Форум «Мир фантастики» — ролевые игры, фантастика, фэнтези

Вернуться   Форум «Мир фантастики» — ролевые игры, фантастика, фэнтези > Общие темы > Творчество

Важная информация

Творчество Здесь вы можете выложить своё творчество: рассказы, стихи, рисунки; проводятся творческие конкурсы.
Подразделы: Конкурсы Художникам Архив

Ответ
 
Опции темы
  #1  
Старый 13.08.2016, 19:08
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Мечи Марафон. Солнце Каннеша

Роман. Фэнтези с элементами постапокалиптики.

МАРАФОН НАЧИНАЕТСЯ С ПОСТА № 25!

Нгат пережил многое - междоусобицы князей, племен и кланов. Вторжение Сиятельных - мастеров магии, ненавистников железа, творцов городов из бронзы и волшебного стекла. Их феерический коллапс. Темные века. Череду объединителей и новый распад. Даже когда его народ, нгатаи, дети Пламенного Кау и Неистовой Нгаре, начали терять человеческий облик, превращаясь в жутких полузверей - и тогда Нгат устоял. Но что если древние беды на этот раз обрушатся на него одновременно?

Ханноку Шору из клана Кенна не везет по жизни. Стоило родиться полукровкой - родительские кланы перегрызлись насмерть. Получилось сменить сословие - озверение сделало его изгоем. И даже озверение ему досталось не простое, а чужеземное - в рогатого и крылатого демона. И что теперь делать, если ты выглядишь как тварь из преисподней, живешь в самом нетерпимом княжестве Нгата и при этом удручающе смертен?

---

Домарафонные посты:

Скрытый текст - SPOILER:


Марафонные:



Пост-марафон:
Скрытый текст - SPOILER:

1
2


Альтернатива:
Скрытый текст - SPOILER:


Вбоквел:
Скрытый текст - SPOILER:


Дополнения:


Выкладывается и на самиздате: http://samlib.ru/d/danilin_a_s/

Последний раз редактировалось Snerrir; 26.09.2017 в 03:46. Причина: Апдейт
Ответить с цитированием
  #241  
Старый 19.01.2018, 23:06
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 38

Скрытый текст - SPOILER:
Женщина ответила, с уверенностью, которой не чувствовала:

- Даже если так, чем непроглядней тьма, тем ярче в ней будет даже мой малый свет. Отец, послушай, даже если мы одержим сокрушительное поражение, может это именно то, что нужно, чтобы разбудить Укуль. Пусть наша воля и жажда жизни ослабели, но огонь милости Мириад…

Иль-Элеис Тоёль потух также быстро, как загорелся. Снова стал стариком.

- Я пришел в мир раньше многих из твоих книг, дочь моя, Миэн, нежданный дар… Некоторые я написал сам. Я уже знаю, что тебя не отговорить, ты же сбежишь, даже если я запру тебя в самом глубоком моем подземелье. А если не сбежишь, то зачахнешь…

- Воистину ты это знаешь, отец, - Миэн склонила голову, почему-то и впрямь ощутив себя глупой девчонкой, в свои-то сорок лет, - Утешься. С твоим благословением и под щитом Владык, какое чудище устоит передо мной? Какой мутант или бездушный?

- Я не монстров боюсь, Миэн… Я боюсь людей, что там встретил, - сказал ересь отец, - Послушай, если ты и впрямь поедешь в ставку, то лучше завтра, пока этот Иолч еще в городе… пока я не передумал. А сейчас слушай внимательно, что тебе говорю и запоминай. Держись этого сотника. Он расчетливый мерзавец, но он всюду выживает. Никогда ему не верь. Вообще, верь там только себе. Ешь только то, что сама отчистишь. Никогда не…

Никогда не надевай ограничители… нет, этого он не говорил. Тьма великой бездны, что же он тогда ей сказал?

Миэн прикусила губу, чувствуя, как на глаза, под закрытыми веками, наворачиваются слезы. Это неправильно, надо себя удержать. Она ведь уже заранее знала, что скоро откажет и кристалл памяти. Об этом говорили предатели-выродки, подступавшие к ее голове с кошмарным сверлом, но так и не решившиеся вскрыть ей череп. А ведь, наверняка, хотели. Сморщенных мерзавцев она понимала с трудом – они говорили извращенно, перекошенными словами. Но чем бы им не грозила "терминация фронтона обертки разума" ее они опасались. И предоставили пленнице дожидаться "натурального растворения, повышено рискового, но дающего надежду, о, братик-во-труде". Миэн с великой радостью устроила бы им эту терминацию. Но, отсеченной от своих душ, потерявшей половину жизни, ей ничего не оставалось кроме как попытаться смягчить неизбежную потерю. Вызывая наиболее яркие отблески высшей памяти и снова и снова прокручивая их в голове, запоминая их по-простецки, тварным серым мясом. Сочиняя новые проклятия.

В комнате щелестнула страница. Миэн, уже понимая, что следующий сеанс запоминания стоит отложить, нехотя разлепила веки и прохрипела:

- Воды.

Уродливая дикарка с красным мехом отложила тяжелую записную книжку. Взяла лапищей, жуткой, лишнепалой, плошку с водой. Протянула. Миэн с трудом, великим и неоцененным, свершением, что лишь напоминало о поражении, подтянулась на лежанке и взяла. Едва не уронила, но бездушная, издеваясь, помогла удержать. Еще и посмотрела, странно. Миэн не выдержала звериного взгляда, отвернулась.

Эту самку Миэн видела уже не впервые. Вчера, снаружи, в прихожей, ядолунцы устроили скандал. Малый мучитель спорил с этой красношкурой, что-то доказывал. Потом большой мучитель вмешался в этот разговор, посмотрел прямо на нее, Сол-Элеис Миэн, воительницу Ордена и сказал, на человеческом языке, явно и для нее:

- Пусть ее. Эта больше почти и не опасна.

Теперь дикарка дежурила посменно с, пусть и дикими, но магами. И самое ужасное, Миэн и впрямь ничего не могла ей ничего сделать. Магии она не чувствовала, совсем. Это было даже не подавление, как в темнице или на алтаре, это была пустота, жуткая и высасывающая волю к жизни. В первые дни женщина пыталась ускорить свое угасание, лишь бы не жить пустым отражением. Ей не дали. Теперь она и сама уже не решалась – куда она такая пойдет, какой из Мириад ее примет?

От более прозаичных подвигов, вроде попытки украсть и всадить живодеру в глотку ножницы, ее удерживала слабость. Эти огарки, отголосок истинной формы, и те нынче были сильнее ее. А еще мешал тот факт, что искаженные и подобия слишком ее уважали – в палате всегда находился кто-то еще, с оружием. Впервые в жизни Миэн мечтала, чтобы ее больше не принимали всерьез.

Последний раз редактировалось Snerrir; 19.01.2018 в 23:09.
Ответить с цитированием
  #242  
Старый 21.01.2018, 00:00
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
МАРАФОН-2, 39

Скрытый текст - SPOILER:
Единственное что не позволяло ей окончательно кануть в бездну отчаяния – Малый дар Элеисов. То, чего она всегда опасалась, порой – стыдилась. Сейчас даже его слабые отголоски казались согревающими надеждой. Привычными. Домашними. А еще они постепенно укреплялись, позволяя мечтать о том, что восстановятся, или, даже, позволят ей отомстить. Но сейчас она будет осторожней. О, она будет наблюдать, учиться, она не даст себя заподозрить. Она выждет подходящий момент, чтобы применить Малый дар для совершеннейшей отплаты и максимального разрушения. Или, хотя бы, сможет утешить себя его присутствием на грани сознания, в то время, что отпущено ее перед очередным экспериментов сморщенных мясников. Или языческим ритуалом. Тепер, после всего что она пережила, Сол… просто Элеис Миэн не позволит страху вновь собой овладеть.

Плошку она все-таки уронила, промочив бинты на груди. Бездушная молча подобрала посуду, поправила одеяло, но, нечаянно ли, умышленно ли, толкнула пленницу. Миэн зашипела от боли – раны заживали быстро, очень быстро, словно тело пожирало утерянные души и восстанавливалось за их счет. Но все равно они еще болели, просто так и от малейшего воздействия.

- Ты! Толстуха хаоса, дикая и мохнатая! – иногда Миэн жалела, что выросла в приличной семье. Ругаться у нее не получалось даже от чистого сердца.

- Спасибо, - на человеческом языке сказала бездушная. Миэн на мгновение даже позабыла про боль, не ожидав такого от дикарки. Знания благой речи и на редкость благожелательного тона. Потом отругала себя за неосторожность, - наверняка и другие подобия знают язык или хоть его урывки. Отныне надлежит быть осторожнее.

А потом это рыжее подобие округлило жуткие глаза, вздохнуло и добавило:

- О, это вероятностно – оскорбление. Интересно.

Поставило уже заново наполненную плошку обратно на стол, вне ее, Миэн, досягаемости. Поправило шаль, село обратно. Вернулось к чтению. У стены, на страже, пособник мучителей, тоже отгоревший, еще более волосатый чем они, хмыкнул. Черные вырожденные гляделки безжалостно сощурились. Перебросил метательный кристалл из руки в руку, магией. Миэн замутило от дикого фона. Что-то сказал, на рявкающем местном наречии. Рыжая хихикнула.

"Зараза и отродья этого несчастного, изнасилованного мира" – подумала про себя Миэн, с ненавистью. Прав был отец – дура она, раз возмечтала принести свет… этим. А еще ведь укоряла про себя лорда Тулуна, когда его заносило пару раз в разговорах, про очищение внешних территории и праведное воздаяние. Выжечь бы их всех, да сил нет и не будет.

Клац-клоц. Клац-клоц.

Миэн скрипнула зубами. Помяни отродий, так сразу навестят демоны. Поймавший ее монстр, протащившая ее на веревке по городу, на потеху всем… этим…. Мутировавшая тварь открыла дверь и зашла в комнату. Стало тесно – кончики рогов почти упирались в потолок, крылья заслонили тусклый свет от окна. Демон, в свою очередь, посмотрел на нее – оценивающе. В красных буркалах отражался огонек масляной лампы. Уже третий сорт ужаса на такое небольшое помещение. В такое малое время. Миэн сдалась. Зажмурилась, еще и отвернулась, как могла.

Впрочем, помогло это мало. Мутант что-то пролаял, не поганя ей вид, так изводя уши. Бездушная проворковала в ответ, не иначе как отвечая на вопрос – "И как она" – "Отменно!". Потом зашелестела бумага. Самка снова подала голос, уже с заинтригованной, вопросительной интонацией. Потом с чего-то ахнула и зачастила на гортанном наречии. Демон отгавкивался, едва ли не обороняясь. Смешно, а еще такой большой и зубастый.

- Миэн?

Снова бездушная. Воительницу Ордена прошиб холодный пот – откуда? Откуда они знают ее имя?

- Ты внимаешь?
Ответить с цитированием
  #243  
Старый 21.01.2018, 23:56
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 40

Скрытый текст - SPOILER:
Миэн взглянула-таки на них и увидела – о, великое унижение, жуткий кошмар! – печать своего посвящения в леди Ордена в руке… лапе… мерзкой хваталке этого чертового демона! Стекло уже потускнело, местами обесцветилось. Там, где когти касались обессиленного материала, уже появились царапины. Скоро символ ее чести, ее достижений, всех ее надежд, рассыпется в серый прах! И наверняка аура язычников лишь ускорит этот процесс.

Миэн не выдержала и разрыдалась. Искаженные терпеливо дождались пока она прекратит. Впрочем, вряд ли им это было в тягость. Нет, эти уж точно наслаждались небывалым зрелищем. Женщина осознала это и взяла себя в руки.

- Это твое? – сказала бездушная.

- Да, это мое, - ответила Миэн, надеясь, что ей удалось справиться с гримасами горя. Разочаровать внешних дьяволов возрождением бесстрастности.

Дикарка что-то вякнула рогатому дружку. Тот кивнул, положил печать обратно в папку из которой достал. Извлек наместо лист бумаги и протянул пленнице.

- Он жаждет, чтобы ты удостоверила… подписала. Вот здесь, - ткнула пальцем с окрашенным ногтем бездушная.

Миэн осторожно взяла документ. Потом тростниковое перо – примитивную поделку, жалкое подобие световых стилусов ее родины. Всмотрелась в варварские угловатые закорючки…

Элеис Миэн черканула на свободной строке самое черное ругательство, которое только смогла вспомнить, плюнула на место печати и медленно, с величайшим наслаждением скомкала поганую бумажку в руке. Швырнула комок и перо в морду парнокопытному отродью, гордо вскинула подбородок, уже зная, что сейчас ее будут убивать. Но она точно не собиралась губить и без того плаченое посмертие хулой на отчизну и своих богов, или же славить темных духов язычников! Может, хоть этой последней вспышкой она чуть исправит следующее перерождение...

Демон коротко, зло рявкнул. Калам он поймал в полете, почти машинально, но чернила все равно заляпали ему ладонь. Бездушная расхохоталась. Брякнула непонятное, но отчего-то по тону напомнившее "и на что надеялся?". Мерзостный шикнул на нее и… достал из папки еще один документ, полную копию предыдущего. Только на этом уже стояла ее, Сол-Элеис Миэн, подпись, правильного смысла и модуляции. Словно ее рукой вычерченная.

- Что это за черное колдовство? - возопила женщина, пытаясь выхватить и уничтожить и эту погань во след первой. Выродок предостерегающе ее окрикнул, но от поспешного усилия у Миэн и так помутилось в глазах и она рухнула обратно на лежанку. Когда чуть опомнилась, поняла, что демон сцапал ее руку своей лапищей, сильной и жесткокожей. Довел ее палец до чернильного пятна, макнул и поставил оттиск рядом с подписью. И еще один раз, на копии. Разом потерял интерес, развернулся и ушел, грохоча копытами.

- Зачем… Зачем он это сделал? Что было в этой бумажке? Отвечайте мне, вы, отродья, вы… грязные, лишенные смысла…

- Ханки думает, что этим спасет твою жизнь, - брезгливо передернула плечами бездушная, когда вторичный прибой слез и всхлипов иссяк и откатился.

- Да что все это значит, гори вы в пламени Киньича?!

- Что он порядочный дурень, - сказала рыжая, и сунула Миэн в зубы плошку с водой.

---

- Я смотрю важные переговоры прошли успешно, - приподнял бровь Аэдан, наблюдая за тем как Ханнок ожесточенно оттирает чернила с кожи.

- Не то слово, - буркнул сарагарец, - Ты вернулся. Князь про меня ничего не говорил?

Со времени памятного визита в Башню Кохорика прошла неделя. Хал-Тэпа и отомольского звероврача и впрямь пригласили прийти за деньгами на следующий день. Ханнок все думал, что загадочные княжьи "извинения" могут относиться к нему, но, похоже, ошибся.


Последний раз редактировалось Snerrir; 22.01.2018 в 15:12.
Ответить с цитированием
  #244  
Старый 22.01.2018, 23:59
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 41

Скрытый текст - SPOILER:
Впрочем, не сильно это его угнетало.

Время для вежливости и впрямь было неподходящее. Коннот не соврал, ничего не перепутал в темноте – к Ордену пришло большое подкрепление. Лагерь святых воинов вырос едва не вдвое, ощетинился еще блестящими пиками из маг-стекла, воссиял новым великим кристаллом. Странная война в гляделки еще продолжалось, но ясно было, что это ненадолго. Пришельцы с благодатного северо-запада грохотали молотками и корячились в траншеях и сапах. Что странно – все больше потрепанные герои первой волны и ламанни. Вразумляющее нгатайское влияние, похоже, еще не успело докатиться до новичков. Хотя почему их не просвещает Лорд-Командующий – загадка.

- Вы тк… такие сурьееезные! – нетрезво взревели рядом, выдергивая химера из обители высокой стратегии в реальный мир. Ханнок поморщился и отодвинулся – дух южной ароматизированной водки шибанул в чересчур чувствительный нос, - А рас-слаби… иться?

- Вот и шел бы ты отдыхать, Караг, - в тон сарагарским мыслям, нелюбезно посоветовал Аэдан.

- Я и та-ак наотдыхался! - простонал черный кентавроид, но так и остался маячить мохнатым напоминанием о вреде и излишествах. Варау пребывание в городе впрок не пошло. "Мне-бы-переночевать" естественным образом переросло в то, что гильдеец перебрался жить к Хал-Тэпу совсем. Дикого мага это если и возмутило, то все претензии он прописывал прямо Кан-Каддаху. Тот, забегавшийся из дворца на стены, из темниц обратно к ним, злился, но вправить пантерьи мозги руки все не доходили.

Ханнок только сейчас понял, что жизнь в суровом приграничном гарнизоне и переход по горам на самом деле поддерживали в шестолапе жизнь. За эти недели в Кохорике Ньеч успел вылечить руку, нобиль – обрасти иссиня-четной щетиной – обещанием новых, столь же аристократичных косм. Сам Ханнок и не заметил как, но залечил себе крыло. А вот шестолап поистрепался, как-то вылинял и перемежался апатией и деланной наглостью.

- Тогда работай, задница. Хал-Тэп тебе точно задачу найдет на все шесть лапищ.

"Этот может" – подумал Ханнок и у него тут же заныла сорванная на огороде спина. В последние время сарагарец уверился в том, что и дальше хочет оставаться как можно более далеким от почтенных радостей обработки земли.

- Я ему не нравлюсь!

Ханнок ощутил прилив солидарности к старому горцу. Аэдан чувствами не ограничился.

- Ау-у! – взвыл кот и схватился за ушибленную яблоком морду. Реакция и меткость у Кан-Каддаха была намного выше орденской. И даже самому Ханноку стало завидно, несмотря на все недавние дары от мракотца.

- Так, давай-ка вспомни, что вашу многолапую братию я не люблю и взаимно. Я очень не хочу идти поперек своего слова, но если ты превратишься в обузу – к отцу я тебя не потащу. Он и так считает, что я не умею выбирать знакомых.

- С-серьезно? – ошалел кошак. И вот как дедяде удается нагонять в простые слова такой жути, что даже насковзь всех явившихся варау драконов прошибло? Родовой навык, не иначе. Может, удастся перенять…

- Нет, я у нас такой шутник. Сейчас ты прекратишь мозолить мне глаза и свалишь куда-нибудь. Лучше всего на стену, если хочется заняться делом. Насколько я помню, отстрелу орденцев гильдейский нейтралитет не помеха. Ваши как раз на вылазку вчера ходили.

- Я не могу, - внезапно протрезвел кот. Но, боги, приятнее его общество от этого не стало. Теперь желотглазая морда источала концентрированное уныние. А потом еще и страх, словно Караг решил, что сморозил лишнее.

- Это еще что?

- Они вышвырнули меня из отделения! – решился-таки кот.

- Совсем?

- Нет… просто вышвырнули! Но близко… Кан-Каддах, они связались с перевалом! Кто-то заметил, как я вас веду.
Ответить с цитированием
  #245  
Старый 23.01.2018, 23:22
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Ырх, то незабываемое ощущение, когда понимаешь что ведешь сюжет не туда и надо срочно переписывать соревнуясь с таймером...


Марафон-2, 42

Скрытый текст - SPOILER:
- Так. Ты хочешь, чтобы я поставил их на место?

- Варанг сохрани! Нет! Я и так могу из-за тебя потерять лицензию!

- Как знаешь. Но Проводникам не мешало бы напомнить, что пришла не та эпоха, когда можно плевать на Кан-Каддахов.

"Интересно, а иные вообще бывают?" – подумал Ханнок, потихоньку отступавший в дом, убиравшийся от очередного национального разговора куда подальше.

Судя по морде Карага, он тоже уже жалел, что вздумал пожаловаться на жизнь. Или, хотя бы, протрезвел.

- Не надо! Дело не в Кан-Каддахах, те только в вас, тебе не надо беспокоиться, все хорошо…

- Что, не только мы вас угнетаем?

- Там один из "котов", - сказал загадочное кот. Уши прижались, глаза бегают, словно поймали за кражей бутылок из княжьего погреба.

- Так ты все-таки из этих.

- Не я! Родичи. Тебе ли не знать, что с этим всегда сложно, у самого брат…

- Следи за языком, - холодно отрезал Аэдан. Потом неожиданно смилостивился:

- Ладно. Мы поговорим об этом. Дам тебе совет, и сам спрошу кое-какие мнения.

- Э-эм, друг, знаешь, я, наверное, и сам справлюсь…

- Я куплю тебе вина, выпьем на пару, - сказал Кан-Каддах и кентавроид тут же навострил уши.

- Правда? Я готов! Куда пойдем?

- Не сейчас. Я обещал Сарагару сводить его к нотариусу.

- Обещал? – опешил Ханнок, уже добравшийся до крыльца, и так и замерший с дверным кольцом в когтях.

- Обещал, - веско, как он это умел, повторил Аэдан.

- Оу, - сник горе-гильдеец и заковылял прочь.

Ханнок дернул дверь на себя, точно зная, что никуда не пойдет. Аэдан в режиме параноика его привычно нервировал.

В прихожей возвышался Хал-Тэп, протягивающий корзинку с коротком мотыгой, что твоя аллегория Страды. Он улыбался.

- Нотариус! Да, я уже иду! – рявкнул Ханнок и соскочил с крыльца вниз.

---

- Нет, я определенно не могу это утвердить, - прогнусавил горский законник, дикий, длиноволосый и растатуированный. То, что он при таком антураже продолжал быть воплощением скуки и бюрократизма - впечатляло.

- В соответствии с имеющим силу постановлением… - завел Ханнок, на ходу конструируя выражение морды из вдохновения и воспоминаний о собственных речах в Доме Дебатов.

- Молодой человек, не тратьте время, - флегматично, непреклонно, как сброшенный на голову с неба Нгаханг из вязкой смолы, прервал его нотариус, - Я знаю эти законы. Ваши построения восхищают, однако же основываются на весьма древних прецедентах.

- Не отмененных, - напомнил химер, ежась от этого снулого "восхищения".

- Да, не отмененных. Но в подобных вопросах я все равно предпочти дождаться княжьей воли. Или хотя бы поручительства двенадцати. Особенно учитывая отсутствие наличия второй стороны заключаемого договора в этих стенах.

- Здесь есть подпись и даже отпечатки пальцев.

- А вот второй стороны заключаемого договора нет, - неумолимо продолжил законник. Разговор шел уже по третьему кругу, с малыми вариациями. Ханнок почти наяву слышал, как его, сарагарские, кости и рога трещат в жерновах юриспруденции. А ведь ему обычно это дело нравилось.

- Она… вторая сторона болеет. Это дело большой срочности.

- Тем более. Я не могу утвердить это прошение ни на княжеском, ни на великокняжеском уровне. В столь подозрительных обстоятельствах. Если вы будете настаивать, я вынужден буду проинформировать соответствующие залы дворца.

- Эй, это вообще из статей про войну и добычу, - Ханнок поймал себя на том, что проигрывает в собственной игре и застваил себя вежливо оскалиться:

- Послушайте, вы же понимаете что дух, а не буква закона о крови на мече племен предполагает совсем иное прочтение…

Нотариус пожал плечами и совсем обездвижился лицом. Словно голем из страшилок про Сиятельных.

- Почтенный, возможно, мы зайдем потом, - сказал Аэдан, массирующий пальцами виски.


Последний раз редактировалось Snerrir; 24.01.2018 в 00:50.
Ответить с цитированием
  #246  
Старый 24.01.2018, 14:11
Аватар для KrasavA
с Шипами
 
Регистрация: 11.07.2007
Сообщений: 2,958
Репутация: 1046 [+/-]
Всё-таки добралась до сеттинга. Богато. И карты отличные, есть чему поучиться.

Интересные персонажи типа - бездушных. И всякие штучки с магией тоже любопытны. А вот в диалогах на мой взгляд не хватает остроты. Напыщенность и неконкретность в них делают текст "размытым" что ли... Не знаю как объяснить. На уровне ощущений получается. Хотя, если более конкретно, то за общими словами, которыми пользуются все, не видно героев и характеров.
Тем не менее, для черновика вполне. Сильно критиковать не могу, у самой ржущая животина на все четыре ноги хромает и максимум что может милая, добрести до него и прямо там и сдохнуть)
__________________
Магия - это метод эволюции сознания. Методов много, но инструмент один - думать и делать.
Ошибаться и учиться. Никого не слушать, пока не попробуешь сам.
@->-- (с) --<-@
Ответить с цитированием
  #247  
Старый 24.01.2018, 23:56
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
KrasavA, есть такое, с диалогами. Хотя в последних отрывках основными говорунами были: фентези-врач, шпарящий медицинским канцеляритом, князь со склонностью к мелодраматизму и рафинированная магиня, выросшая на рыцарских романах и местных аналогах святцев - может, еще и это сказывается)).

Марафон-2, 43

Скрытый текст - SPOILER:
Уже на улице Аэдан тихо прошипел:

- Чертов Хал-Тэп.

- А? – насторожился Ханнок, разом переборов уныние.

- Я спросил его: знает ли он хорошего законника? Он мне подсказал. О, он не соврал, это замечательный человек скрижалей, просто эталон. Ответственный, ученый и… бесполезный. Хорошо, что ты не стал пытаться его задобрить. Мы бы схлопотали поединок, если не хуже.

Ханнок, вообще-то и думавший о том, чем бы подкупить нотариуса – привычная и успешная тактика – важно кивнул, наслаждаясь собственным здравомыслием. И спохватился:

- Постой, ты говорил с Хал-Тэпом обо мне?

- Говорил. И прежде чем начнешь скалиться – он уже знал. Сарагар, да половина города уже знает о том, что ты спасаешь Сиятельную. Зачем, кстати?

- Потому что… - начал Ханнок и понял, что Кан-Каддаху ему сказать и нечего.

- Вот и я о том.

Пока они шли обратно, Ханнок и вправду думал – на кой ему сдалась эта золотая леди? Сарагарское воспитание, галантность породистого ламанни, это, конечно, да, но сейчас война, смог бы и обойтись. Сия возвышенная барышня вполне могла быть одной из тех, кто развешивал солеваров по балкам в сожженной деревне. Она и не скрывала, что не ценит его помощи, и, даже, похоже вообще ее не понимает. От певучих укульских "мерзость", "мутант" и "тварь" у него начинали снова чувствоваться крылья и зудеть пропавшие пальцы.

Но он не хотел отступаться.

Это беспокоило.

- Куда мы идем? – опомнился Ханнок, когда они уже оказались у самого подножия башни. Пятьдесят этажей бетона на террасе впереди, выход на центральную площадь по левую руку. Богатые дома знати и купцов. Таверна. Склад, в ворота которого молотил кулаком горский воин, в полукруге из коллег и бледного Коннота.

- Я обещал лапнутому вино. Почти все лавки закрыты, - сказал Аэдан.

Кохорикаи вступили на путь войны всерьез. Ополченцы дежурили у стен, стража патрулировала улицы. Кто не годился для сражения готовился, если что, тушить, оттаскивать и заделывать. Торговля и ремесло, и так едва теплившиеся, совсем встали. Потом встали и они с Аэданом – княжий соглядатай махнул рукой – стойте мол, не проходите мимо пока мы тут не разберемся.

- Что у него вообще за беда с выпивкой? – воспользовавшись заминкой, спросил о Караге драколень.

- Варау, - процедил Кан-Каддах словно одно слово все объясняет. Но все же снизошел пояснить:

- Большезадые быстро трезвеют, это так. Но алкоголь для них хуже маковой вытяжки для нас с тобой. Одна кружка и они уже не могут остановиться. Всю жизнь. Караг еще не самый тяжелый случай.

- Аха, - сказал Ханнок, отчего-то почувствовавший себя перед черным котом едва не виноватым. Что ж, еще одна серебряная в копилку обрушенных стереотипов. Если он и ожидал такого от шестолапов, то по отношению к кошачье мяте или валериане, но никак не выпивке. Почему их общее проклятие такое непоследовательное? Взять вот запах. От него самого пахнет человеком, надо только крылья промывать, чтобы не слишком сильно. От Фрепа вообще не пахнет, даром что мохнатый. Караг если и разит, то не котом, а пьянью, в тяжелые дни. А вот кинаи…

Бам. Бац! Шарах!!

- Именем князя, открывай немедленно!

Химер шмыгнул носом. И внезапно понял, почему задумался о запахах.

- Аэдан, я чую волков!

Дверь вышибло с петлями. Наружу, похоронив стучащего бойца. В темном проеме зарычали.

Аэдан потащил из-за пояса пистоль. Но не успел снарядить до того, как кин-волк, большой и черный, спрыгнул с соседней крыши. Приземлился, на все четыре, встал во весь рост. И оказалось, что лап на самом деле – пять с половиной. Одна лишняя торчала из спины, вполне длинная и когтистая. Еще огрызок засохшим ужасом болтался от пояса. Несмотря на жуткие мутации сверх-кинай был отнюдь не на последнем издыхании.

Кан-Каддах подкинул пистоль в руке, перехватил за дуло и врезал тяжелым, бронзовым яблоком руокояти по морде прыгнувшей твари – быстрой, ловкой но… тугодумной.

Ответить с цитированием
  #248  
Старый 27.01.2018, 18:58
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 44

Скрытый текст - SPOILER:
Волчья челюсть хрустнула и отвисла. Искаженный едва замешкался – так и попер вперед, истекая кровью напополам со слюной. Но этой малой заминки хватило, чтобы опомнившийся сарагарец вогнал ему клинок под ребра. Аэдан коротко кивнул и сразу же принялся заряжать огнестрел. Стальной человек.

Из выбитой двери мохнатым валом повалили зверелые. Горцы сразу же потеряли еще троих, загрызенных и разорванных. Уцелевшие отбивались прикладами и копьями. Все успешней – эффект неожиданности прошел. Да и волки были странные – бешеные, словно не чувствующие боли, но больные на вид. Мутанты в самом плохом, не философском смысле слова. У кого переизбыток лап, у других сквозь мех прорастали разноцветные опухоли, третьи, наоборот, тощие как лучина, животы целуют хребет.

Из свалки у двери вывернулся и кинулся к ним с Аэданом вообще малозатронутый. В одной набедренной повязке, грязный, лицо безобразно ополумордилось. Но меха почти нет, и глаза –едва волчканутые. Но напрочь безумные. И светятся. Повезло, в этой фазе больные совсем слабые, хватит и…

Недооборотень прыгнул с пяти шагов и врезался в химера, сбив на землю. Громыхнул выстрел, но бешеный лишь дернулся, не упал. От Аэдана отмахнулся не глядя и тот отлетел в сторону, будто бы и не был здоровенным варваром. Полуволк подмял Ханнока под себя, дыша в лицо болезненным гнильем. Широко раскрыл рот, раздирая углы губ под новую пасть. И вгрызся в демонскую глотку.

Ханнока спасло лишь то, что зубы у больного выпали и новые нарасти не успели. Но счет и так пошел на секунды. Он попытался скинуть тварь, но та была чудовищно сильна, рвала себя на предел, едва получалось отпихивать ее морду. Потом сарагарец вспомнил. Выпростал руку, схватил себя за хвост, у самого основания шипа и ударил этим костяным клинком. В бок, три раза, вложив в каждый все желание жизнь.

Оборотень хрипяще заскулил, потом обмяк. Ханнок скинул его с себя, подбежавший Аэдан помог встать. Сарагарец ощупал горло – болит и кровит, но, счастье, не из прокушенной вены.

- Хос-ся-ин… - провыли с мостовой. Ханнок и не сразу понял, что это – укулли.

Вот сволочь, все никак не сдохнет. Уже убитый, но никак не желающий смириться с этим недоволк полз к стене склада. Потускневшие глаза, еще почти человеческие, смотрели на нее счастливо, с обожанием. Пальцы впивались в окровавленную мостовую. На одном, указательном, драколень заметил след от снятого кольца. Сараграцы, любой общины, обычно носили перстни именно так.

- Хош-шаин! С-сдесь!

Ханнок, дрожа от ярости, подошел и вбил бывшему земляку клинок в шею. Рывком выдернул и сам взглянул на склад, уже зная, что сделает с этим "хозяином", попадись он ему.

Стена вспучилась и следующая тварь проломилась прямо через фахверк. Сплющила зазевавшегося горца в блин громадным каменным молотом. Она и сама была громадна. В то, что когда-то родилась человеком, верилось с трудом. Как и в то, что должна стать волком. Полтора дракозлиных роста, разнородно бугрящиеся мышцы, многоцветный мех пучками. И маленькая голова, едва не утонувшая в шее.

Это был не "хозяин". "Хозяина" Ханнок увидел в полутьме разгромленного склада - силуэт в стеклянных доспехах, сияющий магией и силой веры. Магмастер сложил руки жестом концентрации. Так часто молились дома.

Монстр взревел и начал гвоздить. Что подвернется – стены, кохорикаев, оборотней. В пыль и красные брызги. И без того едва справлявшиеся горцы сломались и побежали. Иногда их догоняли и рвали последние оборотни – у этих боевой дух, похоже, ушел в иное измерение, недоступное нормалам и вообще разумным.

- Уходим! – крикнул Аэдан.

Ханнок замешкался. Прямо на пути у монстра с молотом застыл маленький дракозел, бледный и в черных доспехах. То есть сарагарец, конечно, знал, что Коннот – такая же здоровенная зверюга как он сам, особенно когда растопырит крылья, но сейчас тот казался едва не детенышем.

Монстр поднял свою дубину и опустил. Потом еще раз. И снова – мимо. Коннот стоял у нее на пути, едва отшагивая, уворачивался. Тварь безбожно мазала, дергалась, словно кукла на ниточках сразу двух дерущихся постановщиков. Потом княжий зверочеловек вытащил нож из-за пояса и бросил. Результат превзошел все ожидания.

Огромный монстр, этот осадный волк, повалился на мостовую, воя до боли в химерьих ушах. Тварь каталась по камням, рвала себя когтями. С трудом отведя взор от этого жуткого зрелища, Ханнок увидел, что и другие кин-мутанты – тоже.



Последний раз редактировалось Snerrir; 27.01.2018 в 19:11.
Ответить с цитированием
  #249  
Старый 28.01.2018, 23:00
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 45

Скрытый текст - SPOILER:
Бойцы Кохорика остановились, потом, вдохновленные Коннотом, шатающимся, но судя по ругани – вполне живым, вернулись. Осторожно, целясь в сорванные ворота и дыру в стене, закалывая по пути скулящих, словно бы плачущих волков. Химеру с чего-то показалось, что иные из мохнатых сами подставляли горло.

Бледный химер отважно доковылял внутрь склада, перешагнул через груду обломков. Вытащил из глазницы Сиятельного нож. Такой же Ханнок видел у князя. А может это он и был – Соун Санга любил возрождать в себе щедрых владык прошлого.

Когда княжий демон вышел обратно на свет, Ханнок заметил, что морда у него вся в крови. Похоже, Конноту кто-то знатно успел расквасить нос. Впрочем, в такой суматохе – немудрено. Соглядатай хлюпнул, размазал кровь перчаткой и прогнусавил:

- Там ход в подземелье. Они могут быть где угодно. Я должен сказать князю.

Последнее прозвучало, будто он себя уговаривал. Коннот расправил крылья, контрастно бело-черные, словно выкрашенные. Прошипел что-то сквозь зубы, едва не стонуще и… взлетел прямо с этого места. Прямо с земли. Несколько мощных взмахов, поднявших тучи пыли и побелки, и он уже был над крышами, еще мгновение – он на полпути к башне. Ханнок завороженно следил за ним. Потом чихнул и сказал:

- А мне говорили, что мы так не можем.

- Правильно говорили, - отозвался Аэдан, пристально, из-под ладони следивший за полетом. И добавил, тоном отнюдь не хвалебным: - Хор-роший летун. И метатель.

Ханнок не понял. Посмотрел на труп Сиятельного. Потом на тушу осадного волка, еще подрагивающую. Вспомнил, где стоял бледный хмырь. Почесал гриву на макушке. Да, и впрямь хороший. Просто великолепный. Чтобы так попасть, нож должен был два раза сменить траекторию полета.

- Почему… почему псов скрючило? – сказал боец из горцев, все никак не справлявшийся с дыханием. Озвучил этим еще одну вертевшуюся в рогатой сарагарской голове мысль.

- Мне это не нравится, - сказал Аэдан.

Из-за стен донесся чистый, пронзительный звук укульских горнов. Громкий, наверняка еще и усиленный магией. Башни напротив главного становища орденцев зарокотали барабанами. Потом боевой ритм донесся и со стороны вторичных осадных лагерей.

- Началось.

За стенами, по великолепной дуге, взмыл вверх огненный шар. Замер в высшей точке и понесся вниз. Обрушился на черные и серые крыши, три мгновения спустя по ушам ударил грохот взрыва. Город ожил криками, как свирепыми, так и напуганными. Пара вояк, из самых побитых, осталась у места волчьей бойни, остальные побежали к укреплениям. Аэдан тоже побежал.

- Почему к башне? - догнал его Ханнок.

- Древний город. Ходы тут везде. Как и культисты. Если они уже попали внутрь… Омэль знает куда они могут пролезть еще…

ШАРАХ!

Этот приземлился на самой башенной террасе. Ханнок даже почувствовал взрывную волну. За этим последовал целый залп.

- Магии не жалеют, - заметил зверолюд. Им пришлось остановиться у края площади, под прикрытием каменного дома. Когда утих грохот, внутри стало возможно расслышать молитвы.

- Даже с новым камнем их ненадолго хватит, - Аэдан всматривался в небо, потом, выждав момент, они перебежали к началу лестницы наверх. Залегли за бортиком. По площади металась объятая пламенем фигурка. Недолго.

- Если они вообще тратятся на штурм, - очередное затишье, - А не…

Затишье закончилось. В колосса Кохорика ударил луч света. Оторвалась и разбилась о мостовую глыба - где они пробегали мгновение назад.

- На отвлечение, - закончил Аэдан. Они были уже у подножья башни.

"Почему мы вообще лезем помогать князьям с воеводами, а не нашим?" – подумал Ханнок, перескакивая через труп в городских доспехах. И удивился про себя, что уже считает таковыми всю эту спонтанную и в прямом смысле слова разношерстную компанию. Куда и сам, считай, навязался. Даже с этой золоченой, чьи дружки лупили сейчас волшбой по гражданским кварталам.

- Потому что там мой брат! - рявкнул Аэдан. Похоже от грохота зверолюд и не заметил, как сказал это вслух. И прежде чем он успел в очередной раз восхититься крепостью клановых уз у Кан-Каддахов, терканай добавил:

- Скорее всего мы его убьем.

- А если…

- Тогда он убьет нас.
Ответить с цитированием
  #250  
Старый 29.01.2018, 18:50
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 46

Скрытый текст - SPOILER:
Господин Укуль Илай, Лорд-Командующий Семнадцатого Священного похода, едва удерживался от того, чтобы навеесить себе на поясницу заклинание. Всю прошлую неделю он почти не слезал с коня, мотаясь от лагеря к лагерю, инспектируя, вдохновляя, утешая, договариваясь. Более не доверяя делать это подчиненным. Сейчас он возвращался с переговоров с новым перебежчиком, сумев-таки довести дело до формальной присяги и обмена аманатами. Бальзам-плетение, не излечивающее, так хоть смягчающее боль, он воистину заслужил. Но – нельзя, люди стали слишком внимательными. Ныне и анекдот об Илае-мягкозадом может послать остатки его авторитета в войсках козлодемону под хвост.

Авторитет… Беда пришла вместе с подкреплением. Со всеми этими пятью зашуганными послушниками и одним ламанни, озверевшим на следующий же день. С их треснутым камнем, которого не хватало и на то, чтобы сто бойцов укрыть. О нет, связисты Магмастера Войны не соврали, ничего с подкреплением на перевалах не случилось. Их не накрыло фоном, их не порубили дикари. Просто все те витязи, что топали блестящими сапогами рядом, все эти сияющие, непуганные герои – не подкрепление. Это, узри их Окельо, новый, Восемнадцатый поход. Уже со своим Лордом-Командующим.

Хотел бы Укуль Илай знать, что за демоны покусали столицу, раз она послала два солнца на один небосвод. Когда он, в иной форме, конечно, спросил об этом у "брата-во-Ордене", свежеиспеченного коллеги, надушенного хлыща, никогда не покидавшего до того Контур, то получил предложение поступить по примеру благородных предков – чередовать власть день за днем. И узрел хартию, пурпурную и золотую, уполномочивающую и благословляющую.

Когда-то, еще ко дню своего пятого опечатывания, Укуль Илай представил доклад об истории Священных походов. И ни в одном источнике не нашел упоминания об этой почтенной традиции. А если она и была… что ж, даже у великих праотцев случались приступы идиотизма.

Хуже всего, что он ничего не мог с этим поделать. Его бойцов было меньше, они устали и изголодались. И, боги, многие из этих благородных больше времени теперь проводили в новой, куда более просторной и расшитой палатке новичка, чем в своем же лагере… Господин Илай жалел, что не вздернул вовремя мерзавца-сотника, когда был повод. Теперь поздно, и куда он, туда и ламанни.

Даже в "его" дни восемнадцатые почтительно слушали, изысканно кланялись, сыпали обетами… и запарывали любое порученное дело. Чего тут было больше – прямого саботажа или раздолбайства, Укуль Илай не знал. И старательно гнал от себя мысли, что еще в прошлой трети он сам и его бойцы были немногим лучше. Мириады, неужто Укуль и впрямь утратил умение платить за опыт чем-то иным, чем собственной кровью?

Укуль Илай поморщился от укола мигрени. Недосып и свирепствующий фон делали свое дело, понемногу подтачивая даже его знатные и обеспеченные души. Что же творилось с воинами и простецами Семнадцатого? Почему он радовался, когда Магмастер Войны доложил об успешной активации Старого Тольока? Почему они вообще так рьяно придерживались планов, составленных в тепле и мраморе дома? От расползшейся аномалии страдали не только бездушные, но и осаждающие. Илай даже подозревал что и не столько. Опоздавший опыт и цена - высока.

Сквозь деревья, пожелтевшие от здешней злой осени, а может и их магической виной, уже просвечивали палатки лагеря. Их еще даже не окликнули. Растяпы. И это еще "его" день. Ничего, сейчас он всыпет им по полной. Как насчет отрубленной руки за беспечность, любители древних традиций?

Когда Укуль Илай услышал зов горнов, то не сразу понял, что это не тревога, даже не оповещение. Горны звали к атаке. На штурм и подвиги. И семнадцатый Лорд-Командующий точно знал, что таких приказов не отдавал.


Последний раз редактировалось Snerrir; 29.01.2018 в 21:22.
Ответить с цитированием
  #251  
Старый 30.01.2018, 22:46
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 47

Скрытый текст - SPOILER:
Он подстегнул коня магией, наплевав на то, что нарушает этим один из статутов об уважении к "младшим друзьям". Вырвался вперед свиты, влетел в лагерь, едва на затоптав конем часового-ламанни в воротах. Увиденное подтвердило слух о беде – войска Ордена шли на приступ Кохорика. Частью воспользовались прорытыми для заматывания особо ретивых героев ходами и траншеями. Частью – сколоченными для вразумления новичков щитами и навесами на колесах. Но большинство, боги, выдвигалось колоннами с лестницами в руках. Как в тот, первый, день. День, который он, Укуль Илай, поклялся себе никогда больше не повторять. Надеждой на сотню следующих перерождений поклялся.

Его воины, несчастные, благородные семнадцатые… Святые неудачники.

- Что все это значит? – прорычал он с седла Лорду-Командующему Восемнадцатого.

Укуль Сеньео, позор их правящего рода, сидел на своем складном стуле как летописный полководец. Хоть сейчас в инфосферу, для восхищенных потомков. На голове крылатый шлем. В длани – жезл повеления, кристалльный, сверкающий нерастраченной силой. С каким удовольствием Илай разбил бы его об эту тупую голову! А потом вогнал обломок Восемнадцатому в глазницу, да так, чтоб из затылка выскочило…

- Ваш боевой дух делает вам честь, родич, - пропел Укуль Сеньео, - Как я вас понимаю! Какой лорд откажется прозываться освободителем Альт-Акве, обители гидротермального исцеления? Как умело вы отвели глаза вражеским шпионам, создав видимость трусости, прежде чем обрушиться на них! Я признаться, отправил доклад о вашем пораженчестве командованию. Как раз на сегодняшнем сеансе связи – Иль-Халад улыбается нам, связисты смогли пробиться в Столицу. Верховный совет очень интересовался, почему все их повеления еще не исполнены. Хорошо, что ваши друзья убедили меня добавить слова умягчения, дать вашему плану развернуться. Теперь-то я вижу всю глубину вашего таланта в малой стратегии!

Укуль Илай смотрел на собравшихся за спиной "родича" офицеров. Рядом с восемнадцатыми стояли "его" Магмастер Войны и Кормчий. Первый смотрел спокойно, второму хватило совести отвести глаза. Свежие войска подкрепления, корпус союзников и те сотни, командиров которых чаще прочих видели вместе с Тулун Иолчем, стояли на внезапных позициях, отрезая атакующим путь назад, в становище. Из-за их спин по городу навесом и лучами били осадные призмы. Илай уже был уверен, что это сжигается последний стратегический резерв Семнадцатого, их шанс вернуться домой без помощи новоприбывших. Теперь он видел, что его воины чаще оборачивались назад, чем смотрели на укрепления дикарей.

Семнадцатый Лорд-командующий молчал. Он, Укуль Илай, все-таки оказался никчемным командиром. Он подвел своих людей. Он не сумел предотвратить перехват власти. Его труды о походах прошлого не смогли подготовить его к тому, что в первую очередь опасаться надо было своих.

- Хотя… дайте-ка подумать, родич… - Сеньео едва не жеманным жестом положил палец на подбородок. Видимо, это долженствовало изображать неверящее сомнение, мысль-о-котором-так-неприятна, - Мне не очень нравится ваш тон. Может ли статься, что и это все очередное представление и на самом деле вы хотите отозвать бойцов назад? После того, как вы уже позволили священным телам наших воинов оказаться в лапах бездушных? Попрали директиву о сокровенности сиятельной смерти? Может вы и вовсе хотите презреть пятый параграф плана вашего Похода? Оставить этот славный город стонать под копытами мутантов? А может, вы такой не один и нам стоит изучить пределы рвения всех ваших людей? Мне очень не хотелось бы сообщать это на вечернем сеансе связи…

Со стороны города заговорил порох, адское зелье дикарей. Штурмующие вошли в зону поражения. Лорд-Командующий Семнадцатого священного похода провел ладонью по хребту, укрепляя спину:

- Я возьму этот чертов город! Будьте готовы поддержать меня, когда мы взойдем на эти стены!

- Всенепременно, - улыбнулся Сеньео. Укуль Илай этого уже не слышал. Он спешил туда где умирали его люди.


Последний раз редактировалось Snerrir; 31.01.2018 в 01:17.
Ответить с цитированием
  #252  
Старый 31.01.2018, 11:48
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 48

Скрытый текст - SPOILER:


- Назад! – дворцовый страж наставил на них копье. Дорогой бронзовый наконечник чуть дрожал.

- Мне надо попасть в подземелье башни. Сообщи князю!

- Я тебе говорю – назад! Война! Кан-Каддах, это не ваш город!

- Пропусти их, - спокойно сказали у них за спиной. Ханнок обернулся и увидел чогдайского мастера церемоний. Как всегда безукоризненно опрятного и по полной форме. Разве что посох сменила бронзовая глефа с длинным, в полтора локтя лезвием. Интересно, умеет ли этот рафинированный эстет ей пользоваться? Зверолюд уже знал, что южане считают такое оружие "женским". Но в этой странной земле это еще ни о чем не говорит. Он уже видел их женщин в бою.

- Вождь стражи – Хашт, не вы! – упорствовал охранник подъемной шахты.

- Долг господина Хашта сейчас – находиться при князе, владыке гор. Мои же умения сейчас куда менее полезны. Посему я помогаю как могу. Меня послали приветствовать господина Норхада, буде он появится.

Стражник нехотя подчинился и отшагнул с порога. Дернул за шнурок в кольце "-5". Как только чогдай, последним, ступил на настил платформы, она дрогнула и поползла вниз. Вновь – мучительно медленно.

- Вы пользуетесь доверием князя, господин Норхад, человек Коннот отзывался о вас с похвалой, - сказал мастер церемоний.

"Вот как?" – удивился бледной симпатии Ханнок.

- Но все же Соун Санга, великий, опаляющий, желает знать – зачем вам понадобился доступ к пленным и артефактам именно сейчас?

- Человек Коннот не говорил про культистов? – приподнял бровь Аэдан.

- Он их упоминал.

- Вот. Мой брат…

В-Ж-Ж-жух!

Соседняя шахта отозвалась гулом, низким, пробирающим до костей. Зародившимся внизу и быстро унесшимся вверх.

- Тьмать. Это же левитатор, да?

- Надо было разобрать этот механизм, - с легким сожалением сказал чогдай.

Платформа вздрогнула и застыла между этажами. Мгновение спустя о ее доски с хрустом ударился человек, пролетевший пятьдесят два этажа. В рабочий тунике, порванный когтями, с крепкими, натруженными от вращения подъемного блока рукам. Еще мгновение и он скатился в шахту, когда лопнул один из канатов и настил накренился.

- Прыгай! – Аэдан первым подал пример и перескочил в темный зев служебного коридора. Чогдай с неожиданной ловкостью оказался следующим. Потом незримые нападающие обрубили второй трос.

Химер повис на высоте трех этажей, судорожно вцепившись когтями в канат. Чуть снизу кричал "Крылья!" Аэдан. Заметно выше встревоженно орал стражник у входа. Очень высоко выли оборотни и звенел металл. Да и сам Ханнок, похоже, ревел благим тьматом.

Еще один трос начал складываться кольцами во тьму. Удерживаемая за последний узел платформа закачалась гигантским маятником. Драколень, из последних сил и рассудка дернулся, усиливая амплитуду и прыгнул.

Бетонная перегородка между этажами ударила его живот, вышибая воздух. Химер заскреб когтями, пытаясь удержаться, но едва не отправился вслед за обрушившимся на дно подъемником, в тучи пыли. Потом Аэдан схватил его за рог и помог влезть наверх.

- Как отсюда быстрее добраться до темницы? – Кан-Каддах не стал тратить время на вопросы вроде "Ты как? Живой?" и прочие утешения. Ханнок был ему за это почти благодарен.

- Я провожу, - сказал чогдай и заскользил по коридору, в мерцающем свете волшебных огоньков. Химеру пришлось восстанавливать дыхание на ходу.

Нижние ярусы тоже восстанавливали, и тщательно, но не тратясь на красоту. Дыры и выбоины в стенах наскоро замазали раствором, разноцветно закрасили. На потолках виднелись следы от снятых на переплавку труб. Вокруг ящики, пифосы и тюки. Пару раз попадались работники, сбившиеся в группки, иные наскоро вооруженные, прочим оставалось лишь уповать на богов. У лестницы на минус четвертый с аппетитом обедал служанкой волколюд. Аэдан пристрелил его на ходу.

Ответить с цитированием
  #253  
Старый 01.02.2018, 23:52
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 49

Скрытый текст - SPOILER:
Дальше трупы попадались чаще. Кладовщики, котельники, носильщики, мутанты. Загрызенные, разорванные, пронзенные мечами. Черными костями под белыми силуэтами на закопченных стенах. Были и живые, раненые и нет, несколько таких выживших даже присоединились к ним. Они поминутно озирались, дрожали, иных тошнило, но заступы и гражданские каменные клинки сжимали крепко. Горская самоубийственная отвага, куда уж даже Кенна до Кохорика.

На минус пятом двери в комнаты стали массивными, местами обитыми ценной бронзой. Мертвые и живые также куда выше статусом, одоспешенные, при боевом вооружении. Ханнок увидел второго за этот день убитого Сиятельного, пришпиленного копьем к ящику, прямо через двойной нагрудник. Рядом, привалившись спиной к стене, сидел Доннхад и пил. Водку, прямо из горла, от запаха чистого, без присадок, алкоголя у сарагарца ощетинилась грива. Но старому козлу сейчас простительно – он теперь не только однозубый, но и однокрылый – переломанные фаланги болтались на обвисшей, порванной перепонке. У Ханнока сразу заныла спина.

- Хороши закрома у Санга, а? – прорычал старик, судя по морде - сам сегодня в амоке. Кряхтя, похоже, больше по привычке, поднялся и пошел за ними. Ханнок понадеялся, что он не выпадет из шока в самый ответственный момент, заорав на всю башню. Или, хотя бы, не кинется на них самих.

- Шахта уже близко, так? – спросил Аэдан, похоже если до того и ходивший в гости к брату, то другим маршрутом, от подъемника, не по лестницам.

в-ж-у-у-УХ!! – провыло совсем рядом.

- Можешь не отвечать, - сказал Кан-Каддах и сплюнул. За гулом приземлившейся волшебной платформы последовал топот сапог, стеклянных, по бетону. А еще цокот когтей и тяжелое, хриплое дыхание.

Они почти вбежали друг в друга, потрепанные обитатели башни с ее гостями и не менее них вкусившие тягот боя диверсанты. Трое магмастеров и полтора десятка мутантов, осатаневших от запаха крови, но железно покорных. Что ж, головы Соуна Санга при них, как боялся Ханнок, не было. Но и с пустыми руками они не уходили. Высокий воин, судя по печатям – старший, держал в руках кристалл, серый и продолговатый. Ханнок вспомнил его – именно этот артефакт так самозабвенно тащил с собой в город из деревни Доннхад.

- Ах ты золотой ублюдок! – ахнул старый козел. Ну точно, он самый.

- Убить, - мелодично чирикнул орденец и волколюди рванули вперед, расталкивая друг друга, бестолково размахивая оружием у кого оно было. Маги развернулись и столь же резво припустили в противоположную сторону, скрылись за поворотом.

Первый из мутантов налетел на подставленное копье, нанизался на него как на вертел, но все равно умудрился достать Доннхада когтями. Сарагарец ощерился от накатившего волной смрада промокшей от крови шерсти и гнилого дыхания. Громыхнуло, чавкнуло, другой крупный зверь с мохнатым телом и совсем сарагарским лицом повалился на пол, перегородив коридор.

- Дальше пересечение, вы их догоните, - сказал чогдай, - Развернитесь и два поворота направо.

Доннхад спихнул копытом волка с копья, словно кусок мяса с шампура. Место рядом с ним заняли еще два таких же ветерана, в озерных доспехах.

- А мы разберемся.

Аэдан кивнул и побежал. Большая часть горцев рванула за ним. Ханнок впечатился и увязался следом. Хотя так и не понял – зачем он это. Думать вообще сложно. Еще он успел услышать как позади чогдай сказал, лишь едва повысив голос:

- Вы пришли без приглашения.

Хрустнула разрубаемая кость, отчаянно взвизгнул волкочеловек.

- Это непростительно.

Назад до развилки, направо, прямо, направо. Волшебные светильники мелькали, едва не смазываясь в одну сияющую черту. Они злили химера. Ему хотелось их разбить.

На полу коридора лежал один их тех трех, с бритвой в глазнице. Рядом дрожал в агонии демон из обслуги.

- К-котел, - прохрипел он и затих.

- Нам туда, - ткнул пальцем один из работяг.

Снова бег.

Аэдан затормозил, зверолюд едва не сшиб его на землю. Они оказались у входа в большой зал, вырубленный в коренной породе. Дверь лежала чуть поодаль, искореженная, словно выбитая взрывом изнутри. Из осиротевшего проема тянуло теплом и гидротермальной взвесью. Котельный молча указал на табличку на стене. "Центральный преобразовательный узел". Почему-то Ханноку показалось, что это – совсем не хорошо.



Последний раз редактировалось Snerrir; 02.02.2018 в 22:40.
Ответить с цитированием
  #254  
Старый 02.02.2018, 23:42
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 50

Скрытый текст - SPOILER:
Кан-Каддах подобрал и сунул в проем швабру. Ее перерубило заклинанием, перекладина с тряпкой распались в искры не успев упасть на пол.

- Боевые дикомаги есть?

- Д-да… - заикаясь, отозвалась девушка-огарок, нервно ломающая пальцы. Аэдан не выглядел обрадованным, но приглашающе качнул ладонью в сторону двери. Девушка замерла лицом… и упала в обморок. Но дверной проем заискрил багровым, потом изнутри закричали, заскулили и певуче заругались.

Норхад ворвался в залу первым, с пистолью в одной руке и мечом в другой. В него тут же врезался полупрозрачный, переливающийся шар, словно сотканный из тумана и плавленой смолы. Кан-Каддах пошатнулся… потом поднял огнестрел и нажал на спуск. Попал или нет, Ханнок не увидел – он как раз обогнул терканая и врубился в первого оборотня.. Химер вообще мало что успел разглядеть. Мир уже был красным. Демон знал лишь, что помещение действительно большое. И что магмастера опять отгородились заслоном из меха и мутировавшей волчатины. Эти их питомцы были совсем больные и истощенные, пока их добивали забрали лишь несколько жизней… Одной едва не оказалась его собственная.

Ханнок зарубил волка и увидел, что почти добрался до "настоящих" орденцев, в доспехах. Примерился атаковать и тут в лодыжку впились зубы. Пока выдирал ногу и кромсал мохнатого, чтоб наверняка, золотые опомнились. Один ударил его, просто кулаком, под дых, еще издали. Их разделяла добрая сажень, но зверолюд словно молотом по животу получил. Рухнул на колени, беззвучно разевая пасть. Отчего-то он очень хорошо видел, как на лице волшебника испуг и удивление – видимо ждал куда большего эффекта – сменились яростью. Сиятельный переложил кристальный клинок в правую руку и кинулся к нему – добивать неуговоренную магией тварь… Сиятельный получил по лицу брошенной пистолью. Потом напоролся шеей на меч – бронзовый, южный, с обратной заточкой. Врученный Аэдану лично князем, на одной из аудиенций. Кан-Каддах дернул его на себя, едва не отрезая голову напрочь. Высвободил.

- Стоять! – демонски рыкнули на весь зал. - Скажи им стоять!

- Назад! – и впрямь крикнул Аэдан.

Горцы зло разорались, видно, не любо им было подчиняться захожему Кан-Каддаху, но послушались. Ханноку помогли встать, он наконец мог восстановить дыхание, огляделся.

Первые впечатления не обманули – зала и впрямь была большая. Уже наполовину забитая мертвыми и умирающими. У дальней от входа стены дышали жаром две огромные бронзовые сферы. В них, из пола, от них, в потолок, шли трубы. Такие же зигзагами змеились по стене. А в ней самой темнел ход в древние подземелья, свежепроломленный.

У лаза фалангой застыли орденцы. За ними командир и… самый большой тер-зверолюд, которого до сего дня доводилось видеть Ханноку. На две головы выше него самого. В рубище, истощенный, но бодрый. На запястьях и над копытами темнели полосы от кандалов, уже выглядящие так, словно месяц как заживали. Похоже, им помогли. Но больше всего сарагарца впечатлили крылья… вернее то, что от них осталось. Перепонки и почти все фаланги "пальцев" отсутствовали. Уцелели лишь два крайних, в норме должных держать все крыло. И вот эти, напротив, были прямо-таки аномально развитые, толстые, сросшиеся, слегка загнутые. Что твои две костяные сабли. То как химер воинственно растопырил эти "клинки" позволяло предположить, что это не тюремщики так постарались, а другие, залечивая ли давнюю рану или просто модифицируя в соответствии с демонской придурью. Ханнок уже догадывался кто это мог быть.

- Ну привет, брат, - сказал Аэдан, - Хорошо выглядишь.

- Назад! - повторил тер-зверолюд, поднимая зажатый в лапе кристалл еще выше. Не тот, что выкрали диверсанты, а другой, подешевле с виду. Командир орденцев что-то говорил демону на укулли, видимо саблекрылый лишь переводил. Но с импровизациями, - Это резонатор. Если вы подойдете мы взорвем его к чертям собачьим.

- У нас вообще-то война, брат. Говори дельное, пока можешь.

- Ха! Это сердце башни Кохорика. Если подорвать камень здесь, вся дылда сложится к тьматери!

Ответить с цитированием
  #255  
Старый 03.02.2018, 20:28
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 51

Скрытый текст - SPOILER:
- Я просил дельное.

Саблекрылый насмешливо оскалился:

- Аэд, вот передо мной не надо. Я тебя знаю. Ты не станешь обрекать город на катастрофу…

Под конец фразы демон звучал уже не так уверенно. Его брат поднял с пола пистоль и начал перезаряжать. Своей цели саблекрылый, впрочем, достиг – горцы пятились, отступили на половину зала. Оставшийся на месте Аэдан тихо выругался, разве что Ханноку слышимо. Пока суть да дело магмаетсера смогли справится с диким заклинанием и сплели малый щит.

- Могли бы и раньше царскую фишку на стол выложить, - сказал он уже вслух. И пнул ближайшую мохнатую тушу, еще дергающуюся, хрипящую, - Не пришлось бы ваших докрамсывать.

- Они прихватили напоследок парочку горцев, тоже неплохо, - осклабился вражеский нетопырь, снова уверенный в себе, - А мы избавились от балласта.

- Так это теперь называется?

Волколюд копошился, пытаясь вывернуться так, чтобы в последний раз увидеть хозяев.

- Они слабые, больные, - пожал плечами козлоящер. - Ни на что больше не годные. Жаль, но в новом мире таким не место.

- А таким как ты, значит, будут почести с наградами? – сказал Аэдан.

- Таким как мы, Аэд. Да, будут. Присоединяйся и мы вернем Варангу былое величие. Саму жизнь!

Кин-волк, скуля, сумел-таки перекатиться на другой бок, вскрытый и сочащийся кровью. Уставился на старшего орденца. На длинной лишаистой морде расцвело выражение совершенного счастья. Ханнок снова не выдержал и ударил. Но и меч в шею не смог согнать эту гримасу жуткой, собачьей преданности с лица мутанта.

- Интересный экземпляр, - заметил саблекрылый, впервые обратив на Ханнока внимание, - Дай угадаю, опять тащишь новичка в Теркану?

- Тебе-то какая уже разница? – процедил Норхад.

- О, это был намек на то, что я, якобы, предал клан. Ты ошибаешься, братец. Я верен отцу и Спирали.

Впервые за все время знакомства Ханнок, на какое-то мгновение, решил, что Аэдан насмерть перепугался. Потом Кан-Каддах справился с собой, хотя слово прозвучало почти по-зверолюдски рычаще:

- Объясни.

- Я верну нам честь, Аэд, смогу, если ты и другие помогут. Я сумею раскрыть отцу глаза, помогу ему покинуть ложь, что ему рассказали о Господах их враги! Мы снова… Ты смеешься.

- Ха. Спасибо, брат, мне уже легче. Я и забыл, что это тебя называли романтичным идиотом нашего поколения, даже не меня.

- Да ты ничего не знаешь о нашем прошлом, ты, глупец! – заорал нетопырь, выскалившись во все зубы, - Найди настоящие летописи! Посмотри на старые камни! Прижми отца! Вспомни о Шауреше и ты…

Командир Ордена дернул союзного демона за скелет крыла. Тот замолк, явно с неохотой. Уже за своей спиной Ханнок услышал топот горских сапог и грохот горских копыт. К ним пришло подкрепление. Сиятельные бросили колдовать над бронзовыми сферами, один за другим юркнули в пролом. Последним ушел сойданов заблудший сын.

- Мы еще поговорим, Аэд.

Щит мигнул и погас. Аэдан выстрелил во тьму лаза. Потом Орденцы все-таки подорвали резонатор. На самом малой мощности, ясно не рискуя сбросить на себя на себя весь город. Или с самого начала блефовали. Но обрушить потолок коридора у них получилось. Башня вздрогнула, ханнокова грива встала дыбом, но этим все и ограничилось.

- Мы еще поговорим, - сказал завалу Кан-Каддах, - И тебя это не обрадует.

- Что здесь происходит? – рявкнули голосом Соуна Санга. Князь вел за собой дворцовую стражу, судя по напоенному клинку в руке и чужой крови на доспехе – отнюдь не из-за спин.

- Они хотели тут все разнести. У них не получилось, - сказал Аэдан.

- Я спрашиваю, что сказало это отродье и почему ты дал им уйти?!

- Они хотели тут все разнести, - повторил Аэдан, - Я достаточно навидался резонаторов чтобы знать – этот был рабочий.

- Ты хоть знаешь, что именно они заполучили, сойданов сын?

- Нет, не знаю. Вы же не посвятили меня во все свои тайны. Меня и к брату-то не пускали одного. Он натура сентиментальная, нежная, проповедует только в надлежащих декорациях.

- Ты Кан-Каддах. Мы тебе не доверяем. Тебя хорошо бы подвесить на моей башне, – сказал князь, но излишне ретивого вассала, бросившегося карать и отличаться, таки остановил нецензурным окриком.

- Но, возможно, нам и впрямь стоило рассказать тебе больше, - Соун Санга внезапно показался постаревшим и усталым, - И еще может статься, что нам лучше было самим подорвать эту башню, чем позволить им завладеть этим артефактом. Вот что, сейчас ты пойдешь в мой город, Аэдан Норхад и будешь геройствовать. Если доживешь до вечера – заходи, поговорим.

- Как пожелаете, князь, - поклонился Аэдан и они все, кроме оставленных у завала дозорных, пошли к лестницам. Адреналин схлынул и цокая копытами по бетонным ступеням и переходам Ханнок на мгновение подумал, что подъемники – это не так уж и плохо.


Последний раз редактировалось Snerrir; 03.02.2018 в 20:58.
Ответить с цитированием
  #256  
Старый 04.02.2018, 23:48
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 52

Скрытый текст - SPOILER:


И схватился Са-Ивелли Келед с нелюдем и преломили они копья. Но Ивелли был чист душой и соблюдал все обеты и жертвования так, что погиб со славой, сохранив и преумножив души, а презренный враг его испустил корявый дух в пекло Киньича, где и пребывает с тех пор, пугая послушников, что слишком много думают и мало делают.
- "Житие святого Келеда."

В последний бой его провожали всем княжеством. Звучали песни, звучали саги. Опустели в тот день погреба и наполнились на следующий год троекратно. Славно порадовал он дев, зная что уже не вернётся. И пошли от него там два клана – Шивен и Нахаирин. Так должно приходить и покидать потомку Кау и Нгаре!
В день сражения он отрубил нелюдю, Кереду, руку по плечо, но и сам принял удар между седьмым и шестым ребром со стороны сердца. Раны завизировал Ах-Итшив, жрец из Кауарака.
- "Жизнь и деяния Тамэтомо На-Дхора, благого витязя."

В день "663 Джед 7 Мауар 2 Дзаб 5 Варадж" секлись бронзовые пришельцы с золотыми у хребта Изгнания. Вождь бронзовых убил золотого и сам умер.
Это был хороший день.
-Большая Красная Летопись Джед-Джея.

---

Взрывов не было слышно уже две минуты. Укуль прекратил обстрел города заклинаниями. Потому ли что побеждал или же его опять отбросили – Миэн не знала. Она не знала и того, почему сородичи вообще предприняли такую дорогостоящую в магии атаку. Когда она еще была по ту сторону стен, то ясно слышала приказы Лорда-Командующего, направленные на сбережение запасов энергии. Будучи настройщицей артефактов, она могла распознать и то, что эти повеления эти не произносились для отвода дикарских глаз. После первого неудачного штурма и потери камней магии хватало в обрез. Если не случилось чуда, то после сегодняшнего экспедиции остается лишь победить или погибнуть.

Она все же надеялась на первое. Покой не спешил возвращаться в оскверненный город. От укреплений доносились грохот и крики, звуки боя. Но варварских победных завываний еще было слышно – эти любили жить тихо, но праздновали громко – в ее плену было время заметить. Эту и другие их повадки.

В затишьях между залпами она слышала, как одноглазый выродок спорил снаружи с другими на таком искаженном укулли, что лучше бы рычал и выл. Потом они все убежали со двора, из обрывков искаженного диалекта она смогла понять, что из позвали латать раненых дикарей. Напоследок в ее палату заскочил младший мучитель, не одноглазый, и не перекошенный, а так, пособник. Примотал ее к лежанке и закрыл дверь. Судя по стуку, еще и подпер. Мерзавцы, если праведный гнев Ордена ударит и по этому кварталу, то заберет и ее. Позорно, корчащуюся в путах, медленно сжигаемую заживо или задыхающуюся в дыму…

Впрочем, Пресветлые мудры в назначении испытаний. Дикари и не подозревали, что это было ей только на руку. Момент настал, куда раньше ем следовало, да, но намного позже чем она хотела. Пока подмастерье одноглазого мясника легко побеждал ее показную борьбу, то не заметил за всем этим, что она успела задвинуть за спину ложку. Из местного поддельного маг-стекла. Миэн выкрала ее пока все метались, вспугнутые взрывами, стащила со стола с непонятными приборами.

Женщина прикрыла глаза, расслабилась и воззвала к наследию Элеисов. Почувствовала магический композит едва ли не на уровне частиц, удивилась как легко он откликнулся. На нее накатило странное вдохновение, она начала плести заклинания из собственного малого дара, такого обычно невзрачного, заставлявшего ее стыдится себя самой. Загадочно расцветавшего в этих отравленных краях. Ныне спасающего ей жизнь. А еще из обрывков высвобожденной бомбардировками энергии – ее было столько, что даже в ее выпотрошенном состоянии удавалось урвать крупицу-другую. От того, что ныне она священную силу, считай, воровала, а не переизлучала, было горько и яростно.

Ложка сдвинулась с места. Миэн приподналась, упираясь головой и ногами, толкая эту стеклянную палочку из-под спины к руке. Одновременно она плавила ее, заставляла край заостриться. Хорошо бы по отдельности вести процессы, но она не знала насколько хватит сил, времени и удачи.

Запахло горячим, спину обожгло. Даже несмотря на то, что силы Миэн едва теплились, что она почти не касалось истинного волшебства, что работала осторожно и медленно и что материал был удачным – ложка все равно раскалилась. Сиятельная закусила губу, лишь бы не закричать, приходилось выгибаться так, что шея едва не трещала. Лишь бы не занялись простыни…

Сгусток жара передвинулся к руке. Из последних сил Миэн толкнула переплавленное в пильчатое лезвие ложку под запястье, дернула вперед-назад, еще, перерезая, обжигаясь. Запахло уже паленым. Женщина прокусила губу в кровь, потом все же закричала. И смогла вырвать руку из захвата.

Потом она наскоро остудила пилку и справилась со прочими путами вручную, без волшебства.


Последний раз редактировалось Snerrir; 07.02.2018 в 21:53.
Ответить с цитированием
  #257  
Старый 06.02.2018, 00:17
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 53

Скрытый текст - SPOILER:
Она слезла с кровати, моля богов о том, чтобы не упасть в обморок прямо тут, в этой пропахшей лекарствами и страхом темнице. Чтобы все ее страдания над стеклом не оказались напрасными. К ее удивлению после минуты-двух головокружения и тошноты она смогла дойти до двери, даже не споткнувшись. Возможно, Мириады даровали ей внезапное восстановление сил под воздействием отголосков чистой магии? Может ли статься, что яростные огненные заклинания выжгли из нее скверну Ядолунья, хоть на день?

Миэн ухватилась за Высшую магию сильнее и поняла, что совершила ошибку. Слабость и тошнота вернулись. Чем бы не опоили, не изрезали ее выродки, она уже принадлежала отравленному миру больше, чем Укулю. А еще ожил ошейник, угрожающе нагревшийся, разом потяжелевший. Но он же быстро начал выводить святую, но опасную теперь для нее энергию из ее душ и тела, изгнонять ее прочь где она рассеивалась. Искрами прошлого, пеплом ее мечтаний…

От всего этого женщина едва не утратила волю к борьбе. Такое напоминание о том, кто она теперь… Но Миэн сумел перековать эту смертную тоску в клокочущую ярость, открылась той единственной силе, которая ей еще оставалась.

Бронза замка щелкнула и сдалась ее воле. Сбросив остатки высшей магии через дверь, словно таким образом расписавшись в окончании старой жизни, она вышибла подпорку, навалилась на доски входа и едва не упала с крыльца на хорошо утоптанную землю.

Свободный мир обрушился на нее с такой силой и яростью, что она опять едва не потеряла сознание. Непривычно яркий свет резанул по глазам. Ушли атаковали грохот и вопли войны. В нос ударил запах дыма. Неужели ее узилище было так сильно экранировано от всего этого? Неужто ради нее одной? Зачем это варварам?

Она привыкла быстро. К необходимости привыкать тоже привыкаешь. На ее счастье, осада Альт-Акве и самим дикарям должна была казаться светопреставлением. Во всяком случае, на такую мелочь, как стук упавшего полена-подпорки никто внимания пока еще не обратил. А было кому. У ворот в большой двор, внутри которого она находилась, деревянных, прикрытых сверху резной двускатной крышей, стояли бездушные. Знакомая ей дикарка с красным мехом и еще один – невысокий, странно смуглошкурый, с короткой черной шерстью на голове. На мгновение этот с чего-то заставил ее вспомнить поездку в Четвертый сектор на переговоры – тамошние младшие касты, когда забывали или не хотели бриться, выглядели именно так.

Дикари дежурили в врезанного в полотно воротины окошка, периодически отталкивали от него друг-друга, возбужденно перелаивались. Это их отвлекало, настолько, что прежде чем Миен заметили, она успела доковылять почти вплотную. Первой неладное почуяла рыжая, развернулась, ахнула, округлила свои жуткие голубые гляделки. Ее товарищ поднял демонскую огненную палку и выстрелил. Промазал. С запасом.

Миэн угрожающе подкинула в руке переплавленную ложку. Заставила ее светиться. И сказала еще одно знакомое ей дикое слово:

- Аших!

И добавила, подпустив в голос кровожадности, специально этой красношкурой толстой лисе, уже на человеческом языке:

- Открывай и прочь! Оба! Или убью!

Дикари разом стали с чего-то совсем молодыми, еще щенками. Особенно этот, с черным мехом. Даже огненная палка в его руках перестала казаться угрожающей, даром что перламутром и бронзой украшенная… Перламутром. Бронзой. Так. Миэн знала это поганое оружие. С его помощью ее забрали в плен. Интересно, этот мерзавец одолжил его у парнокопытного дружка или же правы слухи о демонах и они могут перекидываться из рогатой формы в подобия человека?

Миэн с великим трудом удержалась от того, чтобы и впрямь вогнать ложку в этот карий звериный глаз. Остановила ее не жалость, а осознание того, что скорее всего у нее просто не получится. Перепугавшиеся дикари, несчастные суеверные отголоски, и не знали о том, как мало у нее осталось сил. Даже свечение волшебного стекла было самой обычной реакцией частиц на слабую магию, ничего общего с настоящим, безжалостным огнем боевых накопителей и резонаторов.

Но ее блеф удался – бездушная опомнилась первой, отвесила щенку затрещину и они сняли засов. Потом отбежали и Миэн пятясь, спиной вперед вывалилась из ворот на улицу. Стоило ей отойти на десяток шагов, как ворота захлопнулись снова, снова громыхнул брус засова. За забором заорала бездушная, понятно, теперь решила, что в безопасности и зовет на помощь, выродков, мутантов или другие подобия, а может и своих языческих божков. Чаще всего повторялось слово “Фреп”. Миэн искренне пожелала этому злому духу развоплощения и зашаркала на свободу дальше. Потому как обидно, но факт – даже эта парочка растяп и впрямь была в безопасности от нее, некогда грозной воительницы Ордена.


Последний раз редактировалось Snerrir; 06.02.2018 в 00:23.
Ответить с цитированием
  #258  
Старый 06.02.2018, 23:10
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 54

Скрытый текст - SPOILER:
Вокруг нее горел дикарский город, цветастой плесенью наросший на белом мертвом теле Альт-Акве. Не так жарко и обильно, как хотелось бы ее гневной душе, но как раз столько, чтобы радовать душу осмотрительную. Отовсюду непонятно, зло или паникующе орали варвары, но на этой улице народу, счастье, было мало. Потом Миэн расслышала куда более добрый звук – укульский горн, и даже, вроде, орденский боевой клич. Но когда повернулась в ту сторону, то увидела, что до прясла стены над которым вился языческий синий и белый дым, сверкали вспышки благих заклинаний, до этого места боя – далеко. Ядолунье опять шутит с ее слухом, пусть в этот раз и в сторону улучшения.

Так далеко… Не важно. Миэн пошла туда, твердо заповедав себе если и не дойти, то хоть упасть головой в правильную сторону.

Пять дворов и приступ тошноты спустя она почти дошла до слияния этой улицы с более крупной. Остановилась на минутку перевести дыхание, опираясь рукой о забор. И тут же, словно наказание за эту слабость, из-за угла выбежал пяток варваров. В разномастных доспехах. Одна – женщина. Двое – рогаты. На поясах каменные кинжалы. А вот что в руках багры и ведра, не боевое оружие, Миэн поняла не сразу. Впрочем, в ее состоянии и этого хватит.

Миэн перехватила свою жалкую пилку поудобнее. Демоны и подобия… пробежали мимо. Лишь один мутант, особо неуклюжий, зацепил ее крылом, едва не опрокинул. Зло рявкнул на бегу, но сиятельная была уверена, что это не боевой клич, а местный вариант вездесущего, вселенского "смотри куда прешь!".

Чужане угрохотали подошвами и копытами прочь, туда, где все более смело клубился над крышами дым. Миэн перевела дух и спрятала свое, боги прости, "оружие" в рукав. Неужели она и впрямь стала так похожа на выродков? Она уже знала, что кожа ее поблекла, утеряла благородный металлический блеск. Да и одета сейчас была в варварское рубище, из-под которого выглядывали бинты. Объяснимо, приятно, но… пугающе.

Миэн не позволила страху испоганить момент удачи. Оттолкнула забор и пошла дальше.

Большую улицу наполовину перегородило обрушившейся стеной большого дома. По завалу сновали горцы, раскапывая, перетаскивая раненых и мертвых, помогая тем, кому еще имело смысл. Женщина признала, что все это делает нелюдям и выродкам честь. Но, пекло огненной луны, они сейчас преграждали ей путь к месту ее славы! Может статься, что последней.

Миэн склонила голову, добавила в походку нетвердости, благо это было почти естественным. Она всего лишь очередная перепуганная и растерявшаяся горожанка, не на что смотреть…

Удачи почти хватило. Когда она уже почти миновала это варварское скопление, ее окликнули:

- Сестра, куда? Там дальше убийственность, кровавая опасность! Застынь! Повремени!

Сиятельная скрипнула зубами. Мерзкая, корявая речь Тавалика, неверного Дома! К ней спешила одна из этих предателей. Татуированная, в штанах – позорище. Миэн тоже сейчас была в этом диком ужасе, но у нее-то не было возможности выбирать!

- Эй, ты укомплектована? – вырожденная уже таращилась прямо ей в лицо своими черными дырами на месте глаз. Боги, да у нее и зубы подпилены, и клыки заметны, прямо как у бездушных! Как низко пал этот Дом…

- Уы-гы-ы! Э-э-э… - промычала Миэн, зная, что иначе акцент ее выдаст, деланно неуклюже отмахиваясь, пряча глаза... Великая удача, но почему таваликки еще не заметила ничего подозрительного?

- Мать тьмы, страсть и позиции! – выругалась местная, - Ну, ну, успокойся, садись сюда.

Вырожденная усадила ее у стены и пошла к своим. Миэн нашарила камень, удобно легший ей в руку. Сейчас они отвлекутся, и она побежит к стене. Истинно – побежит. Только чуточку отдохнет…


Последний раз редактировалось Snerrir; 06.02.2018 в 23:13.
Ответить с цитированием
  #259  
Старый 07.02.2018, 20:48
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марафон-2, 55

Скрытый текст - SPOILER:
На пути к прочим варварам таваликки как-то странно дернула головой. Потом упала на колени, на секунду застыла так и повалилась набок. Миэн не сразу смогла разглядеть торчащий из ее виска кристалл.

Дикари раскричались, забегали, их застали врасплох. Миэн сложно было их обвинять – она и сама не ожидала что со стороны центра города, из еще одного переулка, выскочат и бросятся на горцев волколюди. Пожалуй, сейчас сиятельная была ошарашена даже больше прочих. Дома озверение всегда считали наказанием за грехи и общение с темными силами. Печатью звероголовых богов огня и хаоса, которую те налагают на своих верных последователей. Ненавидимым и возлюбленным ими проклятием, которое объединяет их в животной злобе к последнему оплоту Сиятельных. Разве что у ламанни оборотни были тихими и пришибленными, но ведь на них падает отблеск света Укуля…

На глазах Миэн демоны рогатые и демоны мохнатые схлестнулись в бою и, неожиданно, она уже не знала кого ей стоит презирать больше. Волколюди выглядели мерзко и вели себя куда более дико. Один прорвался к раненым и начал жрать. Позабыв про схватку. Не обращая внимания на то, что его жертва продолжает орать и корчиться.

Сол-Элеис Миэн не выдержала и, чудо, и впрямь подбежав, ударила волко-монстра по затылку камнем, укрепив мышцу магией, всей, праведной и неправедной, без остатка. Тварь упала. Женщина продолжила молотить ее даже когда она прекратила дергаться.

- Брат! Осторожнее, здесь еще одна колдунья выродков! – звонким, родным говором, приветом из прошлого пропел ей Укуль.

Миэн подняла глаза и увидела, что эта схватка дикарями проиграна. Горожане частью полегли в бою, частью разбежались, преследуемые многоликими оборотнями. Ей бы радоваться, но ей стало страшно.

По центру улицы, среди тел и луж крови стояли трое ее сородичей, в блеске силы и праведного гнева. Один из них, в чине старшего послушника, указывал на нее пальцем. Вокруг него вертелся волколюд, заискивающе заглядывающий в золотое лицо.

- Слава богам, вы здесь! – крикнула им Миэн, в глубине души уже понимая, что ее мир безвозвратно изменился.

- Ты из "культистов"? – брезгливо сощурил глаза в тени шлема послушник, - Ты убила моего ламанни, дура! Этот был еще не безнадежен!

- Я укулли, как и вы! – холодея от того, что оправдывается и не понимает, зачастила Миэн, - Меня взяли в плен! Я Сол-Элеис Миэн, из Четвертой цитадели, слава богам что…

Второй из орденцев что-то шепнул первому. Глаза у того зажглись уже не презрением, ненавистью.

- Премерзкая, молчи! Не тебе славить богов. Ты предала их в тот день, на плахе, на глазах у всего командования честных воинов. Но, вижу, дикари славно отблагодарили тебя за то, что послужила им подстилкой. Ну так мы добавим от щедрот Ордена.

Миэн на могла ничего на это ответить. Сородич усмехнулся и сказал:

- Убить.

Волк прекратил с обожанием таращиться на него, повернул полуморду к ней. То ухо, что успело уже переползти на макушку, прижалось к голове. Черные губы раздвинулись, обнажая зубы, еще редкие, уже острые.

Волк кинулся вперед. Миэн зажмурилась, зная, что это конец, уже не имея сил и желаниям сопротивляться. Как глупо сложилась ее жизнь…

За спиной громыхнуло. Оборотень на бегу сложился пополам и упал, захлебываясь скулежом. Миэн обернулась и увидела рыжую бездушную, глаза шалелые, но руки уже засыпают новую порцию зелья в ствол, размеренно, умело. Конечно, одной этой отважной дуре ничего не светило против героев Ордена и их внезапных питомцев… Но бездушная была не одна.

Образец номер 4 – Миэн уже устала удивляться - взвился с разбега великолепным прыжком. Перескочил ее, отвергнутую братьями-во-Ордене, сбил послушника – только хрустнуло. Потом выщелкнул пальцы, схватил кинувшегося с мечом его товарища за ногу, легко оторвал от земли и хряпнул о ближайшую стену. Как будто рыбу глушил. Крик оборвался быстро.

Третий ее сородич бросился наутек. Разумно – волки, позабыв про все, метнулись на защиту. Но номер четвертый подобрал обороненное кем-то копье. Еще раз прыгнул и в прыжке метнул, сверху вниз. Снаряд ударил с такой силой, что орденца ласточкой бросило вперед на две сажени.

Волки разом утратили волю к жизни. Кто выл, кто катался по земле. Номер четыре спокойно перебегал между ними и добивал. Прибежала бездушная, тыкала в нос стволом, ругалась. Миэн было не до нее, в упавшем орденском щите она увидела отражение – свое бледное лицо с наметившимися морщинами. И полностью черные глаза.

Миэн закричала и потеряла сознание.


Последний раз редактировалось Snerrir; 07.02.2018 в 21:56.
Ответить с цитированием
  #260  
Старый 08.02.2018, 22:56
Аватар для Snerrir
Ветеран
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 580
Репутация: 103 [+/-]
Марфон-2, 56

Скрытый текст - SPOILER:
Каменное ядро ударило в усиленный магией навес, разбилось, не повредив. Но один из поддерживающих плетение мастеров упал в обморок. Укуль Илай перехватил его партию, вливая свои запасы в это и другие защитные заклинания. Теперь, когда он не наблюдал со стороны, а подключился напрямую, стало окончательно понятно – их силы на исходе. Но и осталось совсем чуть-чуть…

- Вперед, братья, взяли! Вы, у тарана, поднажмите! Ну! Еще! Герои, Ом-Ютель улыбается вам!

Лорд-командующий не кривил душой и не льстил. Его воины шли вперед. Бой был спланирован с нарушением даже не здравого смысла, а замшелых канонов. Хуже всего, даже этот план ему пришлось подхватывать на лету. А еще им, славному авангарду завоевания, оставили самые огрызки волшебной мощи и оружия. Но они шли. Укуль Илай знал, что не заслуживает таких людей в подчинении, но он не мог предать их еще и бросившись каяться и молить о прощении в самый ответственный момент. Не мог даже отступить. Потому он ненавидел себя, но тоже шел вперед.

Они прикрывались плетёными и дощатыми экранами, собственными щитами, даже вязанками хвороста напополам с вплетенной в них магией. Хоронились в траншеях и у локальных маг-полей. Его умельцы на ходу осваивали новое искусство, умение достигать великого искрами ресурсов и собственной кровью. Жаль, так поздно. Горе – этого не хватало. Трагедия – даже сами эти знания могут не пережить сегодняшнего дня.

Крытый таран почти довели до центральных ворот. Воистину герои! Под фланговым огнем с бастионов они смогли засыпать вязанками хвороста ров. Дотащить навесы, окованное бревно и лестницы. Но, то что они вообще вынуждены били идти этим маршрутом – преступление. Тот, кто послал их сюда совершил ошибку. Совершили, вернее – Илаай уже понял, что чудовище предательства и глупости было многоликим, словно языческое гневное божество. Оно не ограничивалось этим напыщенным глупцом, Сеньео. Там были еще и те стратеги, оставшиеся дома, что учили их всех воевать так, будто и не рождался на свет Саэвар, прививший дикарям любовь к пороху. А еще - Кормчий и Магмастер Войны, потому что уже видели на что способны варвары, но все равно не возразили. И он сам, ибо не уберег и не предотвратил.

Наверняка руку приложил и этот мерзавец сотник-без-сотни. Бойцы были уверены, что это сам Илай послал его в диверсию по "внезапно" найденному ходу в город, вместе с половиной отданных ему в обучение послушников и теми из озверелых ламанни, которые были самими больными и никудышными. Укуль Илай поклялся, что убьет Иолча. Потом. Сейчас не время сеять в душах воинов мысли о расколе в верхах.

Дикари на надвратной башне дождались, когда защитные заклятия внезапно ослабнут – наверняка какой-нибудь выродок постарался. И опрокинули на таран котел с горящей нафтой. Результат был не такой сокрушительный, на который они, наверняка, надеялись, но все равно от криков обожжённых мороз продрал по коже. Илай кивком отправил еще пару бойцов на замену, сам, лично, подпитал щит под которыми они добежали до замершего навеса. Молча выругался. Впервые за всю жизнь у него, потомка святой Окельо, начинал ощущаться предел.

- Что там у второго лагеря?

- Господин, они уже лезут наверх! – после минутной заминки отрапортовал связист, держащий у уха передатчик.

- Хвала Владыкам! У третьего?

На этот раз связист молчал заметно дольше.

- Ну?

- Господин…

- Говори же!

- Их опрокинули. Господин, ветер меняется.

Укуль Илай выругался уже вслух. Единственное хорошее что было сегодня – ветер дул от них на город, унося прочь антимагический дым. Теперь же он и сам видел – синие клубы и усики от сброшенных дикарями свертков и разведенных на стенах жаровен качнулись в их сторону. На правом фланге они уже окутали осадную башню и теперь со стен по ней били пушки, вышибая щепу и целые доски. Долго не продержится.




Последний раз редактировалось Snerrir; 08.02.2018 в 23:13.
Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Креатив 17: Серое Яблоко - Лисье Солнце Креатив Архивы конкурсов 7 04.04.2015 00:28
Креатив 16: Lina-chan - Солнце нового дня Креатив Архивы конкурсов 15 29.04.2014 12:09
Креатив 15: Лунное Солнце - Проклинающий рассвет Креатив Архивы конкурсов 53 08.11.2013 15:51
Мафия-5. День четвертый. Закатившееся солнце Flüggåәnkб€čhiœßølįên Архив Мафии 47 06.05.2013 17:03
Креатив 14: Noir - Чёрное солнце Креатив Архивы конкурсов 22 07.02.2013 22:49


Текущее время: 22:12. Часовой пояс GMT +3.


Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2018, Jelsoft Enterprises Ltd.