Форум «Мир фантастики» — ролевые игры, фантастика, фэнтези

Вернуться   Форум «Мир фантастики» — ролевые игры, фантастика, фэнтези > Общие темы > Конкурс-семинар «Креатив» > Архивы конкурсов

Важная информация

Ответ
 
Опции темы
  #1  
Старый 16.06.2018, 01:02
Аватар для Фрол Данилов
Ветеран
 
Регистрация: 29.09.2017
Сообщений: 777
Репутация: 89 [+/-]
Крест Финальная Новель

Финал!
Напоминаю правила. Надо составить топ-3 рассказов.
1-е место — 3 очка;
2-е место — 2 очка;
3-е место — 1 очко.
Обязаны голосовать только финалисты, но может голосовать кто угодно, в том числе невышедшие в финал участники.
Можно как в тему, так и в личку организатору.


Скрытый текст - Где сосны рвутся в небо…:
«Летней ночью с луною голодною излови отпрыска чудищ подземных,
облей слезами черными да погрузи в колодец древесный –
и миру царить полвека…»
(Лесные легенды)

Главное – поймать и связать, наивно думал я, остальные загадки решим с дедулей.
Серые пещерные тролли обитают глубоко под землей в извилистых темных тоннелях, пронизанных скалистыми колодцами. Как выманить на поверхность отпрыска, пока взрослые спят в своих мрачных норах? Слышал, что их детенышам нравится птичье пение да искры во мраке. Пришлось потрудиться. Собрал ансамбль дроздов, малиновок, свиристелей. Развесил клеточки у темного провала, а в кустах барбариса замаскировал трухлявый пень, обжитый светлячками. Вечерами устраивал засаду, а дедуле сочинял, что на болото хожу, помогаю кикиморам молодую луну кормить. Маленький тролль попался лишь на пятую ночь. Мохнатый шар выкатился из пещеры и азартно рванул к светлячкам прямиком под сеть. Взвыв от счастья, я прыгнул к добыче, размахивая ремнями и ошейником. Но только недолго радовался, потому что детеныш ухитрился ловко скинуть сеть, затем выпрямился и залепил кулаком мне в лоб. Ах, ты ж, коротышка!

– Грыщь! – рявкнул мой пленник, явно запугивая.
– От грыща слышу! – завопил я и бросился в бой.
Завязалась непрофессиональная драка, с криками, стонами и синяками. В результате мы оба победили и, усталые, повалились на траву, потирая бока. А он молодец, маленький, но крепкий. Похожая мысль, видимо, посетила и Грыща. Он сел и показал мне язык. В яблочном свете луны мы обменялись последними символическими оплеухами и… рассмеялись. А потом распахнули клетки, выпустили птичек. Закон разумного леса: будь великодушен со всеми, кто не способен тебя съесть. Ночью в лесу интереснее, уютнее, чем днем. Здесь торжественно, как на празднике стрекоз, и каждое дерево видит в тебе соучастника бесконечной игры в прятки. Нас окружали поляны, облитые вкусным сиянием, они дышали, словно теплые пышные пироги, соблазняя ароматами: грибной пирог, ягодный, орехово-медовый. Мы, дети грозных страшилищ, скользили в чаще, возмутили сонную дриаду, всполошили заячий выводок, а потом филин обидно расхохотался высоко в ветвях. Никто не убегал с визгом, никто не кричал вслед: «Ремня, паршивцы!».

Грыщь повизгивал от удовольствия, явно редко выползал на поверхность.
– Жузюка! – философски развел он лапками, и я сочувственно кивнул. Мой дед тоже строгих правил. Жалуясь на родительский гнет, мы обобрали ежевичные заросли, перемазались черным липким соком, шерсть свалялась комками… ну и рожа у тебя, Грыщь. Он почувствовал насмешку, потупился. Неожиданно погрустнел. Вот тебе и боец. Ой, смотрите, всхлипывает.
– Да ладно, не реви! – чувствуя странное превосходство, я стал успокаивать малыша. – На лицо ужасные, добрые внутри. Знаешь, о ком это? Вот ты такой. Ха!
Откуда мне знать, как его развлечь? Я стал напевать самое звучное из того, что туристы приносили в гитарах и жужжащих коробочках. Мне нравились песни о природе, о живом. И я старательно повторял чудесные строки, у меня память ого! Остров невезения, только недавно услышал, вот прелесть! Один раз в год сады цветут. Опустела без тебя земля. Старый клен. Грыщь притих, слушал удивленно. Больше всего ему понравилось «…умчи меня туда, лесной олень». А уж припев «где быль живет и небыль» вызвал настоящий восторг. Сплошь жузюка. Потащил меня в чащу: идем к соснам, влезем на небо, поймаем небыль. Стой, балда, какую небыль, куда влезем?
– Бузяк! – он показал на исполинский дуб, что древнее самого леса.

…Мы полезли ввысь с отчаянной решимостью одичавших альпинистов. Вдохновение быстро иссякло. Задержались на первой ветке, задумались на второй, приуныли на третьей. А четвертая резко спружинила и отправила нас по дуге в необъятное дупло. Мы успели издать пару обреченных воплей и провалились в пушистый колодец, соскользнув по бормочущим мхам. В таинственной глубине переливалось нежное зыбкое мерцание, будто в гнезде жар-птицы. Нас окутал бежевый, звездчатый туман… может, это и есть небыль? Мне хотелось петь, плакать и целовать Грызя. Во сне не ощущаешь такого ликования и звонкой радости. Здесь, в бархатной кладовой, сосредоточено главное богатство всего леса. Ресурсы добра, милосердия, дружелюбия. Тысячи призрачных ручонок, лапочек, щупалец тянулись к нам, норовя погладить, передать частичку тепла и ласки. Трепетные драгоценности сокровищницы, хранящей лучшие поступки зверей и людей – на самый-самый крайний случай.

А потом невероятно длинная мускулистая лапа протянулась к нам сквозь хоровод улыбок и поцелуев и сомкнула лязгающие когти.
– Ай, – пискнул я и …описался.
– Жузюка! – заверещал Грыщь, прыгая в луже.
Чудовищная мамаша ухватили нас за шиворот, и выдернула из дупла, словно редиску. Мы виновато икали и сопели. «Сожрет?» – думал я. Малыш чмокнул меня в глаз и уплыл, как рюкзак, к далекой пещере. На плечах и на лбу у него алмазными искрами сверкали магические пожелания добра и мира. Я отчего-то подумал, что в ближайшие пятьдесят лет в подземельях троллей будет спокойно.
А сам отправился на расправу к дедуле.


Скрытый текст - Время делать мышей:
Игорь Иванович стоял перед зеркалом и недовольно себя разглядывал. Чуть правее, возле входной двери, Изадора Христофоровна собственной, крайне пышной, грудью перекрывала всякую возможность покинуть квартиру. Время приближалось к двадцати ноль-ноль.
– Гарик, я знаю, шо для тебя наилучшее!
– Ну мама-а... – Игорь Иванович наклонился чуть вперед, и потрогал только что набухший гнойный прыщ на лбу.
– Светлана Петровна немолода, некрасива, небогата. Более того, Гаря, у нее четверо детей! Нет, ну я понимаю, если бы один, ну два, ну три, в конце концов! Но четыре, Гаря! Че-ты-ре. Ты сумасшедший, Гаря!
– Но мама! – Игорь Иванович попытался подковырнуть прыщ ногтем, но только немного содрал кожу.
– И к тому же, сына, ты слышал анекдот про мышей?
– Нет! – Игорь Иванович в негодовании надавил на прыщ двумя указательными пальцами, но тот, мало того, что не лопнул, но еще больше надулся и покраснел.
– Ну тот же... ну я тебе рассказывала, когда мы с тобой чай пили.

Игорь Иванович почувствовал, как закипает все больше. Прыщ никак не хотел давиться.

– Мы каждый вечер пьем чай, мама! Ровно с восьми и до двенадцати вечера мы каждый день, вот уже сорок восемь лет, пьем чай!
– Ну да. Ну и вот, Гаренька. Это тот самый анекдот, где отец предостерегал непутевого сына, шо они до мышей таки докувыркаются. Ну, поднапряги памятушку, милый. Ну, вспомнил?
– Она не мышь! – вскрикнул Игорь, когда прыщ, наконец-то, лопнул и брызнул на чисто вымытое зеркало тонкой струйкой гноя.
– Она нет! Но ваши детки, мои несчастные внучата, вашими, между прочим, стараниями, превратятся в мышей. Ну ты подумай, сыночка, в ней всего девяносто сантиметров.

Гарик приложил к кровоточащей ранке на лбу ватный диск, смоченный маминым любимым одеколоном, поправил колпак на голове, вздохнул, развернулся и по слогам произнес:
– Ме-т-р. Мама, во мне самом ровно метр. Какие мыши, мама?! Какие мыши, я тебя спрашиваю? Какие дети?
– Знамо дело какие. Маленькие и красные. Ох, я как представлю, как они кричат, у меня уже заранее голова начинает раскалываться и чешется все, – и, будто в подтверждение собственных слов, Изадора Христофоровна почесала окладистую бороду.

Игорь Иванович снова взглянул в зеркало, и в ужасе обнаружил, что прыщ под ваткой даже и не думал уменьшаться и бледнеть. Он надувался прямо на глазах и все больше краснел, приобретая уже бордовый окрас.

– Ну все, мама! С меня хватит! Мы со Светланой Петровной любим друг друга независимо от роста и количества детей! – Игорь Иванович стянул с головы колпак, и бросил его в мусорное ведро.
Затем он рванул на груди зеленую жилетку, и пуговицы рассыпались по полу.
– Гаря, ну не пыли, не пыли, милый. Мне вредно волноваться.
Игорь наступил ногой на жилетку, пнул ботинки, и они разлетелись в разные стороны.
– Мне сорок восемь лет, я мужчина, мама, а у меня все еще как у юнца вскакивают прыщи на лице. Нужно срочно что-то менять, я не могу так больше. Я больше никогда не надену все это! Вот этот колпак дебильный, вот эту жилетку для придурков, вот эти гномьи башмаки, мама! На дворе двадцать первый век, а я, как сто лет назад, ношу ботинки с загнутыми вверх носками.
– Ну не ругайся, сына. Да к тому же, почему сто лет? Помнится, лет десять назад они были вполне популярны среди людей! – Изадора Христофоровна схватилась за сердце и аккуратно принялась оседать на пуфик, стараясь не промахнуться мимо.

Игорь Иванович одним рывком подскочил к маме и поднял ее на руки, чтобы отнести в гостиную. Он посадил Изадору Христофоровну в кресло, а сам принялся лихорадочно рыться в шкафу. Нашел старую футболку, которая была слишком стара, но все же гораздо лучше, чем новая рубашка в крупный горох. Из комода достал разбитые туфли покойного отца. Там же нашлись и брюки. Уже стоя на пороге, Игорь Иванович, испытывая некоторые муки совести, все же решил заглянуть в гостиную, чтобы попрощаться.

– Все, мама. Чай теперь у нас по утрам. Я ушел делать мышей. В конце концов, за сорок восемь лет вечерних чаепитий, я это заслужил!
– Ну наконец-то вырос, – выдохнула Изадора Христофоровна, когда дверь за сыном захлопнулась, – теперь и помирать можно.

Скрытый текст - Полный монг!:
Монг бился о стену. Из-под треснувшего панциря сочилась желтоватая слизь.
– Бесполезно! – рыкнул полковник Ройз. – Выпускайте, пока и этот не угробился.
Стоявший рядом спецназовец подошёл к монгу и с видимым усилием оторвал того от полюбившейся стены. Вися на руках человека, монг продолжал рефлекторно дёргать разбитой головой и щёлкать когтями.
– Давайте немного подождём… – робко заикнулся Гарик. За сценарий переговоров он не отвечал, но промолчать не смог.
– Вы ксенопсихолог? – Ройз всем корпусом навис над Гариком.
– Нет, биолог, – пискнул тот.
– Так идите и занимайтесь своей биологией, – отрезал Ройз и отвернулся, потеряв к учёному интерес.
Гарик пошёл. Смотреть как выпускают монга. Четвёртая попытка переговоров провалилась. Земляне были озадачены.
Раса монгов казалась разумной. У них были многоэтажные города, вырастающие из природных пещер, орудия труда, транспорт и даже явные предметы искусства, похожие на мозаики из драгоценных камней.
Тем не менее, особи, отловленные для переговоров, категорически отказывались проявлять любые признаки интеллекта. По способностям они едва дотягивали до земных собак, а пока с ними пытались наладить контакт, вовсе сходили с ума. Первый подопытный крутился вокруг оси и старался откусить себе лапы, пока не сдох. Второй бросался на стены, круша всё вокруг секирообразными когтями. Третий впал в прострацию и трое суток просидел, глядя в одну точку. Но его хотя бы успели выпустить.
Гарик жалобно глядел на монга, которого спецназовец с брезгливым выражением тащил на вытянутых руках. По дороге на челнок, монг успел обмочиться и обделаться, но продолжал злобно когтить воздух перед собой. И вообще вёл себя как самое настоящее животное с большой буквы «Ж».
Гарик расстроено вздохнул. На эту особь он возлагал огромные надежды. Внешне она никак не отличалась от собратьев, но по непонятной причине весила почти вполовину больше. Это была аномалия, и Гарик жаждал её исследовать. Ройз творческих порывов биолога не разделял. Куда больше его волновал возможный межпланетный конфликт из-за погибающих у него на борту инопланетян. Первых двух погибших монгов похоронили в обстановке строжайшей секретности. Ходили слухи, что полковник хотел и от похоронной команды избавиться, но, к счастью для последних, там оказался его тесть, поэтому обошлось подпиской о неразглашении.
Гарик остановился у границы посадочной зоны и понурился, как вдруг кто-то хлопнул его по плечу.
– То, что ты просил, – шепнул закутанный в чёрное человек и протянул Гарику вирт-флешку. – Оплату переводи на счёт моей жены. А то, зараза, съест и на другом конце Вселенной!
– Спасибо! – обрадовался Гарик, но человека в чёрном и след простыл. Гарик развернул вирт-окно над флешкой. Накануне, полковник отказал ему в проведении исследования, и Гарик, отчаявшись, пообещал знакомому медтехнику свою месячную зарплату, если тот потихоньку отсканирует их гостя.
Вирт-окно засияло всеми цветами радуги. А Гарик замер, в шоке хватая воздух ртом.
– Стойте! – вдруг заорал он. – Подождите!
Потом выронил из рук флешку и бросился к челноку, куда уже успели занести монга.

***

– Как вы узнали? Мне казалось, я очень удачно скопировал поведение пустой особи, – Гзом щупальцем обхватил тонкую ножку фужера с шампанским и постучал по стеклу когтем. Стекло отозвалось хрустальным звоном. Полковник Ройз натянуто улыбнулся и покосился на Гарика.
– На первых сканированиях мозг у ваших собратьев был размером с грецкий орех, – слегка опьяневший от успеха Гарик продемонстрировал развалившемуся в кресле монгу виртуальную модель ореха. – А на вашем мозг вдвое превышал человеческий. Я по весу понял – что-то не так. Но автономный мозг, способный перебираться из одного тела в другое! И любой монг может стать носителем?
– Да, это очень удобно, – кивнул монг. – В процессе эволюции мы научились отделять разум от животного тела, сохраняя с последним необходимую связь для контроля. Нам удалось побороть власть биологических инстинктов и целиком сосредоточиться на развитии. Благодаря этому за последние сто лет наша раса достигла невиданных успехов в науке. Не отягощённый низменными побуждениями ум остаётся ясным и деятельным всю жизнь.
– Это так удивительно, благородный Гзом, – уважительно кивнул Гарик. Визуальный авто-переводчик продемонстрировал его жест как лёгкое кручение правым нижним щупальцем. – Какие неожиданные пути предлагает эволюция! Вот у нашей расы мозг неразрывно связан с телом.
Гзом сочувственно взметнул в воздух три верхних щупальца. Переводчик на экране всплеснул руками.
– Это подтверждает догадки наших учёных! Они опасались контактировать с существами, до конца не вышедшими из животного состояния.
Потом монг наклонился вперёд и похлопал Гарика по голове.
– Ну ничего, ничего. И у вас тоже разум когда-нибудь победит!


Скрытый текст - Дом:
Давно я за этим Домом присматриваю. Помню, как он строился. Хозяин тогда ещё молодой был. Первой, по традиции, кошку пустил. Потом молодую жену на руках внёс. А там и меня позвали.
Сначала всё хорошо было. Семья счастливая, сынок родился. А потом Хозяин исчез куда-то, ушёл из Дому надолго. Жена его нет-нет, да в слёзы. А я что? Баба-то она хорошая, работящая. Вот я по мере сил и помогал. Хозяйка из Дома уйдёт, возвращается, всякая тёмная погань за подол цепляется. То навка, то ещё какая беда. Ух, и гонял же я их!
А однажды пришла Хозяйка в печали. Голову руками закрыла и рыдает. А я так и не понял ничего. Смотрю, в ворота Чёрная Бабка заглядывает, руку в щель пытается просунуть. Горе почувствовала большое. Но я путь преградил. Та шипит, плюётся, а я филином ухаю. Так и ушла несолоно хлебавши.
Через пару дней Хозяин вернулся. Тенью. Стал у порога, мнётся.
- Пустишь? – спрашивает. – Попрощаться бы.
- Входи, - отвечаю. – Только не задерживайся. У тебя теперь своя дорога.
Мешать ему не стал. Вернулся, вместе со мной на крылечке устроился.
- Где тебя помереть угораздило? – смотрю не на него, а на кур, что по двору бегают.
- Война большая идёт. Не знал разве? – отозвался он.
- Откуда? Мне Дом покидать не велено.
Попрощались. Перед уходом наказал за женой и сыном следить. А то я без него не знаю.
Зима-лето-снова зима. Всё не упомнишь. Новый Хозяин жену молодую в Дом привёл. Старая Хозяйка внуков ждёт. От залётных теней слышал, что и война закончилась уже. Живём потихоньку.
Старушка совсем слабой стала. Слегла и не поднимается. Чувствую, что уходить собралась, а ещё холодно ей. Я клубком свернулся, погреть её, чувствую, как дрожащие пальцы мне в шерсть зарылись.
- Муська, хорошая моя, - шепчет старушка.
Так её кошку, что самая первая в Дом вошла, звали. Она уж сдохла давно. Но я не против, пусть зовет, как хочет. А за окном уже Старый Хозяин заждался…
Я ведь путать могу. Первых Хозяев помню хорошо, а остальные дети их, внуки, да правнуки… Уж и не разберёшь. Помню только, что покой недолго длился.
Люди пришли. Холодные, тёмные. Писали что-то. Весь Дом перерыли. Хозяйка плачет, а Хозяин на их вопросы отвечает. И вдруг один из пришедших, с глазами светлыми, как посмотрит прямо на меня – шерсть так дыбом и встала. Чую, видит он меня, но только улыбнулся криво. Забрали мужика, увели. Хозяйка снова в слёзы. С тех пор душа истончалась у неё. Я тёмных-то отгонял, что цеплялись. Бабка опять приходила. На этот раз лишь смотрела издалека.
Хозяин-то вернулся. И даже не тенью. Не скоро пришёл, Хозяйка уж постареть успела, а дочка вырасти. Нервный, худой. По ночам всё плакал, а потом в сарае повесился.
Так и жили. Чуть успокоится – снова беда. Я уж и так, и эдак. Но зло всегда снаружи идёт. Потом как-то затишье наступило. Пока Худые мимо калитки не прошли. А если Худые бродят – значит плохо людям живётся. Лихие времена начались. Я уж думал, что конец пришёл. Но дочка старшая выжила. Теперь её стал Хозяйкой называть. А ещё я ей живот потрогал и понял, что последняя она. Не будет больше.
Жить стали втроём: я, она и кот. С рыжим мы даже дружбу завели, да и к молодой я привязался. Она шебутная, но добрая. Вот только Дом совсем разваливаться стал. Крыша прохудилась, а Хозяйка только тазики подставляет. А ещё сны у неё дурные, беспокойные. Наверно они защиту и ослабили. Не смог я уберечь. Чёрная Старуха в дальней комнате поселилась. Что ни ночь, то я её от молодой отгонял. Один раз не уследил. Влетаю, а Чёрная в изголовье сидит, и пальцы свои уродливые прям в затылок засунула. Я налетел, ударил. А она как зубами гнилыми вцепится – насилу отбился.
Хозяйка после этого случая болела долго.
А дальше… Дальше совсем всё плохо стало. В один день Хозяйка стала вещи собирать. Потом какие-то люди помогали ей мебель выносить. Кот бегает, на меня смотрит. А я что? На чердак ушёл.
Слышу – уехали. И кота с собой забрали. Старуха в дальней комнате хохочет. Я спустился, брожу по пустому Дому. Кое-что не взяла с собой. Буфет, который от первого хозяина остался. Пустой стоит, сиротливый. Покосившийся шкаф… А потом гляжу – тапочки её. Она ведь любила их. В виде котят, мягкие такие, новые. Забыла! Я к воротам кинулся, но куда там… Не могу.
Через две ночи в Доме окно разбили. Влез старик, от которого пахло мочой и смертью. И мысли у него были липкие и грязные. Я такие впервые видел. А следом за ним сквозь брешь стали Тёмные лезть. Особенно Безглазый страшный. Я слышал, как он с Чёрной Старухой дом делил. А я на чердак опять забрался, защиту посильней оплёл. Дом я потерял уже, но чердак не отдам. Обнял тапочки-кошечки и размышлять стал. Недолго ведь уже осталось.
А думал я про людей. Они странные. У нас особо-то выбора нет. Если я должен Дом хранить, то охраняю. Старуха зло тоже творит, потому, как не может иначе. Но люди ведь… У них выбор есть. Почему же горе сами себе делают? Почему убивают друг друга? Не понимаю. Скоро Дома не станет. Не знаю, что со мной будет. Может пойду новую семью искать. Может на этот раз люди одумаются.


Скрытый текст - Магус просыпакус:
Впереди шипит и скребётся. Урса прижалась к стене. Стена мягкая, прохладно-гладкая. Урса провела ладонью по этой роскоши и качнула головой восхищённо. Шёлк! Эх, Арк, а когда-то в сене ночевали...

Чтобы прижаться к стене, пришлось влезть в сапогах на банкетку. Что-то ползло мимо. Шуршало чешуёй, шипело и вскудахивало.

Ближе, ближе. Урса зажмурилась. Василиск остановился, всшипнул. Языком воздух щупал.

Урса дышать перестала. Только сердце стучит оглушающе. Жаркие потные ручейки потекли по Урсиной спине под рубахой. А вдруг змей её учует?

Зашуршало дальше, ещё дальше. Уполз?

Шипит уже в другой зале. Урса вытерла рукавом пот над губой и спрыгнула с банкетки.

Тррры-ынь!! «Уурррса великолепная!» - тихо промурлыкало под перебор струн. Как раз с той стороны, куда уполз василиск.
От рёва Урсы дрогнули хрустальные висюльки в светильниках и стёкла в окнах. И василиск развернулся. Ползёт сейчас на неё, его красноватые глаза огоньками светятся над полом.
Он будет стараться посмотреть ей в глаза — по-другому он убивать не умеет.

Решение свалился в голову, и Урса развернулась спиной. Теперь не пропустить момент!

И вот змеиная голова в куриных перьях выползает слева. Урса бьёт. Клинок не перерубает шею зверя, но перебивает ему позвонок.

Зверь бьётся от боли, разбрызгивает по коврам и мебели тёмные капли ядовитой крови. Язычки огня в лампах, глубокие тени и судороги смерти. От этого холодная жуть ползёт по спине.

Из глубины дома идёт женщина на тонких и длинных ногах-спицах. Как у паука-сенокосца, но две. Вместо лица — гладко обтянутое кожей место. Ошибиться с полом нет возможности. Эту тварь не одели даже в перья.

Урса сдувает волосы со лба, но кудряшки падают обратно. С клинка ещё капает кровь василиска, Урса с рёвом бросается к новому чудищу.

Его жаль — такое оно беспомощное, ненужное. Живое, но не для жизни.

Она отрубает ему голову, и со злобной мстительностью вытирает меч о гобелен:
- Ну, Арк! Сскотина!

Сзади сдавленно вскрикивают. Жалобно стонут струны прижатой к груди... Урса не знает, как называется эта штука, на которой бренчит увязавшийся за ней менестрель. Нелепый в своём камзоле из портьеры и берете с лихим петушиным пером, он перешагивает через трупы, бледный и с трясущимися губами, не может отвести от них глаз:
- Урса... Вы...
Струны под пальцами Дитриса поют и он сам поёт:
- О дева победы!..
- Заткнись, Дитрис! А то ещё набегут.
Глаза у Дитриса делаются ещё круглее, а губы — ещё бледнее.
- А...а их тут много?
Урса кровожадно усмехается:
- Видишь ли, мальчик, верховному магу скучно. А когда ему скучно, он скучает. Пошли!
Дитрис осторожно переступает через тощий, в обвисших кожных складках труп женщины и бегом догоняет Урсу:
- Я думал, они все на улицах...
Кажется, даже кудряшки Урсы скрутились плотнее от злости:
- Что есть скука, Дитрис?
- Н-не знаю.

Рабочая комната мага выходит на террасу сада. Сейчас стеклянные двери в сад распахнуты, и ночной дождь льётся в комнате. На магическое барахло, на книги, подушки, пледы, скомканные и исписанные белые листы.

Створка двери размахнулась об книжный шкаф и ударила обратно, в не успевшего увернуться Дитриса.
- Арк!

Тощий Арк с нечёсанными белыми волосами лежит в кресле. Возле босых ног, торчащих из-под пледа, свернулся крылатый кошк. Маг покачивает бокалом вина, смотрит сквозь него:
- Урса, здрав...
- Подлец!
- Что случилось, крошка?
Дитрис смущённо прижимает к груди свой инструмент, оглядывается по сторонам. Урса прошагала прямо к креслу, подняла за шкирку кошка с перепончатыми крыльями и ткнула его в лицо магу:
- Ты создаёшь монстров! Они убивают, я убиваю их! Они — живые!! А ты...
Арк проглотил вино, исчез бокал и взял кошка. Пушистая тварь замурлыкала под его длиннопалыми ладонями, потёрлась о перстень.
- Мне скучно, Урса.
- Стихи пиши. Зубы лечи. Твои твари выходят в город! Нападают!
Урса размахивает мечом в сторону города:
- Князь не справляется! Зовёт меня, и я снова убиваю живое, то, что создал ты!
- Я бессмысленен, Урса. Я могу почти всё.
Чёрный кошк вывернулся из его рук и перепорхнул на плечи Урсе, чтобы поиграть с её кудряшками. Маг проводил его глазами:
- Могу. Но не хочу. Понимаешь?

Урса сунула меч в ножны:
- У короля-дракона появился новый маг.
- Ну и что?
- Она...
Арк оживился, сел в кресле:
- Она?
- Она магистр.
- Не-ет.
- Да.
- Дракон? - Арк пощёлкал пальцами, - Как его там? У него же маги с ума сходят?
Арк уже метался по комнате, сутулый и по-журавлиному длинноногий. Белые патлы мешались, когда он наклонился над столом. Его пальцы пробежали по корешкам сложенных стопкой книг. Там не было того, что он искал. Потирая подбородок, Арк оглянулся на книжные полки.
- Арк, убери своих чудищ.
- Да-да, уже.
- Пошли, Дитрис!
Урса обняла менестреля. Они уже были почти у входной двери, когда до них донёсся крик:
- Урса! Она не может быть женщиной!
Воительница ухмыльнулась и пробурчала:
- Может. Что движет миром, Дитрис?
Дитрис смотрит восхищёнными глазами:
- Любовь.
- И любопытство.
Дождь льёт. На улицах города тают чудовищные трупы. И всё будет хорошо. Если Арк снова не заскучает.

Скрытый текст - Поздний вечер в Соренто:
По залитой солнцем саванне бежал кроманьонец. Высокий, стройный и ... крайне изможденный. Легкий и невесомый бег древнего человека уже стал неуклюжим, копье с каменным наконечников и набедренная повязка казались ему неприподъемными.

Когда наступит очередной ледниковый период, тут возникнет Римская империя, но пока здесь обитали носороги, крокодилы и было нестерпимо жарко.

Кроманьонца обычно подзывали звуками Ад-ан. Нет, это не было настоящим именем, его племя еще не придумало ни имен, ни языка. Они общаясь жестами, используя речь лишь для имитации криков животных, либо для угрожающих криков. Клички давались по тем звукам, которые человек произносил чаще всего в детстве.

Лань, которую он преследовал, оглянулась и пустилась бегом. У нее тоже почти не осталось сил. Человек, существо медленное и мало какое животное он сможет догнать в спринте, но никто в животном мире не может сравниться с человеком в марафоне, а бежали они уже пятый час.

Ад-ан знал, что либо лань свалится от теплового удара и он сможет вдоволь напиться ее крови, либо от жажды погибнет он сам, так как последний водоем они пробежали несколько часов назад, он просто не успеет добраться до воды вовремя.

Из высокой травы выскользнула незнакомая человеческая фигура.

"Враг," - подумал Ад-ан, крепко сжимая копье, с ужасом понимая, что если они начнут драку, лань несомненно ускользнет.

То, что фигура была явно женская, ничего не меняло, женщины его племени ходили на охоту и войну наравне с мужчинами. А вот выпрыгнувшая следом большая саблезубая кошка, поменяла все...

... один удар когтистый лапой и загнанная лань свалилась замертво. Кошка облизываясь, не торопясь повернулась к людям, явно не собираясь довольствоваться одной жертвой.

Женщина, что-то крикнула, прячась у него за спиной, вытаскивая из сумки какую-то странную палку с жилами.

"Вот и конец" - подумал Ад-ан, размахивая копьем, пытаясь хотя бы не дать хищнику подойти вплотную, когда что-то свистнуло, в глазу кошки возникла палка с перьями, а заметавшаяся хищница открыла уязвимое брюхо...

***

... когда они закончили разделку лани и сняли шкуру кошки, солнце уже стремительно приближалось к горизонту. К счастью, им удалось найти пещерку, на самом деле, просто дырку в холме, где они едва-едва смогли поместиться, затащить трофеи и завалить вход.

Женщина, которая помогла ему, совсем не походила на женщин его племени, даже не потому что кожа у нее была совершенно черной. Девушка едва достигала его груди, но в плечах была даже шире его, лицо у нее было немного вытянутое, голова большая, а брови густые.


У нее было множество удивительных вещей - палка, способная кидать другие палки, веревка, способная кидать камни. Но самое удивительно это пара камней, которыми она развела огонь, тот самый огонь, который в племени берегли и хранили, как зеницу ока.


Она постоянно издавала какие-то звуки, даже не пытаясь общаться жестами. Когда женщина поняла, что Ад-ан ее не понимает, она взяла палку и начала чертить какие-то закорючки, в которых Ад-ан вдруг увидел животных и людей. Из нарисованной истории, кроманьонец понял, что ее племя кочевало на новое место, а она потерялось. Ад-ан жестами показал, что поможет ей найти своих.

Когда наспех собранный костер прогорел, они положили на кострище мягкую шкуру кошки и легли рядом. Вместе - у них была только одна шкура, а в пещерке совсем не было места.

Девушка первая прикоснулась губами к губам Ад-ана, хоть в его племени так не делали, он мгновенно понял, что это значит, опрокидывая ее на спину и ложась сверху… Это был долгий, очень долгий вечер...

***

Оставив добычу в пещере и завалив вход, они отправились на поиски племени девушки. И его и ее племя нашлись одновременно… неандертальцев не спасли ни луки, ни пращи, ни ум. Кроманьонцев просто оказалось больше и они были сильнее. Ад-ан заметил несколько трупов, держащих в руках не оружие, а какие-то дары.

“Они пытались договориться,” - подумал Ад-ан.

Ад-ан заметил, что соплеменники сломали луки, пращи и много других удивительных вещей неандертальцев, даже не пытаясь в них разобраться, и раскидали бесценные камни для розжига огня.

Его спутница, испугано дернулась, но он решительно взял ее за руку и повел за собой.

“Тебе не выжить одной”

Соплеменники с интересом разглядывали пришельцев. Ад-ан жестами показал, что это теперь его женщина, но племя не торопилось решать, посматривая на пожилого мужчину, двадцати пяти лет, по кличке Як-фе.

Нет, он не был ни вождем, ни шаманом, в племени просто не успели еще придумать вождей и шаманов, но обычно остальные следовали его решениям.

Як-фе не торопясь подобрал мелкий камень и лениво кинул его в сторону пары, даже не пытаясь попасть. Но этого не требовалось... камни стали подбирать остальные, намного крупнее, и целились они куда лучше. Ад-ан с девушкой бежали, соплеменники не преследовали, мяса и так теперь хватало…

Они возвращались к пещере к добыче, когда он вспомнил, что не знает, как ее называть:
- Ад-ан, - показал он на себя,
- И-ва, - ответила она


Скрытый текст - Флейтист:
Сегодня в “Сыром котле” никого, хотя месяц назад тут постоянно выпивал рабочий люд. Вчера сюда заходил только я и позавчера тоже.
В первый день после того, как город вымер, я постоял на пороге, опасаясь услышать шорохи. Боялся, что кто-то выжил. Но нет, они остались живы лишь в кошмарах. Карл вопит и бросается с топором. Иоганн рыдает и спрашивает, почему я убил его сына. Но сейчас день, их тела сгнили, пока не засну, я один. Только я и дети. И через неделю мне не нужно будет ходить за припасами. Останется только один мой сын, Фридрих. Или я.
За двенадцать лет, что мы с сыном жили в Гельдерне, я привык к тихой, спокойной жизни. Никто не поверит, что отродье дьявола живёт рядом с магистратом, помогает мэру с документами, ходит в церковь, растит сына. Не так преуспел в последнем, как оказалось.
В тот день я возвращался домой уставшим, рассчитывал на тихий ужин с Фридрихом и удивился, когда не застал его. Обыскал дом и двор, расспросил соседей. Иоганн сказал, что его сын Себастьян убежал к пойме смотреть, как пасутся овцы, возможно, позвал моего с собой. И в тот момент меня пробрал холод. Мелодия, которую я не слышал с детства, сейчас звучала над Гельдерном. Плавная, чарующая музыка, которую должна слышать только жертва и музыкант. Тот самый ритм три четверти, на первую долю которого ваше сознание шагает в цепкие лапы ужаса. На вторую он злорадно переносит вас в бездушное блаженство. А на третью разум раскалывается и подчиняется музыканту. И после нескольких тактов человек прыгает со скалы или убивает свою возлюбленную. Но чаще — с улыбкой на лице маршируете под воду. Так было в Хамельне, где я последний раз видел папу.
Но я не мог себе позволить, чтобы хамельнская трагедия повторилась в Гельдерне. Казалось, всё, что можно было сделать, я сделал. Чтобы никто никогда не играл при Фридрихе, я сжёг фамильный клавесин мадам Жоржетт. Охранял наш захолустный городок от бардов, ломал их лютни и заводил их в дебри. Сами жители не ценили музыку. Единственный музыкальный инструмент — рояль — украшал кабинет мэра, который я оставил как оружие последней надежды. К сожалению, я ничего не знал о флейте пастушка из соседнего села.
Я стоял рядом с соседом, но видел глаза его сына и пастушка. Не знаю, как, не знаю, почему. Не спрашивайте, это ужасно. Как болванчики, пастушок и сын Иоганна двигались к воде. Их ноги пытались дергаться плавно, даже когда вода заполнила лёгкие. Фридрих играл на флейте с видом зависимого от опиума человека, который добрался до маковых полей. Нужно было ему помешать, я побежал в магистрат, оставив позади изумлённого Иоганна. Когда я добрался до рояля и смог перебить мелодию Фридриха, весь город уже был погружён в хаос. Дети бросались на родителей. Более устойчивые к чарам флейтиста юноши топились в реке и прыгали из окон.
О чём я думал, когда заводил ребёнка? Что мы, два чудовища, будем жить долго и счастливо до конца своих дней? Изредка опустошая города, питаясь душами наших соседей и друзей?
Я не боюсь кошмаров, где Петро рубит меня в фарш, а отец Григорий сжигает меня на костре. Это честно. Я — кошмар наяву. Под мой вальс дочка Петро, Сильвия, разрезала отцу шею от уха до уха. Я — тот демон, который своей песней выбил витражи в церкви. Дождь осколков прошёл сквозь прихожан и пастыря. Ни о чём не жалею. Я убил всех, но они сохранили свои души. Они имеют полное право мстить за себя и за своих детей. Потому что всех я не смог спасти от своего сына. Одиннадцать из них успел забрать Фридрих.
Я пишу это всё, потому что хочу, чтобы меня поняли. Тогда я вернулся домой, где меня ждали двенадцать маленьких истуканов. Один из них был мой сын. И я мог спасти ваших детей, но у меня не хватило духу тронуть Фридриха. Он казался невинным, безобидным, каким я сам был когда-то. Может быть, это часть нашей тёмной сущности. Я знал, что мог спасти их души, но я не смог притронуться к своему очаровательному мальчику, покачивающемуся в ритме ¾. Каждый день я играл им вальс, чтобы поддерживать заклятие, после я уходил за едой. И когда возвращался, находил на одного ребёнка меньше. А Фридрих становился всё живее. Вчера он позвал меня. “Папа, давай поиграем”. Мои руки дрожали, я пытался попасть в ритм. Сын подошёл и дотронулся до меня, прежде чем мне удалось погрузить его в сон.
Осталось только двое детей. Мальчик и девочка. На третий день разум Фридриха станет слишком сильным. Моя музыка не сможет его остановить. Мне придётся посмотреть в его глаза и исчезнуть, как исчез мой отец и, наверное, мой дед. Я не смог. Простите.


Скрытый текст - Антон:

– Ты старый! – повторил я.
Антон отложил книгу на маленький столик у кресла. На переплёте серебрилось название – «Закат Европы» – его любимого чтения.
– Мы ровесники, между прочим.
– Поэтому я и не встречаюсь с малолетками.
Он поморщился, словно услышал от своего студента непристойность.
– «Малолетками»? Что за вульгарность? Анастасии двадцать пять!
– А тебе?
Антон молча потянулся к «Закату Европы» и углубился в чтение. Ни дать, ни взять благообразный дядюшка с открытки. Бородка с сединой, серые волосы, клетчатая рубаха, синева джинсов… тапки. Через мгновение он вздохнул и вернул книгу на место:
– С тобой решительно невозможно общаться! За долгие годы ты научился оскорблять даже молча!
Кто бы ещё смог сказать? И у меня, и у него больше нет друзей, да и с семьями не заладилось. Мы слишком увлеклись в своё время работой, а остальное, мол, подождёт.
– Сам знаешь…
– Что я знаю? Договаривай! Что она встречается из-за денег? Ты это хотел услышать? Что она не любит?
Теперь молчал я. Мне его жалко и страшно одновременно. Если Антон уйдёт, то кто останется рядом? Получается, что в основе моей заботы лежит обычный эгоизм? Мелко, противно. Я молчал. Антон выше укоров, даже парировал, не наступая. Многое мог бы сказать: что я завидую его выигрышу, любовнице, перспективам… Но не сказал. Потому что Человек, потому что друг.
Остаток вечера молчали. Он сосредоточенно читал, я – смотрел на изменения в квартире. Вслед за табличкой с выигрышным номером билета в квартире появилась бронзовая вешалка, стеклянный столик для газет; книги, разбросанные по всему дому, сместились к полкам, уступив тряпкам Настеньки…

Мы стали реже видеться из-за сессий и пересекались разве что в курилке. Правда, скоро он перестал появляться и там, потому что у Анастасии от табачного дыма болит голова. Домой я приползал поздно ночью, не раздеваясь, включал персональный и смотрел чёрно-белое кино, ужинал и засыпал в процессе. Особо не поболтаешь, хорошо хоть нашей дружбе не требовалось подтверждений, и мы могли бы не видеться хоть до следующего учебного года, если бы не ошеломительная новость. Антон покинул кафедру по собственному желанию! Конечно, после выигрыша он не нуждался и мог посвятить время себе. Слетать на юг, не знаю, побывать на Соловках…
Антон долго не открывал и, когда я уже полез в телефон, наконец-то зашаркал ногами в прихожей.
– Как старый дед… – заворчал я и тут же осёкся. Вместо моего друга стоял какой-то пенсионер из очереди на приём в поликлинику.
– Заходи, – прокашлял Антон.
Ноги его дрожали, он и так и норовил плюхнуться в кресло.
– Что с тобой приключилось?
– Как видишь – наслаждаюсь жизнью.
Квартира преобразилась. От завалов книг осталась маленькая полочка, вместо шкафа объявился плазменный телевизор на всю стену и картины из разноцветных пятен. Магнитики с лейблами ночных клубов на холодильнике. Пахло сладкими духами.
– Всегда путал суккубов и инкубов… – пробормотал я.
Он понял, но не принял.
– Ты уже написал завещание?
– Можешь оставить книги себе.
– Ты только посмотри на себя! – воскликнул я. – Есть законы жизни. Кесарю – кесарево. Красивые – красивым. А ты? Ну, неужели тебя можно полюбить… Это безумство!
– Тогда и Колумб был безумцем. Подумать только – плыть в пустоту, когда можно спокойно драть с голландских торгашей по три шкуры. Но он, понимаешь, верил, что достигнет мечты.
– Ты умираешь…
– Совпадение.
– Она травит тебя.
– Ты не знаешь!
– Зато я знаю тебя. И ты выглядишь хуже. Тебе надо к врачу.
– Мы вызвали знакомого медика – грипп плюс возраст и повышенный холестерин.
– Чей он знакомый? У нас с тобой знакомые только археологи… Почему ты отвернулся?
И вдруг я понял:
– Господи!
– Когда ты начал верить? – прерывает Антон.
– Ты не лечишься, потому что веришь… Нет, я вызову полицию!
– Не смей! Ради нашей дружбы, ради приличий. Ты должен уважать мой выбор!
– Это не выбор, это гормоны! Всякие природные штучки, а не разум. Ты же учёный! Ты же Человек. Как ты можешь… из-за одной…
– Не называй её имя! Как минимум некрасиво в отсутствии оппонента.
– Ты знаешь. Это ещё хуже, чем быть слепцом! Нет, тебе нужен особый врач и палаты с мягкими стенами.
– Я старый человек, мне нужен покой. Долгие разговоры меня нервируют.
– Ты старый дурак!
Я вышел, сбивая костяшки об стенку подъезда.
Вечером позвонил, извинился. Долго молчали.
– Я верю, понимаешь.
– Вера и разум вещи малосовместимые.
– Но у Колумба ведь получилось…
Хренов Колумб из средней полосы.
– Ты веришь в человека, веришь в совесть. После стольких лет. Это не разумно.
– С таким разумом и жить не хочется.
Тут-то он прав.
– А что если ты ошибаешься? – тихо спросил я. – Как мне без тебя?

Нерадостные мысли я заглушил работой. Гнев и страх исчезли, я примирился с потерей друга при любом исходе и решил отпустить. Надеюсь, он будет счастлив с Настей и у него появятся дети, во всяком случае, у неё. А из-за разницы в возрасте он так и не узнает, куда она растранжирит наследство.
Набрал его номер:
– Антон?
– Он умер, – ответил женский, с лёгкой хрипотцой голос.

Скрытый текст - Последний выживший:
Солнечные ракеты прилетели внезапно. Города, села, леса и равнины – всё то, что недавно называлось планетой К6, было уничтожено ударными волнами. Впрочем, я этого уже не увидел.
В тот день я как раз возвращался домой после школы и вдруг - почувствовал легкое покалывание в груди. А через минуту – увидел темные стены без окон. Подумал, что я умер в тот миг. Потом, что нахожусь в лазарете. И только в комнату зашёл человек в форме Федерации и учтиво поклонился мне, я, наконец, понял – моя планета мертва. А я был случайным образом выбран на роль последнего выжившего.

- Я знаю, ты должен меня ненавидеть, - сказал седой капитан. Его взгляд был направлен в пол, а руки упрямо теребили старинный медальон, какие я видел в музеях.
- Но поверь, я желаю тебе только добра! Нет такого закона, чтобы оставлять выживших, я лишь исполнил старую военную традицию… и к тому же, я был в своём праве спуская ракеты, - вздохнув, он продолжил. - Согласно двадцать третьей поправке ты можешь рассчитывать на бесплатное обучение и жилье на любой из планет Федерации. Ты также можешь рассчитывать на пожизненную пенсию в восемьсот кредитов и, кроме того, я лично готов помочь, если возникнут какие-либо сложности.
Он явно ждал от меня слов, какой-либо реакции, но что я мог ответить ему? Человеку, только что уничтожившему мой родной дом, близких и всех тех, кого я не знал и уже никогда не узнаю? Какое-то время он, молча, смотрел на меня, а затем протянул медальон с голубой змеёй и сказал:
- У тебя есть конституционное право на месть. Я буду ждать тебя.
После чего поднялся и отдал приказ “Держим курс на П9”!
- П9? – переспросил офицер. – Он же совсем ребенок!
- Если выживет, - тихо сказал капитан, но так, чтобы я услышал. – Это будет лучшим выходом для него.
***
Удар. Потом ещё один. И ещё. Похоже, в этот раз я окончательно доигрался.
- Будешь ещё хоть раз в чужие карты подглядывать? – громила с рассеченной губой проревел мне в ухо. В такие минуты я даже немного жалел, что не принял подачку подонка из Федерации.
- Что здесь происходит?
Господин в костюме и шляпе подошёл к нам.
- Да вот, наглеца наказываем, - сказал вышибала, но тот уж не слушал его. На долю секунды он наклонился, а затем уже держал что-то в руках. Медальон. Должен быть, я выронил его в потасовке.
- Отпустить. Сейчас же, - сказал господин.

- Давно ты здесь?
- Полгода.
- Тебе следовало показать эту штуку, сразу же, как ты прибыл сюда.
Я промолчал.
- Вот здесь, - сказал незнакомец, и мы вошли в небольшой ангар.
Корабль был высшего класса. Построенный ещё до Второй Войны, он словно много лет ждал меня.
- Вот уже много лет наш род ждёт посланников с голубыми змеями. Теперь я готов передать тебе то, что по праву твоё. Однако… - он размахнулся и ударил меня по лицу. Потом ещё раз. И ещё. – Тебе ещё многом предстоит научиться.
Я смахнул кровь с разбитого носа и с огромным трудом поднялся. Похоже, это будет долгое обучение.
***
А7 – одна из тех небольших планет Федерации, которые отмечены не на всех картах и справочниках. А ещё ровно через десять минут она будет уничтожена. Ведь именно там теперь живёт седой капитан.
Я открыл медальон и в сотый раз перечитал записку.
Знаю об этом глупо просить, но я прекрасно понимаю тебя. Ведь сам когда-то был последним выжившим и тоже когда-то прошёл через П9. И всё же я попрошу: если спустя много лет ты придёшь за мной, не оставляй выживших.
Затем расхохотался, скомкал её и бросил в дальний угол. В тот же миг сотни солнечных ракет рухнули на планету, которая когда-то называлась А7.

Последнему выжившему было на вид лет 9-10. Даже младше, чем я тогда.
- Я знаю, ты должен меня ненавидеть, - начал говорить я, но, увидев холодный взгляд, замолчал и протянул ему медальон. – Я буду ждать тебя.
- Курс на П9, скомандовал я, выходя из каюты.
Возможно, когда мальчик подрастёт, ему хватит ума, чтобы не оставлять выживших. Или не хватит, и тогда всё повторится, как встарь, не знаю. Ведь даже звезды не знают, что будет потом.
Ответить с цитированием
  #2  
Старый 16.06.2018, 10:46
Аватар для Безумное Чаепитие
Винтажный инвалид Креатива
 
Регистрация: 19.06.2016
Сообщений: 2,428
Репутация: 378 [+/-]
Всего восемь часов размышлений потребовалось мне,
чтобы разрешить головоломку:
"Почему на финальное голосование претендуют ДЕВЯТЬ участников блица?"

Ответ оказался восхитительно прост,
но я сам себя поздравляю с эффективным мозговым штурмом.
__________________
Чем дольше я живу, тем больше склоняюсь к мысли о том, что в солнечной системе Земля играет роль сумасшедшего дома.
Бернард Шоу
Ответить с цитированием
  #3  
Старый 16.06.2018, 11:46
Аватар для Мартокот в октябре
Мастер слова
 
Регистрация: 07.03.2016
Сообщений: 1,704
Репутация: 191 [+/-]
проголосовал.

занятно, что я сразу выделил своих фаворитов. не мучился выбором. видимо, некоторые хорошо зацепили. да. оказались ближе мне и понятнее.

в общем, я ффсио.
__________________
гуляю сам в октябре
Ответить с цитированием
  #4  
Старый 16.06.2018, 20:12
Балмора
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 5,168
Репутация: 1446 [+/-]
1. Дом
2. Время делать мышей
3. Смотритель Флейтист

I*m sorry
__________________
кидаю ульт по кд
Ответить с цитированием
  #5  
Старый 16.06.2018, 21:32
Аватар для Фрол Данилов
Ветеран
 
Регистрация: 29.09.2017
Сообщений: 777
Репутация: 89 [+/-]
1. Где сосны рвутся в небо.
2. Дом.
3. Поздний вечер в Соренто.
Ответить с цитированием
  #6  
Старый 16.06.2018, 21:43
Аватар для Теплый нос
Посетитель
 
Регистрация: 07.06.2018
Сообщений: 55
Репутация: 5 [+/-]
Цитата:
Сообщение от Фрол Данилов Посмотреть сообщение
1. Где сосны рвутся в небо.
2. Дом.
3. Поздний вечер в Соренто.
Это что? Финалисты?

Ну а места остальные тоже интересно жи.
Ответить с цитированием
  #7  
Старый 16.06.2018, 21:44
Аватар для Пан хулиган
... и ему полагается пошалить…
 
Регистрация: 11.04.2016
Сообщений: 621
Репутация: 72 [+/-]
Теплый нос, думаю это пока Фрол проголосовал
__________________
Это хулиганство высшей пробы (c) Wenegur
Трэш, угар и местами содомия...
... баловство качественное и с душой. А это дорогого стоит. (с) Greenduck
Ответить с цитированием
  #8  
Старый 16.06.2018, 21:44
Аватар для Фрол Данилов
Ветеран
 
Регистрация: 29.09.2017
Сообщений: 777
Репутация: 89 [+/-]
Цитата:
Сообщение от Теплый нос Посмотреть сообщение
Это что? Финалисты?

Ну а места остальные тоже интересно жи.
Не, это мой голос.
Ответить с цитированием
  #9  
Старый 16.06.2018, 23:47
Аватар для Фрол Данилов
Ветеран
 
Регистрация: 29.09.2017
Сообщений: 777
Репутация: 89 [+/-]
И финалисты занимают места:

1. Дом — 2+3+3+1+3+3+3+3+1+2=24 балла.
2. Где сосны рвутся в небо… — 3+2+2+1+3+3+2+3=19 баллов.
3-4. Флейтист — 1+1+2+3=7 баллов.
3-4. Полный монг! — 3+2+2=7 баллов.
5-6. Поздний вечер в Соренто — 1+1+1+1=4 балла.
5-6. Последний выживший — 2+2=4 балла.
7. Магус просыпакус — 1+1+1=3 балла.
8-9. Антон — 2 балла.
8-9. Время делать мышей — 2 балла.
Ответить с цитированием
  #10  
Старый 16.06.2018, 23:49
Аватар для Мартокот в октябре
Мастер слова
 
Регистрация: 07.03.2016
Сообщений: 1,704
Репутация: 191 [+/-]
О! спасибо!

приятно, когда полностью согласен с пьедесталом! вверху сильные - и я спокоен. сильным проигрывать не позорно.

магус засыпакус! чего и вам желаю.
__________________
гуляю сам в октябре
Ответить с цитированием
  #11  
Старый 18.06.2018, 19:39
Аватар для Falcon Feather
Бездарный таракан
 
Регистрация: 30.03.2016
Сообщений: 2,497
Репутация: 318 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Falcon Feather
Как прошло? Как дела? Кто выиграл? Опять Дед что ли?
Ответить с цитированием
  #12  
Старый 18.06.2018, 19:44
Аватар для Greenduck
Redrum
 
Регистрация: 08.11.2011
Сообщений: 5,202
Репутация: 4085 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Greenduck
Falcon Feather, я выиграл)
__________________

Сообщество "За упокой" ☥
persona non grata
Ответить с цитированием
  #13  
Старый 22.06.2018, 19:15
Аватар для Эрл Хлипкий
Мастер слова
 
Регистрация: 28.11.2017
Сообщений: 1,113
Репутация: 80 [+/-]
Greenduck,
Поздравляю!
Даже мне "Дом" понравился.
__________________
И да поможет нам Пресвятой Центаврий! (c)
Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Финальная Тревога (07.01.2010) MirfRU Новости 1 08.01.2010 10:48


Текущее время: 23:09. Часовой пояс GMT +3.


Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2018, Jelsoft Enterprises Ltd.