Форум «Мир фантастики» — ролевые игры, фантастика, фэнтези

Вернуться   Форум «Мир фантастики» — ролевые игры, фантастика, фэнтези > Общие темы > Творчество

Важная информация

Творчество Здесь вы можете выложить своё творчество: рассказы, стихи, рисунки; проводятся творческие конкурсы.
Подразделы: Конкурсы Художникам Архив

Ответ
 
Опции темы
  #1  
Старый 07.03.2017, 20:51
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Долгая дорога

Вот такую штуку постил месяц назад. Сейчас отрыл, протер пыль и написал первый попавшийся пошлый заголовок в стиле МТА. Продолжение этой штуки и будет моим заданием для марафона


Скрытый текст - «Долгая дорога»:

Прелюдия

Часть 1
Сальватор

1

2

3

4-1

4-2

Часть 2

Мечи и Таланты

5



__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.

Последний раз редактировалось Flüggåәnkб€čhiœßølįên; 13.08.2018 в 23:03.
Ответить с цитированием
  #21  
Старый 18.03.2017, 22:44
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Забавно писать без подробного плана главы. Иногда фантазия выдает забавные ситуации, хотя может просто взял за основу ту же Слепоту Сарамаго.

Скрытый текст - 5 :
2 Часть

Мечи и таланты

Глава 5

Если бы Греттэль спросили – чем ты живешь? Грабежом и разбоем, не моргнув глазом ответила бы атаманша. На этом обычно расспросы не заканчиваются, поэтому последует неизбежный вопрос: и много ли счастья приносит шальная жизнь? Если счастье – это деньги, я бываю счастлива от набега к набегу. Чего не скажешь о тех, кого мы хороним за пригорком. Например, за тем, где сейчас притаилась артель.
Ожидание смердело похлеще подмышек докеров. Атаманша знала это не понаслышке – была портовой шлюхой пока в кабацкой драке ей не исполосовали смазливую мордашку разбитой бутылкой. Поэтому сейчас Греттэль лежала в высокой траве и сходила с ума от скуки. Греттэль не любила эту часть ремесла больше всего. Остаешься один на один с собой и дурные мысли лезут в голову. Еще ужасно, до рези между ног, хочется отлучиться в кусты. Она лежала и развлекала себя вопросами.
Много людей отправила на свет бывшая шлюха? Дайте подумать. Первыми стали пьянчуги, по вине которых появились шрамы. Она нарезала из их кожи неплохие ремни, которыми обмотала рукоять Струны – своей шпаги, выкованной и закаленной в Дэльблатоне. Гномы были горазды мастерить всякое разное, но лучше всего у них получались игрушки для смерти. Следующим стал папаша, что отправлял девушку торговать собой. Она перерезала ему глотку, когда похотливый старик приходовал знакомую по порту подружку.
Греттэль почувствовала, что невольно улыбается – заболели кривые шрамы на щеках. Раздвигать ноги ей нравилось, да вот с людьми не везло. Клиенты были сплошь либо грубыми моряками, оставляющими синяки на теле, либо молокососами, которым только за титьку подержаться и тут же спускают. Другое дело убийство. Убивать Греттэль любила больше чем курить, пить и трахаться вместе взятые. Вначале забиралась в дома и убивала семьи ради развлечения. Сначала мамок, потом детишек, заставляя их папаш корчиться связанными на стульях и просить вначале о пощаде, а затем о смерти. Но это занятие приносило только хлопоты. Греттэль ходила в лохмотьях, ела что могла стащить с прилавка, либо крыс в канализации. Городок оказался больно трусливым и всполошился. Подумаешь десяток семей изрубили ломтиками. За ней охотились стражники и приходилось признать – затея была веселой, но опасной и глупой.
Поэтому Греттэль решила совместить приятное с полезным. Девица сколотила банду и вышла на большак. Ее ребята были хороши как в битве, так и в постели. Греттэль отдавалась им по очереди, если заслужили и выпускала кишки, если думали, что могут обвести атаманшу вокруг пальцев. О ее шайке ходили разные слухи. Мол, у них есть в банде плетец, или что Греттэль родом из Пепла. Репутация – отличное подспорье в разбое. Услышав ее имя купчики куда охотнее расставались с мошной и предпочитали по-быстрому вскрывать тайники под козлами телег. Впрочем, это не спасало их от пыток, ведь убийство Греттэль считала своим священным долгом перед Шестью. Засранцы обрекли ее на такую жизнь, а другим подарили холеные личики и счастливые семьи. Ничего, Греттэль Струна в Горле, сама исправит оплошность и уравновесит шансы.
Появился первый обоз. Греттэль свистнула по-соловьиному, давая команду парням. Двое подперли досками заготовленные бревна. Пригорок был их доходным местом. Греттэль гордилась собой, ведь именно ей пришло на ум осесть здесь и щипать богачей. Потраченное тратилось на выпивку и дурман-траву. Атаманша не откладывала деньги. Зачем? Место далекое. На день пути никаких поселений. Межа между Серебряным Лесом и Десятиградьем, до которой никому нет дела. Протрезвев, ватага вновь выходила на большак. Мошна исправно пополнялась.
Молодые липки подлесья качнулись, и атаманша схватилась за Струну. Тишина. Наверняка косуля щиплет листья. Ей следовало еще вчера трахнуть того дурня с елдой по колено, что лежал сейчас по левую руку от нее, чтобы успокоить нервы и не подрывать зад при любом шорохе. Ничего, сегодня вечером успеется.
Когда караванные повозки заехали меж холмов, бревна с треском выкатились с пригорков, перекрывая проезд. На опешивших всадников обрушились стрелы. Главное - выцелить побольше наемников, прежде чем дело дойдет до рукопашной. Торгаши могли обсчитать покупателя или юлить перед стражниками, выискивая способы не платить подушный налог, но на охрану для товаров, и что важнее – себя любимых, они не скупились.
Двое повисли на луках седел. Их спины были утыканы стрелами точно подушечки для иголок. Греттэль грязно выругалась. Говорила же, каждый выбирает себе цель. Как только дело пахнет жаренным от дурней никакого проку. Первый залп насмарку.
Меж тем оказалось, что охрана не зря ела свой хлеб. Люди перевернули обозы, создав временные баррикады. Ее ребята убили нерасторопного мечника и ранили в ногу толстяка, запихнувшего пузо в кирасу, ремни которой трещали по швам. Остальные укрылись за ограждением и стрелы артели бесполезно вязли в ткани и дереве фургонов. Обороняющиеся ответили встречными залпами, но высоту заняли люди Греттэль, и преимущество было на ее стороне. Случайная стрела поразила дурня с большим елдаком. Древко вошло аккурат в шею, перебив артерию. Мужчина забулькал, прижимая рану руками.
-- По... мо… ги…
Греттэль вставила ему в глотку Струну. Повертела, наслаждаясь предсмертными хрипами. Хоть какая-то польза от него.
-- Вперед, - закричала атаманша, первой идя на приступ.
Шайка, вдохновленная ее примером, с улюлюканьем и гиканьем выхватывала сабли и ятаганы, бросаясь следом. Разбойники нахлынули на краванщиков подобно сокрушительным волнам, что глодают, истачивая из года в год, Кости Империи. Фенхель отрубил руку топорнику. Один из близнецов Одноухов уже сражался на козлах, размахивая бердышом. Защитники кололи их копьями, но как-то вяло.
Греттэль их понимала. Она умела считать только на пальцах, а их у бывшей шлюхи осталось восемь на ногах и девять на руках. Именно столько воинов сопровождало караван. Артель Греттэль была куда многочисленнее. На их стороне были сила и внезапность. Через несколько минут эти трусы сложат оружие.
Разбойники теснили караванщиков. Два обоза пали под натиском. Греттэль увидела там рулоны шелка и мешки шафрана для десятиградских красилен. Неплохая добыча, если знать, кому продать товар. Греттэль знала, но предпочитала верные монеты, так как понимала, что за добытый разбоем товар дают лишь десятую долю от настоящей цены. Трое ребят уже копались внутри завоеванных фургонов, деля добычу. Атаманша зашипела, пригрозив болванам Струной. Сначала следовало доделать начатое.
Греттэль выделила из шатких рядов охраны троих воинов. Эльфа, что умудрился убить ее человека в начале боя, молодого лучника, постоянно рвущегося вперед, словно он соревновался в том, что за бой убьет больше остальных, и сосредоточенного наемника в саладе, рассчитывающего каждый следующий удар. Эти трое были опасными противниками. Вокруг них сплотились остальные воины. Они могли создать проблемы и существенно уменьшить численность ее людей.
Греттэль приказала подчиненному принести арбалет. Убойная штуковина дорого обошлась отряду. В прошлый набег оружием убили троих, прежде чем стрелка зарубили. Атаманша полагала, что достаточно убить одного-двух из тройки и остальные сдадутся. На траве уже лежала дюжина трупов. Харон забрал в лодку троих из ее шайки. Неплохой расклад.
Греттэль сражалась яростно, точно в нее вселился сам Арий. Она колола Струной направо и налево, целя в прорехи доспехов и щели шлемов. Кровь, так много крови! Пусть льются красные реки, она выпьет их досуха.
Стерев пот рукавом расхристанной рубахи, она огляделась. Где этот дурень с арбалетом? Все приходится делать самой.
Болт пронесся в дюйме от ее лица и пригвоздил к повозке Бородача. Драконье дерьмо! Ублюдок хочет убить ее и сам стать вожаком?! Она лично выпотрошит нахала. Еще один болт впился в спину Одноуху. Близнец, заметив смерть брата, заверещал точно маленькая девчонка и пропустил удар. Наемник в саладе раскроил грудную клетку сильным ударом. Греттэль поняла, что ее план летит в бездну с устрашающей скоростью.
С пригорка вылетел молодчик с дубиной, в толстый конец которой были вбиты гвозди. Он с размаху опустил палицу на голову ничего не подозревающего Фенхеля. Глаз бандита вылетел из головы от удара. Фенхель наклонился, чтобы его подобрать, охнул и умер.
Неожиданная подмога ободрила защитников баррикад. Наседающих бандитов опрокинули с повозок. Греттэль пришла в ярость. Она увернулась от рубящего удара мечом, ткнула Струной в глаз. Прикончив противника, атаманша переключилась на следующего врага. Да сгниет ее брюхо, если она упустит такой шанс! Греттэль вертелась волчком, жаля Струной, не давая возможности к себе подобраться.
От дубины молодчика слегли трое парней. Он ловко с ней управлялся, разбивая головы и кроша кости тем, кто пытался достать его мечом. Его напарник, встав на колено, выстрелил из арбалета. Ее арбалета! Натянул ворот рычагом и снова спустил курок. Он уложил двоих быстрее чем Греттэль могла задрать юбку. Разбойники сообразили, что их шпигуют своими же болтами и дрогнули. Шла в контрнаступление охрана каравана, со спины же их расстреливали словно куропаток осенью. Артель рассыпалась и превратилась в мечущихся из стороны в сторону напуганных цыплят.
-- Назад, сучьи дети, к обозам! – завопила Греттэль, но разбойники ее не слышали.
Они разбегались в разные стороны, забыв о намерении грабежа и желании поживиться, хотя перевес в людях все еще был на их стороне. Они не были солдатами, в отличии от той троицы, что теперь гналась за беглецами, рубя им головы и калеча ноги. Парень с дубиной тяжело дышал. Махал он ей умело, но вот силы не рассчитал. Греттэль ощерилась. Она заберет его с собой в могилу. Струна просила крови и Греттэль с радостью напоит верную подругу.
-- Хья!
Она бросилась к парню, вложив все силы в один выпад. Она насадит его на струну как поросенка на вертел, посмеется в лицо и помочится на тело. Она сделает это со всеми здесь собравшимися. Она – Греттэль Струна в Глотке!
Неожиданный толчок отбросил атаманшу. Она повалилась на спину. Воздух вышел из груди. Греттэль закашляла и сплюнула кровавую слюну. Бок обожгло огнем. Боль была нестерпимой, но не такой обидной, как поражение. У нее ведь был план, чудесный план, чтобы грабить и убивать столько, сколько захочет, и не юлить перед законниками всякий раз, когда найдут очередной труп. Что могло пойти не так?
Послышались шаги. Арбалетчик держал ее оружие на плече и хмуро рассматривал поверженную атаманшу. Греттэль собиралась высказать ему все, что думает, но даже дыхание ей давалось с трудом. Она сипела и сверлила его глазами. Древко болта засело в боку. Ткань рубахи быстро окрашивалась в красные тона.
-- Баба, - мрачно заявил арбалетчик. – Скверно. Никогда не любил убивать женщин.
Он достал вороток и принялся крутить механизм, натягивая тетиву. Греттэль сипло рассмеялась. Мужчина вставил арбалетный болт в ложе и приготовился убить девушку.
-- Стой, - крикнул ему парень с дубиной. – Не спеши. Она может пригодится.
-- Она? – Арбалетчик с сомнением оглядел Греттэль. – Что-то сомневаюсь, Сальва.
-- Не беспокойся. У меня есть идея.

***

-- Парни, - Дилан расплылся в улыбке и горячо пожал руку обоим. – Как я рад вас видеть. Кто бы знал, что суждено еще раз свидеться. И где? У эльфов на рогах.
-- Угу, - согласился Тиберий. Кантонец стирал кровь со своей секиры. Недовольно цокал языком, считая новые зазубрины.
-- У нас нет рогов, хумус, - встрял Герус, подходя к их костру. Садиться он не стал, лишь слегка склонил голову, в знак уважения Сальве и Тоффенбаху. – Спасибо за помощь, странники.
-- Еще у эльфов нет чувства юмора, - проворчал Дилан, накидывая капюшон.
-- Я уполномочен говорить от лица наших работодателей, - не удостоив его ответом продолжил Герус. – Члены гильдий Пряностей и Шелка, Ульман и Беррих высоко ценят ваши храбрые сердца и острые клинки.
Герус запнулся, обнаружив изъян в гладкой и сладкоголосой эльфийской речи. Тоффенбах любовно баюкал на руках арбалет, а Сальва бросил дубину у разбитой повозки. Он мог сделать такую же в любой момент. К тому же, у них теперь было трофейное оружие банды. Было из чего выбрать. Эльф откашлялся и продолжил:
-- Наша охрана порядком поредела после драки. Ульман и Беррих предлагают вам занять место убитых в караване. Вы получите стандартное жалование наемника. Конечно, половина пути в Золотые Ворота пройдена и на полную сумму можно не рассчитывать. Но даже половина…
-- Нас устраивает, - перебил его Карл. Эльфы ему никогда не нравились и этот не был исключением. Тоффенбах хотел поскорее отделаться от ушастого и пойти спать.
-- Полностью, - согласно кивнул Сальва. – Вот только один момент.
Все повернулись к нему. Карл не понимающе пожал плечами. Эльф не подал виду, хотя тоже был не доволен, что какой-то человек ставит условия. Сальва почувствовал себя неловко. Складывалось впечатление, что он вдруг взял и отнял у Карла тарелку с супом. Бывший командир каррэнхольской стражи был опытным воином и умелым переговорщиком. Наверное, не стоило встревать, но Сальва тоже кое-чему научился. А именно – торговаться.
-- Мы согласны на половину жалованья. Это справедливо, - степенно заявил Сальватор, глядя эльфу в глаза. – Но также стоит отметить, что именно наше с Карлом появление спасло жизни уважаемых Ульмана и Берриха. Только благодаря нам разбойники были разбиты на голову. Я думаю, что за это тоже полагается награда.
-- Не думаю, что господа согласятся…
-- Награда не обязательно в золоте или серебре, - поспешил заверить Сальва. – Мы хотим арендовать одну из повозок.
-- Арендовать?
Герус уставился на Сальву с отвисшей челюстью. Тоффенбах чесал затылок. Тиберий глодал куриную кость. Дилан тихонько посмеивался, забавляясь ситуацией.
-- Да. Это означает одолжить на время за плату.
-- Я знаю, что такое аренда, хумус, - взорвался Герус. – Просто не понимаю зачем это нужно!
-- Конечно, можно и золотом…
Герус скрипнул зубами и махнул рукой. Дрянные людишки и их мелкие дрязги его не касались.
-- Думаю, они согласятся дать вам фургон, - заявил эльф и откланялся.
-- Здорово ты огорошил выскочку, - рассмеялся Дилан. – когда я тебя в последний раз видел, ты голышом гонялся за гурлоками с дикими криками. А теперь торгуешься лучше Птахиуса!
-- Я не хотел его обидеть, - пораженно ответил Сальва.
-- Эльфы всегда обижаются, - сказал Тиберий, принимаясь за вторую куриную ножку. – Такова их природа. Всегда были завистливыми сукиными сынами. Они хотят нашу землю. Завидуют плодовитости. Но самое главное – эльфы терпеть не могут, когда им говорят о том, что люди – старшая раса.
-- Правда?
-- О да. Привыкай, парень. Нас никто не любит. Ни гномы, ни эльфы, ни орки. Они хотят, чтобы мы сдохли. А мы выживаем. Назло им. Так было и будет.
-- Аминь, брат Тиберий, - хохотнул Дилан.
-- Доброй ночи, - сказал, поднимаясь, Карл. – Пора на боковую. Убийства зверски утомляют.
Наемники понимающе усмехнулись. Сегодня они отработали деньги на славу. Сальва тоже поднялся. Спина ныла, плечи затекли. Он тоже устал, но нужно было сделать еще одно дело.
Караван сделал привал прямо на месте сражения. Купцы подгоняли наемников, расчищающих дорогу от бревен. Покойников похоронили в общей могиле – и тех, кто защищал караван, и тех, кто пытался его ограбить. Может, это было не справедливо, зато сэкономило время и силы. В лагере развели четыре больших костра и поставили повозки по две в ряд. Большинство разбойников погибло – в основном, когда они бросились наутек, показав защитникам спины, но некоторым удалось скрыться. Всерьез никто не ожидал второй попытки грабежа, но перестраховка еще никому не вредила. Так что часовые бдели, держа руки на рукоятях мечей.
Сальва вышел за освещенную границу и приблизился к пленнице. Греттэль сидела, опершись о путевой камень и пыталась перетереть путы, связывающие руки и ноги. Увидев его атаманша зашипела и, если бы Сальва был не настороже, пнула бы его в колено.
-- Напрасный труд, - сказал он девушке. – Пенька крепкая, а камень гладкий от дождей. К тому же, я прекрасно умею вязать узлы.
Он достал кляп из рта Греттэль и дал ей воды. Девушка удивленно посмотрела на кружку, осторожно отхлебнула.
-- Если бы я хотел тебя убить, - сказал Сальва, - я перерезал бы тебе горло еще днем. Пей.
Греттэль осушила кружку и Сальва дал ей мяса. Атаманша ела у него с рук точно одна из кобылок, за которыми Сальва ухаживал в Каррэнстале. Закончив с едой, Греттэль слизала с губ жир и смачно отрыгнула. Сальва вставил ей кляп в рот и положил пленницу на бок.
Он уже возвращался, когда Карл позвал его, вынырнув из темноты словно призрак.
-- Повозка? Ты это серьезно, Сальва?
-- Абсолютно серьезно.
-- Для нее?
-- Ага.
Карл вздохнул и покачал головой.
-- Сальва, Сальва. Ничему ты не научился. Мы не рыцари, а она не прекрасная дева, которую нужно спасать из лап чудищ и насильников. По-моему, ты перечитал чересчур много книг. Она – разбойница, и с радостью перебьет здесь всех, если представится такая возможность. Мы и сами думали примкнуть к ее банде, сам знаешь. Сидели с тобой в засаде и решали за кого будем стоять. Жребий брошен, и теперь мы с охраной. Ты понимаешь?
-- Ага.
-- И все равно потащишь ее с караваном?
-- Ага.
-- Как знаешь. Сам за ней ухаживай, - проворчал Карл. – И в кусты води тоже сам.
Тоффенбах ушел спать, тихо бранясь на непутевого напарника. Сальватор улыбнулся. Неплохо иметь при себе козыри, а сейчас Греттэль была тузом в рукаве. Жаль, что не все это понимали.

***

Караван неспешно тащился по тракту. Солнце жарило затылки, и охранники то и дело прикладывались к бурдюкам с водой. Сальва ехал в арьергарде отряда, правя покосившимся фургоном. После атаки артели несколько повозок серьезно пострадали. Одну пришлось разобрать, чтобы починить остальные. Купцы выделили Сальве побитую и изрубленную повозку. На каждом привале он как мог латал ее. Заново подбивал колесо к оси, вбивал гвозди в разваливающиеся борта. Греттэль наблюдала за ним с такой же ненавистью, как и прежде. Сальва следил, чтобы разбойница хорошо питалась и не давал ей шанса на побег. Греттэль бранилась и кусалась каждый раз, когда он снимал кляп. Сальва игнорировал потуги, продолжая ухаживать за пленницей.
Тоффенбах выбрал лучшую лошадь из тех, которые лишились своих хозяев. Умелый наездник, он то и дело заставлял коня подниматься на дыбы и пританцовывать, чем скрашивал монотонное путешествие. Сальве оставалось только завидовать – сам он не умел толком ездить на лошадях, хотя и был отличным конюхом. Поэтом он сидел в фургоне и даже не пытался вдеть ноги в стремена.
Караван шел между границами Мелирии и Сребролесья, двигаясь в сторону Десятиградья. Сальва с интересом наблюдал, как меняется местность. Ухоженные поля Мелирии сменились многовековыми елями и соснами, бережно хранимыми эльфами королевства. За ними следили лучники, держа стрелы наготове. Сальва видел их точеные фигуры, стоящие у бойниц, увитых орнаментом серебряных листов башен. Ими переставали интересоваться, как только Ульман и Беррих платили дорожный сбор. Золото перетекало из рук в руки и о присутствии людей на священных землях на время забывали.
Сальва сгоряча выбрал себе в качестве оружия шпагу, что раньше принадлежала Греттэль. Струна, так она ее называла. И действительно – шпага была легкой и тонкой. Но рубить ей было невозможно, только колоть. Сальва ощутил все недостатки такого вида оружия, тренируясь с Диланом и Тиберием. Его побеждали из раза в раз потому что Струной невозможно было парировать удары. Шпага опасно гнулась, скрипела и могла надломиться в любой момент. Сальватор был вынужден постоянно уклоняться и отскакивать, вертеться и перекатываться, чтобы не попасть под меч. Это выматывало и совсем не экономило время. В конце концов Сальва смирился и отложил Струну в сторону, предпочтя простой меч с обоюдоострым лезвием.
-- Шире ставь ноги, - советовал Карл, наблюдая за боевой стойкой ученика. – Да, вот так. Старайся занимать выгодную позицию перед схваткой. Лучше всего на высоте. Так сможешь рубить, тогда как противнику останется только колоть. Но это мелочи. Сейчас главное научиться использовать ноги. Ты правша. Представь, что это сухое дерево – твой враг. Встань к нему боком – так ты сократишь площадь, по которой он может нанести удар. Левую ногу вперед, чуть согни в колене. Вот так. Теперь ударь наотмашь.
Сальва выполнил приказ. Удар вышел сильным и точным. На лишенном коры стволе появилась широкая трещина.
-- Теперь два удара.
Он взмахнул мечом, полоснув дерево, и тут же рубанул снова. Удар вышел неплохим, но не точным. Меч даже не царапнул ствол.
-- Еще раз, - скомандовал Карл. – в фехтовании, как и в любом другом деле важна практика. Меч – оружие благородных и требует мастерства.
Они оттачивали владение мечом при любом удобном случае – вечерами вместо посиделок перед костром и травлей баек, днём во время коротких привалов и даже ночью, когда им выпадало дежурить вместе. Караван засыпал под лязг мечей и строгие наставления Тоффенбаха.
Сальва стал своим в доску для охранников. Они были в большинстве из Десятиградья. Простые парни из большого города, продающие мечи. Сальва умел обращаться с конями и успешно лечил мозоли, несварение и поносы. Именно врачевательством он заслужил почет и уважение быстрее чем некоторые ратными подвигами.
Но были исключения.
Герус прибыл из Сребролесья, присоединившись к каравану в качестве командира. Ульман и Беррих готовы были платить ему тройную ставку, что вызывало недовольство остальных. Сальва присматривался к остроухому и не мог понять, почему того так ценят. Герус держался особняком, всегда говорил с пренебрежением, принципиально называя всех хумусами.
-- Это означает человек на языке старой империи, - пояснил Тиберий, когда Сальва задал вопрос. – Так же это означает примат. Обезьяна, понимаешь? Когда-то эльфы, как и остальные расы Фиала, были рабами первой людской империи. Весь мир говорил на одном языке. Много лет миновало. Тысячелетий. Империя пала, а земли, на которых она покоилась, погрузились в морские пучины. Остались лишь Кости Империи – макушки скал Ниодала.
-- Ниодала?
-- Так именовали четвертый материк, Сальва, - встрял Дилан.
Молодой наемник вернулся с охоты, неся пару подстреленных куропаток. Он кинул тушки Сальватору. Найденыш оказался единственным из их тесной компании, который умел и хотел готовить. Уроки Георгин распространялись не только на травничество. Сальва ощипал птиц, выпотрошил, добавил соли и специй, которые нашлись в мешках уважаемых Ульмана и Берриса. Торговцы были слишком заняты спорами друг с другом и дележом процентов от продаж, чтобы обратить внимание на недостачу нескольких унций товара. Он вычитал множество рецептов в кулинарных книгах и радовал ребят новыми вкусами каждый день. К тому же душистые травы, если знать, как они выглядят, попадались чуть ли не через каждый шаг.
-- Именно, - подтвердил Тиберий, пускающий слюни на тушку, медленно запекавшуюся на медленном огне. – Эльфы охотно пользуются старым имперским языком. Хумус странное слово. Для эльфов – ругательство, для нас память о величии предков.
Упорные тренировки давали первые плоды. Сальва выучил основные приемы боя на мечах. Выпады, обманные маневры, финты, октавы, кварты, батманы и репри выходили лучше с каждым днем. Карл шпиговал караванного кашевара терминами, не забывая о практике.
Спустя пять дней, колонна повозок покинула Сребролесье. Перед ними открылась панорама бескрайних равнин, поросших короткими травами и кустарниками. Широкие стада кровов и овец мирно паслись прямо возле торгового пути. Сальва с живым интересом взирал на ширь лугов. Он привык жить рядом с Душилесьем и видеть высокие деревья, молчаливо наблюдающие за путниками у обочины дороги. Вид открытого пространства, где зеленый ковер покрыл землю вплоть до уходящего за окоем закатного солнца казался чем-то величественным. Ветер настойчиво толкал в спину и развевал волосы. Он был владыкой этого места и желал избавиться от пришельцев, побеспокоивших владения.
-- В первый раз всегда поражаешься, - сказал ехавший рядом Дилан. – Но затем тебя нанимают, чтобы стеречь чужое добро, и ты опять едешь среди холмов, холмиков, горок и пригорков. И так, пока не приедешь к ледяным озерам Норсии или в Сребролесье, чтобы затеряться среди их чертовых елей в то время, когда в тебя целятся сотни лучников.
-- Где мы сейчас?
-- Дай подумать… Караван идет по Цетакийскому тракту вторые сутки, постепенно сдвигаясь к северу. Видишь далекую темную точку справа от себя? Это Каменная Радуга. Я бывал там всего раз и действительно, люди установили громадную арку из гранита при въезде в город! Десятиградцы считают долгом отгрохать любую нелепо большую штуковину и гордиться ею будто ее подарили Шестеро.
-- А Золотые Ворота?
-- Нет, - рассмеялся Дилан, поняв куда клонит Сальватор. – Ворота и двери домов в городе действительно красят в желтый цвет, но вот золото хранят под замком.
-- Жаль, - разочарованно протянул Сальва. – И долго нам еще ехать?
-- Три дня, если погода не переменится. Тут шалят пыльные бури. Через пару часов свернем на дорогу Игл и Терний. Дальше по прямой до холма, что похож на петушиный гребень. За ним и будет город.
Наемник послал воздушный поцелуй Греттэль. Девушка яростно жевала кляп, и молотила ногами о борта фургона. Сальва вздохнул и накинул полог ткани, ограждая себя от общества атаманши.
За оружием Сальва следил с особым тщанием. Он зарубил на носу простое правило – лучше всегда быть готовым к бою, чем проиграть из-за собственной глупости. Меч Сальватор держал при себе на таком расстоянии, чтобы в случае опасности всегда мог до него дотянуться. Он правил лезвие оселком, оттачивая его до бритвенной остроты. Разбойничья добыча не была верхом мечтаний – оружию не хватало баланса и острие перевешивало рукоять, из-за чего Сальва всегда тратил больше времени, чтобы принять оптимальную стойку для соблюдения равновесия. Подумав над проблемой, он утяжелил шар противовеса. Меч, конечно, стал весить больше, но теперь выпады и рубящие удары выходили так, как того желал Сальва, а не слепая удача.
Карл проводил тренировочные бои, в которых Сальватор получал необходимый для схваток боевой опыт. Да, он и до этого сражался – с дубиной наперевес Сальва смог убить двоих разбойников, отшибить руку третьему и хорошенько приложить по спине четвертого. Но тогда на их стороне была внезапность. Еще раньше – найденыш сражался с порождениями мавки, но тогда помогла скорее удача, чем техника и опыт. Он убил чудовищ потому что они глазели на ритуал и зависели от воли владычицы Душилесья. Встреча с рыцарями в Плоскогорке доказала, как мало Сальва знал о драке вообще. Его избили как щенка, а если бы у Сальвы хватило денег купить меч и достаточно глупости обнажить его против воинов, кто знает – может быть на погосте рядом с Георгин вырыли еще одну яму.
Уроки, данные Тоффенбахмом, помогли понять суть боя на мечах. Рубка с сослуживцами давала возможность закрепить знания на практике. Сальватор выкладывался на полную, чтобы отточить навыки и вскоре бился на равных с половиной мечников из их каравана. Он не боялся рисковать и был хитер как демон. К тому же, Сальва умел наблюдать и подмечать мельчайшие детали, чего не скажешь об остальных.
Он знал у кого болело колено, кто любил делать обманные выпады в плечо, чтобы затем атаковать иное место. Знания – сила, которую опасно недооценивать. Сальватор использовал это против бойцов и выигрывал. Йорген Сивый сдался после того, как Сальва выбил меч из его рук. Тормунсен отказался с ним фехтовать после третьего поражения кряду. Даже Дилан прекращал подшучивать, когда их мечи скрещивались. Рыжеволосому наемнику было не до смеха – Сальва становился опасным соперником и распылять внимание при бое с ним грозило унизительным проигрышем.
Карл посмеивался, наблюдая за тем, как Сальватор гоняет очередного мечника по кругу. Ему льстило то, как быстро он смог научить найденыша всему, что знал сам. Тоффенбах и сам бился с Сальвой, правда за плечами старого воина была не одна битва и порой приходилось идти на хитрости, чтобы выиграть бой. Он мог бросить жменю песка в глаза Сальве, подставить подножку или внезапно выхватить стилет, чтобы завершить бой, приставив сталь к горлу друга. Однако беглый заключенный давал обмануть себя лишь раз, и постепенно арсенал ухищрений редел как кошель монет в дорогом борделе.
Травы сменились сухостоем и треснувшей землей. Здесь редко шли дожди, хотя облака бежали по небу точно обезумевшая отара. Их гнал в загон ветер. Бдительный пастух, он следил, чтобы ни одна капля не пролилась вниз. Дорогу к Золотым Воротам называли путем Игл и Терний. На такой земле могли ужиться только акации и терновник. Ощетинившись иглами, они неприветливо встречали путников, такие же обветренные и укоренившиеся, как и люди, что жили здесь.
Сальва смотрел на невзрачных крестьян, упорно пахавших землю в надежде вырастить ячмень или пшеницу и гадал, что заставляет людей год от года сидеть на клочке бесплодного камня и ждать, когда Шестеро смилостивятся и пойдет дождь? Что двигало их разумом? Они ведь понимали, что их надежды пойдут прахом, а зимние ветры выметут семена точно сор из избы.
Что двигало им, преступившим закон, потерявшим то немногое, что было в жизни? Сальватор думал над этим, как и над многим другим. В дороге, тянущейся бесконечно и кусавшей собственный хвост, мало развлечений. И размышления – одно из них. Есть путь, который нужно пройти. И путник, следующий маршруту. Сальва знал, куда движется. Цель была простой и понятной любому, кто знал его.
Он хотел вернуть Каталину, чего бы это не стоило. Не план – наметки того, что станет им, формировались в голове, сливаясь друг с другом.
-- Я все гадаю, когда ты меня отымеешь, - сказала ему Греттэль, когда Сальва снял кляп, чтобы покормить заключенную. – Когда это произойдет, дружки присоединятся или будут пялиться? Какую дырку предпочтешь?
-- Я не собираюсь тебя насиловать, - нахмурился Сальва. – С чего ты это решила?
-- А зачем еще везти связанную девку в телеге, кормить и поить? – сказала, словно плюнула атаманша. – Просто убей меня, пока я не убила тебя. А я это сделаю, поверь – перережу глотку тебе и остальным.
-- Сомнительно. Я умею…
-- Вязать узлы. Ты говоришь это всякий раз, когда я пытаюсь развязать веревку.
Греттэль раздвинула ноги, забавляясь его стеснением. Сальва быстро надел кляп и пошел собирать палатку. Оставался день до того, как они въедут в Золотые Ворота. Наемники беседовали, решая, что будут делать, когда получат вторую часть обещанных денег.
-- Я понесу деньги в гномий банк, - говорил Тиберий, мечтательно улыбаясь. – Самое надежное место в Фиале. Пришло время начать копить на старость.
-- Погоди-ка, неужто я вернулся на год назад, - деланно поинтересовался Дилан, считая оставшиеся в колчане стрелы. – Ведь тогда ты говорил тоже самое!
-- Знаю, - нехотя согласился кантонец. – но теперь все будет иначе.
-- Я чего-то не знаю? – спросил Карл.
Тиберий невесело отмахнулся.
-- Была полоса неудач, вот и все.
-- Он проиграл все до последнего таланта первому встречному шулеру в ближайшей корчме, - смеясь, рассказал Дилан. – Они бросали кости до самого утра. Когда я проснулся, увидел Тиберия в портках.
-- Я не все проиграл, - невозмутимо возразил Тиберий. – При мне были секира и салада.
-- В портках с секирой и шлемом, - чересчур уважительно для правды кивнул Дилан. – Как видишь, Карл, мое капиталовложение оказалось стократ выгоднее.
Дилан любовно погладил лук, разобранный на части.
-- Бьет с такой силой, что пробивает кожу с пятидесяти шагов. Может и кольчугу, если ближе подойти.
-- Выбирать было не из чего, - продолжил Тиберий. – Либо попробовать добраться к городу воров и продать мечи любому заправиле бесчисленных шаек. Но сам знаешь, что там не живут долго, а платят мало. Так что нанялись в охрану купчикам. Работа для ленивых. Знай – езжай себе из одного города в другой, и натирай мозоли на заднице.
Все благодарно посмотрели в сторону Сальвы, который исправно выдавал средства от опрелостей. Найденыш сидел тихо, прикрыв глаза. Казалось, что он спал, но наемники успели узнать Сальву за эти дни и понимали – беглец слушает их очень внимательно.
-- С тех пор перебиваемся случайным заработком, - закончил Дилан. – На еду хватает, но не ждите чего-то большего. Даже лошадей нам ссудили гильдии пряностей и шелка под десятую часть от заработка за этот поход. Такие дела, парни. Теперь ваша очередь. Что случилось?
Тоффенбах вкратце изложил события, упустив маловажные детали. Сальва слушал историю своей жизни и понимал, как глупо все произошло. Как можно быть таким наивным? На какой еще исход он надеялся? И все же Сальватор понимал, что поступил бы точно так же еще раз, не смотря на горький опыт. Каталина вела его в пропасть и Сальва шел туда по доброй воле.
Костер догорал. Хворост не спешили подкидывать. Они сидели молча, думая каждый о своем. Путешествие подходило к концу и каждому следовало заботиться о том, что даст завтрашний день.
-- Наше предложение в силе, - неожиданно громко сказал Тиберий, глядя на Карла сквозь дым тлеющих углей. – Но условия следует пересмотреть. Тогда, у порога твоего дома, я предлагал тебе большую часть заработка. Теперь мы в равном положении – без денег, дома и будущего. Так что деньги тоже поделим на четверых.
Сальва и Карл переглянулись. У них сложились дружеские отношения за эти недели. Почему бы не стать партнерами? Они ничего не теряли. Зато приобретали двоих товарищей. Сальва не так много знал о мире, но кое-что усвоил очень хорошо. Без связей многого не добьешься. Карл Тоффенбах. Дилан Мерфи. Тиберий Октум. Не самые известные имена. Но надо же с чего-то начинать?
-- По рукам, - сказали они в один голос.

***

Греттэль так и не удалось бежать. Проклятый наемник! Он знал свое дело и говорил чистую правду. Отличные узлы держали крепко. Она желала, чтобы проказа поразила паренька, и первым, что сгниет и отвалится должен быть его маленький хер.
Если бы кто-то соизволил спросить Греттэль, почему она считает хер ее надсмотрщика таким маленьким, что его следует искать с увеличительной лупой, ответ будет таким: Сальва попросту побоялся спустить штаны и трахнуть ее как следует. Греттэль прожила нелегкие двадцать лет в Золотых Воротах. И каждый встреченный мужчина хотел увидеть, что у нее под юбкой. Стеснялись только те, кто обладал елдаком с мизинец. Вот что сказала бы им Греттэль, но ее никто не спешил спрашивать.
Сальва отлучился на несколько минут, увидев прилавок торговца тканями. Наемник вернулся со связкой золотых лент. Он раздал каждому по атласной полоске, сказав прикрепить их на видных местах снаряжения.
-- Это еще зачем? – спросил Тиберий, неловко теребя ленту. – Я тебе что, модник какой или самовлюблённый фанфарон? Мы воины, парень, а лентой этой в походе разве что подтереться можно будет.
-- Надевай. Пригодится, - просто сказал Сальва и улыбнулся так же открыто и дружелюбно, как и тогда, в Душилесье, когда они нашли его окровавленным, сжимающим голову гурлока в руке.
Атаманша тряслась в разбитом фургончике, мысленно проклиная Сальву, его дружков и весь караван. Она жевала кляп от злости и безнадеги, давя рвотные позывы, когда влажная ткань терлась о небо. Наемник приходил два раза в день, чтобы накормить и сводить в кусты. Со временем Греттэль смирилась с таким положением дел.
Она стала чем-то вроде вещи, которую постоянно носят при себе. Греттэль ехала в фургоне, и смотрела сквозь зазор в рваной ткани на город. Золотые Ворота был типичной для Десятиградья помойкой. Пыльные улицы, серые стены домов и суетящиеся людишки. Греттэль знала его изнутри. Днем стража патрулирует тесные улочки с выдающимися вперед балконами, а зазывалы пытаются продать безделушки по громадным ценам. Но как только наступал вечер расцветали кражи и ограбления. Неосторожных путников резали в закоулках прямо рядом с торгующими своим телом шлюхами. Два мира под одной крышей. Ничто не ново под светом Астарты.
Но наемник, этот трижды проклятый Сальва, ехал с широко открытыми от удивления глазами и постоянно охал, когда караванщики пересекали очередной мост, ведущий в более дорогой квартал. Казалось, каждый камень мог поразить его воображение.
-- Как называется этот мост с каменными изваяниями?
-- Гаргулий Насест, - отвечали ему десятиградцы.
-- А что это за здание с высоким шпилем из позеленевшей меди?
-- Это префектура города.
-- Золотыми Воротами тоже управляет дож?
-- Да. В Десятиградье каждым городом управляет дож. Наш, Паоло Тигредо, называет свой дворец Громоотводом, потому что в шпиль во время гроз бьют молнии.
Наемник засыпал их вопросами, треща без остановки. Голова Греттэль гудела, но сказать ему заткнуться мешал кляп, поэтому она продолжала грызть тряпку от ненависти к разноглазому ублюдку.
Караван пересек еще несколько мостов и остановился в храмовом квартале. Скульптуры Шестерых молчаливо взирали на враз приободрившихся многоуважаемых Ульмана и Берриса. Члены гильдий пряностей и шелка властно отдавали распоряжения о разгрузке ценного товара, подписывали кипы документов и ставили треугольные печати на бланках, пахнущих лучше, чем самые дорогие духи, которыми пользовалась Греттэль. Обученные слуги сноровисто перебрасывали друг другу кули и катили бочонки. Произошла вялая ссора, когда старший в бригаде наемников не досчитался своей доли. Торговцы спорили рьяно и не сдали позиций, даже когда им пригрозили расправой. Жаль, что до поножовщины дело так и не дошло. Греттэль не видела, как кому-то выпускают кишки целую неделю. Руки чесались взять любимую Струну и проткнуть первый попавшийся мешок с кровью.
Когда с перцем и шелком было покончено, вспомнили и про нее. Седой мечник, друг Сальвы с мелким хером, взвалил атаманшу на плечо. Довольные воины позвякивали кошелями, рассказывая на что потратят таланты.
-- Мы остановимся в Крыле Гарпии, - сказал, обращаясь к Сальве улыбчивый лучник с волосами цвета соломы. – Чтобы ты не задумал, поспеши. Тиберий говорит, что сегодня ему повезет. А когда он так говорит, значит уже через пару часов останется в одних портках. Вы должны это видеть – зрелище не для трусов!
Парочка двинулась к рыночной площади. Прохожие не обращали на них никакого внимания. Десятиградье славилось вольными нравами и предпочитало тактично помалкивать и отводить глаза в сторону, тогда как в Норсии не равнодушные граждане уже звали бы городскую стражу.
День, как и предыдущий, как и вся неделя до них, был ветреным Люди прикрывали лица легкой тканью, защищавшей от колкой пыли. Золотые Ворота находились на пересечении дорог, ведущих из Сребролесья, Норсии и Мелирии. Большой порт, располагавшийся в восточной части города, также принимал торговые суда из Зимородья и Предела, приплывавшие по спокойному Молочному морю.
Коротко переговорив с дельцами, Сальва подозвал напарника. Наемник кивнул на каменный постамент у фонтана, выложенного в форме восьмиконечной звезды. Лучи обозначали стороны света с крайними географическими точками, известными людям. Греттэль поставили в центр розы ветров – затылком к Норсии и лицом к Сулийскому Каганату. По правую руку находились Западные кантоны, а по левую Кости Империи, омываемые Океаном Рока. Атаманша не понимающе озиралась.
-- Славные граждане Золотых Врат, - обратился к прохожим Сальва хорошо поставленным голосом уличного продавца. Наемник, как оказалось, умел не только узлы вязать. – Мы пришли сюда, на торговую площадь вашего славного города, чтобы восстановить справедливость и воздать по заслугам той, кто терроризировала всю округу на протяжении двух лет. Мы, знаменитые Золотые Ленты Каррэнстала, покорители Душилесья и убийцы гурлоков, сделали вам, десятиградцы, большое одолжение.
Сальва чуть толкнул связанную девушку, и та грохнулась на колени, едва не раскроив череп об острые грани лучей гранитной звезды. Люди останавливались, с интересом наблюдая за представлением. Даже Греттэль нехотя признала, что он знал, как привлечь толпу зевак.
-- Мы дарим городу ее, - Сальватор ткнул перстом на пленницу, - Греттэль по прозвищу Струна в Горле. Вот ее шпага!
Сальватор показал им Струну. Греттэль зашипела. Идиот ее чуть не поломал, пытаясь противостоять тяжелым полуторным клинкам! Люди охнули и отпрянули. Они с опаской смотрели на связанную и беззащитную атаманшу, растерявшую ореол страха, который некогда ее окружал, заставляя глупых людишек рассказывать сказки о том, что Греттэль придет к ним ночью и перережет глотку, если не будут слушаться родителей. Будто она когда-то перебирала – кого убьет, а кого помилует.
-- Мы перебили ее людей. Мертвецы гниют у холмов Цетакийского тракта, если вы еще сомневаетесь в моих словах! Торговый путь из Сребролесья в Золотые Ворота отныне безопасен. Золотые Ленты сделали это для вас в своем великодушии и щедрости. Мы остановились в Крыле Гарпии и пробудем в вашем великом городе только два дня.
-- Ах ты тварь!
Дородная женщина подобрала камень, плохо подогнанный к брусчатке и засадила им Греттэль в живот. Атаманша скорчилась, всхлипывая.
-- Я помню тебя, Струна! Ты убила моих детей и мужа. Меня тоже ткнула в грудь, но я выжила! Сдохни, сдохни мерзкое отродье!
-- Я тоже ее знаю, - сказал, приближаясь к семиконечной звезде гном с пышной бородой, заплетенной в три косы. – Мы еле спаслись от ее ватаги полгода назад. Потеряли и товар, и друзей. Она убивала их и смеялась. Теперь не до смеха, девка?
Гном пнул Греттэль с размаху, перебив нос.
Поднялся шум. Собиралась большая толпа, затапливавшая переулки, ведущие к торговой площади. Люди помнили ее, губительницу и душегубку. Греттэль корчилась под ударами сапог, извиваясь змеей. Ее били взрослые и дети, вымещая ненависть и горе по погибшим. Кровь шла из носу, во рту было солоно, язык царапали осколки зубов. Греттэль думала, что она самая удачливая разбойница на всем пути от Цетакийского тракта до дороги Иглы и Терний. Она понимала, что не будет жить вечно. Ее часто ранили. Но ребята каждый раз латали любимую командиршу и, когда она становилась на ноги, путники мочили портки чаще, чем осенний дождь полощет землю. Греттэль была реалисткой. Если бы ее спросили какая смерть ее ждет, не колеблясь ни минуты атаманша ответила бы, что от меча опытного наемника. Добрый фут стали в сердце и все кончено. Но не так, не от камней и башмаков простого люда. Ей выбили зубы, сломали ключицу и рвали волосы клоками.
«Пощады» - хотела крикнуть девушка, но проклятый кляп задушил вопль в зародыше.
Когда в ход пошли дубины, вырванные из подпорок купеческих лавок, она в последний раз увидела наемников. Они уходили прочь ни разу не оглянувшись.



Цитата:
Сообщение от Snerrir Посмотреть сообщение
От слова плести или плеть?
Первое
__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.

Последний раз редактировалось Flüggåәnkб€čhiœßølįên; 13.08.2018 в 23:02.
Ответить с цитированием
  #22  
Старый 18.03.2017, 23:28
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Цитата:
Сообщение от Мережук Роман Посмотреть сообщение
пищебродов
Баг или фича?))
Цитата:
Сообщение от Мережук Роман Посмотреть сообщение
вне зависимости от короны на голове
Я бы добавил - наличия короны. Потому как иначе возникает мысли о национальном вопросе, а не о статусном, имхо))
Ответить с цитированием
  #23  
Старый 19.03.2017, 22:44
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Скрытый текст - 13 - Зло есть зло:
...Князь велел убить преступника, и никто из нас его не ослушался. Он стал нашим лидером, новым королем слепого царства. Мы смотрели на него, как на лучик надежды и старались соответствовать мерилу. Так мы продержались еще месяц. Люди умирали. Они испражнялись там, где ели и спали. Запах непередаваемый… Армия таяла на глазах, и мы ничего не могли поделать. Кто-то из слепцов организовывал группировки, пытавшиеся пленить зрячих и заставить тех служить себе. Мы сопротивлялись и творили правосудие. Запасы подходили к концу, а всеобщая санитария привела к вспышке болезней, которые косили солдат сотнями. Все мы, зрячие, понимали, что рано или поздно мы сделаем то, за что нас проклянет весь лагерь.
-- Что? – спросил Уоллес.
-- Догадайся, - процедил Тиберий. Он выбросил кость в угли и завернулся в плащ, готовясь уснуть. – Они их бросили.
-- Мы оставили их умирать, - подтвердил его слова Карл. Он поежился, от нахлынувших воспоминаний. – Однажды вечером Косс Матэвэл собрал нас в своем шатре и сказал, что так дальше продолжаться не может. Это были трудные слова, несправедливые к нашим друзьям. Но нужные. Мы смертельно устали, ухаживая за ними, постоянно требующими еды, воды и внимания. Мы старались изо всех сил, но все равно слышали упреки, которые отпускали те, кто оставался обделенным. Нас было так мало. И помощь, на которую надеялись, так и не пришла. Парни понимали, что армия обречена. Да и слепые, тоже, думаю, понимали, только гнали от себя дурные мысли подальше, выманивая у смерти еще один день. Косс Матэвэл озвучил наши мысли и тем самым спас нас от мучительного выбора. На его плечи легла вина, которая грызла князя до самой смерти. Он приказал нам собрать провиант, взять по две запасных лошади и покинуть лагерь. И мы послушались. Никто не возражал, не называл остальных предателями. Мы последовали за ним и никто, слышите – никто ему не возразил. Мы покинули воняющий, стонущий, и молящий могильник как воры – ночью, хотя с таким же успехом могли уйти днем или утром – ведь кругом были одни незрячие. Мы сделали так, потому что темные дела всегда совершались под покровом ночи и не важно – делаешь ты это во благо или нет. Зло есть зло, это я знаю точно.
Мы не кичились совершенным, не упивались чужим горем. Мы… просто ушли. Пропустили финал невеселой истории. Вот что мы сделали. И я благодарен Коссу Матэвэлу. У него было достаточно доброты, чтобы заботиться о несчастных столько, сколько хватало сил и достаточно храбрости, чтобы взять бразды в свои руки и увести нас оттуда. Мы вернулись обратно. Уж не знаю каким чудом, но смогли. Прошли и Дичьеземье, и кряжи Льдистых гор. Выжившие постепенно откалывались от маленькой группы. Уходили так же, как покидали лагерь – ночью. По одному, по двое, они исчезали из нашей жизни, возвращались к семьям или к старому ремеслу. У меня не было никого. Поэтому князь предложил мне стать сотником в его дружине, и я согласился. Вот и вся история.
Карл посмотрел на троицу. Уоллес избегал встречаться с ним взглядом. Тиберий спал. Дилан поглаживал гладкий подбородок. Может он зря открылся перед ними? Стоила исповедь того? Шестеро знали ответ.
-- Я пошел с вами, - закончил он. – Чтобы отдать старый долг. Я верну дочку Косса в замок, или хотя бы ее тело. Чего бы мне это не стоило.

***

Девушка так и не смогла освободить его от лозы. Она сломала ноготь, пробуя ослабить стебель, а когда попробовала рассечь ствол камнем, лоза стянула его шею так, что потемнело в глазах. Пришлось оставить так, как есть.
Он кое-как начал понимать ее. По крайней мере некоторые жесты не нуждались в истолковании. Вместе они пили росу с листьев и грелись холодными ночами. Правда, девушка загоралась румянцем при одном прикосновении и почему то постоянно отводила взгляд от низа его живота.



Цитата:
Сообщение от Snerrir Посмотреть сообщение
Баг или фича?))
синоним попрошайки, согласно словарю.

У меня два вопроса - 1) легко ли идет текст? То есть автор делает вроде как лайт историю приключения, хотелось бы услышать читается ли одним махом.
2) Пустая история или вызывает интерес - ну че там дальше?
Меж тем таки 1 авторский есть, хоть что-то положительное в марафоне.
__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #24  
Старый 20.03.2017, 20:51
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Цитата:
Сообщение от Мережук Роман Посмотреть сообщение
легко ли идет текст? То есть автор делает вроде как лайт историю приключения, хотелось бы услышать читается ли одним махом.
Вступление, имхо, для лайт-приключения тяжеловато. Ветка поисковиков - хороша, но тоже не сильно лайт. А вот сурвайвал - вполне, хотя мне он заходит меньше всего. В целом - нравится.
Цитата:
Сообщение от Мережук Роман Посмотреть сообщение
Пустая история или вызывает интерес - ну че там дальше?
Мне нравится ветка вояк, особенно с дискурсами в историю - сам люблю городить словесные вавилоны и сеттинги с примесью катаклизмов. Про безымянного - не знаю, зависит от того, как получится объяснить его стремительные левелапы в крафтинге, но тоже интригует.
Ответить с цитированием
  #25  
Старый 20.03.2017, 22:59
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Скрытый текст - 14 - Вместе они кое как держались:
Благодаря ей он понял к какому племени относится. Конечно, он уже видел деву леса. У нее тоже были руки, ноги и тело без шерсти, но принадлежала ли она к тому же роду? Нет, этому созданию чуждо все, что имело отношение к нему или пленной девушке. Дева леса извечна. Ей поклоняются деревья. Она повелевает ужасными тварями. Она смотрела на них, как на жуков – с тем же безразличием и превосходством.
Новая знакомая волновалась. Каждую ночь она с беспокойством смотрела на небо, пытаясь ему что-то втолковать. Ночи становились все более светлыми. Сначала он видел на шаг от себя, затем на три. Даже здесь, в темнице, он мог рассмотреть, что происходило вокруг.
Твари готовились к ритуалу. Они принесли белую пыльцу и рисовали вокруг престола госпожи сложные фигуры. Сдирая кору с деревьев, они подставляли черепки разбитых амфор, собирая липкий сок, часть которого давали пить деве леса. Другую часть отдавали пленникам. Он пил безропотно, так как не видел смысла сопротивляться и получать лишние синяки. Его сокамерница была иного мнения. Она вертела головой, билась в истерике, стараясь вывернуться из объятий прислужников древней сущности. Она оказывала сопротивление изо всех сил, но каждый раз проигрывала неравный бой. В итоге ей разжимали челюсти и силком проталкивали в глотку патрубок, по которому стекала клейкая масса. Последняя точка была поставлена, когда твари заметили, как заключенная вставляет два пальца в рот, пытаясь исторгнуть древесный сок. Лианы крепким узлом связались вокруг рук девушки. Она стала такой же беспомощной.
Он продолжал наблюдать. Это было единственное, что ему оставалось. Он узнал, что у девы всего семь слуг. Он высчитал время, за которое они совершали обход территории и траекторию движения. Чудовища обладали огромной силой, были способны прыгать на дальнее расстояние, но, если к ним подобраться достаточно близко, оказывались неповоротливыми, неуклюжими. Зайцы и белки легко проскальзывали у них под ногами. Он бы мог нанести решающий удар первым. Только следовало помнить о когтях, способных взрезать плоть так же легко, как и воду (лист, траву?).
Земля от зарядившего дождя стала влажной и податливой. Дерево – их тюремщик, елозило корнями в поисках опоры и часто кренилось то на одну, то на другую сторону. Дуб смог укорениться, только найдя устойчивый кусок ветхой статуи, используя плечи и часть сколотого щита в качестве твердого фундамента.
С одного края ямы образовалась широкая щель. Он смотрел на нее с надеждой и отчаянием. Свобода была так близко, он мог бы разрыть землю если бы смог освободиться от пут. Но лпуты держали крепко. Нелепое препятствие поднимало злобу со дна естества. Он отдавался в ее власть постепенно. С каждой новой неудачей.
Девушка как могла успокаивала его. Либо беседой, либо прикосновением ко лбу, щекам. Если бы не она, он наверняка превратился в дикое животное, способное лишь рвать в клочья все живое. Вместе они кое как держались.
Но вот пришло время и все приготовления были совершены. Он понял это тогда, когда догадался, чего опасалась девушка. Зрелище вышло воистину изумительное. До этого он видел лишь осколки. Мелкие частицы, похожие на пыль постепенно вытеснялись кусками побольше. Небосвод стал частью мозаики, разрозненные части которой наконец складывались в единую картину. Медленно и величаво из-за горизонта появлялась луна. Изувеченная старым катаклизмом, разорванная надвое, она приближалась к миру, пытаясь угнаться за собственными же потрохами.
Парад небесных камней устроил хоровод, проплывая мимо. Именно этого момента ждала дева леса. Она приказала древу доставить пленницу в центр фигуры. Пленник рванулся было на защиту, но лианы быстро спеленали его, завернув в растительный кокон.

__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #26  
Старый 21.03.2017, 15:14
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Цитата:
Сообщение от Мережук Роман Посмотреть сообщение
воду (лист, траву?).
Имхо, лучше последние - вода то снова сомкнется, в отличие от.
Цитата:
Сообщение от Мережук Роман Посмотреть сообщение
поднимало злобу со дна естества.
Просто "злило" на мой взгляд лучше.

Ну и смущают сложные фигуры из пыльцы под проливным дождем.
Ответить с цитированием
  #27  
Старый 21.03.2017, 22:59
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Вообще сырец без редактуры. Сейчас только приглаживать начну.

Скрытый текст - 15 - Если есть солдаты, значит есть и командир?:
Она приказала древу доставить пленницу в центр фигуры. Пленник рванулся на защиту, но лианы быстро спеленали его, завернув в растительный кокон. Девушку перенесли в центр выведенной белой краской фигуры. Гибкие ветви развели в стороны руки и ноги, соединив с частями узора. Твари подняли головы кверху и завыли, глядя на далекие каменные ошметки. Серебряные светочи низринулись с небес, затопив руины мерцающим светом. Лунная радуга сошла к подножию каменного престола.
Дева запела. Ее голос, неземной и чарующий, был подобен льющейся родниковой воде – такой же чистый и холодный. В нем не было ничего человеческого. Деревья начали раскачиваться в такт пению. Девушка тоже казалась завороженной творящимся вокруг.
Только пленник еще пытался бороться. Что-то должно было произойти. Что-то скверное и не сулящее ничего хорошего для них. Ответ сквозил в воздухе. Во рту поселился вкус пепла. Когда дева закончит ритуал, он умрет. Умрет девушка. А Дева продолжит жить, как и жила до них. Идя рука об руку с вечностью. Такова ее природа.
На плечи осыпались комья земли. Кто-то рыл ход, разгребая влажную землю. Он обернулся, приготовившись дорого продать жизнь. Волк замер, склонив голову на бок, оценивающе рассматривая приятеля. Затем подошёл и ткнулся холодным носом в плечо.

***

Тиберий вел их почти наобум. Утром кантонец увидел следы. Нечеткие, испаряющиеся подобно влаге на горячем теле, они уводили их дальше на юго-запад. Но теперь даже ему было сложно определить направление. Дар Туманных земель оказался бессилен против чар леса.
-- Слева и справа находятся охотничьи угодья князей Лора Тегаусса и Вильяма Блэйка, - рассказывал Уоллес. Отчего то он решил, что беседы во время похода помогают скоротать время. Остальные так не считали, но Уоллес их особо не слушал. – Вместе с нашими землями, они клещами зажимают северную оконечность Душилесья.
-- Это ты что ли так его называешь? – усмехнулся Дилан.
-- Старое название, - отмахнулся Уоллес. – Орки его так называли, затем пришли люди. Из старой империи. Многие племена истребили, других, как водится, в рабство забрали. А название и приклеилось, словно банный лист. Разные легенды про это место переходили от бабок внукам, а те передавали своим внукам. Что якобы у леса есть душа или сердце. Оно родилось вместе с этим миром и угаснет вместе с ним. Если рубишь дерево – душа кровит, ну и так далее. Словом – лес этот живой якобы.
-- А эти гурлоки, - нахмурился Тиберий. – Они, выходит, хранители покоя или вроде того?
-- Выражаясь понятным языком – солдаты, - кивнул Карл.
Он тоже слышал местные россказни, про страшную месть за рубку леса и прочую чепуху. Люди княжества были до того суеверными, что закупали древесину у соседей, лишь бы не проверять правдива ли байка. За долгую службу он насобирал таких историй столько, что хватило бы на целую книгу, если бы у него было желание ее писать.
Они шли меж лесных прогалин с цепкими кустами по краям. Непогодилось. Шестеро испытывали их терпение мелким дождем. Осень подходила к концу. Зима обещала быть холодной и что самое скверное - долгой. В западных княжествах снег выпадал густо, иногда дома засыпало по печные трубы. Видимо, Карл становился стариком, раз начинал обращать внимание на такие мелочи. Ему так же, как и остальным хотелось вернуться обратно. Плюнуть на глупую, с самого начала нелепую затею и закутаться в одеяло попивая горячее вино с пряностями.
Он отогнал непрошеные мысли. Уют будет потом. После похорон и скорби. Старые долги и старые раны суть одно и тоже – дают о себе знать изредка, но всегда некстати.
-- Если есть солдаты, значит есть и командир? – спросил Тиберий.
Кантонец склонился над ворохом павшей листвы, щурясь и водя по не рукой.


__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.

Последний раз редактировалось Flüggåәnkб€čhiœßølįên; 21.03.2017 в 23:14. Причина: редактура
Ответить с цитированием
  #28  
Старый 22.03.2017, 09:06
Балмора
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 5,163
Репутация: 1443 [+/-]
12.
где прошлась шальная магия имперцев - не знаю, правильно ли использовать слово "шальная". Ощущение, что вся магия имперцев шальная, или же по этим землям прошла только шальная магия (а нормальная, целенаправленная м. ушла мимо), да и вообще неясно - специально ли она там прошла или случайно ударила. Короче, прилагательные штуки такие - коварные. Здесь думать надо.
В край, не богатый ресурсами и сопротивляющийся на каждом шагу. - может, лучше "бедный" край. Конечно, это всё прямая речь, персонаж может говорить как угодно, но что-то вычурно они сейчас разговаривают. А может, это и пустые придирки.
13. Кто-то из слепцов организовывал группировки, пытавшиеся пленить зрячих и заставить тех служить себе. помню-помню, День Триффинидов, только пленили девочку, кажется, а как удержать взрослого? Да и вообще - в истории были моменты, когда внезапно слепла целая армия. Когда? Кажется при Ярославе. Отряд Вышаты попал в плен, греки всех ослепили и отправили в долгий путь домой. Вроде даже кто-то и вернулся, раз мы об этом узнали.
Вообще, история неплохая. Не понял только, какая проблема быть знатным (богатым) и внезапно ослепшим. Обещаешь богатства поводырю и возвращаешься домой. Всем выгодно. Ну, а остальные парни - что же, время суровое.

Цитата:
Сообщение от Мережук Роман Посмотреть сообщение
легко ли идет текст? То есть автор делает вроде как лайт историю приключения, хотелось бы услышать читается ли одним махом.
про "наёмников" мне читается легко, интерлюдию, как уже писал, не понял.
14.
Цитата:
Сообщение от Мережук Роман Посмотреть сообщение
Только следовало помнить о когтях, способных взрезать плоть так же легко, как и воду (лист, траву?).
если траву, то тогда уж срезать.
15. Кантонец склонился над ворохом павшей листвы, щурясь и водя по не (по ней) рукой. опечатка
Ответить с цитированием
  #29  
Старый 22.03.2017, 22:58
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Скрытый текст - 16 - Мавка:
Кантонец склонился над ворохом павшей листвы, щурясь и водя по ней рукой. Отпечаток таял словно снег. Он почти забыл, как это – быть нормальным. Туманные земли покоились у побережья Квинтинии, запретного материка. Последняя империя людей столетьями прогибала спину под собственной тяжестью. Она бы пала так или иначе, даже если бы не произошел катаклизм.
Прошло две тысячи лет, седая старь для ныне живущих. Но земля, она помнила и несла беды всем, кто ее осквернил. Он помнил, как десятки, сотни фосфоресцирующих троп, мелькающих перед глазами даже с закрытыми веками, сводили с ума. Он кричал и пил дни напролет. Хотел выпрыгнуть за борт, но приятели успели перехватить у самого борта. Его связали и бросили в трюм, где он и коротал время всю обратную дорогу.
-- Да. В каком-то роде есть вожак, - согласился Уоллес. - Фригитта зовет ее Королевой Цветов, а крестьяне, те и вовсе мавкой кличут. Она гурлокам все равно что мать родна.
-- Мавка значит, - Дилан шел последним, рубя хворостиной росшие на деревьях грибы. – Она что-то вроде духа?
-- Надеюсь, что нет, - сказал Карл. – Духи конечно железа боятся, но вот убить таких могут только плетцы. А таких с нами сейчас нет. Даже ведьмы боятся, предпочитают договориться в обмен на дары. Втроем мы с ней не совладаем.
-- А нам и не нужно. Сюда, - Тиберий махнул рукой в сторону очередного ручья. – Схватим княжну и ноги в руки. А дальше выменяем на денежки.
-- Я без головы не уйду.
-- Будет тебе голова, Дилан. Твоя. На шесте. Отличное украшение для интерьера. Отобьешься от группы или отстанешь – пеняй на себя. За тебя мне не заплатят не то что империума, даже ломаного грошика не дадут.
-- Да ладно тебе, Карл. Я все понимаю, не маленький. Нападем гурьбой, отобьем девчонку и ходу.
-- Смотрите, - Уоллес показал пальцем на воду. – Это что – запруда?
Они прошли вдоль ручья. Кто-то сложил камни полукругом, запрудив поток. Всюду были разбросаны ветки и пуки травы вперемешку с ягодами.
-- Бобры, что ли?
-- Ага, мясоедные, - хмыкнул Тиберий, показывая на засоленные тушки зверья.
-- И неплохо вооруженные, - добавил Карл, подбирая обломок копья с каменным наконечником.
-- Люди? Здесь, в центре чертова леса?
-- Почему бы нет, мы же здесь.
-- Но не живем же…
Позже они наткнулись на неплохо созданную ловушку. Некто не пожалел сил и был довольно терпелив, чтобы выкопать яму, вбить в дно колья и перекрыть верх дерном с листьями. Черная пантера, редкий зверь, предпочитающий охотиться вдали от людей, была мертва уже несколько дней.
-- С нее что, пытались шкуру содрать? – спросил Уоллес, прикрывая рукавом рот и нос.
-- Ну да, - сказал Дилан. – Только как-то топорно. Будто тупым инструментом. Варвары что ли? Перебрались-таки(?) через Льдистые горы?
Все посмотрели на Карл. Тот пожал плечами.
-- А я тут при чем? Мы до них так и не дошли, если помните, поэтому ничего нового не скажу.
-- Даже если так, - сказал Уоллес. – Нам сейчас не до них. О девочке думать нужно. Бедная Каталин сейчас одна, в окружении этих тварей. Незнамо где. А наш проводник топчется на месте точно собака, что забыла, где кость зарыла!
-- Соскучился по железу в глотке? – Тиберий сощурился и потянулся к шестоперу. – Это я могу устроить.
-- Треклятый наемник, лишь о монетах и думаешь!
Мужчины обнажили оружие. Карл встал между спорящими, порывающимися втянуться в драку. Примиряюще поднял руки.
-- Спокойно, парни, спокойно. У вас будет время размахивать мечами. Да и цели тоже имеются. Гурлоки, помните? И их госпожа.
-- Да, ты прав, - признал Уоллес. Он почесал седую голову и неловко протянул руку кантонцу. – Я просто беспокоюсь о малышке. Прости, ладно?
Тиберий кивнул и вместо рукопожатия вдел шестопер в кожаную лямку.

__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #30  
Старый 22.03.2017, 23:07
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Цитата:
Сообщение от Ранго Посмотреть сообщение
ро "наёмников" мне читается легко, интерлюдию, как уже писал, не понял.
Цитата:
Сообщение от Snerrir Посмотреть сообщение
Вступление, имхо, для лайт-приключения тяжеловато. Ветка поисковиков - хороша, но тоже не сильно лайт. А вот сурвайвал - вполне, хотя мне он заходит меньше всего. В целом - нравится.
Хорошо, учту. Как обычно второстепенные персонажи рисуются легче основных, ну да ладно, потом как обычно все потеряется в экшоне и бесконечных лвл-апах.
Цитата:
Сообщение от Ранго Посмотреть сообщение
Вообще, история неплохая. Не понял только, какая проблема быть знатным (богатым) и внезапно ослепшим. Обещаешь богатства поводырю и возвращаешься домой.
Да, забавная логическая яма. Надо исправить, хотя весь отрезок чернушным вышел, по-моему.
__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #31  
Старый 23.03.2017, 22:46
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Скрытый текст - 17 -Легенды, сказки, мифы:
Тиберий кивнул и, вместо рукопожатия, вдел шестопер в кожаную лямку. Наемник предпочел вернуться к работе отложив обиды на потом. Он был профессионалом в своем ремесле, как никак.
-- Твари атаковали дикаря, - сказал Карл, разглядывая западню. – Я вижу отпечатки двух пар лап.
-- И там третьи, - кивнул в сторону куста дикой малины кантонец. – Вчера мы шли по следам четвертого. Выходит, последний и нес девчонку, тогда как остальные отвлекали внимание.
-- Ты сможешь прочитать, куда он пошел? – спросил Дилан.
-- Не знаю. Что-то не так с этим лесом. Раньше я всегда знал кого и где искать. Теперь тропы исчезают прямо на глазах. Вместо яркой картинки вижу редкие искры. Я… не знаю, как это описать.
-- Не вижу трупа дикаря, - заявил Уоллес. – Они его забрали с собой?
-- Вполне возможно, - согласился Карл. – Может быть логово находится рядом, но что-то скрывает его от наших глаз.
-- Мавка это может, - поежился Уоллес. – Она из выводка хтонов. Эти твари повелевали миром задолго до прихода сюда людей, орков и даже эльфов. Легенды гласят, что извечные дрогнули только перед Шестью. И то только потому, что были разрознены.
-- Легенды, сказки, мифы, - зевнул Дилан. – Мы то живем сейчас. Что мне до древности? Хтоны либо сдохли, либо попрятались по норам, вот и все.
-- Гурлоки тоже были легендой, пока не появились перед замком, - заметил Карл.
-- А может и не было их. У страха глаза велики, знаешь ли.
-- Я верю жене, - нахмурился Уоллес, - как себе самому. Если Фригитта говорит, что видела гурлока, значит так это и было на самом деле!
-- Хорошо бы, - Дилан поднял руки, показывая, что не хотел оскорбить Уоллеса. – Я не против охотничьего трофея. – Но кто сказал, что мавка все еще их королева? Может они сами по себе?
-- Я читал, - что хтонам нужны жертвы, - вставил Тиберий. – Лучше бы мавка была жива. Каталин нужна ей, пока что.
-- Думаешь, готовит некий ритуал?
-- Кто его знает. Я не плетец, чтобы в этом разбираться. У меня нет лишних пятидесяти лет чтобы корпеть над ветхими манускриптами в магистериуме.
Быстро темнело. Осень подходила к концу и настала пора дочерям Астарты вывести мать из сумрака. Луна появлялась медленно, словно соблазняющая парня девица, что, не спеша оголяет то плечо, то ножку. Катаклизм не пожалел ни богов, ни земель. Жрецы хранили память о прошлом, рассказывая малышне о падении Империи, расколе Астарты и последующих темных веках. Они говорили, что раньше у людей была только белая кожа и золотые волосы, гномы были выше ростом, а эльфы могли жить веками не старея. Шестеро сошли с небес, чтобы спасти мир, кое-как залатали прорехи, за что смертные им были благодарны и по сей день. Не найдешь ни одного селения, где не стоял бы алтарь Ремесленнику, Воину или Жнецу.
Четверо шли по последнему следу, хотя Карлу казалось, что они ходят кругами. Неведомая сила скрывала от них княжну. Пелена застила глаза, или чары туманили разум. Возвращаться с пустыми руками в третий раз было равносильно убийству маленькой девочки. Он старался, Шестеро видели, старался как мог, но все равно не смог отдать должок. Прости, князь. Не сегодня.
Внезапно Астарта залилась серебристым светом. Луч, бледный и невесомый, резанул ночь, спускаясь к деревьям. Уши заполнил полный ярости и неземной красоты крик.
Воины переглянулись. Любые сомнения ушли на задний план. Для мечей появилась работа. Четверо обнажили оружие, устремившись на звуки.

***

Каталин распластали на сыром камне. Как только конечности дотронулись до точек узоров, чары прочно зафиксировали их. Каталин парализовало и лишило дара речи. Она могла лишь мычать от страха и безумно вращать глазами.
Лунный свет обрушился на ее тело. Странное чувство щекотки поселилось в животе. Гурлоки выли, покачиваясь с пятки на носок. Деревья бережно подняли мавку, баюкая на ветвях и поднесли к княжне.

__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #32  
Старый 24.03.2017, 22:47
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Минутка на редактуру...

Скрытый текст - 18 - он сам походил на чудовище:
Лунный свет обрушился на ее тело. Странное чувство щекотки поселилось в животе. Гурлоки выли, покачиваясь с пятки на носок. Деревья бережно подняли мавку, баюкая на ветвях, и поднесли к княжне. Древняя сущность нежно коснулась ее кожи. Девушка ощутила электрические уколы в кончиках пальцев. Затем мавка запела. В этой песне не было слов, лишь звуки, затрагивающие все уголки души. Мелодия звенела, лилась чистотой и свежестью, лезла в уши, оседая в голове.
Почему-то Каталин не боялась. Она и раньше была храброй. В то время как остальных детей страх пробирал до самых пяток, она с упоением ждала продолжения леденящих душу историй. В одних всегда был счастливый конец – Фригитта берегла душевное здоровье госпожи. Рано или поздно появлялся принц или рыцарь, убивал злых ведьм, спасал узниц из башен или расколдовывал их поцелуем. Но Каталин слышала и другие истории. Эти были темнее, чем помыслы бандитов. Они учили детей не верить незнакомцам, избегать давать обещания, которые не сможешь исполнить, но что еще хуже – избегать страшных мест. Каталин любила Душилесье. Она не боялась деревьев или зверей, хотя и не была простушкой, пытающейся уговорить медведя не есть себя. Нет, она любила лес по-настоящему. Поэтому всегда старалась вырваться из заботливых объятий няни, чтобы провести часок-другой среди листвы и птичьей трели. Здесь было тихо и покойно. Неважно – будь то жаркое лето или стылая зима – Каталин рвалась в чащу, чтобы испытать неведомое чувство восторга при соприкосновении с прекрасным. В травень она плела венки из одуванчиков и диких ромашек, в золотень – кленовые обручи, которыми награждала фрейлин и друзей из стражи.
Поэтому сейчас, глядя как свет Астарты обволакивает ее тело, Каталин ощущала только ледяное спокойствие. Она боролась и проиграла. Главное не опускать руки. Так говорил ей отец.
Серая молния пронеслась перед глазами. Клубок из шерсти и острых зубов впился в морду гурлока, стоящего по правую руку. Прошла всего доля секунды и вот уже вторая тварь, взмахнув длинными лапами, падает перед ней с раскроенным черепом.
Странный человек использовал мраморный осколок меча в качестве оружия. Он был быстрым, и куда прожорливее нерасторопных слуг госпожи леса. Прежде чем те спохватились, они с волком прикончили еще двоих.
Княжна отстранено наблюдала за сражением, лишенная какой-либо возможности двигаться. Парень казался старше своих лет. Он сосредоточенно орудовал камнем, целя в незащищенные места гурлоков. Их было не так уж много, но он бил без промаха. С молочно-белой кожей, отросшей шевелюрой, застящей разноцветные глаза, он сам походил на чудовище. Княжна знала его всего несколько дней, но понимала, что перед ней не простой крестьянин. В нем чувствовалась целеустремленность, и воля. Такие люди не удовлетворятся плугом да теплой койкой. Они возьмут столько, сколько смогут унести.
Парень черкнул мыском по краске. Белая пыль, влажная от мокрой земли, оказалась разделена на два берега. Лопнули серебряные струны и Астарта, ужаснувшись такому кощунству, отпрянула от Каталин. Луну скрыли тучи. Рядом, почти над самым виском, ударил раскатистый гром.
Мавка впервые показала зубы. У нее был почти звериный оскал – ничего общего с образом извечной повелительницы. Длинные клыки мало что не рвали синие губы. С острых кончиков капала слюна. Повелительница Душилесья сгорала от ярости. Полыхнули искрами цветы меж травяных волос, чернота затопила очи. Мавка закричала так, что у людей заложило уши. Парень упал на колени, выронив осколок. Волк, получив от гурлока лапой, отлетел к ближайшему пню, крепко приложившись о него головой.
В то же время Каталин поняла, что заклятье больше не сдерживает ее. Она спрыгнула с каменного ложа, стараясь держать врагов в поле зрения.
Хтон отдала приказ. Один из гурлоков направился к поднимающемуся парню. Второй двинулся к княжне. Каталин пятилась, мысли роились в голове тысячью назойливых мух, но ничего стоящего не приходило на ум.


__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.

Последний раз редактировалось Flüggåәnkб€čhiœßølįên; 24.03.2017 в 22:57.
Ответить с цитированием
  #33  
Старый 25.03.2017, 03:25
Аватар для Vasex
я модератор, а нигвен нет!
 
Регистрация: 20.02.2007
Сообщений: 8,868
Репутация: 1485 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Vasex
Начал читать, заодно нашёл свои прошлые комменты по поводу пролога в своих произведениях. Чёт ты не исправил ничего. Даже «кому то» в конце пролога! Так что твоё вступление про «протер пыль» с пролога - всего лишь пустая метафора, по существу ложь и обман, ничо ты не протёр. Исправляй - http://forum.mirf.ru/showpost.php?p=...&postcount=975

Ещё замечания по пунктуации. Самое начало пролога, лол:

Цитата:
Носитель Ока, не нуждался в их пополнении.
Лишняя зпт
Цитата:
даром, что из бирюзы
«даром что» - по ходу устойчивое выражение без зпт
Цитата:
Носитель Ока слой за слоем, пронзал реальности
Лишняя зпт
Цитата:
Если бы не опасность быть обнаруженными, и что еще хуже – свергнутыми
«что ещё хуже» - выделяй с двух сторон запятыми, и да, запятая перед тире будет, так можно
а перед "и" зпт убирай

Снова порадовал хаосит)

1
Цитата:
Сейчас, все на что он был способен –
Надо зпт перед «на» и после «способен». Да, перед тире.
а после "сейчас" убирай

Цитата:
Не смотря на
Несмотря на

Цитата:
медведи скорее всего разевают здоровенные рты в зевках.
1) , скорее всего, (ворд, кстати, подчеркивает)
2) зевки выбили из колеи. Как-то странно построена речь. Избегай лишних красот, особенно в речи персонажей.

Цитата:
одела на голову корону из сплетенных кленовых листьев.
Мэн, загони текст в ворд, он даже тебе подчёркивает проблемные места.
надела

Цитата:
По-кошачьи склонила голову, оценивая проделанную работу и гордо объявила:
Мэн, загони текст в ворд, он даже тебе подчёркивает проблемные места.
После «работу» зпт.

Цитата:
Лес ведь и в правду заколдован.
Вправду

2.
Цитата:
Инстинкты помогли ему прежде чем разум успел что-либо осознать.
Зпт? Думаю, что да. После «ему». Или после "прежде", гугли сам. Ворд!

Цитата:
Отчего то в голове
С дефисами не дружишь

3.
Цитата:
Гурлоки. И их непропорционально большие руки, заканчивающиеся острыми когтями.
Видимо, так и задумано отдельным предложением с «и» продолжить описание, но уже отдельной части тела. Но немного сбивает с толку, будто предложение не закончено.

Цитата:
Она завопила так, что должно быть спугнула всех окрестных зверей.
Возможно, «должно быть» выделяется запятыми

Цитата:
Княжна не задумываясь применила его, не забывая лягаться что есть сил.
Зпт зпт ворд

Цитата:
невозмутимо несшим ее все дальше в лес.
Не нравится слово «несшим», хотя ворд ругается на него не по делу
избегай кривых отглаголенных слов

Цитата:
желудок заворчал словно дикий зверь.
Зпт перед словно

Цитата:
употребил.
Не уверен, что это слово смотрится уместно для средневековой фэнтезни.

Цитата:
покрылась мурашками и ему пришлось спешно искать укрытие.
Зпт

Цитата:
Он на ослеп ощупал пространство вокруг себя.
Уверен, что «ослеп» - есть такое существительное? С ходу не гуглится. Возможно, ты написал на ощупь, потом изменил из-за повторения корня дальше, а получилось новое слово…

Цитата:
Утро встретило его, нагого, сколотого иголками и замерзшего, острой болью. Он скорчился от рези, елозя ногами по почве и постанывая от боли.
Болью боли
"сколотый" означает что угодно, но только не "исколотый"

жопашник, работай над текстом хотя бы самым поверхностным образом.

по сюжету пока непонятно, что сказать. ну такая мрачная сказка пока, единственное, что дарует надежду на дальнейшую крутоту, это более мрачный пролог, иначе как-то всё подозрительно сказочно

даёшь хаосита больше, остальных в топку, профит

Последний раз редактировалось Vasex; 25.03.2017 в 03:36.
Ответить с цитированием
  #34  
Старый 25.03.2017, 22:55
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Скрытый текст - 19 - Чем древней сущность, тем больше она хочет жить:
Парень бросился под ноги гурлоку. Они кубарем скатились с пьедестала. Замелькали когти. Она услышала крик боли. Мавка сверкнула глазами, посмотрев в ее сторону. Хтон поманила ее пальцем.
Гурлок приближался. Грузный, с пепельной шерстью и широкими плечами. Тварь была сильна. Монстр возвышался над ней словно скала. Каталин сжала кулаки.
«Я не сдамся, папа».
Стрела с пестрым оперением вонзилась в грудь твари. Гурлок отломил древко и взревел от злости. Спустя миг следующая пробила ему ладонь. Из темноты вынырнули фигуры, с боевыми криками бросившиеся рубить раненное существо. Гурлок сопротивлялся, но явно был в меньшинстве. Ему вначале отсекли кисть, а затем меткий стрелок пронзил глаз. Тварь замертво рухнула под ноги воинам.
-- Живучие гады, - сказал своим дородный мужчина. Его голову защищала салада. И уже обращаясь к княжне: - Остались еще где гурлоки?
-- Сначала она, - крикнула Каталин, - указывая на мавку.
-- Спрячься за мной, девочка, - просипел Уоллес. Муж Фригитты покрепче сжал в руках топор. – Теперь все будет хорошо.
-- Уведите княжну, - властно рявкнул Карл Тоффенбах. Каталин помнила старого друга отца, но никогда его не любила. Она боялась глаз. В них крылась жестокость. – Не лезть на рожон. главное - Каталин.
-- Ясно, - весело откликнулись из кустов. – Но я все же попытаюсь ее достать!
Тренькнула тетива. Стрела выпорхнула точно коршун и впилась в шею мавки. Повелительница Душилесья захрипела; чтобы не упасть, присела, согнув колени. Кровь хлынула из горла. Она захрипела, сплевывая бурую слизь.
-- Есть! – из кустов показалась довольная физиономия парня лет двадцати с достигавшей плеч копной волос цвета соломы. – Не так страшен хтон, как его… Шестеро прокляни, пригнитесь!
Мавка не собиралась умирать. Чем древней сущность, тем больше она хочет жить. Мавка разинула пасть, зашипела, и хлопнула в ладоши что есть сил. В тот же час дикий ветер сорвал листву с деревьев, закружив ее в безумном вихре. Хмурый великан в саладе сунулся было в эпицентр, но тут же кубарем откатился назад. Кожаный доспех оказался иссечен множеством мелких порезов.
Буйство природы продолжалось. К ним тянули сучья лиственницы, а почва раздавалась под ногами, давая волю корням. Бойцы орудовали топорами и мечами, отсекая древесные конечности. Сплотившись, они защищали Каталин, не давая подобраться к княжне. Рубили и рубили, пока лиственный шторм не утих. Четверка тяжело дышала, то и дело поправляя шлемы да кольчуги. Каталин робко выглянула из-за могучих плечей.
-- Мать моя, что ты такое? – поразился Карл.
Мало что было способно напугать опытного воина, побывавшего в Дичьеземье и вернувшегося обратно.
Мавка исчезла, оставив по себе лужу крови и трупы слуг. Лес словно уснул, отдав последние силы, чтобы в последний раз щегольнуть перед грядущей зимой. Всюду валялись вывернутые с корнем и сбросившие тяжелые кроны клены да осины. Они были одни среди древних руин да изуродованных временем статуй, вытесанных скульпторами до имперской эпохи.
На искрошенных ступенях, попирая рухнувший престол королевы леса, стоял человек. Залитый чужой кровью, с глубоким порезом у бедра, он смотрел на воинов с живым интересом. Так продолжалось ровно один удар сердца.
Человек бросил им под ноги отсеченную голову гурлока и улыбнулся.

3

-- Идем, Ганс!
Младшая Тилли вспорхнула по лестнице, обогнав других детей и побежала вдоль коридора, соединяющего сторожевые башни замка. Галдящая орава пронеслась мимо сонных стражей и высыпала на подворье. Там они разделились. Кто забрался на забор, кто стал подсматривать в дырки. Иные высовывались из окон и прыскали в кулаки, когда дурачок делал что-то смешное, по их мнению.



Цитата:
Сообщение от Vasex Посмотреть сообщение
ничо ты не протёр.
На повторные правки вообще нет времени, не говоря уже о памятках про сюжетные ходы или никнеймы персоналий. Если внимательно присмотреться, там мелькает то Каталин, то Катарин. И я уже не говорю про картографию с географией мест. По чесноку, надо бы неделю на разгребание материала, подготовку почвы для твистов или ружей, выгреб мусора, но едва хватает времени на письмо - один час в день. Пока что так.
__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.

Последний раз редактировалось Flüggåәnkб€čhiœßølįên; 25.03.2017 в 23:00.
Ответить с цитированием
  #35  
Старый 25.03.2017, 23:09
Аватар для Vasex
я модератор, а нигвен нет!
 
Регистрация: 20.02.2007
Сообщений: 8,868
Репутация: 1485 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Vasex
да у меня примерно также) но я хотя бы самое страшное исправляю перед самой заливкой или после неё или отоспавшись на свежую голову в течение дня... думаю, перечитать ничо сложного. особенно если уже указали вопиющие ошибки)
Ответить с цитированием
  #36  
Старый 26.03.2017, 23:31
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Скрытый текст - 20 - Пустышка:
Когда герои вернулись в Коррэнстал, Дорэл Матэвэл велел открыть большинство бочонков, хранившихся в семейном погребе. Забили дюжину голов скота. Кухарки из местных потратили несколько дней на приготовления кушаний.
Местные любили молодую госпожу. Она проявляла доброту к людям, была ближе к ним, чем кто-либо из власть имущих. Не было и дня, когда бы Каталин не пришла в деревню, чтобы раздать хлеба бедным семьям. Люди помнили.
Поэтому, когда Карл Тоффенбах и остальные привели полуживую, еще не отошедшею от случившегося княжну, обрадованный народ вывалил из домов, качая на руках храбрецов. Те, надо сказать, не тушевались и охотно травили истории о своем приключении, с каждым разом увеличивая снесенные головы гурлоков. Молодой Дилан принес одну такую, чтобы пугать детей. Ганс и Тилли во все глаза смотрели на здоровенные клыки и высунутый из пасти шершавый язык. Правда, развлечение быстро им надоело, и дети переключились на таинственного пришельца, что увязался за Каталин словно собачонка. Лучник безуспешно пытался продать трофей местному корчмарю, но тот не желал иметь с головой ничего общего. Это злило Дилана и он грозился пойти в Душилесье и привести живого гурлока в деревню, чтобы запустить того в корчму.
-- Вот чудила! - пискнул мальчик с веснушками на носу и тут же зажал себе рот – вдруг суровая Фригга услышит и прогонит их с таких удобных насестов.
На мальчика шикнули. Дети наблюдали за тем, как Каталин терпеливо и без тени раздражения учит чужака говорить.
Спасение молодой княжны праздновали три дня кряду. Текла по усам пенная брага, соленья да вареные рульки передавались по рукам. Запахом квашеной капусты наполнились как коридоры, так и отхожие места. Все чествовали Каталин и ее спасителей. Дорэл Матэвэл, сидел с непроницаемым выражением лица. Он отсыпал щедрые деньги четверке и по-отечески журил беспечность племянницы. Но многие отмечали, как тот расстроен. Еще бы. Еще пара лет и Каталин сможет самостоятельно управлять целым княжеством, а дядя отойдет в тень.
Дети вились возле Каталин и засыпали ее расспросами. Было ли ей страшно? Что с ней хотела совершить мавка? Неужели странный парень и его волк действительно сумели одолеть по меньшей мере пятерых гурлоков?
Княжна улыбалась и давала им по конфете, чтобы хоть ненадолго перебить любопытство. Каталин привязалась к незнакомцу. Она всерьез считала его героем наравне с дядями Карлом и Уоллесом. Поэтому, никого не слушая, взяла над ним шефство.
-- Он бесполезен, - говорил госпоже Вихтар. – Да проклянет Ремесленник слугу своего, я пытался научить паренька, но он лишь смотрит пустыми буркалами, да пропускает науку мимо ушей. Пустая оболочка, а не человек. Вот что я скажу, лучше бы отдать его в магистериум. Пусть плетцы проведут опыты, да узнают, что с ним такое. Никогда не видел таких людей.
-- Я бы с радостью отдала им на опыты вас, - отвечала ему Каталин. – Пусть узнают, почему молитвы к Шестерым ушли в пустоту. И у него есть имя, Вихтар. Назовите его!
Они спорили как раз во время очередного урока, так что Тилли прекрасно слышала каждое слово.
-- То, что вы дали ему кличку, как щенку, еще не делает его…
-- Назовите!
-- Сальватор, госпожа, - вздохнул жрец.
-- Знаете, что оно означает?
-- Конечно! Я вам не какой-нибудь сбрендивший отшельник. Декаду своей жизни отдал, познавая тайны Птаха в Небесной Кузне… Сальватор на языке последней империи значит Спаситель.
-- Именно так, Вихтар, - кивнула княжна. – Этот человек не пустышка. Я дала ему имя. У него есть храбрость, чего нет у тех, кто отсиживался в Коррэнстале, считая меня погибшей. И, в отличие от Шести, он не бездействовал, когда я нуждалась в помощи.
С каждым ее словом жрец Ремесленника все глубже опускался в поклоне, уступая молодому напору.
-- Я бессилен, госпожа, - пролепетал Вихтар. – Он слаб умом. Я, конечно, могу научить его чистить отхожие места да следить за псарней…
-- Он научится, - отрезала Каталин. – Я его научу.

__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #37  
Старый 27.03.2017, 21:33
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Сегодня выстрелю раньше.

Скрытый текст - 21 - Паскудная любовница:

***

В дверь робко постучали. Карл отложил курительную трубку и, кряхтя, встал. Предзимние вечера стояли долгие. Он успевал вздремнуть пару раз прежде чем докуривал щепоть табаку. Вернувшись, капитан стражи сдал полномочия своему заместителю, не смотря на уговоры самого Дорэла Матэвэла. Чтобы про него не говорили, наместник умел ценить верных и опытных людей. Но всему приходит конец. Карл чувствовал, что долг отдан сполна, а спина по утрам бывало так прихватывала, что никакие мази да настойки не помогали, сколько ни втирай. Он охранял Коррэнстал долгих двадцать пять лет и покой заслужил сполна. Тем более дом давно нуждался в капитальном ремонте. Крыша текла в четырех местах, одна стена постоянно отсыревала, дымоход забился, а про поваленный забор и вспоминать не хотелось.
На то, чтобы привести жилье в божеский вид, он потратит половину заработанных денег, если не больше. Сам по себе куш был довольно большим. Однако делить его пришлось на четверых. И все же Карл был доволен. Никто не умер. Княжна нашлась. Да еще этот парень…
Он отворил дверь. На пороге смущенно топтались двое. Дилан улыбался, с интересом осматривая внутреннее убранство комнат. Тиберий тер шею и сутулился, пытаясь не упереться широкими плечами в балки крыльца.
-- Мы это… уходим, - проворчал кантонец. – Пришли проститься.
-- Ага, - вставил Дилан, без спроса протискиваясь мимо хозяина, и проходя в зал. – Приключения ждут! Девушки, сражения и сокровища. По отдельности или вместе – не важно, главное, чтобы много и каждый день.
Тиберий поморщился и спросил дозволения пройти. Карл махнул рукой. Все равно он последние дни валялся словно бревно, отсыпаясь да строя планы на дом. Он прошел в погреб, достал заготовленный на зиму бочонок и выбил пробку. Всяко лучше, чем пить в одиночку.
-- Куда думаете путь держать?
Они устроились у очага. Поленья тихо потрескивали, давая жар. Выпили по одной. Тиберий вытер бороду, крякнул от удовольствия, и сказал:
-- Думаю податься в Фиггль. Покажу этому обалдую, - он указал на Дилана, - настоящий город.
- Город убийц, - удивился Карл. – Не слишком круто для начала?
-- Быстрые деньги, - пожал плечами Дилан. – Я на мели.
-- Что? – Карл подавился пивом. – Ка на мели? Неделю назад только получил империумы!
-- А… эта мелочь, - Дилан казался удивленным. – Я ее потратил.
У Карла задергался правый глаз. За неделю спустить то, на что можно жить безбедно пару лет. Дилан был молодым и горячим. Бесшабашным до одури. Неужели и он сам был таким же в молодости?
-- Лук он купил, - хохотнул Тиберий. – Этот дурень купил деревяшку на все денежки, представляешь?
-- Какая это тебе деревяшка?! – обиделся лучник. Он развязал тесемки заплечного чехла. Достал разрозненные части, любовно вставил их в разъемы.
-- Красавец, правда ведь? – спросил Дилан. – Меридиевое древко гнется и не ломается. Тетива из волос среброконя, зачарованные стрелы.
--Это обычный композитный лук, -- рассмеялся Тиберий. – Тебя надули, парень. Такие стоят от силы пять империумов на любом рынке княжеств.
-- Ты ничего не смыслишь в луках, - разочарованно протянул Дилан. – Я хотя бы с толком их потратил, а не держу за пазухой, чтобы пересчитывать перед сном.
-- Ты молод и глуп, - посерьезнел Тиберий. – Нам повезло, Карл не даст соврать. Случаи, когда такие мероприятия обходятся без потерь, да еще с полной оплатой нанимателем по счетам, можно по пальцам одной руки пересчитать. Мы вернулись с полным комплектом рук, ног и глаз. Удача, что девицу никто не снасильничал или изуродовал. Удача, что этот дикарь перебил большую часть тварей еще до нашего прихода. Удача - главный фактор любого похода. Никакие планы, интеллект или стратегия не помогут, если она отвернется. Я знаю. Туманные земли, Мост Проклятых, Стеклянный Город. Я был там. Без удачи ты никто. Она довольно паскудная любовница. Может изменить с другим в самый не подходящий момент. Эти деньги – мой самый большой заработок за наемничью карьеру. Я не спущу их в какой-нибудь дыре. Нет. Пора подумать о будущем. Я оставлю их под надежным замком гномьего банка. Пусть мой капитал растет и обрастает жирком в то время как я буду стричь проценты.

__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #38  
Старый 28.03.2017, 22:29
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Скрытый текст - 22 - Мечи всегда в цене:
Карл тоже подумывал съездить в город и открыть счет в монетном квартале. Тиберий, не смотря на угрожающий вид и типичную воинскую судьбу, оказался прожжённым в таких делах. Времена, когда деньги оседали в руках трактирщиков и шлюх, давно прошли.
-- В любом случае, - отмахнулся от слов кантонца Дилан, - Мы здесь не за тем, чтобы говорить о том, как тратить денежки. Мы с Тиберием тут поговорили, ну, знаешь, о том, как все удачно получилось и какая мы неплохая команда… Так вот, не хотел бы ты пойти с нами? Ты имеешь неплохой жизненный багаж, и не носишь детишек на горбу. Забирай сорок процентов от будущих контрактов, как командир, а мы разделим остальное. Что скажешь? Ты с нами?
Тиберий согласно кивнул. Оба смотрели на него выжидающе. Карл Тоффенбах глубоко вздохнул. Освобождение от клятвы старому другу и сюзерену не принесло долгожданное облегчение, хотя он был волен идти на все четыре стороны. Что ждало его в дороге? Опять лишения и невзгоды? Холодные ночи, да нож под ребра в пьяной драке близ дорожной корчмы? Он ведь не мальчишка, как никак.
С другой стороны, с этими двумя можно было сколотить стоящую команду и умножить капитал. Почему нет? Вышло раз, получится во второй. В конце концов, они могли сорвать банк, натолкнувшись на одну из вещиц последней империи. Плетцы магистериума да и сыплющие золотом богатеи дорого платили за подобные безделушки. Они могли разбогатеть…
Карл медлил. Этот парень… Что-то должно произойти. Он чувствовал, что с ним что-то не так. В одиночку убить таких тварей. Карл наблюдал за тем, как этот Сальватор ходит по утрам к опушке, подкармливая волка. Кто из людей станет проделывать подобное: Да и мавка была еще жива. К тому же, у него дом…
-- Нет, - покачал головой Тоффенбах. – Хватит с меня. Навидался на веку. Время осесть и успокоиться. Заведу хозяйство. Куриц или свиней. Разобью огород. Деревня то ладная, женщины здесь мирные и добрые. Глядишь и женюсь.
-- Ну да, - Тиберий осмотрел хижину, задержавшись на паре дыр в кровле. – Верно. Каждому свое. Что ж, за спрос по носу не хватят, не обессудь. Было приятно поработать в паре.
-- И мне, - Карл пожал крепкую руку. Помахал на прощанье разочарованному выбором Дилану. – Фиггль опасное место. Не лучше ли вначале попробовать продать мечи Западным Кантонам?
-- Кто знает, может и так. Мечи, как лопаты – всегда в цене.

***

Его приставили помощником к конюху. Работа заключалась в вычесывании грив да отирании влажной губкой боков, чтобы сбить животный запах. Хозяевам нравилось ездить на ухоженных жеребцах. Также он раз в день подбрасывал тюк сена в загон и выгребал лошадиные фекалии. Ничего сложного.
Сальватор. Каталин дала ему имя. Спаситель. Сальватору нравилось чувствовать себя нужным. Он с радостью отдавался новым чувствам и эмоциям.
Стараясь угодить княжне, найденыш старательно впитывал информацию. Учить язык было не сложнее учиться ходить. Рано или поздно познаешь азы. Вначале он понял, что фразы делятся на вопросительные, гневные, радостные. Большинство слов состояло из общих звуков. Некоторые слова имели одну и ту же основу, что облегчало задачу.
Каталин ходила вместе с ним, указывая на предметы и называя их. Вместе они изучили коридоры замка, прогуливались по внешним стенам, посещали деревеньку. Крестьяне любили княжну. Люди так же хорошо отнеслись и к ее другу. Сальватор попробовал местную кухню. Он полюбил печеные пироги с мясом, яблоки и орехи в меду. Еда тоже давала информацию. Теперь он знал – горечь — это яд.
Спустя месяц он произнес первое слово. Язык казался инородным существом – отказывался выдавать связную речь, предпочитая шипеть и свистеть. Сальватор упражнялся, пытаясь здороваться с каждым встречным. Дети смеялись над ним, словно находили забавным видеть тщетность усилий.

__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #39  
Старый 29.03.2017, 12:15
Балмора
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 5,163
Репутация: 1443 [+/-]
16. я вот всё думаю, а что наши наёмники такие резкие? Чуть что, сразу за оружие хватаются. Ну, убьют кого, а дальше-то что? К тому веду, что общая беда временно сближает. Как у орков - друг друга режут и постоянно грызутся, но как война - так все заодно.
17. Наемник предпочел вернуться к работе (,) отложив обиды на потом.
хорошо, что хоть наконец прояснилось, что происходит.
18. Он сосредоточенно орудовал камнем, целя в незащищенные места гурлоков. Их было не так уж много, но он бил без промаха. кого их не так уж много? Если гурлоков, то причём здесь - "но" (противопоставление).
19. Мавка сверкнула глазами, посмотрев в ее сторону. Хтон поманила ее пальцем.
Понравилась фраза - чем древнее сущность, тем больше хочет жить.
Тянущиеся древесные корни - прямо как из Зловещих мертвецов
Ответить с цитированием
  #40  
Старый 29.03.2017, 22:42
Аватар для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Scusi!
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,836
Репутация: 1856 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Flüggåәnkб€čhiœßølįên
Скрытый текст - 23 - первое слово:
Каталин – таковым стало первое слово. Каждый день приносил знания. Княжна рассказывала ему о мире и себе. О родителях и предках. Сальва впитывал информацию, учился, пытался определить место в большом, большом мире. Каталин потеряла родителей в детстве. Черное поветрие называли бичом людей. каждую декаду оно забирало жизни и поднимало тела, жаждущие лишь рвать и пожирать чужую плоть. Жнец создал болезнь как наказание, в последний день империи. С тех пор поветрие забрало сотни тысяч жизней и еще больше – из-за восставших мертвецов. Каталин тоже болела, но выкарабкалась, вопреки мнению знахарей.
Слова, будто кирпичи, выстраивались в предложения. Связная речь помогала понимать людей. Вихтар отказывался верить в прогресс ученика. Он, ученый муж, оказался бессилен там, где дочка Косса добилась успеха.
-- Еще осенью этот дикарь бегал с дубинкой наперевес по Душилесью, а теперь вышагивает словно лорд по замку, считая конюшню собственным королевством, - недовольно ворчал жрец. – А языком молотит без устали. Я устал от бесконечных расспросов!
Зима загнала людей в дома. Печки топились запасенными дровами, и никто не спешил показать нос из избы. Только Сальватор все так же, как и раньше подходил к опушке леса покормить своего друга. Он назвал волка Люпус. Потому что так называли этих зверей в последней империи. Сальва посчитал, раз его имя тоже носило отпечаток тех времен, кличка сгодится и для серого.
Волк крутил носом и отказывался принимать имя или дать одеть на себя ошейник. Сальва понимал друга. Он сам чувствовал себя невольником в замке. Конечно, ему дали работу и кров, что само по себе неплохо, но он хотел большего. Коррэнстал ограничивал и требовал привязанности. К тому же здесь жила Каталин. Плен сдружил их. Сальва чувствовал изменения, что зрели в Каталин. Он сам менялся. Тогда как кругом лежали груды снега, а ветер делал кожу синей, в душе цвел сад при одном взгляде на Каталин.
Конюх запил и его выгнали. Сальва стал полновластным хозяином загонов. Работа была тупой и не требующей больших забот. Он успевал завершить дела до обеда, и просил научить его чему-то новому.
Каталин тоже любила проводить с ним время. Княжна научила найденыша играм. Мельница, карты, бросание обручей на столбцы. Он достиг высот в каждой из них. Больше всего Сальва любил шахматы. К сожалению, Каталин они казались ужасно скучными. Княжна неохотно приносила доску с фигурами, предпочитая подвижные игры в салки.
Поэтому Сальва решил поискать других игроков. Сперва он, поэкспериментировав с древесиной, выточил сносные копии фигур. Конечно, набор из Коррэнстала был в разы лучше – слоновая кость давала гладкость и изящество, в то время как береза казалась топорным и угловатым материалом. Сальватор не успокоился до тех пор, пока не получил устроивший его результат.
Вооружившись новеньким набором, он пошел в деревню. К удивлению, найденыш не нашел никого, кто бы интересовался шахматами. Дети считали игру сложной, а взрослые предпочитали играм выпивку или сальные истории. Единственным, кто вообще согласился на игру, был Карл.
Один из спасителей княжны слыл нелюдимым человеком. Его дом, покосившийся и весь в заплатах, стоял особняком от остальных. Казалось, хозяин намеренно построил его близ дороги, чтобы в любой момент покинуть ветхое жилье и податься в дальние края.
-- Странное хобби для конюха, - заметил Карл, выдыхая табачный дым, от которого слезились глаза и чесался нос.
-- Почему? – спросил Сальватор. – Такое ощущение, что конюхам должны быть интересны только жеребцы да кобылицы.
Карл усиленно запыхтел трубкой, думая о своем. Командир стражи в отставке взял из рук Сальвы набор, повертел в руках. Открыл крышку и заглянул внутрь, поцокав языком.



Мне вообще кажется описание быта куцым. Казалось бы - пиши скок хочешь, но на деле выходит до безобразия мало и вилами по воде. Сказывается норматив - нет времени продумать экспозицию, просто строчишь сырой текст.
Спасает сам жанр литрпг - не требовательный к подобного рода соленым придаткам, как прописанные персонажи или запоминающаяся стилистика. Хотя диалоги вроде бы еще нормальные, в меру отведенных границ характера.
Сегодня набросал черновой вариант карты на работе от не хрен делать. Может сброшу сюда один из вариантов. А может и нет.
__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Креатив 21: Ливингстон - Долгая дорога Креатив Архивы конкурсов 20 17.04.2017 17:29
Креатив 21: Крыжановский - Долгая прогулка Креатив Архивы конкурсов 6 12.04.2017 20:27
Креатив 14: Главный Герой - Долгая счастливая жизнь. Два рассказа Креатив Архивы конкурсов 41 07.12.2012 15:22
Долгая история MirfRU Рецензии 2 21.10.2009 06:27


Текущее время: 22:57. Часовой пояс GMT +3.


Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2018, Jelsoft Enterprises Ltd.