не делать того, что они оба мне предлагают, но не рассчитывает ли именно на это паук постарше и поспособней?"

- В чем дело? - спросил Илай прямо, переполнившись поведением Хартанга. Федерат ходил по комнате, вновь и вновь возвращаясь к столу и всматриваясь в план боя, потом срываясь с места, хмурясь… Илай уже достаточно долго его знал, чтобы вспомнить, что такое поведение для расписного нехарактерно. И чтобы предположить, что это все же не страх. Или, по крайней мере не страх необоснованный.

У Хартанга было очень странное выражение лица. Такое же Илай наблюдал у своих сотников и штабных в день, когда Семнадцатый священный поход атаковал заставу ради того, что, как ему уже рассказал Кормчий, оказалось ключ-кристаллом к Уллу-Ксаю. Потом все присутствующие наверняка нашли оправдание увиденному, по крайней мере до следующего щелчка от Мириад по гордости Сиятельных. Но Илай вдруг очень хорошо вспомнил, каково это вдруг осознать, что Орден далеко не так силен, как они привыкли верить. Что его тоже можно заставить умыться кровью и что он способен совершать глупые ошибки. Ошибки, за которые приходится платить жизнями своих.

Илай подозревал, что в тот день это выражение лица было такое же еще и у самого Лорда-Командующего Семнадцатым священным походом. И еще вспомни, что тогда впервые за долгое время задумался - стоило ли вообще связывать свою жизнь со всем этим?

- Эн-ши, вас прозрачно хотят убить.

- Это не новость, - поморщился Илай.

- И нас совокупно.

"Это тоже не откровение. Чертов Сеньео, мне сейчас совершенно не нужно, чтобы из-за твоих художеств вся эта шерстяная орава в моем лагере в нас разочаровалась…"

- Эн-ши… это дурной бой. И вас просят бить в самый дурной барабан.

- Я знаю, что воевать с ополченцами - мало чести для витязя, - отмахнулся Илай, - Но я уже достаточно увидел, чтобы суметь ради победы наступить на горло своей гордости и удовольствоваться малой ролью…

Теперь Хартанг смотрел на него так, словно сомневался не в его способностях, а в крепости его рассудка. Лорд-Командующий прервал себя и потребовал:

- Объясни! С самого начала, если потребуется.

Варвар начал объяснять, вначале с таким видом, словно дите спрашивает его, почему вода - мокрая. Потом, осознав, что Илаю и его сородичам и впрямь мешало осознать серьезность положения воспитание - взаправду и с жаром.

Кан-Каддахи были древним и многочисленным кланом. Иногда это оказывалось слишком даже для них самих и от них отпочковывались дочерние семьи или же Черно-Красные погружались в странные на северный взгляд междоусобные войны. Зачастую не с целью убить патриарха или даже сместить ("Старик слишком ценен для балансировки могуществ, эн-ши") а ради "напоминания" и "выравниваний". Последний такой танец нетопырей, вскоре после развала Большого Каннеша, привел к тому, что Сойдан лишился княжеского сана, перешел в вожди. И был полвека после этого непривычно тих и умиротворен. Тем неожиданней стало, когда где-то сорок лет назад он освирепел, одичал, начал вовсю плодить потомков и покушаться даже на те права и области, куда раньше не лез.

"Сорок лет… как раз когда Волчий сотник затеял свою игру с наследием древних" - вспомнил Илай пересказанную Лордом-Кормчим "презентацию".

Многие теперь считали, что, когда Сойдан был великим князем, с ним было больше сладу. Ходили слухи, что на последнем съезде владык ему даже предлагали взять себе оазис-другой и угомониться наконец. Но демон отказался и остался вождем. И будучи им, зачем-то продолжая соблюдать формальности, по закону имел право содержать очень небольшую дружину. Это ему не мешало. Кан-Каддахи давно и перманентно жили по законам войны. Их "ополчение" раз собранное, давно уже не расходилось. Старик даже сдавал свое потомство в наемники. И когда прочие вожди, князья и старшие жрецы спохватились, очнулись от своих междоусобиц, то оказалось, что сильнейшее войско на Юге - у Черно-Красных. Многие общинники и люди ремесла у них прошли через службу, а иные посвятили ей всю жизнь, став профессионалами. Теперь соперничать с ними один на один, могут, наверное, только озерники Аэх-Таддера с их многочисленными и разнообразными вассалами… которые, если план не врет, тоже завтра будут здесь, и на вражеской стороне.

- Если сильные Юга так страшны, на что вообще рассчитывали вы, наши местные союзники?

- Когда эн-цаком Ра-Хараште повелел ножам впиться в бока Санга, его штандарты не знали, что будут вмешаны Нетопыри и Воссиявшие. Он не сообщал нам и того, что демоны охотятся у его хижины. Когда я слышал об ополченцах Старика, они били по головам восставших в джеде Пяти Луков по прошению тамошнего ри. Это далеко. Сойдан возвысился сам над собой, если сумел так быстро их перебросить. Или с самого начала водил Ра-Хараште в танце алого соблазнения. А еще тогда говорили, что Санга дерутся между собой и Озерный край воспален против Терканы. Теперь же они стоят по её правую и левую руку… Эпоха быстрых перемен, эн-ши. Даже ваше явление обрадовало только тех, кто не мог сразу разгадать, что это лишь примирит иски давних соперников.

- А мне говорили, культ, скрытые праведники только и ждут чтобы мы повели их к свету и спасению, - горько улыбнулся Илай.

- В таком случае мы похожи в облачности надежды и первых шагах этой войны, эн-ши. Большинство младших энов "культа" знают лишь легенду о великой несправедливости и о добрых Воссиявших, что вернутся и одарят воистину-верных… Я слышал, что в топях Дхора тайно строят Башни из древотравы и одевают тоги из белого шелка, чтобы это принесло удачу. Когда такие люди увидели, что кровь ваша столь же красна, это затупило многие лезвия.

- Неужели у Восемнадцатых нет того, кто бы мог им это разъяснить? - Илай смотрел на карту, которая теперь казалась ему столь же зловещей, как недавно - его "вассалу". Ему теперь хотелось услышать и легенду и про башни из бамбука, жаль времени не было. Может уже и вовсе не представится.

- Многие еще не увидели всей живописи, эн-ши. Если говорить нелживо, то многим и вредно это теперь знать. А иные предпочтут, чтобы иные этого не узнали. Война стала большой быстрее, чем мы целеполагали.

Илай сказал:

- Пойди, найди Айлиля и Лорда-Кормчего. Соберите сотников и подготовьте основу сражения. Я отправлюсь к Сеньео и постараюсь отговорить его от этой опрометчивости. Но если не получится, мы вступим в бой готовыми и на наших условиях.

- Мой совет против этого, - покачал головой варвар, - Вас целеположили убить. Если это не получится незаметно, рьяные обвинят вас в трусости перед ликами всего войска, как уже сделали у Кохорика. Если даже вам удастся отбиться словами, вы лишь внесете смятение в ряды Воссиявших, сарагараев и людей Юга, лишив их даже дурной удачи. Отправьте к ним жреца или маленького эна.

- Хорошо, - сказал Укуль Илай, хотя как-раз хорошо на его душе как раз и не было, - Я буду здесь, выберу фланг и место для нашего боя. Я сам позову жреца, иди готовь своих воинов.

Хартанг откланялся и уже у двери обернулся:

- Эн-ши, если целеположите, я скажу собираться и людям мира. Я в опасении, что кто бы не победил завтра, нам придется уходить.

Илай дозволил и уже оставшись наедине с собой, в тот миг что оставался у него перед тем, как надо будет опять идти и заниматься делом, сказал сам себе:

- В этом я с тобой согласен. Семнадцатым пора уходить домой.

Ответить с цитированием
  #351  
Старый 04.08.2018, 09:21
Аватар для KrasavA
с Шипами
 
Регистрация: 12.07.2007
Сообщений: 3,031
Репутация: 1072 [+/-]
13.06.2018 - уже 25 страниц
23.06.2018 - уже 39
01.07.2018 - уже 46
26.07.2018 - уже 60

Правильно?
__________________
Для остановки нет причин, иду, скользя.
И в мире нет таких вершин, что взять нельзя.
В.Высоцкий
@->-- (с) --<-@
Ответить с цитированием
  #352  
Старый 11.08.2018, 19:43
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
KrasavA, честно говоря, уже и сам запутался, как вернусь к нормальному компу и интернету, пересчитаю))

Здесь 39 килознаков. Формально, это закрывает мои долги, но завтра на шее повиснет уже долг за ЭТУ неделю. Постараюсь отбиться двойной порцией на следующей. Батальные сцены оказалось писать сложнее, чем я думал.

Скрытый текст - SPOILER:
… Тогда решили извести человека по имени Сорок-Двенадцать два певца из народа Ткачихи, два брата, два искусных насмешника: Дзоёрведже и Мбадрилокве из джеда Малых Да-Уа-Велдра. Отправились они в крепость этого человека и, воспользовавшись предлогом Оскорбительно Скупого Дара Поэтам, спели ему по три песни Поношения. И тотчас покрылось лицо этого человека алой и белой сыпью упрека и стыда. Тогда встал Сорок-Двенадцать со своей циновки и искусным приемом вывихнул старшему руку. И вправил ему руку. И вывихнул ему ногу. И вправил ему ногу. И, взявшись за другую руку, сказал младшему:
- Можешь начинать меня воспевать.
И вывихнул ему руку.
… Истинно говорят, что к вечеру того же дня сыпь сошла.
Так был изобретен стихотворный размер Улджи, Скорое Восхваление Сладостных Воплей.
- "Назидательные рассказы для самых маленьких", храмовое издательство г. Терканы.

---

Ханноку не нравилось это место, оно кололо фоном. Впереди расстилалась широкая кратерная равнина, позади, словно отрезая путь к бегству, высились искалеченные временем многоэтажки. Зверолюда опять доставало ощущение, что темные провалы окон смотрят на него, оценивают.

На самом деле позиция была удачная - на защищенном склоне, фланги их крыла с востока прикрыты основными силами Кан-Каддахов, на западе упираются в холм акрополя. Ворота в Верхний город тоже недалеко, да и опытные южане вокруг вели себя так, словно уверены - те не понадобятся. Слева косо светило молодое солнце, отражаясь в лужах, отблескивая на оплавленных в стекло камнях. Потихоньку разгоняя утренний туман. Противников, по философской иронии стоявших южнее, становилось видно все лучше. Они злили.

Химер не выспался. Вначале ему мешали воспоминания о зверильне. Потом, еще до рассвета, его разбудил Аэдан. Похоже, он хотел о чем-то поговорить, но когда они вышли на улицу, то тут же увязли во внезапно вспыхнувшей, предбоевой суете. Норхада уволокли к прочим благородным отпрыскам. Северного демона с не терпящей возражения убежденностью записали в "союзники" и отправили на войну. Хорошо хоть дедядя успел наорать на кого-то из Красно-Черных и свежеиспеченному воину дали заскочить в арсенал.

Ханнок передернул плечами, раскрыл и сложил крылья. Пошевелил хвостом, скрипнув окольцовывающими его щитками. Поправил шлем. Он привыкал к новой броне. И это получалось неожиданно просто. Доспех легкий. Даже слишком. Оставалось надеяться - что еще и прочный, что это не интендант решил на нем так нажиться и отыграться, а просто Кан-Каддахи и тут применили новые материалы и технологии. По крайней мере, даже несмотря на черно-красную, хотя и без клановой символики, покраску, деревянными пластины не казались.

Доспех удобный. Как раз по размеру - Ханнок боялся, что второй раз ему так не повезет и придется подгонять. Зря боялся. Ему быстро объяснили, что у него пятый стандарт осанки. Такой-то обхват в поясе и плечи. Вот кираса, как раз. Такие-то рога - "трехшипованно-драконьи, симметричные, не требующие спиливания". Вот тебе шлем. Копыта, не нуждающиеся в подковах, великоватые. Но накопытники есть. Хвост, на который как раз завалялсь подходящая насадка для клинка. Крылья - шестой стандарт - "да ты почти летун! Вот, шнурки надо завязывать так…".

Ханнока снарядили так хорошо, как не получалось обоим кланам далекого дома, ни Верхнему, ни, тем более, зареченскому.

Доспех удобный.

Это злило.

Стандарты. Стандарты. Стандарты. Предусмотрительные Кан-Каддахи все рассчитали на множество разных крыльев, рогов и морд. Богатые Кан-Каддахи пустили создание снаряда для мутантов на поток. Чертовы Кан-Каддахи привыкли к своему проклятию, исчислили его, подчинили его.

Парнокопытного изгоя все это должно бы только радовать, что здесь он один из "своих", привычный. Пока он будет молчать, то сойдет за местного. У него оружие, покровители и, ирония, вассалы. Он стоял на удобной позиции, которой даже не отдана важная роль в предстоящем бою. Может и сражаться не надо будет.

Ханноку давно не было так тошно от своего озверения. Он еще никогда не чувствовал себя таким чужестранцем. Напротив него, вдали, маялись, перебираясь с месте на место, ламанни, которых ему, вероятно, придется сегодня убивать. А еще он досадовал, что не успел перемолвится словом с друзьями, оставшимися в доме для Благородных отпрысков. И даже с этой, болезной мученицей.

- Эй ты, джомба! - ощерился на него чужанский сотник, незнакомый, - Чего встал? Копай! Я не знаю кто ты, но веретеном клянусь, я тебе рога снесу!

Ханнок вздохнул и вернулся к работе мотыгой. Варвары окапывались, роя траншеи и забивая тут и там в отравленную землю ряды и решетки из бамбуковых шестов. Зверолюд не знал, почему орденцы дурят, мешкая с атакой, но в конце концов их беды - его шансы.

---

- Господин, они вновь не пустили меня к себе.

Айлиль мог даже не проговаривать это вслух. С занятой Семнадцатыми высоты Илай видел все. А теперь мог еще и учуять запах паленого - магмастер отразил выпущенное в него заклинание, но наброшенную поверх доспеха шкуру оно зацепить успело. Погода обещала остаться на сегодня солнечной, но стылой.

- Господин, они требуют, чтобы вы прибыли к ним и объяснились!

- Требуют? - сощурился стоявший рядом Лорд-Кормчий.

- Истинно.

- Хорошо, я поеду, - сказал Илай.

Его сотники и те из варваров, которым Хартанг доверял больше, зароптали. Лорд-Командующий прервал их, подняв ладонь.

- Наши благородные соратники из Восемнадцатого священного похода нуждаются в нашей мудрости и помощи. Мой долг попытаться им их предоставить…

Он сказал еще немного возвышенных, но мало кого обманувших фраз. И завершил речь словами:

- А если что пойдет не так - врежьте по ним.

Он не стал уточнять, по кому именно.

Илай послал лошади команду идти вперед, но та не послушалась. Объяснимо. Злая, мохнатая, упрямая. Как все южане. Его сиятельный скакун, тренированный на магию, словно бы выбрал дни стоянки на Площади Взятых Звезд для того, чтобы околеть отдохнувшим. Смена либо не понимала магию, либо очень умело скрывала этот талант.

Он шевельнул поводья… Так, а вот это уже наглость.

"Сожру тебя с перцем и солью" - тепло пообещал скотине Сиятельный. И уколол столь же одолженными шпорами - варварское, бесчестное приспособление. Но, полезное. Зло всхрапнув, почти зарычав, лошадь пошла вперед. Сапоги латников из его личной дружины зачавкали по грязи позади. Потом зашелестели битым камнем.

Они пересекли осыпь, отделявшую выбранный им сегмент кратера от лагеря врагов-союзников, блестевшего оскорбительной белизной палаток. Когда Илай пошел по центральной "улице", то почти пожалел о своем решении. Можно было долго гадать, что именно было тому причиной, но во взглядах Восемнадцатых теперь сквозило не только презрение, но еще и ненависть. Её он, признаться, ожидал, но верить в неё не хотел. Сиятельные и посвященные чужане смотрели на него, как на предателя. Были ли тому виной лишь интриги и риторика Сеньео, или же он и в самом деле сбился с пути? Вопрос интересный. Но не для этого дня.

Тем более, что кроме сынов и дочерей Укуля и Ядолунья, в лагере были еще и ламанни. Пришибленные, одичавшие - в нехорошем смысле этого слова, они жались по углам, шарахались с дороги. Но время от времени кто-то из них поднимал голову и провожал делегацию Семнадцатых спокойным, пристальным взглядом. Илай хорошо помнил этот взгляд.

Дружинник Сеньео откинул шелковую занавесь, открывая путь в павильон, их штаб.

"Где этот чертов Волчий сотник? Я буду говорит с ним, тем кто на самом деле здесь решает!" - такой была одна из заготовленных Илаем фраз.

Но Тулун Иолча здесь не было. Лорд-Командующий Восемнадцатых сидел на балконе, смотря вниз, на кратер. Когда он обернулся, то Илай увидел, что под глазами у него появились тени усталости и тревоги. Похоже, он не спал эту ночь. Можно было бы и заподозрить магический голод, но судя по искривлениям магических потоков рядом с Восемнадцатым и золотому блеску его кожи он был возмутительно сыт и здоров.

- Явился, подлец! - заорал "родич". Похоже, тяжесть взятого на себя командования оказалась тяжеловата. Илай не понравилось обилие направленных на него самого и его людей количество энерго-посохов, кристальных копий и мечей.

- Меня дважды пытались убить за эту ночь!

- Я этого не целеполагал, - пожал плечами Илай, искушаемый желанием добавить "А зря".

-Тебе так противна сама мысль о том, что я лучше и славнее тебя?

- Сеньео, послушай, я не для того сюда приехал чтобы…

- Ты готов привести нас всех к поражению, лишь бы не слушаться моих приказов?

- Ты не можешь мне приказывать.

- Сдай свой жезл полководца, немедленно!

Илай мог бы напомнить, что давно его разбил, и что суть командования вообще не заключалась в артефактах. Но в данный момент его куда больше беспокоили собственные воины, схватившиеся за мечи. И надвинувшиеся со всех сторон Восемнадцатые.

- Сеньео, если я не вернусь к своим через половину часа, то мои войска ударят тебе во фланг. Они получили этот приказ и обещание, что твоя голова послужит им выкупом и пропуском перед Кан-Каддахами. А я подорву накопители, который ночью федераты закопали по периметру твоего лагеря.

Хороший здесь фон, очищенный, слова резонируют громко. Сол-Укуль Илай, потомок святой Окельо удивился, как легко эти чудовищные слова слетели у него с языка. И что часть из присутствующих им вняла. Плохая репутация, похоже, тоже может быть оружием. Лишь бы только Восемнадцатые не догадались, что наполовину оно выплавлено из лжи…

Укуль Сеньео нахохлился на своем стуле. К нему склонился один из переметчивых сотников, кажется Илай особенно часто видел его в компании с Иолчем. Что-то шептал. Дружинники замерли в нерешительности. Брошенная Мириадами монетка судьбы катилась на ребре.

Сеньео вскочил со своего стула и отпихнул благородного лорда сапогом.

- Столица узнает о твоем предательстве! - прошипел Восемнадцатый, обращаясь уже снова к Илаю, - Проваливай из обители праведных и не оборачивайся!

- Сеньео, я пришел не за этим, - повторил Илай, - Мне все равно, что ты обо мне думаешь. Это сейчас неважно. Важно то, что если ты будешь воевать, как решил, то неоправданно погибнут многие люди. И мои. И твои. Я не поведу своих бойцов в самое пекло.

Восемнадцатый сел обратно. Улыбнулся.

- Ты все-таки боишься. Даже с ополченцами воевать кишка тонка!

Илай отстранено подумал, что еще год назад очень удивился бы откровению, что Сеньео изберёт его своим философским соперником. До того у них с "родичем" было слишком мало точек пересечения.

- Сеньео, эти ополченцы - элитные войска Кан-Каддахов. Не веришь мне - спроси тех, кто дал тебе план.

Восемнадцатый нахмурился, взмахом руки создал защитный экран и начал совещаться с сотниками. Звуков волшебный щит не пропускал, но похоже, что Сеньео орал в голос. Потом он убрал экран, на малое время, лишь чтобы сказать:

- Что ж, есть и от тебя польза, Илай! Моя честь едва не понесла урон, от того что меня убеждали атаковать не полную силу. Этого не произойдет. Я возьму на себя центр и славу. А теперь - покинь меня. Можешь сражаться с кем хочешь, все равно души истинных святовоинов сильнее и многочисленней, чем у любого из твоих. Изыди!

- Да послушай же ты… - потерял выдержку Илай. И снова обрел, потому что слова эти бессильно разбились о перевозникший маг-щит. За ним Сеньео вновь сел смотреть вниз, на готовящуюся битву.

Илай огляделся. Враждебности во взорах восемнадцатых не убавилось, даже несмотря на то, что у некоторых явно проснулись сомнения. Что ж, похоже дальнейшими уговорами он и впрямь добьется лишь того, что посеет в их рядах не разум, а хаос.

Лорд-Командующий Семнадцатого священного похода развернулся и пошел обратно. Его провожала тишина. Двое из его бойцов предпочли остаться.

---

Аэдан проверил лезвие на остроту. Славно. Хотя к однолезвийности и балансировке клинка придётся привыкать на ходу. И весу - тоже. Двадцать шестой не ожидал, что ему снова придется сражаться оружием из маг-стекла. Вдвойне не ожидал, что оружие это будет южного производства. Матовое, куда менее блестящее и помпезное, чем законтурное. Под нгатайские вкусы и даже проштампованное значками Хоккунова шрифта. Если бы пришлось воевать с местными, Аэдан предпочел бы бронзу, или, хотя бы, обсидиан - всегда есть вероятность нарваться на удачливого чемпиона, разжившегося сталью, пускай даже и в виде пластинки в палец шириной. Но в войне с Орденом такая вероятность была куда меньше. К тому же хитроскулый дасачче из союзников обещал, что "подарок" выплавлен не высшей магией, а дикой.

Новизна беспокоила. Когда он уезжал, Альт-Чеди только-только сумел восстановить древние, доставшиеся от предков печи. И первая за тысячу лет продукция из них, кривая, пережжённая, вызывала скорее жалость, чем надежду на новую промышленную революцию.

За эти шестнадцать лет многое изменилось. Интересно, если для него самого все это кажется внезапным, то как же должен чувствовать себя отец?

Почтенные союзники, еще недавно бывшие выродками, в основном обосновались на левом, восточном фланге, вместе с сюзеренами из Озерного края. Впрочем, малые их группки можно было заметить и в остальной части войска. Дасаче давно уже не был единым Домом. А еще здесь были таваликки, настороженно следившие за Внутренней "родней", их лекари и их медикаменты.

Ниже по склону уже окопалось Ополчение. Эти ветераны остались столь же умелыми, как их запомнил Норхад, но и тут чувствовалась эпоха перемен. Отец довел свою любовь к стандартизации до апогея и каждый внизу был облачен в форменную броню, с индивидуальным, но подчинявшимся строгой классификации оружием - пикой или мечом со щитов. Или огнестрелом. Последнего была на глаз треть от всего числа. Такого количества стволов в одном месте Аэдан еще не видел.

Приволокли пушку трое илпешей. Двое угрызцов были классически белыми, третий песчано-рыжий, размыто-полосатый. А их ноша - длинной и бронзовой. На стволе выгравирована пышнотелая тундровая нормалка в мехах, которые прикрывали все, кроме того, что стоило бы прикрывать в первую очередь. Мохнатая троица выпряглась, повыщелкивала пальцы и начала возиться с квадрантом и лафетом. А еще ящиками, незнакомо подписанными.

Мимо Аэдана прогромыхала утуджейская колесница со стрелками, потом еще несколько. Они направлялись на правый фланг, к акрополю. Похоже, туда согнали вассалов, настоящих ополченцев, наемников, прочие отряды, не вписывавшиеся в стандарты. В теории, это делало западное крыло уязвимым. На практике Аэдан достаточно навидался на Севере, чтобы знать - даже эти "неформалы" опаснее большинства тамошних княжьих дружин.

Где-то там должен был быть и Ханнок, если не ушел прочь. Когда они говорили в последний раз, Аэдану не понравилось его настроение. Хотя осуждать северного обормотня сейчас не хотелось.


Отец никогда не любил не-своих проклятых. И выродков. И детей Ткачихи и Цамми. И гильдейцев. Если подумать, он вообще мало кого любил… Но сегодня разнообразие армии и заключенные ради неё союзы могли бы заставить умилиться самого Саэвара Великого. Если, конечно, призрак объединителя прежде не взбесит тот факт, что вся эта разношерстная орда может обрушиться на его Север.

Такой хорошо снаряженной армии эти земли не видели со времен царских походов. А может и со времен владычества Омэля. Юг обогнал-таки Север. Оставалось надеяться, что не потеряв при этом себя. Оставалось надеяться, что этого хватит.

---

- Я же сказал вам про ополчение! - простонал Цордан Кан-Каддах, меряющий цокающим шагом палатку из угла в угол, хватавшийся за рога. Костяные сабли его крыльев обвисли, он задевал хвостом мебель, - Я виноват, проклятие мне! Надо было лучше вам все объяснить! Почему я этого не сделал?

- Спокойно, - сказал ему Хозяин голосом Верного, - Я и так это знал.

- Вы знали?

Голова Верного кивнула не его волей.

- Да. Это не лучшее развитие событий, но я к нему готов. Путь все, кто услышит, будут готовы идти к намеченным точкам. Как только я дам сигнал, исполняйте.

Обрадованный демон треснул кулаком в ладонь. Верному стало интересно - видит ли это Хозяин, а не только слышит? Потом Кан-Каддах все же вновь обеспокоился:

- Может все-таки убедить господина Уккур Сэн-Йео…

- Не трать время, - отрезал Волчий Сотник, потом горько улыбнулся нгатайским лицом, - Придется дать мальчику возможность оправдать его печати.

"Мальчик" был ненамного моложе Иолча.

- А теперь не отвлекай меня. Я уже работаю с системами города. Будьте готовы.

---

Фреп-Врап метался по подворью для Благородных отпрысков, ругаясь на языке Ушедших, которого здесь никто не понимал. Едва удерживаясь от того чтобы оторвать охраннику из Черно-Красных рогатую башку. В прямом смысле оторвать. Вымороженный, ледником ушибленный воеватель ножиком! Парнокопытное не выпускало никого наружу. Даже седло пришлось снять, чтобы Кан-Каддах прекратил таскаться за его, Фрепа, хвостом. Клятые нетопыри! Особенно тот, Двадцать Шестой. Он утащил вождя на внезапную войну, ничего не сказав, не предупредив.

А ведь Фреп как раз счел, что северянин привык к нему и достаточно отдохнул, чтобы можно было начать расспрашивать о жизни в Карантинных землях. И что сам оправился, наконец от плена и перехода. Даже раздобыл новую тетрадь для записей. Слух вернулся, голова уже не болела так... Но вчера Ханнок притащился из зверильни сам не свой и илпеш решил его не тревожить. А сегодня снова война!

Конечно, оставались еще другие друзья. Они тоже могли чего интересного рассказать. И эта, Сиятельная, чтоб у нее шерсть повылезала! Он его бесила. За ней полагалось приглядывать... Он извинится перед вождем. Клятву Фреп давал только ему.

Дождавшись, пока дежурный Нетопырь отвернется, илпеш пихнул ящик к стене, окружавшей двор. Должно хватить.

- Эм, друг, ты чего это задумал? - проурчали рядом. Фреп-Врап раздраженно дернул ухом. Он забыл, что шестилапые Очарованные из Средней Тундры слышат почти так же хорошо, как его сородичи. И ходят еще тише. А вот трезвеют, похоже, далеко не так вовремя и полно, как похваляются.

- А ну прочь оттуда! - завопил спохватившийся демон, - Держи его!

Фольклорист прыгнул на ящик, с него - на стену, а потом и на площадку внизу.

Илпеш побежал к воротам. Вождя будет сложно отыскать, но он сможет. Клятва, клятвой, но северному обормотню он и просто сочувствовал. Сам помнил, как это тяжело, в первый год, а ведь он, в отличие от северянина сам выбрал эту стезю.

А главное - все это место слишком напоминало Фреп-Врапу дом. Ему были знакомы такие колебания фона. Но в Паровом Убежище они обещали безопасность и приют, здесь же…

Он ускорил шаг.

---

Миэн закусила губу до крови, чтобы не заорать от боли. Как же тяжело ей сейчас дается ее предками данное право, магия! Она перевела дух и снова подключилась к фону. Она использовала самые неправильные из доступных ей плетений, чтобы кривой выродок и прочие, время от времени проходившие мимо, не смогли ее почуствовать.

Миэн снова дотронулась до стеклянной решетки окна, начала расшатывать структуру маг-композита. Она не рисковала слишком высовываться. Но уже видела, что внизу, за террасой акрополя, на вогнутой прогалине в каменном лесу городища, собираются войска. Слева - полосы и квадраты варварских отрядов. А вот справа - чудо, милость Мириад! - сияющие ряды её сородичей. Семнадцатый священный поход выжил! И если только не играет надежда шутки с ее глазами - даже усилился, умножился.

Сиятельная знала, что никогда не простит себе, если в такой день ничего не сделает. И боги разделяли и направляли ее решимость. Он почувствовала источник чистой магии, глубоко под ее ногами, еще в первый день, когда она и в самом деле была измучена и истощена отчаянием до полного отупения. В следующие же дни пребывания здесь она лишь изображала утрату сил и воли, питаясь от этого источника и… плетений лекаря выродков и корма в банках, которые, злое горе, помогали ей нынче лучше, она знала, чем смогли кушанье, питье и энергия ее родины.

Она надеялась, что ей удастся превратить это злое горе в злую иронию для мутантов, черноглазых предателей и подобий. Но не обольщалась. Сейчас перевес сил и праведности еще меньше на ее стороне, чем был в Альт-Акве…

Миэн расшатала первый прут и, едва удержав его от осыпания сейчас же, слишком рано, принялась за следующий.

Боги снова видят её. Уже десять минут как источник в глубине древнего города разгорался, раскрывался словно бутон пьяно-цвета после долгой зимней спячки.

---

Ханнок посторонился, пропуская отряд бойцов-огарков. Еще недавно само это словосочетание показалось бы ему смешным. Но вот они, крепкие для отгоревших, коренастые, широкоскулые, черноглазые. Одоспешенные. И вот он сам, мутант под синим небом дальнего Ядоземья.


Над пришедшими реял штандарт, на перекладине, а не привычный вертикальный. Как это заведено было у их предков с Внутренней стороны. На шелковом шафранном поле багровела шестерня. Или, вернее, Сорванная Резьба - военный герб Дома Дасаче.

Большинство несли на спине прозрачные щиты-павезы из бронестекла, с откидными опорами и прорезями под огнестрел. Лошадей при них не было. Даже вождь, лорд или как там его, шел пешком, хотя напоминавший оруженосца парень и катил рядом с ним странное двухколесное устройство. С многими спицами, цепочками, кожаным седалищем, изящно выгнутыми ручками над передним колесом…

Когда вождь поравнялся с ним, Ханнок узнал господина Матоленима. Они кивнули друг другу и зверолюд заставил себя вернуться к тому, чтобы смотреть на врагов. Увиденное продолжало его не радовать. Святовоины закончили метаться и тасовать отряды и против его фланга вновь стали мятежники из южан, оборотни. И ламанни.

Судьба непреклонна в своем желании заставить его порвать с прошлым.

---

- Все гражданские и больные собраны? Хорошо! - так начал разговор со своими сотниками и вождями Илай, когда вернулся от Восемнадцатых, - прикажите им быть готовым уходить из города, как только будет приказано.

- Все так плохо, господин?

Прежде чем ответить, Илай посмотрел на запад, где разворачивалось воинство Восемнадцатых. Ближе к ним строилась тяжелая кавалерия на улучшенных магией животных, краса и гордость Укуля. В задних рядах ее уже готовились латники и магмастера. Илай заметил также артиллерию, вернее, ее отсутствие. Сеньео, похоже, и впрямь решил воевать по чести. И у Семнадцатого Лорда-Командующего уже закончились слова для проклятий и обетов мести.

А дальше, почти у самого акрополя, темнело разношерстное воинство из оборотней, культистов и "союзников". С такого расстояния сложно было сказать наверняка, даже с учетом обострившегося на голодном пайке зрения, но Илаю показалось также, что там были и части, перебежавшие к Восемнадцатым от него.

Но, если позволить себе мгновение побыть простым воином, то еще никогда Сол-Укуль Илаю, потомку святой Окельо, не доводилось видеть зрелище столь великолепное, возвышенное и славное, как армии двух Священных Походов, выстроившиеся готовыми к бою. На кратерном поле, носившем имя Гнев Дома Халадон, у лика Обители Суровой луны. В краю, заново освещенном светом Укуля.

А еще он посмотрел на врагов. И солгал. И сказал правду:

- Все хорошо… Но нам здесь делать уже нечего.

Илай проехал вперед, к своим отрядам, уже готовым к бою… как у кого получилось. Его войска были потрепаны, дичалы, а порой и искажены. Он подумал, что надо бы сказать речь и начал подбирать слова…

- Воины! - разнеслось по окрестностям, надрывно отразилось от стен и башен, загуляло эхом в пустых дворах. Илай выругался. Чертов Сеньео продолжает тратить магию без толку! А потом Лорд-Командующий вслушался, и поправил сам себя - не просто без толку, а и во вред.

- …вы погибнете во славу нас и Укуля! Вы выполните свой долг, ваша праведность не позволит вам сойти с пути и предать мое доверие! Вас ждут трудности и страдания, но вы укрепитесь в послушании и пойдете, куда я укажу…

Илай заметил, что некоторые из младших каст, а иные и из витязей, начали оглядываться на северо-запад, где осталась их родина. А еще - перевал из котловины Уллу-Ксая. Федераты тоже забеспокоились, загавкали друг на друга. Интересно, многие ли из них знают благословенный язык?

Ряды врагов впереди, заскучавших было, тоже ожили, загудели, как растревоженный улей.

Хартанг ухмыльнулся и сказал что-то. Лорд-Командующий нгатаик учить только начал, и в тайне от своих же, но показалось ему, что варвар счел забавным выражение "благоуханные копья мученичества" из речи Сеньео. Федераты заулюлюкали, засмеялись. Илай благодарно кивнул, и когда Восемнадцатый сделал драматическую паузу, крикнул:

- Мы дошли дальше всех со времен Коллапса! Мы выдержали такие удары, что сломили бы самого Элеис Тоёля! Мы выжили при Альт-Акве! А сейчас мы не просто "выживем", мы прославимся как величайший из Священных походов! Идем и познаем эти маски своими копьями!

- Шив-эй да хада удда! - перевел Хартанг.

От ставки Восемнадцатых сверкнуло сигнальное заклятье, призыв к атаке.

---

- Я думал, что поседею, прежде чем он заткнется, - сказал Сойдан Кан-Каддах.

Сейчас Норхад стоял недалеко от Праотца, среди прочих благородных отпрысков. Обычно Демон Юга не любил "собирать все яйца в одну корзину" и своих доверенных людей расставлял по всем рядам. Сегодня с чего-то решил изменить привычкам. Двадцать шестой отстраненно подумал, что хватило бы одного удачного выстрела из осадной призмы, чтобы здорово проредить клановую знать. Хотя и не факт, что уничтожить при этом сам источник пополнения этой знати.

Впрочем, белоплащные не спешили даже выкатывать свои излучатели вперед. А вот их пушки уже были готовы. Одна, та самая, с девкой, стояла как раз рядом. И не сказать, чтобы Аэдана радовало такое опасное соседство.

Сойдан Кан-Каддах сказал в поданную ему Токи оловянную воронку:

- Мне нет нужды говорить, кто я. Вам нет нужды доказывать мне, что вы можете. Я говорил с Санга и храмовниками. Мы не будем брать доли дворца и алтаря. Вся добыча, что будет признана безопасной, пойдет сегодня воинам. Так я сказал.

Он указал мечом в ножнах на ряды Сиятельных. Они стронулись с места, но пока что шагом, даже кавалерия не спешила брать разбег.

- Заберите их бронзу.

И еще он сказал:

- Дротик задора.

Старший из пушкарей-угрызцов поднес запальную свечу к пушке. Шарахнуло. Она качнулась назад. А вперед полетело ядро. И разбилось о магический щит орденцев - переливающийся, сверкающий даже в глазах бездушных, славно сотканный. А потом еще одно. И еще. И многие.

Орденский боевой клич окреп, они потрясали оружием.

Мохнатый артиллерист взял следующее ядро из пирамидки - бетонное, отлитое по форме, конечно же - стандартизированное. Но его остановили тихие слова отца, которые все равно оставались слышимы далеко.

- Нет. Ждите. Теперь синее.

Илпеш кивнул. Сорвал когтями крышку с ящика. Аэдан увидел, что изнутри тот был обит антимагической тканью. И до краев полон маслянисто блестевшей жидкостью, премерзкого запаха. Угрызец отважно сунул туда руку, не обращая внимания на мигом обляпавшую белую шерсть гадость. И извлек тоже ядро, но, суда по тому, как напряглись мышцы - тяжелое, и какое-то… странное. Там, где успело стечь масло, проступила синяя краска.

- Бейте в барабаны, - сказал Сойдан, - Кричите.

Кавалерия Ордена начала разбег. Похоже, раньше, чем хотели их сотники.

Один из отпрысков, помоложе, еще щенок, уже рогатый, забеспокоился.

- Они же не могут вот так просто… они же явно что-то задумали! Это должна быть ловушка!

- Заткнись, - посоветовал ему Аэдан.

- Но они же…

Отец возник рядом. Он был маленький. Его сын - большой и копытный. Но от затрещины повалился на землю. Не сразу встал.

Сойдан как ни в чем не бывало сел обратно на стул. И сказал:

- Ждите.

От грохота подков из маг-стекла дрожала земля.

- Ждите.

В лицо дул теплый, колющий ветер. Аэдан подумал - не маг-щит ли это гонит перед собой воздух? И одного плетения хватит, чтобы снести их со склона. А потом их просто затопчут. И еще он признал, что Ханнок прав. Атака тяжелой кавалерии - это страшно.

- Ждите.

Пики опустились. Можно разглядеть янтарное сияние в прорезях шлемов…

- Тэй. Хо.

---

Это Нар-Аска-Нар, вождь вождей. Это Брандде, эорджед Семи Луков. Это Сорок-Двенадцать, человек из Терканы.
Они убивают Сиятельных.

- Пояснительная надпись к стеле "Н.Э.-2" из Каурака.

---


Илай корил себя за то, что больше следит за тем, как атакует центр, чем его собственный фланг. Корил, но не мог оторвать взгляда. Монолитная, литая мощь, кристаллы, отвага, лучшие сыны Укуля! Они набрали великолепный разгон, а ведь луна здесь и впрямь была сурова - камни, лишайник, плешины стекла. Они сохранили строй. Их ярость сверкала вторым солнцем, а волшебный экран уступал лишь самому Благословенному Контуру…

Они начали умирать. Некоторые упали еще до того, как сверкнули первые пороховые вспышки. Демоны накопали лунок, посеяли много чеснока. Таранная атака замедлилась, раненые лошади тормозили целых. Потом Кан-Каддахи начали стрелять, залпами. От первого же щит пошел волнами, второй пробил в нем бреши, третий порвал его на лоскуты. От сотен проявившихся аномалий у Илая зарябило в глазах. Как они могли этого не заметить? Куда они все смотрели?

- Вар-хатта! - благоговейно выдохнул Хартанг.

Аномалии прекратили умножаться - если у Кан-Каддахов и остались стальные пули, то их теперь берегли. Но и свинец уже мог делать свою работу. Ослабленные присутствием железа доспехи крошились, их пробивало насквозь. Лошади сбрасывали седоков. Ауры и имплантаты убитых разряжались, выпуская магию, и это посмертное сияние нарастало искрило, дрожало, словно весь авангард был единым существом, корчившимся в агонии.

Лорд-Командующий не выдержал и перевел зрение в простецкий диапазон.

Черно-Красные огнестрельщики косили цвет Ордена. Отстрелявшиеся отступали назад, пропуская тех, кто уже перезарядился. Они клали ружья на заранее установленные сошки и били. Спокойно, размеренно. Уверенно. Из-за их спин стреляли навесом из длинных, ненормаловских луков отборные демоны.

- Эн-ши!

Илай заставил себя оторваться от жуткого зрелища.

- Скачи к Айлилю, пусть он отвел всадников назад! - велел он простецу на варварской лошади. Тот кивнул и помчался на самый восточный край войска.

---

Когда Верный вошел в павильон, то увидел, что на балконе, под защитным куполом, стоит Лорд-Командующий Восемнадцатого священного похода. И что он смотрит вниз, на поле боя. Его стул валялся рядом, на боку. Пальцы Укуль Сеньео сжимали жезл полководца до серебрянных костяшек.

- Что вы здесь делаете? - спросил их какой-то лорд.

- Надо, - буркнул Цордан Кан-Каддах одно из немногих слов языка Сиятельных, что мог правильно выговорить.

Лорд не решился с ним спорить. Тем более что у него, и его соратников были дела поважнее. Они окружили купол и пытались докричаться до своего вождя. Наконец, тот обратил на них яростный, сияющий магией взор.

- Вы все ничтожества! Вы не можете выполнить простейших моих приказов! Горе Укулю, горе Сиятельным! Вы исправите свою оплошность.

Он поднял жезл и послал сигнал.

Внизу пошли вперед резерв кавалерии и пехота.

- Господин! - завопили лорды.

- Выполнять! Или, клянусь, я всех вас сожгу на месте!

Когда сотники пробегали мимо него к лестницам вниз, Верный услышал, как один сказал другому:

- Я ведь так и не отдал тебе тот долг…

- Ничего, в следующем перерождении, друг.

---

- Так я и думал, - сказал Сойдан Кан-Каддах.

Вся масса вражеского центра рванулась вперед, опережая фланги, которые, впрочем, не сильно спешили. А еще судя по дальним вспышкам и отблескам на их гребне кратера, осадные магмастера начали-таки разогревать свою артиллерию. Внизу и ближе стрелки, уже прицельно, добивали последних всадников первой волны.

- Эти придурки идут прямо на бойню! - оскалился молодой демон.

Двадцать Шестого опередили. Юнец получил вторую оплеуху, на этот раз от старого Уардана. Пышнобородый брат посмотрел вниз и всхлипнул:

- Они великолепны…

Первые осадные заклинания взмыли в небо и начали падать на ряды южной коалиции. На поле боя царил такой хаос из магических энергий, обрывков щита, предсмертных выбросов и облаков биотного порохового дыма, что многие плетения распадались еще в воздухе. Другие отводили и рассеивали дикомаги Дасаче и Тавалика. Но кое-что и достигало цели.

Справа накрыло одну из угрызцовых пушек с расчетом и немало пехотинцев резерва. Из пламени выскочил подожженый илпеш и покатился по земле. Затих.

- Ответьте им, - сказал Сойдан.

Другой снежный зверолюд, уже почти знакомый, при пушке-с-девицей, поджег запальное отверстие. Ядро пробило волшебный щит второй волны, уже и так ослабленный. Ударилось об землю… срикошетило и выбило в рядах наступавших длинную просеку.

- Тьмать наша… - впечатлился Норхад и поморщился от боли в челюсти. Обезболивающее заклинание, похоже, тоже сдало, даром что плел его местный маг. Погода наверняка испортится.

- Теперь я понимаю, почему отец так часто слал четвероногим подарки последние годы, - заметил Шердан Шестнадцатый, даже на поле боя протащивший книжку и сейчас делавший зарисовки.

---

- Зачем? Зачем? - шептал Илай, смотря на центр. И еще, в небо: - Как вы можете это позволять?

Потом он очнулся и увидел лицо своего ординарца и понял: - даже шепот нынче опасен. Не для его самого, видят боги, мало что осталось терять. Для его людей.

Варвары, похоже, заметили, что эти их враги не спешат переть на подготовленные позиции. И открыли огонь из пушек. Было еще далеко, но ядра начали врезаться в заградительный экран, казавшийся сейчас, да и бывший, таким хлипким...

Если читанные им книги и научили Илая чему-то полезному, так это тому, что маневрировать под огнем противника до того как твои войска сломаются и побегут, можно только очень ограниченное время. Даже с такими героями, как его Семнадцатые.

- Идем вниз, - сказал он штабным, - Подбодрим их.

---

У Аэдана свербило в носу от запаха пороха.

Вторая волна добилась больше чем первая. Некоторые из всадников прорвались к частоколу и напоролись на колья. Другие спешивались и рубили, выдирали бамбук. Или умудрялись протиснуться между заграждениями и сразились-таки с врагами. Их расстреливали в упор, или же сбивали пиками тут и там расставленные копейщики. Орденская пехота уже карабкалась по завалам из убитых лошадей и их всадников.

- Ахри заменит Кау и Нгаре. Вы, отборные, идите к своим людям и поддержите их.

Отпрыски, приданные тому или иному отряду рукопашников, побежали вниз. У Аэдана нынче своих людей не было, если не считать северных бестолочей, но он все равно перехватил меч и пошел размяться.

- Не ты, - остановил его голос отца, - Ты пригодишься здесь.

Норхад мысленно выругался, но спорить не стал и положил клинок обратно на плечо. В отличие от многих своих собратьев он достаточно хорошо научился читать отца, чтобы понять - несмотря на удачный бой, Старик сильно не в духе. И чем дальше идет сражение, тем больше.

Это беспокоило.

---

Илай увидел, что огнестрельщики Черно-Красных стремительно разбегаются в стороны, пропуская свою тяжелую пехоту. Вражеский полководец управлял своим войсками с легкостью опытного дирижера на концерте магомузыки. В иное время Лорд-Командующий уповал бы хотя б на орденскую крепость духа и на мастерство бронестекольщиков Укуля… это время давно прошло. Он понял, что здесь все потеряно.

"Надо уходить" - его неприятно поразило, как легко далась ему эта мысль.

Он пришпорил лошадь. Штаб уже почти догнал бойцов. Теперь самое сложное - заставить их отступить так, чтобы это не переросло в панику.

- Берегись!

Илай почувствовал, а не увидел, что с неба упал металлический шар. Потому как шар был аномальным. А потом этот снаряд взорвался.

Коню Илая перебило ноги, его самого выбросило из седла. Он ударился плечом о землю и заорал. Еще не очнувшись толком, начал инстинктивно, панически отползать от ближайшего осколка, лежавшего в красной, мокрой грязи, но жегшего Сиятельного даже с расстояния. Потом ему помогли подняться.

- ЭН-ШИ! - заорал Хартанг, у которого из уха текла кровь. У Илая и самого звенело в голове, - ВЫ В ПОРЯДКЕ?

Илай кивнул ему, поправил крылатый шлем и заковылял к войскам. Они замерли не месте. Это было хорошо. Многие из них озирались. Это плохо. Не привыкшие находится под экраном федераты втягивали головы в плечи, когда в воздухе на ними разбивалось очередное ядро.

"Надо уходить"

- Меня слушайте! - крикнул сотникам Лорд-Командующий, - Сейчас мы пойдем к гребню, обогнем их справа и ударим им во фланг!

Это прозвучало слишком красиво, чтобы иметь шанс стать историей.

Семнадцатый священный поход повернул прочь с поля боя. Илай запретил себе бегать, поправил расколовшийся наплечник и пошел к склону кратера.

"Кто наступает, уверен в ста благих перерождениях, кто отступает - в пекле Киньича", - повторялись в голове строчки из Зерцала Воинской Доблести, - "Кто наступает, уверен в ста благих перерождениях, кто отступает - в пекле Киньича".

---

Хм, - сказал Сойдан Кан-Каддах, наблюдая за тем, как правый фланг вражеского войска вначале замер, а потом пополз прочь с равнины в развалины города. Центр Старика заботил куда меньше, хотя там уже и схлестнулись в бою орденцы и четверти ближнего боя самих Кан-Каддахов.

- Левый отряд стрелков обойдет центральный отряд белоплащных со своего фланга и будет стрелять. Залпами, потом, по желанию тысячника - рядами, вперед.
Потом отец повернулся к гонцу и сказал:

- Пускай Сагат пошлет вперед одну баталию демонов, прикрыть моих огнестрельщиков. Зажмем их в петлю.

Гонец кивнул, подбежал к лошади и ускакал к позициям озерников. Волшебные передатчики "одолженные" у гильдейцев, уже перестали работать, сдались под нарастающим напором хаотической магии. Это ожидалось и беспорядка не вызвало. Все же Аэдан услышал ненароком, как один связист таваликки сказал другому - "рановато как-то, словно еще незапланированные энергии в деле, но я не могу понять какие…".

Отец мрачнел все сильнее.

---

Предатели, вы все предатели! - ярился Укуль Сеньео, - Я сам вырежу этому мерзавцу Илаю печеночный имплантат, но вы! Вы не лучше! Почему стоит левый фланг? Где Волчий сотник?

- Его нет на месте, как и бойцов, что вы оставили для гарантий, - отрапортовал вернувшийся с фланга "союзников и мутантов" гонец.

- Наверное, они не почувствовали вашего сигнала, - пожал плечами Магмастер Войны из бывших Семнадцатых, - надо попробовать еще раз.

Верный знал, что сигнал Сеньео был настолько ярок и точен, что его, наверное, смогли бы заметить и бездушные. Он подошел к Магмастеру и Хозяин шепнул через него:

- Уже почти все готово, задержи его. Можешь потратить немного ресурсов…

- Я спрашиваю, где это ничтожество, Иолч?

- Он вынужден был поддержать сдающую ауру у пятадцатого временного угла на Юг-Юг-Север в тысячном диапазоне, - разразился Магмастер потоком конструкций, малопонятных даже представителю правящего рода, - Ему надо перемодулировать потоки для уменьшения ячеи энерго-сети…

---

Ханнок пошевелил крыльями. Все же стандарты стандартами, а завязки полукирасы на спине надо будет подогнать. Или же он просто устал, ожидая?

Ра-Хараште и его собственные, ламанские, сородичи, как мохнатые, так и нет, продолжали торчать на своем месте, словно бы царившая по центру кратера бойня их не касалась. Ладно, волки, но почему здоровые земляки и эти, из южных культистов, так спокойны?

Как оказалось, не сражаться с ламанни оказалось едва ли не более душевно выматывающе, чем сражаться. Ханнок посмотрел на небо - оно темнело. Наползали тучи, причем, со всех сторон котловины разом. Ядоземье - чуждый край, но северянину с чего-то казалось, что такая смена погоды не характерна даже для него. Дасачче по соседству переговаривались на своем странном, почти непонятном диалекте, ыкали и гхакали, показывая пальцами вверх. Один из них подошел к господину Матолениму и сказал:

- Да славятся Ксау-Уылагхэ! Мой каменный лорд - вы чувствуете это?

- Да, будьте осторожны, - сказал Матоленим и постучал пальцем по стеклу павезы.

---

Когда Сеньео опасно засопел, Магмастер сказал, ткнув ему за плечо, за балкон:

- А войска - вот, уже идут в бой.

Верный посмотрел туда сам и увидел, что и впрямь, "союзники" сдвинулись с места.

Сол-Укуль Сеньео отвлёкся от них и вернулся наблюдать за тем, как погибает его армия. На артиллерийских позициях взорвался перегруженный кристалл, потом еще один.

---

- Тьмать! - выругался Ханнок, заметив, что противники ожили-таки. С акрополя по ним выпустили несколько ракет, но мало по кому попали. Все же, культисты от этого малость замешкались. А вот ламанни продолжали бежать. Ханнок не понимал этого - ладно оборотни - волчьих мозгов не всегда хватает и на чувство самосохранения. Но незверелые-то почему также прут на рожон?


- Джомба, сдвинься!

Химер отскочил в сторону, дав обзор артиллеристам, прикатившим малую версию ракетной установки. Над ней уже согнулся один из чужан, запаливающий фитили. Потом ракеты полетели, одна за другой и сарагарец начал жалеть, что ему в строю некуда уже отодвигаться. Это устройство было куда кустарнее и снаряды вихляло в воздухе. Но они чадили синим, разъедающим магию дымом и себя оправдывали.

Враги приближались быстро. Ожидаемо - здесь поле не перекапывали и не усеивали шипами и врытыми колышками из бамбука так тщательно, как по центру. Волки не латники. А ламанни и их лошади куда опытнее, и удачнее для этих мест снаряжены, чем кавалеристы Ордена...

Слишком быстро.

Лучники и те, у кого ружья были дальнобойнее, открыли огонь. Ханнок тоже нажал на спуск. Похоже, не попал. Напротив него никто на землю не повалился. Враги вообще реагировали на залпы куда слабее, чем должны были.

- Давно хотел нарубить волчатинки, - ухмыльнулся сосед по строю. Ханнок со сверх-кинаями уже дрался и энтузиазм не разделил.

Оборотни рванулись еще быстрее, хотя это казалось уже невозможным. Иные и на четвереньках. Зверолюд понял, что перезарядится не успеет. А потом над гребнем кратера возник неизвестно как пробравшийся туда осадный волк под три нормаловских роста высотой, подхватил камень и метнул.

Ракетную установку снесло вместе с артиллеристом.

Прежде чем мохнатая волна налетела на ряды южан, Ханнок успел еще осознать - ламанни не дули в рога, не кричали, даже те, кто еще не озверел. Даже те, кого ранили или убили. И почему-то от этого его мороз продрал по хребту, куда сильнее, чем от всех волшебных чудес Ордена.

Рьяного соседа повалили и загрызли. Сарагарец зарычал и треснул ближайшего волка прикладом по загривку, потом еще и еще, но тот до продолжал рвать и кромсать. Оборотни вообще вели себя так, словно оказались далеко за пределами даже бешенства. Те, кто были без оружия, целеустремленно валили заграждения, до последнего не обращая внимания на удары и выстрелы. Те, у кого были мечи и копья, разномастные, наскоро выплавленные, пускали их в ход с куда большим умением, которое было возможным. И даже смертельно раненые отползали так, чтобы закрыть своими телами рвы и лунки.

Ханнок услышал нарастающий грохот копыт. "Обычные" ламанни пошли в атаку, удерживая обеими руками длинные, кавалерийские копья. Так, как должен был бы идти Орден. И так, как он не должен был бы - прямо по еще живым и даже здоровым кинаям, если надо было. Чуждые дети Ламана врезались в южан, связанных боем с волками. И опрокинули их.

Ханнок еще успел, чувствуя себя героем, выхватить пику у замешкавшегося всадника и ударить ей же, втоком, ему под шлем. А потом его сшибли на землю. Он скорчился, прикрывая голову. Ему попало копытами по хвосту и крыльям, потом по стопе. И по ребрам. Драколень ухитрился откатиться в ров. Над ним продолжали мелькать лошадиные животы и ноги. Кажется, он выл в голос.

Во всадника угодил снаряд из крупнокалиберного ружья, выбил его из седла на скаку. Ламанни свалился рядом. Потом встрепенулся и посмотрел на Ханнока. Свет от амулета отбескивал в его глазах. Он зашипел, показывая нормаловские зубы и пополз к демону, глубоко впиваясь пальцами в землю и щебень. Не обращая внимания на хлещущую из раздробленной руки кровь. Потом кровоток прекратился. Ламанни продолжал ползти.

Ханнок подхватил остеклованный древним огнем камень и размозжил череп существу, которое больше не получалось считать земляком.

---

- Покарайте их, покарайте их всех! - кричал Сеньео. Судя по тому, как много звука проходило через его купол, делал он это воистину громко.

Верный видел что внизу, слева, армия "союзников" северных продавила "союзников" южных почти до самых развалин. А еще, что Семнадцатые почти покинули поле боя, а центр окружен с трех сторон и его уже добивают.

Небо заволокли темные облака, сквозь которые время от времени, через хаотично открывавшиеся оконца, пробивались лучи света. Словно гневное божество солнца бьет копьем,пытаясь дотянутся до сражающихся.

В павильон вошли старый вождь Ра-Хараште и молодой Санга, из восставших. Им полагалось находится при своих дружинах.


---

- Тмать, - сказал Сойдан Кан-Каддах, взглянув мельком на правый фланг, который грызли и затаптывали.

- Отец! Позволь я пойду и врежу по ним! - прогудел старый Уардан.

- Я могу пойти поддержать их моими копейщиками, - заметил Шердан и перекинул книжку своему ординарцу.

- Так, я могу ведь и делом заняться, - поддержал их Аэдан.

- Щенки! Вы не видите того, что вижу я! - взорвался Старик. Потом лицо его вдруг стало неестественно спокойным, автоматонным, чем-то и неприятно напомнив Двадцать-Шестому морду Коннота, когда того подчинил заклинанием отец.

- Ответ отрицательный. Передайте гонцом информацию Сагату Санга, чтобы он прекратил преследование отступающих и поддержал центральные подразделения.

Норхаду стало не по себе. Он вспомнил вдруг, что в летописях упоминались случаи, когда отец впадал в свой "тихий амок". Обычно это совпадало с величайшими катаклизмами, обрушивающимися на Южный Нгат.

---

Над плечом пролетело метательное копье и глубоко вонзилось в почву. Илай удвоил усилия и одолел-таки подъем на гребень кратера. Обернулся и протянул руку латнику, прикрывавшему его все это время щитом. Тот схватился, но вдруг выпустил, обмяк и покатился вниз по склону. В спине у него торчала длинная стрела, пробившая доспехи навылет.

Наверху занимали оборону в развалинах стрелки и маги Семнадцатых. Другие бежали дальше, к площади, где можно было перегруппироваться. А некоторые не останавливались и там. Лорду-Командующему было сложно их осуждать.

Он забежал за угол древней многоэтажки и позволил себе минуту передышки. За ним проход между домами туту же перегородили копейщики и стрелки Хартана. Сам "федерат" уже спешил к нему.

- ЭН-ШИ! ТЕ, КТО СОХРАНИЛ ИСКРЫ - ГОТОВЫ КУСАТЬ!

- Твоим Кау тебя заклинаю, тише! - простонал Илай. Какую-то толику слуха варвар, похоже сохранил, потому как дальше стал говорить почти не больно для поврежденных Сиятельных ушей:

- Караван не осенённых воительством может выступать!

Лорд-Командующий порадовался тому, что федерат избавил его от необходимости плести словесные кружева об отмененной атаке и сразу перешел к делу. А потом он спохватился:

- Почему мы еще не сражаемся?
Ответить с цитированием
  #353  
Старый 13.08.2018, 15:03
Аватар для KrasavA
с Шипами
 
Регистрация: 12.07.2007
Сообщений: 3,031
Репутация: 1072 [+/-]
Snerrir, ))) Не дёргайся) Я в том же экзотическом положении) Сейчас закрою долг за позапрошлую неделю, а прошлую ещё даже не начинала)
И да, батальные сцены - это моя головная боль. Как только понимаю, что надо написать такую, сил подходить к компу вообще нет. Приходиться устраивать батальную сцену со своими страхами в голове и только после этого приступать к работе) Времени на уничтожение или хотя бы нейтрализацию тараканов уходит дайбожЕ)
__________________
Для остановки нет причин, иду, скользя.
И в мире нет таких вершин, что взять нельзя.
В.Высоцкий
@->-- (с) --<-@
Ответить с цитированием
  #354  
Старый 08.09.2018, 13:44
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Честно говоря понятно, что этот марафон я безбожно запорол. Впрочем, раздирание одежд и посыпание головы пеплом в таких делах никому пользы еще не принесли, поэтому выложу еще отрывок без подсчета долгов и вернусь на базисный уровень - просто постараюсь выкладывать по три килознака в день... просто так.


Скрытый текст - SPOILER:
Илай осторожно выглянул за угол. Войска Озерного края не спешили преследовать отступающих. Более того, они сами пятились назад, хотя и огрызаясь выстрелами. Невероятно, но их вождь заметил Лорда-Командующего. Илай уже хорошо знал это сухое горское лицо. Сагат Санга иронично поклонился и приказал своим воинам уходить быстрее. Часть их осталась поодаль от начала развалин, они следили, чтобы Семнадцатые не вернулись воевать. Остальные шли на запад и север, к основной битве.

А еще в подставленный волшебный щит напротив Сиятельного разом тюкнулись три пули элитных озерных стрелков. Лорд-Командующий не стал шарахаться прочь, и так сегодняшний день уже слишком жег его души. Вместо этого он посмотрел на поле боя.

Центр сдвоенной армии Священных походов уже зажали с трех сторон Кан-Каддахи и подоспевшие озерники. Как бы Илай не относился к "родичу" и переметнувшимся к нему предателям, он вынужден был признать, что простые воины Восемнадцатых сегодня проявили себя великолепно. Все же, они были лишь людьми. Которых большей частью уже истребили, а остальную обратили бы в бегство, если бы им было куда отступать. Южане уже отрезали их от лагеря.

Гибель Восемнадцатого священного похода ранила сердце куда сильнее, чем он ожидал. Сол-Укуль Илай поклялся себе, что если, ну вдруг, Мириады подарят ему возвращение домой, то он позаботится, чтобы Зерцало пополнилось новой главой.

А вот вдали творилось что-то странное. Илай с трудом мог разглядеть что именно, но похоже, что культисты, ламанни и мутанты воевали куда успешней. Но вот поддерживать их ему точно не хотелось. Пускай Волчий сотник сам расхлёбывает кашу, которую заварил.

Лорд-Командующий повернулся к Хартангу:

- Приготовитесь пробиваться обратно к перевалу.

Тот покачал головой.

- Эн-ши, старая дорога - жернов на шею. Ри-Санга теперь оповещен, он алый гостеприимец. И котел Омэля нынче полон воинствами. Если пойдем там где шли - нам будут ударять по бедрам, заливать свинец в уши.

Илай выругался, неподобающими касте словами.

- Что ты предлагаешь?

- Вон там, - федерат указал на горы к востоку от котловины, вернее, на перевал между ними, что вел в Озерный край. Илай оценил как низко по склонам уже лежал снег и выругался еще раз.

- Дорога будет тяжелой.

- Истинно.

- И здесь мы пойдем прямо в руки врагу.

- Эн-ши, заселенные места озераев начинаются не сразу от геологических формаций. Мы можем таиться тропами. В моем клане есть люди контрабанды, они там творили незаконное с биотой и шелками. Они помогут.

У Илая не было времени колебаться:

- Решено. Веди своих туда. А укулли поведут туда Айлиль и Лорд-Кормчий.

- Господин! - воскликнул старый жрец, уже каким-то образом оказавшийся рядом. Илаю было приятно, что святошу Семнадцатых не застрелили при их бегстве.

- Я отправлюсь в лагерь Сеньео и попытаюсь спасти что можно спасти.

- Господин!

- Нам нужны накопители, - отмахнулся от жреца военачальник, - Иначе мы не дойдем даже до Огненного Хребта. Нам нужны припасы. Я их заберу. Соберите всадников.

- Господин, я пойду с вами! - Лорд-Кормчий не унимался, - Послушайте, молю вас! Айлиль молодой, он справится и без меня. А без накопителей я и сам далеко не уйду… Я уже один раз оставил вас.

- Хорошо, идем, - не стал спорить Илай.

---

Грохот лошадиных копыт и рычание отдалились, потом начали нарастать. Ламанни вышли из боя, потом развернулись и, разогнавшись по второму разу, врезались в разметанный правый фланг снова. В их слаженности было что-то запредельно жуткое.

Ханнок ощупал свой бок. Машинально, прямо через доспехи. Но ребра, вроде, и впрямь целые, как и кости ступни. Крепость демонов снова спасла его. Зверолюд подполз к краю рва, и выбрав момент, подтянулся и выбрался из него. Побежал, приволакивая ушибленную ногу. На бегу пытался оглядеться. Зря, наверное.

Он отмахнулся мечом от одного мутанта, потерял его в другом. Организованное сопротивление южан распалось на отдельные очаги. Часть из них отошла к гребню кратера и развалинам и пыталась там удержаться. Там же, где еще недавно была укрепленная линия, царил хаос, которого было слишком даже для детей Кау. Варвары рубились с волками и отставшими ламанни. Иногда и просто теряли ярость и разбегались, обычно недалеко. Сверх-кинаи были тьматерски быстры и неистовы. И даже "обычные" ламанни. И даже их лошади, потерявшие седоков, не убегали прочь, а набрасывались на южан, кусались и лягались. Краем глаза Ханнок заметил, что вокруг одного из осадных мутантов обвился змеелюд. Кажется это был Хашт. Кажется, он пытался душить. Потом гигантский волк упал и их обоих тут же скрыло под меховым ковром из мелких проклятых.

Это все было уже слишком. Сарагарец втянул голову в плечи и, подвывая, побежал прочь, наверх. Он молился всем старым и новым богам, чтобы не споткнуться о тела, не оскользнуться на крови. Кан-Каддахский доспех может и спас ему жизнь чуть раньше, но теперь замедлял.

Все происходило куда быстрее, чем он пытался сознавать. За спиной начал нарастать шум от вновь разгоняющихся всадников. На этот раз он не был на острие атаки, но, если бы не доспехи, грива все равно встала б дыбом. Ему долго везло, на него мало кто обращал внимания. Впереди уже начинался подъем наверх, в город. А везение уже заканчивалось. Здесь был почти обрыв. У самого начала которого грызли трупы с пяток волков. И сзади уже кто-то нагонял.

Почему амок не приходит тогда, когда он нужен?

Нога почему-то перестала болеть. Ханнок разогнался и врезался в одного из мохнатых. Как и многие элементы Проклятия, дракооленьи рога были непрактичной, малополезной мутацией. Но тут вдруг пригодились. Он не только сшиб бешеного с лап, но еще и угодил острием ему под горло. И даже не застрял.

Сарагарец пополз по склону вверх, зная, что волки освирепели. Он знал и то, что не успеет.

В накопытник впились клыки. Демон сряхнул с себя челюсти, потом еще и добавил их владельцу копытом по морде. Даже непонятно, насколько успешно. Потом в крыло впились не по-волчьи острые когти, потянули вниз…

- Ррахау!

Ближайшего волка снесло со склона метко брошенным камнем. Второй потерял к демону интерес и бросился вверх, лишь чтобы ему там оторвали голову. Фреп и впрямь, оказывается, такое умел. Ханнок напряг последние силы, заскреб своими уже когтями по камню и щебню, чахлому дерну. Потом схватился за протянутую лапу. Уже на гребне рухнул на землю, задыхаясь, кусая пастью воздух. Здесь были свои.

Ханнок внезапно понял, что впервые назвал так себе южан.

Ему помогли подняться, доковылять за ряды щитоносцев-огарков. Господин Матоленим умудрился довести сюда многих из своих. И даже ту саму двухколесную штуку. Дасачче перегородили своими павезами улицу между двумя древними многоэтажками. Привалившись спиной к стене одной из них, Ханнок пытался отдышаться и, одновременно, мог наблюдать за нападавшими прямо через прозрачную поверхность щитов из бронестекла. Волки, ламанни, а теперь еще и культисты перли и перли вперед. Интересно, удастся ли продержаться до прибытия хотя бы Кан-Каддахов? Сарагарец решил, что скорее всего - нет. А у самого него оружия уже не осталось. И раны вновь разболелись.

Первыми шли волки. Они уже были близко и от их рычания кровь стыла в жилах. Сейчас Ханнок чувствовал себя оленем, а отнюдь не драконом. И даже не демоном. Он слышал, как молится незнакомым богам ближайший из стрелков господина Матоленима. Потом он выстрелил и один из волков упал. Это оказалось почти незаметным. Мутанты добежали до ряда павез, повалили несколько из них… развернулись и помчались обратно. Очень быстро, если бы они не сохраняли зловещую слаженность и свирепость, Ханнок счел бы, что они испугались. А так не получалось. Господин Матоленим рывком поднял голову, всматриваясь в мохнатые спины. Выхватил из кобуры еще одну странную штуку - кристальный стержень на пистольной рукояти. Может быть и съемной. Выстрелил магией.

Среди волков все-таки закричали. Похоже, огарок попал в затесавшегося там орденца. С десяток мутантов в корчах и вое повалились на землю. Остальные не обратили на это внимания. Они ушли.


---

- Что? Почему они отступают? Предатели, ничтожества, вперед! - закричал Укуль Сеньео. Верный увидел, что на кратерной равнине наступление левого фланга Восемнадцатых замедлилось. Потом обратилось вспять. Сейчас Верный был к Лорду-Командующему одним из ближайших. Собственные его офицеры отступили от своего командира прочь. Верный и сам бы хотел оказаться подальше от волшебника из правящего рода, но его желания были неважны.

- Все готово, - сказал Хозяин через Верного Магмастеру Войны. А потом зашел в павильон самолично.

- Ты! Немедленно прикажи своим продолжать атаку! - взвился на него Сеньео.

Цордан Кан-Каддах перерубил ближайшему дружиннику горло костяным лезвием крыла. Прежде чем опешившие латники опомнились, он уложил еще двух. Четвертый ударил его мечом, но демон пригнулся, подставив "саблю", и обеими руками вонзил в последнего телохранителя уже обычный меч.

Сеньео что-то сплел. Что именно, осталось неизвестным - Магмастер Войны поднял руку с зажатым кристаллом и заклинание распалось. Обожжённый чародей многому научился у Хозяина за эти трети.

В павильоне Сиятельные били и жгли Сиятельных. Ра-Хараште били Сиятельных. Мутанты били Сиятельных. Укуль Сеньео поднял жезл полководца. Возможно, он решил повторить горький подвиг родича-Илая. Что бы Хозяин не думал про Лорда-Командующего, он признавал, что его Спираль и имплантаты - из сильнейших.

Всеми забытый Верный всадил Сеньео стилет в спину, прямо через кирасу из благословленной бронзы. Странное лезвие, казалось, выплавленное из закопченного стекла, засветилось алым, словно пило кровь. И магию. Верный аккуратно выхватил из ослабевшей руки жезл. И передал Хозяину.

- Ты молодец, - сказал питомцу Тулун Иолч и тому стало хорошо. Волчий сотник перехватил у Верного и стилет, проследив, чтобы взяться именно за оплетенную синей тканью рукоять.

- Мерзкая штука, - доверительно сказал застывшему, словно бы парализованному Сеньео Хозяин, - один из мелких Домов в агонии создал такие, чтобы отомстить Высшим. Они пьют волшбу, что твои маг-упыри из страшных сказок. Времена нынче суровые. Я благодарен тебе за твою энергию.

Он вырвал стилет и Лорд-Командующий упал, словно марионетка на перерезанных ниточках.

- Сегодня погибло достаточно Сиятельных, - это Хозяин сказал уже не-своим сотникам и офицерам, оттеснённым в угол зала, - Бросайте оружие. Отпустите магию.

Меньшинство добили. Большинство подчинилось. Один из них, впрочем, высказал то, что, наверное, жгло сейчас многие разумы:

- Предатели!

Прозвучало не как у павшего Лорда-Командующего. Куда горьчее и искренней. Хозяин не стал на это отвечать. За него оскорбился старый вождь Ра-Хараште:

- Оэ, не изрекай так.

- Вы давали клятву Укулю! - перекинул на него ярость говоривший.

- Я никогда не вручал клятвы вашему клану, - отмахнулся варвар, - Я вручал ее истинным Сиятельным…

- Друг, не сейчас, - прервал его Хозяин.

- Простите, владычный, - Ра-Хараште повернулся к своему зятю из Санга и сказал, уже на нгатаике:

- Помоги мне снять эту башку… держи за уши, раз нет волос.

И отрубил голову Лорду-Кормчему Восемнадцатых.

Тулун Иолч подошел к памятному столу для "презентации". Небрежно отпихнул крылатый шлем, сдвинул столешницу. Открылся паз, как раз под один из Великих накопителей. Волчий сотник вставил туда ключ-камень, взятый в Кохорике. Повернул, тот засветился, так ярко, что непривычные к диапазонам внешники прикрыли глаза. Пол под бассейном дрогнул и ступенями уехал вниз, сложившись в спиральную лестницу.

- Идемте, лорды. Пришла пора взять наше наследие.

Напитанная многими магиями, Обитель Суровой Луны начала оживать.

---

На гребне кратера, Сойдан Кан-Каддах, человек многих зим и имен, вздрогнул. Посмотрел на ставку противника. И сказал:

- Я же вырезал ваше поганое племя еще в темные века…

У Норхада заныла челюсть от несовпадения смысла и интонации. Речь осталась ровной, едва ли не классической. Ненависть жгла.

- Уардан - бери на себя бой. Остальные за мной.

Отец встал со своего стула и пошел прямо к лагерю Ордена. Он не стал требовать лошадь. Демон Юга шел, но его потомки с трудом поспевали за ним бегом.

Громыхнуло и в одну из башен Омэля ударила молния, обрушив целый этаж. Молния была багрового цвета.

---

Из окна она могла видеть, что и этот бой Сиятельными, скорее всего, проигран. Детали были слишком далеки, на часть Орденских сил оказалась уничтожена, другие, железное горе, бежали. Столько сородичей погибло… А она опять в стороне. И за все это время мало приблизилась к тому, чтобы освободиться.

Миэн вытерла слезы, простив, но запретив себе эту слабость. Злая это луна. Злая это луна и требует зла и ярости, чтобы сделать хоть что-то хорошее. Похоже, сами боги направляют ей к этой мысли.

Источник разгорался все сильнее. Высшая магия просачивалась сквозь скалу и бетон. Яркая, теплая, такая… родная.

Варварам не до нее сейчас. И если и заметят - что с того? Она уже потеряла в этих краях слишком много, чтобы бояться за оставшееся. Воистину, Мириады долго испытывали ее. Может ли это все быть их уроком для одной излишне возомнившей о себе дочери коменданта?

Впрочем, неважно.

Миэн взялась за следующий штырь решетки и он рассыпался в мелкую, сверкающую пыль под ее пальцами.

---

- К акрополю, уходите к акрополю! - прокричал гонец от Кан-Каддахов, прискакавший на взмыленной лошади.

Ханнок встал на ноги. Досада от того, что опять надо куда-то идти, боролась с куда более здравой радостью, что его участие в войне на сегодня, кажется, довыполнено. Волки, недоволки, переволки и волчьи союзники уже были далеко и возвращаться, похоже, не собирались.

Подошел Фреп-Врап, тоже слегка погрызанный, но довольный. Предложил довезти. Сарагарец отрицательно помотал головой, разбудив этим мигрень. Он надеялся, что это выглядит так, будто он уверен в своих силах, а не просто боится, что без седла свалится с саблезубого и свернет себе шею. Чуть поодаль собирали свои щиты дасачче.

Они недалеко успели уйти, как господин Матоленим посмотрел в перевитые красным небеса и крикнул:

- Аэл-Тъыда-а!

Серый химер успел еще пришибленно подумать, что это звучит как забавно искаженное укульское "берегись!". Потом Фреп схватил его за крыло и рванул к ближайшему зданию. Ханнок взвыл - угрызец явно не рассчитал силы. А потом ему стало не до боли.

С пугающим свистом на них обрушился град. Плотный, ледышки со зверолюдский кулак. Алого или черного цветов, иные веретенообразной формы. Они грохотали по бронестеклу павез, дереву обычных щитов, с влажным хрустом вонзались и ломали.

Скорчившись под узким карнизом, Ханнок решил, что с радостями поторопился.




Ответить с цитированием
  #355  
Старый 08.09.2018, 15:02
Аватар для KrasavA
с Шипами
 
Регистрация: 12.07.2007
Сообщений: 3,031
Репутация: 1072 [+/-]
Цитата:
Snerrir, Честно говоря понятно, что этот марафон я безбожно запорол.
Отставить панику. Здесь 4 стр. + 13 стр в предыдущий раз.
Вместе с подсчитанными мной 60-ю страницами до этого (а я думаю, что не ошиблась), получается 77 - и это, если честно, я ещё не учитывала те, что были написаны до "официального" начала, на выходе оказавшегося пшиком.
Тем не менее, до окончания Марафона остаётся всего 23 страницы, а мне 10. Считай, всё те же две недели разницы, что и в начале. Так что не вздумай сдаваться. До финиша дотопаем вместе, даже не сомневайся)

Это будет первый в истории Марафон, где всё обозначенные участники финишировали! А что, круто)

Цитата:
Впрочем, раздирание одежд и посыпание головы пеплом в таких делах никому пользы еще не принесли,
Абсолютно согласна!) Так что, вперёд!)
__________________
Для остановки нет причин, иду, скользя.
И в мире нет таких вершин, что взять нельзя.
В.Высоцкий
@->-- (с) --<-@
Ответить с цитированием
  #356  
Старый 10.09.2018, 02:48
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Скрытый текст - SPOILER:
Они прошли уже наскоро обследованный этаж и спустились ниже.

Хозяин шел и огни на стенах зажигались при его приближении. Многие кристаллы уничтожило время, другие, похоже, были еще в древности кем-то выломаны из стены. Но и тех, что работали, хватало, чтобы оценить если не детали, то масштаб. Возглавленная Тулун Иолчем группа прошла длинным коридором в глубину Уллу-Ксая. Потом стены раздались в сторону. Чем-то эти галереи и колоннады напоминали ламанские рынки, которые Верный видел при поездке в Закатный край. Тольк глубоко под землей. Потолок уходил в темноту, пол был засыпан обломками, возможно сорвавшимися еще во время землетрясений, сопровождавших Коллапс… Или нет?

Они прошли мимо нескольких груд камней и вблизи стало понятно, что это нечто вроде укрытий, некогда наскоро сложенных из камня, но уже обрушенных. Дальше пол был взломан и образовавшаяся яма заполнена землей. И это явно сделала не просто природа и ход лет. Кто-то аккуратно разложил тут и там, рядами, осветительные кристаллы, ожившие при приближении Сиятельных. В их свете стали виды засохшие черешки и листья, превращавшиеся в пыль от одного касания. Подземная ферма. И вряд ли ее создали во времена расцвета Омэля, как очередной экспонат для выставки.

"Они погибли не сразу" - услышал он Хозяина, - "Когда другие великие и малые Дома сдались или сами приняли в себя яд, они еще пытались противостоять потопу упадка и искажения. Они едва не убили Этлен и он решил им отомстить. Вода и воздух травили их, солнце вначале на годы скрыло свой лик, а потом начало их выжигать. Боги Спирали и имплантатов рыдали кровью. Но они держались. Изобретательные и неукротимые. Впрочем, наверное, даже они не решались покидать свои последние убежища. Таились, не решаясь потребовать у воцарившейся тьмы принадлежащее себе по праву… Но это их не спасло и однажды тьма сама пришла к ним."

Впереди у колонны было что-то белое и оранжевое. Комбинезон Янтарной эпохи. Когда один из проходивших орденцев дотронулся до него - неожиданный жест от сурового вояки, под ссыпавшейся пылью проступила яркая краска. Ткань до сих пор цветная и не истлевшая - ушедшие стандарты. Но явно не раз чиненная еще при жизни обладателя. Сам он был тут же - белым черепом с узкой челюстью и ровными зубами. Расколотой костью. Бессильно раскинутыми четырехпалыми руками. Рядом лежал топор - выщербленный и брошенный. Из обсидиана. Ядоземье.

Дальше скелеты стали попадаться чаще. Судя по всему, последние жителей города отступали все глубже в подземный комплекс. Тут и там виднелись баррикады, на стенах до сих пор чернели пятна копоти, тут и там лежали обломки доспехов и энергетических жезлов. Но если омэлли и дорого продавали свои жизни, то понять это сейчас было сложно. Нападавшие тщательно собрали тела своих. И трофейные головы. Многие скелеты были лишены черепов, но дорогая ткань попадалась все реже и кости можно было хорошо рассмотреть. Верный достаточно хорошо знал отличия Сиятельной анатомии, чтобы определить, какому народу они принадлежали. А если бы и нет, то их выдавали бы имплантаты, высвобожденные временем из плоти. Тускло блестевшие меж ребер, вместо суставов, в глазнице немногих не взятых черепов…

"Надо будет не забыть прислать сюда жрецов-сборщиков, жаль упускать такое качество…"

Они вошли в большую залу, до половины усыпанную костями. Их здесь было так много, что местами не видно было плит пола. И эти скелеты были куда меньше и изящнее тех, что были во внешних залах. Иные и совсем маленькие.

Верному не нужно было настраиваться на магию, чтобы почувствовать, какая ярость при виде этого охватила некоторых из орденцев. Кое-кто начал высвистывать обеты мести и пламенного очищения. А вот Хозяин сейчас ненавидел куда спокойнее…

"Как же часто мне доводилось видеть такое при раскопках…"

Ответить с цитированием
  #357  
Старый 25.09.2018, 00:56
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Скрытый текст - spoiler:
- Почему они не отступили дальше? - хрипло сказал один из витязей. Он смотрел на дальнюю половину зала, чистую от скелетов. Разделявшая части помещения линия была ровной и четкой. Вероятно, воина сильно приложило пережитым за этот день, раз он не смог разглядеть очевидное.

- Защитная система, - все же пояснил вслух Хозяин, - Она до сих пор еще работает. Когда мы спускались сюда в первый раз, мы проверяли.

По центру зала, совсем рядом с невидимым экраном, возвышался постамент, похожий на тот, что был у "бассейна" в павильоне наверху. Только у этого рядом с пазом под ключ-кристалл оказалась вплавленная в камень стеклянная пластина.

"Какая злая ирония судьбы. То, что должно было спасти этих людей, преградило им путь к бегству, погубило их. Мне хотелось бы верить, что тут произошел сбой в заклинании, трагическая ошибка, перекрывшая уцелевшим путь в глубину комплекса… Но я уже достаточно знаю об Омэле. Среди этих несчастных просто не оказалось человека с нужной Спиралью, чтобы система распознала и пропустила его... Даже я готов признать, что временами древние могли были злобными дураками…"

Ближайшие к границе кости были обожжены до черноты.

Тулун Иолч подошел к постаменту и вложил ключ в паз. Он засветился, но на этот раз путь не открылся сразу. Лишь преграждавшие дорогу плетения проявились, стали видимыми, даже ему, Верному. Намек? Угроза? Приветствие по-омэльски?

Волчий сотник нахмурился и ключ мигнул. Потом погас. Снова засветился. Погас.

"Ну уж нет. Я слишком далеко прошел. Ты подчинишься мне"

Верный давно уже подозревал, что Хозяин часто говорит с ним для концентрации. Очень странной формы концентрации. Сиятельный положил ладонь на стеклянную пластину. Ключ вспыхнул и над постаментом зажглась схема, как на инфо-экранах Укуля, только без самого инфо-экрана. Значки, письмена и схемы парили в воздухе. Тулун Иолч магией переставлял их местами, изменял, склонял. Они не были предназначены для взора внешников и выражали понятия, которые внешники от природы не могли понимать, осмысливать, да и просто ощущать. Но Верный, сейчас, через Хозяина, начал что-то видеть и читать.

Это было тяжело. Почти больно. Неправильно. Питомец Волчьего сотника вздрогнул и отвернулся. Отошел к стене.

Хозяин пошатнулся, скрипнул зубами. Похоже, система упрямилась и не хотела принимать его за своего. Верный дернулся было обратно, помочь…

"Нет. Отойди. Посмотри на кости."

Верный не хотел смотреть. Он наклонился и поднял кусок омэльской ткани. Под ним лежал скелет, сохранившийся особенно хорошо, с невзятым черепом. Вернее, два скелета. Один - грацильный, как сказал бы Седая Башка, демонстрирующий признаки длительного магического голода. И просто голода. Тонкие хрупкие кости. Надтреснутые, изношенные имплантаты. Выпавшие еще при жизни, до срока, зубы. Женщина, из незнатных каст, пережившая Коллапс. Она умерла, обнимая совсем маленького человека. Ребенка.

Хозяин против воли застонал. Орденцы вокруг заволновались, загомонили, но и от них он отмахнулся. Прочие Сиятельные не могли сейчас видеть то, что видел и чувствовал он, и что крупицами по ментальному каналу попадало в разум Верного. Защита города опознала взлом системы и противилась ему. Века сказались на ней, но и сейчас она была необыкновенно мощна.

"Посмотри на кости."

Ребенок явно родился после катастрофы. Он рос перекошенным, пропитанным злой магией. Костная ткань бугрилась наростами, правая рука скрючена и слишком коротка, череп - велик. Огарок первых поколений.

"Посмотри на кости!"

Женщина прикрыла ребенка своим телом и последний удар убил их обоих. Копье обломилось и наконечник так и остался остался здесь. Нгатайское литье.

Ответить с цитированием
  #358  
Старый 25.09.2018, 18:39
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 640
Репутация: 123 [+/-]
Скрытый текст - spoiler:
"Искажения. Голод. Резня. Именно это ждет Укуль, если ничего не предпринять. Именно поэтому я делаю то, что делаю. Именно поэтому твой народ будет посажен на цепь, а я не имею права сдаваться."


Сгорбившийся под напором магии Хозяин выпрямился и снова взглянул прямо на светящиеся символы и диаграммы. Они менялись с калейдоскопической быстротой. Верный подумал, что это выглядит почти так, будто система отчаянно отбивается, паникует. Он мог ощутить и то, что многие из присутствующих орденцев сами напуганы. Даже для знатнейших сынов Укуля задействованные силы и плетения были чересчур могущественны и сложны.

А еще может статься, что теперь не только он один здесь по-настоящему боится Хозяина.

"Ты смеешь противиться мне?"

Уже не заботясь о мере и здоровье, Лорд Тулун полоснул себя заклинанием по ладони и хлопнул ей по стеклу так, что красные брызги плеснули в стороны. Стекло загорелось алым, как и символы, сменившие многие цвета на этот один.

"Значит, для тебя я недостаточно чист? Я - разбавлен? Истощен? Искажен мутацией?"

Волчий сотник взял полководческий накопитель и разбил его. Сохраненная с Янтарных веков магия затопила комнату. А потом Хозяин сфокусировал ее и забрал себе.

- Я, человек Священного народа, человек Дома, говорю тебе, Уллу-Ксай: ты пропустишь меня. В час горя, в час войны, ты станешь моим щитом. В час величайшей опасности для всех Сиятельных, ты станешь моим оружием. Как знатнейший из оставшихся, я беру себя власть. Во славу Мириад и их истинных, я беру принадлежащее мне по праву! Теперь ты служишь мне.

Верный не сразу осознал, что это Хозяин произнес вслух.

Иероглифы и знаки замерли, моргнули, потом струйками разноцветного огня слились в один, большой символ - Циркуль и Спираль. Еще мгновение и он перетек в мерцающую фигуру, высокую, в три Сиятельных роста, в тоге служителя. Фигура поклонилась, приложив руки к животу. И сказала:

- Тщк… Уллу-Ксай приветствует вас, господин.

Хозяин утер пот со лба.

- Шшшш… Прошу прощения, господин, за меры предосторожности и недоверие. В последнее время участились попытки несанкционированного доступа к комплексу со стороны низших каст и бездушных. Они были пресечены в соответствии с законами военного времени.

- И когда же была последняя попытка? - если появление и слова волшебной проекции и удивили Волчьего сотника, то виду он не подал. Ни по простецким каналам, ни по магическим.

- Тщк… С последней попытки миновало девять сотен и семьдесят оборотов Владыки, три - Карлика, одиннадцать - Огня.

Хозяин через Верного положил руку на череп убитой женщины. Прикрыл глаза.

- Да, это явно была великая угроза.

- Тщщ… господин, мои датчики фиксируют высокий фон во внешнем комплексе и многочисленных посторонних. Включая ложных Сиятельных и бесхозных модификантов. Некоторые из них - в этом самом вестибюле. Прикажете активировать протокол малого очищения?

Орденцы и союзники заволновались.

- Пока повременим, - сказал Хозяин, - Покажи дорогу в центр управления защитой и сервиторами.

- Ххххк… Вы не располагаете уровнем доступа к подобным объектам, господин.

Волчий сотник поднял руку и в проекцию ударило кнутом из древней магии, перевитым зелеными нитями. Судя по возгласам магмастеров Ордена, подобные диапазоны многим были незнакомы. А вот Верный знал их хорошо. Они присутствовали в амулете, задерживающем его озверение.

Рассеявшаяся по углам проекция собралась обратно.

- Тщщк… Господин, вы воистину обладаете всеми нужными маркерами, но этого…

Кнут ударил еще раз.

Хозяин вытащил из кошеля на поясе и положил на постамент пластину из бронестекла. Потом еще одну.

- Это знаки последних владык дома Омэль, - сказал он, - Я знаю, что ты переговаривался с духами-хранителями прочих городов. Ты знаешь, что наследники правящего рода не объявлялись уже девять сотен лет. До сего дня. Я забираю принадлежащие мне земли, титулы и звания. Все, которые мне доступны.

Проекция конденсировалась, мигнула, еще раз. Потом исчезла и через залу пробежала дорожка волшебного света, пурпурного и зеленого. Голос остался:

- Хшшшс… Командный центр находится там. Еще раз прошу простить меня, господин. При идентификации вы воспользовались чужим ключом. И младшего ранга. Под каким именем мне занести вас в Перечни?

- Я - Са-Омэль Иолч. Служи и защищай.

- Тщщщк… Так и будет, мой господин.

Хозяин, расправив плечи, переступил границу костей, и пошел дальше, оставляя следы в пыли, лежавшей не потревоженной со времен Коллапса. Его союзники, питомцы и ресурсы последовали за ним.

- Боги, что же мы наделали… - услышал Верный шепот одного из витязей Ордена.


Последний раз редактировалось Snerrir; 25.09.2018 в 18:44.
Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Креатив 17: Серое Яблоко - Лисье Солнце Креатив Архивы конкурсов 7 04.04.2015 01:28
Креатив 16: Lina-chan - Солнце нового дня Креатив Архивы конкурсов 15 29.04.2014 13:09
Креатив 15: Лунное Солнце - Проклинающий рассвет Креатив Архивы конкурсов 53 08.11.2013 16:51
Мафия-5. День четвертый. Закатившееся солнце Flüggåәnkб€čhiœßølįên Архив Мафии 47 06.05.2013 18:03
Креатив 14: Noir - Чёрное солнце Креатив Архивы конкурсов 22 07.02.2013 23:49


Текущее время: 18:34. Часовой пояс GMT +3.


Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2018, Jelsoft Enterprises Ltd.