Форум «Мир фантастики» — ролевые игры, фантастика, фэнтези

Вернуться   Форум «Мир фантастики» — ролевые игры, фантастика, фэнтези > Общие темы > Творчество

Важная информация

Творчество Здесь вы можете выложить своё творчество: рассказы, стихи, рисунки; проводятся творческие конкурсы.
Подразделы: Конкурсы Художникам Архив

Ответ
 
Опции темы
  #1  
Старый 08.03.2017, 13:27
Аватар для Ранго
сыч
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 4,626
Репутация: 1335 [+/-]
Сообщение Марафон. Первый

Посмотрим, что можно сделать за 100 дней. Кое-что пойдёт не в счёт.
Скрытый текст - содержание (ссылки на главы и страницы:
Глава I. Прибытие 1-4, 1-5
Глава II. Ладога 2-2, 2-3, 2-4, 2-5, 2-6 , 2-7 , 2-7-б, 2-8, 2-10 , 2-10 -б



Скрытый текст - Глава I Прибытие (1-4 не в счёт):
Скрытый текст - 1-1:
Корабли устилали поверхность моря – длинные, узкие, под четырёхугольными парусами, с поднятыми вёслами и подвешенными щитами на бортах. На двух самых больших драконьи головы, красная и чёрная, обе скалящиеся, будто бы желающие поглотить весь мир. Эти корабли – драккары – почти не прибегали к вёслам, приноравливаясь к медленным кноррам, загруженным припасами. Чуть поодаль, в хвосте, шли ладьи с налётчиками с южного берега. Южане примкнули на последней стоянке, искали в чужих водах поживы, натолкнулись на датчан. Схватились, было, за оружие, но разобрались, успокоились, вроде как присягнули на верность. Хотя кто их знает, Хаккон, рулевой флагмана, чужаков не жаловал.
Море капризничало – хмурилось, закрывалось от солнца тучами, буркало валунами волн. Разлетающиеся о высокий нос брызги обжигали холодом. Порывы ветра студили, а блеклое, полуприкрытое вуалью облаков, солнце, почти не грело. Вдалеке, на востоке, показался лёгкий просвет с дымкой. Острые глаза мальчишки, путающегося у моряков под ногами, разглядели берег и даже макушки сосен.
– Земля! – закричал он и тут же ловко уклонился от подзатыльника рулевого.
– Не лезь под руку, малец! – рявкнул Хаккон и, не останавливаясь, прошёл к капитану. Но все уже услышали, и гребцы радостно передавили вести. Доплыли, мол.
Капитан немолод, в бороде накопилось немало седых волос и пройдёт ещё немного времени, как она приобретёт старческий перцовый окрас. Волосы его – некогда длинные, русые – обтрепались и выцвели. Лицо узкое, красное и сухое, с глубокими морщинами, придававшими капитану вечно голодный вид. Всегда невозмутимый, каменный. Под стать и глаза – светло-голубые, холодные, повидавшие слишком много и больше такого, о чём не расскажешь в кругу семьи.
– Ярл! – как привык, по старинке, обратился рулевой. – Мальчишка разглядел берег. В этот раз его глаза не лгут. Видите кромку облаков? Земля. Наш путь почти закончен.
– Хорошо, Хаккон.
Рулевой уже уходил, когда ярл окликнул:
– Я не забыл наш уговор. Ты получишь свой драккар, если не передумаешь. Но, Хаккон, ты нужен мне снова и снова! Вместе мы способны на многое.
Хаккон покачал головой. Променять море на службу? Такого не стоит ни один очаг. В море все викинги равны, как братья из одного волчьего помёта. На берегу же капитан – конунг, грозный владыка, бич христианства. А кто Хаккон? Никто! В тоже время их многое роднило, столько прошли вместе, где только не побывали, чего не свершили. Устья рек Северной Германии, болота Фризии, многолюдные города Франконии… Но время шло, Рорик старел, обзавёлся семьёй, богатствами и многочисленными врагами в придачу. Он уже не мог, как встарь искать славы в море.
У Хаккона – ничего! Да, за время странствий, он приобрёл немало, но всё и промотал, проел, оставил на поминках павших. Так и не завёл семьи, жил от похода до похода. Со временем ко всему привыкаешь и боишься только перемен. Ярл снова стал конунгом! Хаккон сразу же попросил расчёта, он уже знал, что будет. Рорик умел завоёвывать, но не удерживать. Земли утекали от него, как песок сквозь пальцы. Так уже было: ярл почти десять лет правил болотами Фризии, но его всё равно вышибли. Местные ненавидели чужаков, а император всячески провоцировал подданных вассала. И вот опять, Рорик, не понимая своего места, снова зарится на землю.
Ветер крепчал, скрипел мачтой, хлопал прямоугольным, сшитым из полос, белым парусом. Хорошо, что попутный, грести меньше, да и берег близко, недолго осталось. Правда, всё равно расслабляться рано – наскочишь на мель, проломишь днище об камни, закружит в водоворотах. И берег чужой, злой, мало ли что затаилось в тех соснах? Дикари ли, жадные до человеческого мяса, ведьмы какие, чужие далёкие боги…
Хаккон ненавидел землю, чувствуя себя уязвимым без деревянной палубы под ногами. Команда, конечно, иного мнения. Затянули уже песню о тёплом приюте, полной чаше и женских ласках. Команда ищет развлечений, а ему нравилось просто ходить по морю и чувствовать свободу от всех.
Моряк вздохнул и вернулся к рулю. Ему часто говорили, что он слишком много думает.

Скрытый текст - 1-2:
Ведьмы всегда лгут. Рорик понял это, когда узнал о смерти старшего сына. Франки – заманили его отряд в засаду и вырезали всех подчистую. Бранд всегда был необуздан. Отцовская сила так и переполняла юношу. Глядя на него, Рорик почти поверил предсказанию, будто его род покроет землю.
Это случилось давно, тогда ещё молодой, не старше Бранда, Рорик собирался в поход на саксов. Жертвы были принесены, боги напоены кровью и тут товарищ надоумил его обратиться к гадателям. Соратники нередко прибегали к помощи ведьм, чтобы попросить себе за удачу.
За чертой поселения в небольшой полуземлянке жила старая ведьма. Он спустился, распахнул незапертую дверь. Снизу пахнуло гарью и салом. У небольшого очага, сложенного из необтёсанных камней, сидела ведьма – немолодая женщина с чёрным от золы лицом и длинными нечёсаными лохмами.
– Ярл, – прошипела она. – Я знала, что ты придёшь.
Рорик поднял факел. Пламя слизнуло нависшую над головой паутину.
– Ты, верно, меня с кем-то спутала, – усмехнулся юноша.
Золотые браслеты поблёскивали на золотых руках ведьмы.
– Духи никогда не ошибаются.
Рот у гадалки полуоткрытый, щербатый, с жёлтыми, кривыми зубами. Она хищно улыбнулась и приблизилась. Волосы ведьмы зашевелились, и Рорик едва удержался, чтобы не отпрянуть. Между слипшихся колтунов мелькнул раздвоенный язычок. Змея! В волосах! Обвилась кольцами и лениво шевелила своей треугольной головой.
– Дай свою руку.
От ведьмы несло потом и мочой. Кожа грязная, морщинистая, свисает, а пальцы тонкие с чёрными окрашенными ногтями.
– Обычно духам требуется кровь. Но сейчас и так видно. Ярл! Нет, в ярлах тебе будет тесно. Духи видят – на камне не высекут твоего имени, но люди запомнят его навеки. Отец окажется младше тебя, зато дети покроют землю, словно трава расползутся от заката до рассвета.
Наконец, ведьма отпустила руку. Рюрик понял, что гадание закончилось. Он стащил с пальца кольцо и кинул ведьме под ноги. Невелика потеря, как пришло, так и ушло.
– А делать-то что надо?
Глупый вопрос и ведьма не ответила, будто внезапно потеряла слух, стояла не шелохнувшись. Рорик было потянулся, чтобы встряхнуть её за плечо, но тут поднялась змея, вытянула жало. Он отдёрнул руку и пошёл прочь. У двери его нагнал крик:
– Убивай носителей креста!
Оглянулся – и снова тишина, будто померещилось.
Теперь Рорик понимал – ведьмы всегда лгут. Что предсказания? Ложные надежды, иллюзии из всполохов пламени, отражение собственного разума. Любой каприз за ваши средства. Поход оказался неудачным, саксы убили ярла и их ватага распалась. Уцелевшие соратники разбрелись кто куда. Рорик нанялся телохранителем, поучаствовал в паре разбоев. Однажды горстка отчаявшихся изгоев выбрала его своим предводителем. Набег, другой... Кто-то спьяну обозвал его ярлом. Так и повелось – ярл Рорик. Он уже почти поверил в предсказание. Превзошёл отца – рядового, ничем непримечательного бонда-датчанина. В ярлах ему будет тесно. Точно сказано. Хотелось земли, чтобы осесть всерьёз и надолго, чтобы дети ползли как побеги. Но хорошей мало, вся занята чужими народами – сплошь христианами. Он не жалел их крови.
А вот с побегами вышла неувязка. Дети умирают часто. На одного взрослого по два-три умерших в младенчестве. Мало ли причин – голод, война, болезни. Бранд погиб, а с ним пресеклась и линия Рорика.
– Может, ещё не пришло время, – решил ярл.
Жизнь продолжалась: неспешные зимы на родине, летние походы в Германию и жаркие схватки. Он не любил попусту лить кровь соратников, люди это ценили. Империя же большая, всю границу не прикроешь. Ударил – отступил, снова ударил. Игра на нервах. Сам император, глава Запада, говорят, признал его силу и подарил Фризию, чтобы пришельцы служили щитом от собственных соплеменников. Он этого, правда, не помнил, но что люди говорят, то и правда.
Теперь его интересовала родная Дания. Зыбкие права, неустойчивое положение. Влез, в общем, как медведь на пасеку, дров наломал. С друзьями рассорился, зря только людишек подрастерял. Враги же набирали силу, и беда пришла, откуда не ждали. Фризы восстали и вышибли чужаков. Кто-то предал, переметнулся… Император прислал письмо, сочащееся неприкрытым злорадством. Мои, мол, соболезнования, но народ вернулся под власть креста и ваша служба, получается, окончена.
Рорик не забывал обид. С императором он тоже когда-нибудь расквитается. Но сначала семья, он ведь бездетный, не мальчик – сорок лет и без земли. Правду говорят, ведьмам верить нельзя.
И ярл с верными людьми стал скитаться от одного двора к другому, предлагая услуги. В пути он нашёл себе достойную пару и вдруг получил приглашение на службу в Альдейгьюборге. Дальняя такая земля, спорная, щедро политая кровью. Через купцов и колонистов до словен, нынешних держателей города, дошли слухи о его силе и подвешенном положении. Предложили место – чтобы судил, значит, и охранял торговлю. Колебался Рорик недолго. Не высекут в камне – значит, умрёт на чужбине. Всё лучше, чем питаться с чужого стола.
Ведьмам верить нельзя, но что делать, если так хочется. И сейчас, сидя на корме драккара, ярл Рорик надеялся, что наконец-то нашёл свою обещанную землю.

Скрытый текст - 1-3:
Хельги часто вспоминал свою семью. Жили они в длинном доме, вокруг был палисад из кольев в человеческий рост, рядом маленькая пристань с рыбацкими лодками. На берегу сушились сети, между каменистым берегом и горами чернели полоски пахоты. Хвойный лес переходил в дальние снежные шапки. Трулли работали на свежем воздухе, дети собирали принесённый морем плавняк. Отец всегда серьёзен, вдумчив, первый в работе. Братья – бойкие, шумные – то подерутся, то помирятся. Старший такой же, как отец, серьёзный, будущий хозяин, ему не до игр. Хельги самый младший, а это значит, что ему никогда не стать господином. Можно, конечно, остаться, заняться хозяйством, жениться и надеяться, что братья умрут раньше, не оставив наследника. Даже помочь в этом. Или уйти на службу к конунгу до самой смерти носить за ним горшок.
Нет, не для Хельги. Слишком много он слышал о морском народе – удальцах, разбойничающих в море. Отважные воительницы, подражающие валькириям Одина, младшие безземельные сыновья, изгои, опасные безумцы, в мирное время живущие в стороне от людей... Плавильный котёл. Отец их не жаловал, но и не препятствовал, чтобы не множить врагов. Как-то Хельги заявил, что примкнёт к викингам, едва вырастет. Это был первый раз, когда отец поднял на него руку. Огрел так, что искры из глаз посыпались, обругал безродной собакой. Знаменитые герои, о которых у очага баяли сказки, вызывали у него гнев. Отец улыбался викингам при встрече, торговал, заискивал, но при этом осуждал, может, ненавидел.
– Твои викинги это обычные убийцы, которые грабят таких же, как и мы людей на другой стороне моря.
И всё-таки Хельги не поменял своего решения. Тем более что мир шёл навстречу желанию. Однажды в их отдалённый дом пожаловали именитые гости. Сам прославленный ярл Рорик с друзьями и соратниками. Брат пошутил, что с такими людьми можно было бы завоевать половину Англии или одну норвежскую крепость.
Отец посмотрел на гостей и открыл ворота, положившись на честность ярла. Случись что, сопротивляться бессмысленно, силы не те. Но ярл пожаловал не для войны. На сходке бондов один из его соглядатаев приметил дочь хозяина, а Рорик как раз только закончил с трауром. Прежняя жена его будто бы утонула с детьми в Северном море. Отца убедили согласиться и свадьбу сыграли немедленно. Рорик души не чаял в новой жене.
– За каждого ребёнка я буду дарить тебе по городу, – поклялся пьяный жених и дал отмашку нести их на ложе.
Так Хельги породнился со знаменитым морским пиратом. Язвой христианства, как его прозывали на Западе. Сестра родила мальчика, теперь ему около пяти. Вместе с матерью он плывёт на соседнем драккаре. Его тошнит от качки, и он истошно орёт по ночам. Возможно, поэтому Рорик сейчас на другом корабле.
Хочешь чего добиться в обществе – будь за своего. Поэтому Хельги крутился в среде простых воителей. Всегда на подхвате, внимательный к деталям, сообразительный. Кто знает, может быть, когда он вырастет и расправит крылья, эти самые люди выберут его предводителем? Но о таких вещах лучше помалкивать, отец уже научил раньше времени не выдавать замыслов.


Скрытый текст - 1-4:
– Плывут! – крикнули со двора.
Гостомысл тяжело поднялся с лавки, черпнул воды из кадки, отпил и аккуратно поставил обратно. Кряжистый, с длинной коричневой бородой и густыми бровями, медленный в движениях и речах, он выглядел старше своего возраста. Но на самом деле ему не было и сорока. Возраст требовался для большего авторитета среди старейшин.
– Хозяин, плывут! – поскреблись в дверь.
– Слышу-слышу. Ишь разорался! – беззлобно буркнул старейшина и вышел.
Солнце подбиралось к середине неба, было тепло и даже немного жарко, хотя в тени ещё холодило и редкий, но порывистый ветер ещё напоминал о прошедшей зиме. Мужики бездельничали, поджидая хозяина. Он с неудовольствием заметил заброшенную работу.
– Ну что замерли, ротозеи? Мне за вас одному, что ли отдуваться?
Без ропота мужики возвращались к работе. Хозяин строг, но справедлив и рабов почём зря не мучил, не то, что иные.
– Дары-то несите и этот, как его, хлеб с солью! Народ кликайте, весь что есть. И чтоб в лучшей одёжке, пусть знают наших, не к лапотникам приехали!
У причалов собиралась толпа – мужики, женщины, дети... Стояли, галдели почём зря, ворон считали. Воинов раз-два и обчёлся, не врагов же ждут – друзей, союзников. На Ладоге всего хватает, а порядка нет. Слишком уж много появилось владык, продохнуть негде. Там старейшина, тут, тот – вроде как важная шишка, а этот, получается, и вовсе князь. И у каждого свой порядок, обычай, задумки. В общем, раздор по любому поводу получается. То косари из разных сёл на меже встретятся и до смертоубийства дойдёт, то кто девицу умыкнёт без уговору и кровная месть потом тянется… Раб, опять же, перебежит на другую сторону и что теперь, по какому праву возвращать? И раньше ведь как-то справлялись, судили по старинке, а потом людей стало больше, да всё разных, с причудами. Одни чуть что – за оружие хватаются. У других – выкуп. Третьи признают только поединок. Да и дел невпроворот, таких, что одним родом не решить. Где дороги надо бы мостить, где разбойников извести, в общем, появилась нужда в таком старейшине, чтобы над всеми другими стоял. Да только кого выбрать, чтобы без обид обошлось, без возвеличивания одного рода над другими? И вот свои варяги донесли об одном князе с войском великим, что сможет, приди беда, оборонить, и закон общий вершить. В общем, собрались Набольшие и порешили – пригласить того князя, чтобы правил Ладогой и окрестной землёй.
Всю гавань усеяли корабли – белые, красные, жёлто-серые листочки парусов. От воды тянуло холодом, ветер легонько трепал паруса.
– А это кто? Вот те – дальние.
– Вроде как наши. Но с западной стороны моря.
– Ишь, сколько их привалило. Ртов-то голодных.
Ярл сошёл первым. Чувствовалось, что он сильно устал с дороги, но на его лице это не отражалось. Если что оно и выражало, так это холодную внимательность. Глаза по-хозяйски рассматривали город и его обитателей.
– Добро пожаловать, гости дорогие! – пробасил Гостомысл. Не настоящее имя – прозвище за связи с иноземцами. Всё его влияние было получено благодаря торговле с варягами. За пределами Ладоги и прибрежных торгов он почти не имел влияния.
Девицы протянули дары, преломили с варягами хлеб. Внешне пустой, но важный ритуал. На того с кем разделил еду уже не нападёшь.
– Ну, чего зря время терять, – поторопил Гостомысл и дал знак людям. – Пройдём со мной, а об остальном позаботятся мои люди.
– Я прибыл так быстро, как только смог, – заявил Рорик. – Хоть сборы и заняли немало времени.
Они шли рядом, и ни один из них не уступал другому в росте. Правда, Гостомысл был более рыхл и мягок. Ещё бы – в конце концов, он всю жизнь занимался торговлей, а не войной.
– Мы бесконечно рады за вашу помощь. Дела обстоят не так радужно, как прежде, до вторжения. Ну, может вы слышали про тот налёт. Ладогу сожгли, и наши дома ещё пахнут свежим деревом. Финны и кое-какие из наших родичей перестали уважать порядок. А что творится на южных путях и вовсе нечего говорить, чтобы не расстраиваться.
Рорик поморщился. Ну, как же – Земля и без подвоха.
– Посмотрим, что можно сделать, – сказал он. – По крайней мере, пока можно не ожидать впадений от моих родичей. Все наши слышали о походе.
Гостомысл кивнул и показал на дверь своего терема.
– Милости просим! Располагайтесь пока у меня, а там и вам чего-нибудь придумаем.
Пропустив гостя, он чуть усмехнулся в бороду. Уж теперь-то Гостомысл воспарит над остальными. Ярл у него в руках и будет делать только то, что нужно.



Последний раз редактировалось Ранго; 18.03.2017 в 22:40.
Ответить с цитированием
  #2  
Старый 08.03.2017, 13:29
Аватар для Ранго
сыч
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 4,626
Репутация: 1335 [+/-]
Первый шаг:
Скрытый текст - эпизод 1-5:
Хаккон в последний раз посмотрел на ярла и, не выдержав, ещё раз обнял приятеля. Выцветшие глаза старика блестели от слёз.
– Ярл! – только и хватило сил, он опять замолчал. Хаккон не представлял, насколько будет тяжело уходить после стольких лет службы.
– Я всё понимаю, – успокоил Рорик. На мгновение его холодное лицо чуть смягчилось. – Может быть когда-нибудь…
Хаккон вздохнул:
– Если вам когда-нибудь потребуется помощь, только дайте весточку. Я приду.
Он вернулся к драккару – теперь уже своему собственному, на котором можно сколотить состояние. А вместо этого корабль едва не остался гнить в далёком, никому не нужном краю. Команда – частью бывшая, частью из тех, кому новая земля сразу пришлась не по праву, заняла места.
– Не забывайте про Фризию! – крикнул Хаккон с палубы. Драккар медленно отходил от пристани. – Я обязательно приду!
Капитал прикусил губу и сел на лавку.
– За что вы его так любите? – спросил один из гребцов. Это был достаточно рослый и сильный мужчина, чтобы не бояться задавать неуместные вопросы. – Другие считают его слишком отчуждённым.
Хаккон улыбнулся.
– Видимо, ты слишком молод, чтобы знать. Рорик – не просто конунг и верный друг. Он – избранный! Боги даровали ему вторую жизнь.
– Это как?
– Да я лично видел, как Рорика убили на рейде. Наша ладья перевернулась и он скрылся под водой. Выплыл только я. И ярл, как оказалось. На стоянке он подошёл ко мне – сухой, целый и невредимый, будто бы и не было тех ран. Боги! Его же истыкали стрелами! Ярл? – спросил я. Он кивнул. Морской змей выплюнул его обратно!
– Сухой и невредимый? – нахмурился гребец. – И что было потом?
– Мы собрали людей, сколько могли и ушли в Норвегию. Фризия отпала, а в Дании оставались только враги. Кто-то помогал нам по старой памяти и доброй славе, а кто-то из страха.
– И много людей знает про… возвращение?
– Только я один, – сказал Хаккон и повторил. – Только я один.
Драккар стремительно набирал скорость, оставляя Альдейгьюборг позади.
Ответить с цитированием
  #3  
Старый 08.03.2017, 15:42
Аватар для Мережук Роман
Всех сожрал в Ужастиках 2012
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,395
Репутация: 1772 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Мережук Роман
Цитата:
Сообщение от Ранго Посмотреть сообщение
Такого не стоит не один очаг.
ни

Цитата:
Сообщение от Ранго Посмотреть сообщение
. Затянули уже песню о тёплом приюте, чарке и женских ласках.
Вряд ли подойдет слово для эпохи.

Цитата:
немцы
тогда германцев уже звали немцами?

Цитата:
Сообщение от Ранго Посмотреть сообщение
то подерутся, то помирится.

Цитата:
Сообщение от Ранго Посмотреть сообщение
И каждого свой порядок, обычай, задумки.
__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #4  
Старый 08.03.2017, 17:40
Аватар для Snerrir
Местный
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 118
Репутация: 10 [+/-]
Цитата:
Сообщение от Мережук Роман Посмотреть сообщение
тогда германцев уже звали немцами?
Вроде бы это общеславянское слово. Так что, наверное, и еще раньше.
Ответить с цитированием
  #5  
Старый 09.03.2017, 22:21
Аватар для Ранго
сыч
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 4,626
Репутация: 1335 [+/-]
мда. После работы-то пишется от слова никак.
Шаг второй.
Скрытый текст - Глава II Ладога (2-1):
Большую часть времени Хельги шнырял среди взрослых, приглядываясь и запоминая необходимое. Как следует говорить, на кого обратить внимание, а кем можно пренебречь. Обычно таким вещам учит отец или старшие в семье, но из родни на чужбине у него осталась только сестра. Мариса редко покидала двор Гостомысла, местные её не интересовали. В отличие от сестры, Хельги стремился освоиться и выучить язык. В Альдейгьюборге хватало наречий – финских ли, славянских, порой звучала и родная, привычная речь.
Двор Гостомысла несколько преобразился. Ощутимо прибавилось мусора, который неизбежно возникает при подселении полусотни жильцов. Большей частью, новосёлы полулежали в тени и чесали языками. Как хорошо сейчас во фьордах, и кто больше любил, и даже почём нынче сельдь во Фризии. Скукота! Вот почему на тренировки, особенно, сильных бойцов обращали такое внимание. Даже местные отвлекались от своих нелёгких дел и сбегались поглазеть. В отдалении, верхом на ограде, наблюдали окрестные мальчишки.
Рулав – северный герой, массивный получеловек-полубык, с обнажённым торсом сходился против Злого. Злой ростом пониже, с узким заострённым лицом и прищуренными глазами. Юркий такой, в кожаной куртке. Обычно он целый день сидел в стороне от соратников, оживая к вечернему питию.
– Не, куда ему против Рулава, кишка тонка, – пробасил один из зевак.
Хельги в такие дела не лезет, его дело простое – запоминать. В прошлом бою Злой раскидал сразу двоих. Схватил за грудки и давай валять. Откуда столько силищи в тощем теле?
Работали с топором и щитом. Рулав потянулся, разведя огромные, крепкие руки. Злой нервно дёрнулся и нанёс первый быстрый удар. Ещё!
Рулав принял один на щит, от второго уклонился. Так же быстро, как и его юркий соперник, сделал ответный удар. Мимо! Злой скользнул в сторону. Сам сгорбленный, на согнутых ногах, отчего разница в росте казалась ещё сильнее.
Сильный боковой погас в щите Рулава. Великан покачнулся, под крики зевак. Хельги увидел, как перекосилось и без того свирепое лицо Рулава. Харкнул под ноги.
– Сука!
Злой молча кружил вокруг соперника. Казалось, будто его ноги парили, не касаясь земли, и сам он почти невесомый.
Ещё серия ударов. Великан принял на многострадальный щит и без того густо покрытый зарубинами, атаковал сам. Один из выпадов поймал Злого. Тот вынужден был отпрыгнуть, и вышел из круга.
Зрители разразились криками. Рулав ухмыльнулся, поднял топор в знак победы. Злой пожал плечами и вернулся на своё привычное место.
Упражнения Хельги интереса не вызывали от слова вообще. Обычные тренировки скорее походили на избиение. Взрослый детина, хмельной от безделья, выходил против подростка. Мощный удар – и младший уже на спине, барахтается как черепашка. Вот и сейчас, старшие лениво болтали и смотрели куда угодно, только не на утоптанное поле.
– А, за добавкой пришёл? Ничего, сейчас уползёшь.
Правую руку Хельги оттягивал щит. Круглый, прочный и безмерно тяжёлый. В другой – топор. Длинное топорище и маленький треугольник стали.
Асмуд, один из старших, улыбаясь, толкает своего побратима в круг. С ним не знаком, кажется, швед из новоприбывших.
– Секач, – скалится противник. Передних зубов не хватает.
Они начинают кружиться. «Бой – это тот же танец, главное, следить за ногами», – вспоминает Хельги.
Вот Хельги и следил. Но Секач не собирался танцевать. Он вдруг резко приблизился, отчего Хельги даже онемел и коротко ударил краем щита. Раз! Два! Подросток отшатнулся и опустил руки. Три! Щит плашмя ударил в голову.
Очнулся он уже на земле. Над головой, ухмыляясь, стоял Асмуд.
– А ты точно из наших? Спроси у конунга, может, ему требуется ключник?
Следующие бойцы выходят в круг. Каждый день одно и тоже. Хельги выходит и получает добавку, от которой легко остаться калекой. Из своего угла Злой равнодушно смотрит на избиение шурина конунга. У него нет друзей, его ничего не интересует. Он пьёт.


Скрытый текст - 2-2 (не в счёт):
Чтобы не отставать, Хельги занимался с детьми лавочников только уже на деревянных мечах. Они носились по окраине, дрались и веселились, как могли. Но друзей рано или поздно созывали родители и у каждого находились дела. Тогда Хельги оставался один и возвращался на двор Гостомысла.
Сестра нянчилась с племянником, другие вопросы её не занимали. Иногда она с кислым лицом показывалась во дворе, щурясь от солнца.
– Ну и что мы здесь делаем? – один и тот же вопрос в пустоту.
Мариса ожидала иного – собственного длинного дома, очага, множества труллей и богатой утвари. Вместо этого семья Рорика оказалась в роли вечных гостей, на птичьих правах, получается. Конунга занимала стройка, а не семья. Он искал работных людей на рубку и обработку леса, возведение валов. Удивительно, но Альдейгьюборг до сих пор не имел собственных стен!
Хельги побывал на стройке, дела шли вяло, и делать там было нечего. Конунг только собирал знающих людей и больше размышлял. Местные бесплатно работать не хотели, а он и не настаивал, собираясь платить из собственного кармана. Гостомысл кормил обещаниями и сам просил о помощи. Того припугнуть, этого рассудить. Рорик провёл пару разбирательств – сидел с важных видом в окружении воинов, выслушивал речи спорщиков, будто бы понимал хоть слово. Гостомысл переводил и намекал в чью пользу надо решить дело. Такой суд устраивал далеко не всех.
Совсем один в чужом городе. Хорошо, хоть друзей себе нашёл, вернее, они его нашли. Прижали ко двору, не отступить, разве через забор перемахнуть. В спину, царапая частокол когтями, оглушительно лаяла собака.
Мальчишек было слишком много, десяток, не меньше, да ещё и двое постарше, выше на целую голову. Им бы уже, что ли, ровесников себе подобрать…
Что-то сказали, явно недоброе – лица местных хмурые, искажённые.
– Я не понимаю.
Так просто не отвяжешься, придётся драться. Жаль, что не захватил нож. Вот и закончилось, получается, путешествие.
Лица мальчишек прояснились. Старшие разошлись. Опять что-то повторили. Плохо не знать чужого языка, и на будущее Хельги поклялся выучить его как можно скорее. Ну, или в следующий раз брать с собой нож.
– Варяг? – только и понял он. Прозвище норманнов. Кивнул.
Хельги похлопали по спине, пожали руки. Мир. Рорика ещё боялись, ещё любили.
Его поманили за собой. Хельги пожал плечами, всё равно делать нечего. Общая игра оказалась простой – товарищи палкой отбивали туго связанный ком из тряпья. Не самое полезное времяпровождение.
«Когда-нибудь я научу вас нормальным играм», – подумал Хельги. Он не любил пустых забав, но лучшей возможности выучить язык просто не существовало.

Последний раз редактировалось Ранго; 10.03.2017 в 08:23.
Ответить с цитированием
  #6  
Старый 09.03.2017, 22:37
Аватар для Мережук Роман
Всех сожрал в Ужастиках 2012
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,395
Репутация: 1772 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Мережук Роман
Цитата:
Юркий такой, кожаной куртке.
Цитата:
Хельги увидел, как перекосились и без того свирепое лицо Рулава
Цитата:
Плохого не знать чужого языка

Цитата:
Сообщение от Ранго Посмотреть сообщение
После работы-то пишется от слова никак.
Ты хотя бы не строчишь в мобиле как я, во время транспортировки тела на\с работу\ты =)
__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #7  
Старый 10.03.2017, 11:48
Аватар для Ранго
сыч
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 4,626
Репутация: 1335 [+/-]
кое-что (всё) исправил, но всё равно не нравится.
Шаг третий:
Скрытый текст - 2-3:
– Сколько мы уже здесь? – спросил Рулав.
Асмуд лениво почесал голову. Он полулежал на завалинке, жмурясь от солнышка. Сегодня выдался один из последних тёплых денечков, и он собирался насладиться им сполна.
– Месяц. Или два. Или три. Какая разница?
Рулав дёрнул щекой:
– И никакого дела.
Рулав был лысый, красный, с блестящей от пота головой, весь в рубцах с почти матовыми краями. Плечи широкие, необъятные, зато шея короткая и толстая. Руки мускулистые, все в завитках защитных узоров и рун.
– Бездельничать мы смогли бы и дома. У тебя там, кстати, девка осталась. Как её звали?
– Магда, – равнодушно ответил Асмуд. – Напоследок поговорили, и я её отпустил. Что было, то прошло.
Внешне Асмуд походил на древних конунгов Дании. Широкий лоб, чистое лицо, длинные пегие волосы. Но в его чертах нет-нет, да и мелькала дикость такого рода, когда и сам не ожидаешь, что натворишь. Асмуд был любопытен и почти лишён хоть какой-нибудь захудалой морали. Весьма гремучая смесь, особенно, если она заключена в тело далеко не последнего норманна. Подростком он выпотрошил трулля, чтобы посмотреть, что внутри. Отец, конечно, сильно ругался и поколотил. Асмуд обещал, что приведёт взамен десять рабов и слово сдержал в первом же походе. Некоторое время он скитался по южному берегу моря, где в стычках с местными неплохо освоил славянское наречие. Это здорово облегчало поиски добра, потому что соратники знали только два предложения «где серебро?» и «где меха?». Богатств, правда, он так и не нажил, поэтому при первой же возможности примкнул к Рорику. Прославленный конунг, гроза морей, ныне нуждался в людях и набирал всех – изгоев, чужаков, освобождённых рабов, стариков. К сожалению, Рорик приплыл на восток непонятно зачем и богатство не предвиделось. Соратники просто ели и спали, ожидая материалы. Будущее не радовало, конунг задумал строительство крепости и намеревался привлечь своих воинов, раз уж рук и добровольцев не хватало.
Стоящего дела по-прежнему не было. Пару раз конунг брал небольшой отряд на разведку ближайших селищ, и они договаривались. Рорик, мол, придёт на помощь, а местные лапотники будут обязаны помогать зерном. С последним в Ладоге из-за приезда гостей наблюдалась проблема. Конунгу пришлось ограничить рацион.
– Парни недовольны, – продолжил Рулав. – Да и мне не по нутру. Столько добычи, а попробуй хоть кого тронь. Эх!
Асмуд ухмыльнулся:
– Добычи говоришь? Нищета сплошная. Всё, что можно до нас ограбили. Добыча осталась в верховьях.
Он подталкивал собеседника к напрашивающемуся выводу и Рулав вдруг решил, что его самого осенила идея:
– А что если мы… и пара десятков верных ребят сами поищем себе добычи?
Асмуд улыбнулся.
– Но только так, чтобы на нас никто не подумал. Ссорится с Рориком себе дороже.
Ответить с цитированием
  #8  
Старый 10.03.2017, 12:35
Аватар для Мережук Роман
Всех сожрал в Ужастиках 2012
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,395
Репутация: 1772 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Мережук Роман
Чей то много персонажей пока что выходит. Надеюсь, колличество не будет расти по экспоненте с каждым новым отрезком.
__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #9  
Старый 10.03.2017, 12:37
Аватар для Ранго
сыч
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 4,626
Репутация: 1335 [+/-]
надо их убивать!
Ответить с цитированием
  #10  
Старый 11.03.2017, 16:24
Аватар для Ранго
сыч
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 4,626
Репутация: 1335 [+/-]
Шаг четвёртый
Скрытый текст - 2-4:
Рорик с трудом скрывал раздражение. Дела в Альдейгьюборге обстояли, мягко скажем, неважно. Он пришёл сюда как владетель, а оказался мальчиком на побегушках. Ни крепости, ни двора, ни достойного содержания. Одни жалобы и новые трудности. Гостомысл плакался о разбойниках и сложностях пути, соратники маялись бездельем и требовали добычи, у горожан каждый день новая беда. Варяги там обидели, свои обжулили. А он, Рорик, смотрел и молчал. Пока молчал.
Строительство крепости Гостомысл одобрил, но с условием обнести стенами весь город, а не один только мыс – самую сильную точку. Вода с трёх сторон, не подобраться, плюс ещё вал. На такую крепость конунга местные богачи выделять средства не хотели. Мол, или всех защищать – или никого. Были и другие трудности.
– Что это? – Гостомысл указал на крест. Крест Рорик получил в качестве символы веры и носил как талисман. Когда-то он крестился ради подарков – новой одежды и шерстяного одеяла. Сами верования его не занимали, пророчеств хватало.
– Амулет, – буркнул конунг.
– Выбросьте, – мягко, но настойчиво попросил Гостомысл. Старейшина пустился в туманные объяснения, плохо понятые из-за слабых религиозных познаний конунга. Кажется, местные не терпели западного бога. Что же, ещё одна уступка.
Рорик стащил крест и кинул под ноги. Слуга хозяина подобрал и выбросил в печь. Теперь уже пришла очередь требовать Рорику. Он посмотрел в глаза старейшине.
– Мне нужны люди на рубку леса. Если крепость не будет построена, то первое же впадение… У вас уже есть опыт отстраивать заново. Времени у нас немного, может, уже и вовсе вышло.
Гостомысл задумался. Молчал он долго.
– Свободных рук нет.
– Пусть будут несвободные. Мне нужны все трулли Альдейгьюборга.
– Это можно.
На климат жаловаться пока не приходилось, но сквозняков и ветра хватало. От поймы реки тянуло сыростью, а сын ещё и простудился в дороге. Хворая, он орал на весь дом. Замученная жена уже не сдерживала слёзы в присутствии мужа. Бедная Мариса!
– Не жилец, – шепталась челядь.
Рорик всё слышал и сильнее стискивал зубы. Ведьма обещала побеги. Ведьма только не объяснила, от какой именно женщины. Что же – на всё воля богов. Возможно, что мойры приберегли для него подарок к старости. Пустые мысли.
Его всё равно поглощала печаль, от которой он стремился избавиться делами.

Вернулся конунг поздно вечером, дом будто вымер – ни звука, только всхлипы из тёмных углов.
– Он умер, – безразличным голосом сказала Мариса. Лицо её было вымученным, сухим, под глазами из-за недосыпа выступила синева.
Ребёнок лежал закутанным в белое полотенце. Вот и все побеги.
Рорик поцеловал жену.
– После моей смерти всё достанется твоему брату, – сказал он. У него плохо выходили утешения. – Ты не останешься одна.
Мариса дёрнулась. Рорику показалось, что она хотела выкрикнуть: останется «всё»? Что конкретно входит в это всё? У нас ничего нет, мы здесь чужаки. После твоей смерти нас просто вышибут.
Но сказала она совсем другое, потому что либо он её плохо знал, либо она просто сдержалась:
– Где мой брат? Я не видела его с утра.
– Я отправил Хельги наблюдать за строительством. Мне кажется, что он слишком много общается с местными детьми. Пора бы уже заняться делом.
Мариса кивнула. Бледная кожа, сухие ломкие волосы – словно солома. Горе старит.
– У нас ещё всё будет, – прошептал Рорик и погладил её руку.
Мариса ничего не ответила. В доме по-прежнему было тихо.

Ответить с цитированием
  #11  
Старый 11.03.2017, 21:58
Аватар для Мережук Роман
Всех сожрал в Ужастиках 2012
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,395
Репутация: 1772 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Мережук Роман
Цитата:
Сообщение от Ранго Посмотреть сообщение
Но сказала она совсем другое, потому что либо он её плохо знал, либо она просто сдержалась:
– Где мой брат? Я не видела его с утра.
Как-то не верю в такую реакцию. Скорее бы могла поколотить мужа или наорать.
__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #12  
Старый 11.03.2017, 22:16
Аватар для Ранго
сыч
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 4,626
Репутация: 1335 [+/-]
люди другие были, отношение иное. За крики муж мог и убить женщину. Ничего бы за это не было. Родня далеко, мстить не будет. Тем более конунгу.
В самой сцене мне бы хотелось отразить внутреннее горе женщины. Её закрытость. Видимо, сие желание останется на доработку.
Ответить с цитированием
  #13  
Старый 11.03.2017, 23:23
Аватар для Snerrir
Местный
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 118
Репутация: 10 [+/-]
Цитата:
Сообщение от Ранго Посмотреть сообщение
За крики муж мог и убить женщину.
У скандинавов - нет. Другое дело, что женщины сами были суровыми и кровожадными, так что мне, наоборот, показалось что реакция в тему. "Я всегда знала, что породила смертного". У меня на этой почве наоборот возникло ощущение, может необоснованное, что вот до этого он в ней видел серую мышь и вот на тебе, ему явилась каноничная Брюнхильд или Гудрун из эдды. И такой она ему она понравилась больше. Как говорил Гисли сын Кислого "Давно я знал, что у меня хорошая жена, но не знал, что настолько хорошая." У них вообще в миросознании причудливо сплетался фатализм и потребность сражения с судьбой.
А со статусом женщины там было сложно. Могли за мужнины наезды и на развод подать. Иле еще похлеще. Саги пестрят мстительными женщинами устраивающими оскорбителям проблемы разной степени фатальности. Конечно, если родня и впрямь очень далеко - будет сложнее, но знатные скандинавки обычно обзаводились собственными людьми, которые подчинялись им, а не мужьям. Плюс фирменная мобильность эпохи - за обидчиком и с Исландии в Норвегию - недалеко.

Последний раз редактировалось Snerrir; 12.03.2017 в 04:00.
Ответить с цитированием
  #14  
Старый 12.03.2017, 17:48
Аватар для Ранго
сыч
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 4,626
Репутация: 1335 [+/-]
День пятый.
Скрытый текст - 2-5:
Хочешь жить – умей вертеться. Это нехитрое правило Гостомысл уяснил с малых лет. Он ведь не был наследником, так, третьим в линии сельского старейшины, кнеза, зато славился бойкостью. Знал, кого следовало, дружил с правильными людьми, имел к языкам талант. Придёт от чуди посланец, остальные родичи сидят, кое-как на пальцах объясняются. Красные от злости, ничего понять не могут. А Гостомысл тут как тут – и объяснит, и выгоду найдёт, и новых друзей обнаружит. С чудью-то что хорошо? Нет нужды ссориться. Славян интересовала земля, тех – охота. Вот и жили, получается, душа в душу, не пересекаясь. А Гостомысл окрестную чудь ещё и в нужное русло направил. Чего, спрашивается, у чуди столько шкурок зря пропадает? Не лучше ли их обменять на хлеб и перепродать за море? За железо, серебро? В общем, когда отец занемог, в наследники он определил именно младшего, и каждый в роду его поддержал.
Но что может одно село? Что если их всех объединить, как встарь? Выйдет больше зерна, шкур, железа. Там где железо, есть и оружие. Приплывут враги какие, так ничего им не достанется, сами за проход заплатят. Ладога – место хорошее, ключ от реки, без её разрешения никто не выйдет, не спустится.
Вот Гостомысл и старался, где уговором, лаской, а где и запугивал. Да только тяжела оказалась эта ноша, и сил у него не хватило, чтобы каждого кнеза вразумить. У тех же песня не меняется – наши предки жили порознь, никому не кланяясь, и нам велели.
А потом снова пришли варяги, но не чтобы ограбить, а навсегда, на поселение. Пожгли, округу взбаламутили. Сидели в Ладоге, пока запасы не кончились. Ни славяне, ни чудь им бы зимой снега не дали. А потому ушли, оставив после себя курганы… Да только Гостомысл в обиде всё равно не остался. Вызнал о другом, западном мире, ну, и приторговывал потихоньку, в обход от других. Тайное всегда становится явным. Посему его так и невзлюбили потом, главным кнезом не выбрали. Слишком уж хитрый, коварный. Гостомысл, конечно, от идеи править не отказался, а исподволь, внушая другим свои мысли, предложил найти общего правителя в других землях. Чужак, мол, всем выгоден, ни один род не останется в обиде, не усилится в ущерб остальным, беспристрастен будет. А умрёт, как состарится – другого найдут. Людей, как говорится, незаменимых нет. Но независимо от личности вождя, богатеть должен был Гостомысл и его наследники. А богатство и власть, как известно, всегда идут рука об руку.
С утра дел невпроворот. Следи, чтоб работники чего не учудили – украли как обычно или растратили. Народ – дело такое, по отдельности все хороши, а как вместе соберутся, так обязательно нажрутся и на подвиги.
Во дворе уже поджидала делегация от купцом Ладоги.
– Батюшка, – начал один из них. И сам не молод, а всё отцом, старшим над собой признал. Вырос Гостомысл, перешагнул через своих, всё ему нипочём! – Не откажи, прими в дар!
Шкатулку поднёс – искусную такую коробочку с монетами – арабским серебром. Чтобы, значит, не забыл про них, когда время придёт.
– Ну, давайте, раз уж принесли, – буркнул Гостомысл, сдерживая радость. Но жена всё испортила, вышла, всплеснула руками. Целое состояние же! Переплавить на украшения какие – в целом свете ни у кого таких не будет!
– Пройдёмте в дом, сядем, перекусим. Чего стоять, в ногах правды нет.
Купцы проходили в терем. Хитрые, умные, стоящие над предрассудками древности, пренебрегающие традициями. Не сидят, как родовитые главы по своих посёлкам, не тратят зря силы на вражду. Нет – ищут нового дела, заводят связи, торговли хотят и богатств.
– Где деньги, там и власть, – прошептал Гостомысл.


Последний раз редактировалось Ранго; 12.03.2017 в 17:52.
Ответить с цитированием
  #15  
Старый 13.03.2017, 21:52
Аватар для Ранго
сыч
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 4,626
Репутация: 1335 [+/-]
И сказал Бог, пять дней трудись, а на шестой надерись. И он надрался...
Скрытый текст - 2-6:
Вся детская ватага собралась на пустынном берегу Ладоги, сгрудилась вокруг предводителя. Найдёныш – сын воя с заставы – притащил отцовский лук. Изогнутый, с многослойной основой, крепкой кожаной тетивой.
– Это, брат, не ваши игрушечки, – ухмыльнулся Найдёныш. Типичный мальчишка, лоботряс. Светлые волосы, курносый нос, россыпь веснушек и серые глаза. В ватаге он слыл вроде как за главного заправилу.
Хельги повертел свой небольшой полудетский лук. Простая изогнутая палка орешника, стрелы без острия. Только кур стрелять.
Найдёныш поднял отцовский лук, с силой натянул тетиву. Долго целился и, наконец, выстрелил. Стрела пронеслась мимо мишени и скрылась в роще деревьев.
– Ушла, – обронил кто-то. – Такую и не поймаешь.
Дети любили похвалиться удалью. Стреляли из лука и собирали стрелы на излёте.
– Я-то поймаю, ты – никогда! – ухмыльнулся Найдёныш. – На что хош спорим. Струсили? Олг! А, на нож давай!
Хельги не любил, когда его называли трусом. Вызвался стрелять.
Ребята отошли на сотню шагов от Найдёныша.
– Давай! – крикнул спорщик и махнул рукой.
Новый лук поразил мощностью. Хельги пришлось приложить всю силу, чтобы натянуть его до самого плеча. Куда там простым северным лукам!
Тетива сорвалась, ободрав большой палец. Стрела метнулась в небо, а затем, достигнув предела, камнем спикировала к земле. Найдёныш вскинул руки… Вроде поймал и от силы удара завалился на спину. Хельги проиграл нож. Добротный клинок, с потемневшей от времени деревянной рукоятью, гладкой и тёплой. Память о суровом отце и шумных братьях, их маленькой усадьбе на морском берегу…
Мальчишки кинулись к победителю. Кричали на бегу, нахваливали. А он, торжествуя, лежал в траве.
Хельги, понурив голову, побрёл следом. Только пройдя половину расстояния, он заподозрил неладное. Больше не было криков. Тишина. Он заметил широко раскрытые глаза ребят. Все смотрели на него!
Найдёныш действительно поймал стрелу. Горлом.
Ответить с цитированием
  #16  
Старый 13.03.2017, 22:34
Аватар для Мережук Роман
Всех сожрал в Ужастиках 2012
 
Регистрация: 01.10.2009
Сообщений: 3,395
Репутация: 1772 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Мережук Роман
Цитата:
Сообщение от Ранго Посмотреть сообщение
2-6
Первый отрывок, в котором чей то происходит =) Мне понравился выход на клиффхэнгер.
__________________
Писать книги легко. Нужно просто сесть за стол и смотреть на чистый лист, пока на лбу не появятся капли крови.
Ответить с цитированием
  #17  
Старый 14.03.2017, 22:45
Аватар для Ранго
сыч
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 4,626
Репутация: 1335 [+/-]
Шаг седьмой.
Скрытый текст - 2-7:
Пока старшие договаривались с местным кнезом, простые воины разбрелись по селению. Немного позже к ним присоединился и Асмуд.
– Как там? – спросили его.
– А, – махнул он. – Болтовня сплошная.
И отошёл к частоколу, подмечая его устройство и общую ветхость. Надолго, впрочем, Асмуда не хватило, и он вернулся к своим людям. Кто спал, кто, хвалясь, переругивался с местными удальцами. Злой и здесь расположился отдельно от остальных.
– Эй, вы, железные головы! – раздался старушечий голос. – Купите девочку!
К ним подошла бабушка, с серьёзным, требовательным лицом, потемневшим от времени и загара. Сильнее всего бросались в глаза её медные цепи, позвякивающие при резких движениях. Вцепившись в плечо, бабушка волокла девочку лет десяти. Волосы девочки светлые, распущенные, но грязные, и в репейнике. Глаза пустые, покорные, словно старой, высосанной до последней капли молока, коровы. Платье серое, в прорехах.
– Ну, смотри-смотри, железная голова! – прошамкала старуха, растянув рот в хитрой улыбке. Зубы редкие такие, тёмные. – Хороша девчонка! Вот, сам проверь!
Она приподняла подол платьица ребёнка.
– Пощупай, если не веришь! Дева! Через пару лет завидной невестой будет.
Асмуд взял девчонку за подбородок, повертел.
– Чего молчишь? Немая что ли? Нет, ведьма, ты мне порченый товар не подсунешь, хочу других посмотреть.
Бабушка дёрнула девчонку за ухо, отчего та заверещала.
– Да говорит, она, говорит! Оробела просто. Ну, бери девчонку, дёшево отдам! Говорю же, завидной невестой, как мать станет. Мать-то её – первая лядь на… Бери, железная голова, не пожалеешь! Хош, можешь прямо здесь опробовать!
Асмуд скривился.
– Отсталая она. Других подавай!
– Ах, отсталая! – разозлилась бабушка и махнула пальцами почти у самого его носа. – Я бы тебе показала, отсталую! Пойдём, Побирушка! Отсталая, слышал бы твой отец… ох, и пролилась бы кровушка!
Бабушка ушла, а Побирушка осталась играть во дворе. Соседство с чужеземцами её нисколько не смущало. Увидела щенка, погналась за ним, пока не упала рядом со Злым.
– Говорю же, дурочка она, – объяснил Асмуд. – Самоубийца.
Послышались тяжёлые шаги в сенях общего дома, хлопнула дверь. Старшие возвращались с переговоров.
– Пойдём, порадуем конунга! – услышал Асмуд. – Наша земля! Всё теперь наше.
– Уходим! – распорядился.
Каково же было его удивление, когда Асмуд обнаружил, что Побирушка собралась с ними. Вместе со Злым! Он улыбаясь, гладил её грязные, неухоженные волосы.
– Эй! Выкуп давай! Люди, смотрите что делается! Родимое дитя средь бела дня уводят!
Она вцепилась в девочку, потянула к себе, разорвав рукав. Злой поднял, примериваясь, топор. Со всех сторон набегали местные. Кто-то не поленился вернуться за дротиками. Асмуд ухмылялся, подзуживая своих на драку. Мол, варягов больше, разметают. Но Рулав, бывший в походе за старшего, всё испортил.
– Не дури! – рявкнул он. – Отдай эту…
Злой потемнел от гнева, наклонил голову. Вот-вот впадёт бешенство. Тогда всё – убить можно, остановить нет. И вдруг, когда казалось, что кровь обязательно прольётся, оттолкнул старуху, загородив ребёнка.
– На! – буркнул он. Первые свои слова за полгода. Кинул топор ей под ноги. – Выкуп!
Рулав дал отмашку уходить. Пятясь, чтобы не получить копьё в спину, варяги возвращались на ладью. Недовольными остались обе стороны.
– Вор! – доносился истошный вопль старухи. – Будь ты проклят, железная голова!
Но и свои посмеивались:
– Эх ты, такого доброго топора лишился!


Последний раз редактировалось Ранго; 15.03.2017 в 08:17.
Ответить с цитированием
  #18  
Старый 14.03.2017, 23:14
Аватар для Snerrir
Местный
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 118
Репутация: 10 [+/-]
2-6.
Смутили мальцы, стреляющие из составных луков. Мне и взрослому было сложно.
2-7

Цитата:
Сообщение от Ранго Посмотреть сообщение
Но и свои посмеивались. – Эх ты, такого доброго топора лишился, – посмеивались соратники.
Два раза посмеивались.
Цитата:
Сообщение от Ранго Посмотреть сообщение
Родимое дитя средь бела дня уводят!
Родимое бы не продали, наверное, имхо. А если продали, то не такое уж и родимое оно, чтобы деревней за него сбегаться. Родовая солидарность же.
Ответить с цитированием
  #19  
Старый 15.03.2017, 07:45
Аватар для Ранго
сыч
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 4,626
Репутация: 1335 [+/-]
Цитата:
Сообщение от Snerrir Посмотреть сообщение
А если продали, то не такое уж и родимое оно, чтобы деревней за него сбегаться.
допишу сегодня, почему продали. Не успел.

Шаг восьмой:
Скрытый текст - 2 - 7 (б):
Бабы из дворни Гостомысла быстро привели Побирушку в порядок. Отмыли от грязи, расчесали, приодели в обновки. Оказалось, что она красивая, русоволосая девочка, пусть и немного сутулая, боязливая от частых побоев. Теперь уже никто бы не назвал её прежним именем.
– Бера, – прошептал Злой, погладил её головку. Пушистую, нежную, пахнущую цветами.
Вечером он как всегда ушёл пьянствовать. Конунг пригласил всех на праздник, отмечая ряды (договоры) с поселениями по Волхву. Очередная земля приращённая к Альдейгьюборгу.
– Уйду я, – обронил уже потяжелевший Злой. – Хватит с меня такой жизни. Плотничать стану, как отец…
Он надолго умолк, да его уже и не слушали. Пели песни, спорили про завтрашнюю погоду, затянувшуюся стройка, цену куля ржи по весне. А Злой, бесконечно одинокий даже в общей суете, бормотал сам себе:
– Пожгли их всех, один я ускользнул. Двери, гады подпёрли, маслом облили и подожгли…
– Злой! Беда! – кто-то толкнул его под руку. Злой поднял голову. Хельги, подросток из ближнего круга конунга, тряс его за плечо. – С девчонкой твоей беда!
Вместе выбежали во двор. Злой услышал крик Беры, доносившийся из толпы полупьяных зевак. Хмель вышибло из головы. Сжав кулаки, Злой ворвался в самую гущу.
Секач, собрат по оружию, колено придавил извивающуюся на земле девочку. Новенькое её платьице было разорвано. Обернулась – увидел её глаза, мокрые от слёз.
– Ой, да ладно. Один разочек только, на пол шишечки. Тебе жалко что ли? Своему жалко?
Злой замер.
– Ты не мешай, а я заплачу, не волнуйся, – продолжил Секач. – Потом обратно заберёшь, мне чужого не…
Злой выхватил нож, резко шагнул и ударил товарища в шею. Одного раза хватило. Секач, удалой рубака конунга, пал ничком и больше не встал.
Бера кинулась на руки, рыдая, шептала всякие глупости:
– Это я виновата, прогони меня! Правильно, бабка била. Одни от меня несчастья. Беды притягиваю. Батьку из-за меня медведь задрал, мать утопла. Обманули тебя, подкинули…
Он не слушал, пялясь на мертвеца. Прохудившийся мешок с костями. И это всё? Всё, что осталось от человека?
Судили тут же. Толпа поволокла убийцу к конунгу. Рорик поискал глазами Асмуда.
– У погибшего есть родня?
– Нет, конунг.
– Особые пожелания?
Асмуд покачал головой.
– Я приму любое ваше решение.
Рорик повернулся к Злому.
– Ты убил собрата из-за вещи. Единственное наказание…
Конунг замолчал, уставившись на невольную виновницу убийства. Сердце кольнуло, оно ещё помнило смерть сына. Может быть, поэтому он позволил себе слабость.
–…это смерть, но принимая во внимание отсутствие родственников и желающих мстить, остаток своей подлой жизни ты проведёшь в изгнании. До рассвета ты должен покинуть Альдейгьюборг, иначе сами боги не смогут поручиться за твою жизнь.


Последний раз редактировалось Ранго; 17.03.2017 в 20:59.
Ответить с цитированием
  #20  
Старый 16.03.2017, 16:16
Аватар для Ранго
сыч
 
Регистрация: 11.04.2009
Сообщений: 4,626
Репутация: 1335 [+/-]
9.
Скрытый текст - 2-8:
Лето прошло в хлопотах. По плану Рорика главная крепость должна была расположиться в Альдельгьюборге или Ладоге, если на местном наречии, но сторожевые заставы обустраивались и в других пунктах, например, в местечке, запирающем выходы в Ильмень. Строительство в Ладоге подходило к концу. Вопреки желаниям Гостомысла, весь город стенами не обнесли, только мыс. И дело было даже не в дороговизне. Время! Рорик понимал, что никто не даст ему времени укрепиться перед возможными вторжениями. Его северная родина давно пришла в движение. От хаотичных, пробных набегов норманны перешли к целенаправленным завоеваниям. И земли славян были ничуть не хуже других.
Конунг лично следил за строительством, отдавая указания в случае необходимости. Временами появлялся сам Гостомысл или другие племенные вожди. Один из них, ещё незнакомый конунгу, пристально разглядывал Рорика. Высокий, крепкий мужчина с серьёзным и, пожалуй, угрюмым выражением лица. Некоторое время они мерились взглядами.
– Кто этот... человек? – помолчав, спросил Рорик. Ему больше хотелось сказать – надутый сукин сын.
– Как же, это наш воевода, Вадимир.
Вадимир с явной неприязнью смотрел на работающих труллей и норманнов. Наконец, он подошёл к конунгу. Взгляд его не сулил ничего хорошего.
– Надо было вас раньше познакомить, – добавил Гостомысл. – Но у воеводы были какие-то семейные дела на востоке.
– Что вы о нём знаете? – спросил Рорик.
– Храбрый, сильный человек. Достаточно популярный, чтобы вести за собой воев и слишком бедный для большего. Когда к нам пришли свеи, Вадимир сделал немало полезного. Многие и сейчас считают его героем. Но среди ладожан, скажем, он не слишком популярен.
Вадимир возвышался над конунгом, далеко не самым маленьким мужчиной среди норманнов.
– Рорик! – пророкотал он. – Вы могли бы и попросить совета. Мы тут и без вас как-то справлялись.
Гостомысл поспешил разрядить обстановку.
– Крепость ничего не будет нам стоить.
Рорик молчал и спокойно рассматривал воеводу. Это ледяная отстранённость несколько успокоила Вадимира. Но хмурое выражение так и не сошло с его лица.
– Просто помните, что и мы здесь не лыком шиты.
Воевода развернулся и ушёл быстрым шагом, не дождавшись ответа. За ним двинулись и несколько мужчин из сопровождения. Богатые, все при мечах.
А кругом звонко стучали топоры, летела щепа. Лихо, под песню, рабы натаскивали землю на вал, вбивали колья частокола. Уже можно было разглядеть будущие очертания крепости.
"Это будет крепкое, хорошее место, чтобы пересидеть опасность», – подумал Рорик.
Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
МАРАФОН. ДОЛГАЯ ДОРОГА Мережук Роман Творчество 43 29.03.2017 22:42
МАРАФОН. ТЫСЯЧА КОРОЛЕЙ Vasex Творчество 37 27.03.2017 23:07
Мафия #10 - День первый - Первый Jester Архив Мафии 372 31.01.2014 19:42
Марафон 2009. Первый забег на 100 страниц Horadrim Мастерская 27 22.06.2009 23:26


Текущее время: 01:47. Часовой пояс GMT +3.


Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2017, Jelsoft Enterprises Ltd.