Показать сообщение отдельно
  #2981  
Старый 15.03.2009, 18:17
Аватар для Dixi
Посетитель
 
Регистрация: 14.08.2008
Сообщений: 46
Репутация: 18 [+/-]
Скрытый текст - *:
1.Плен.
Солнце.
Погибли тысячи людей, а безжалостное яркое светило ликовало, переливаясь в перьях воронов поедающих падаль. Пусть даже славных воинов… И все же погибших, а значит, пищу для птиц черных - для падальщиков.
Вороньё нехотя расступились перед белым всадником. Седые волосы воина собраны в хвост, глаза светло-синие, губы бледные. Конь мохноногий хромал, а всадник уперся руками в шею его, дабы не упасть. Из спины рыцаря торчала рукоять кинжала, пробившего кольчугу. Кровь полосами окрасила белый плащ.
Подъехали верные рыцарю люди.
- Ты приведи мне кого-нибудь из пленников, помоложе… - Он с трудом прохрипел, подняв голову, взглянув на подчиненного. – Ты нож вытащи. – Показал глазами на другого.
Соратник подъехал как можно ближе и резким движением вынул кинжал.
Алое пятно на плаще стремительно расширило границы, достало до белой лошадиной спины. Рыцарь залился кровавым кашлем, лёг на шею животного, протянул руку к пленному, взглянул в испуганные глаза. Совсем еще мальчишка упал замертво, после прикосновения руки закованной в железо.
Рыцарь выпрямился в седле, гордо посмотрел на товарищей.
- Это была славная победа. – Сказал он.
- Ура! – подтвердили сначала ближайшие, и волной остальные воины, находящиеся довольно далеко.
- Сэр Урсул, что делать с пленными?
- Государству рабы необходимы. – Белый рыцарь бросил взгляд полный призрения в сторону горстки людишек стоящих на коленях.
У них отняли все: знаки отличия, оружие, жизни. Да, пока они живы, но это только пока.
- Гад! – поднялся один из «стада» и метнул кинжал в Сэра Урсула, утаенный с огромным трудом.
В то время как остальные плененные бездействовали смеренные страхом. Белый рыцарь поймал оружие. А над непокорным взнеслось остреё копья.
- Пусть гниет в рудниках. – Сказал Урсул.
- Я Моран! Я убью тебя, колдун! Слышишь? Я отыщу тебя и убью! – бросил пленник в спину белому воину, мечтая метнуть что-нибудь посущественнее слов.
Рыцарь даже не оглянулся, он не понял, что там пролаял один из своры иноземных захватчиков.
Впрочем, как и Моран не понял, что там ему прощебетал охранник, прежде чем вдарить тупым концом копья в живот.


2.Дорога смерти
Оставшиеся в живых воины, звеня цепями, меся грязь ногами, под насмешки вражеские, позавидовали погибшим в бою.
Кто-то упал. Люди, связанные с ним остановились. Надзиратель снял с него кандалы и заколол копьём. Убитого разодрали волки. Они не боялись и не трогали воинов, лишь торопливо метались в ожидании новой подачки. Кто-то бежал. И его нагнала полудикая стая.
А Моран дрожа, от ноющих ран, продолжил путь к горам. Он сжал ленточку – все, что осталось у него от его прошлого. Ему её дала в дорогу сестренка. Сама выткала. Он почти увидел её. Ему померещилось, будто стоит он рядом с ней, а она рыдает над могилой матери одна одинёшенька.
- Не плачь Ассет, я вернусь! – сказал Моран, но она не обернулась. Сестра не услышала его.

- Вставай! – сказал друг, протягивая руку, стертую до крови грубыми кандалами.
Парень открыл глаза, поднялся, оскалившись от боли, слабости и досады.
Ночью – коротенький привал, а днем – восхождение в горы.
Потухшими глазами проводил Моран солнце. Перед тем как войти во мрак штольни, постарался высечь в памяти последний закат.

3.Дракон.
Холодно, темно и сыро.
Эта сырость, заставляла огни факелов неистово плясать, шипеть. В мерцающем свете все лица черно-алые. Не видно глаз.
Тяжело дышать. Ни чего не слышно кроме монотонного стука кирок, долбящих известь. Рабы ищут золото и железо на нужды армии, которая двинется к их родным городам и селам.
Может эта мысль кошкой скребла душу Морана, может он и рад был бросить тяжеленный мешок руды, которой суждено стать грудой оружия…
Но жить-то хочется.
Или хотя бы существовать. Страшно умирать.
Странно, ведь ему, как и остальным, с детства внушали, что за погибшими в бою с небес спускаются духи и уводят их в загробный мир. А в мире том царит счастье…
Ни кто кроме ворон к мертвым не спустился с небес. А глазам верится больше, чем байкам о чем-то незримом.
День, ночь, месяц – все одинаково: темно, сыро, страшно, больно. Лишь изредка мелькал лучик света на таком далёком выходе.
Месяц казался вечностью, и такая же вечность еще только ожидала впереди. Время остановилось для Морана.
Ад наяву.
Всё это время человек не заметно для себя дичал. Рабам кидали пищу и те дрались за нее. Моран даже убил соратника за еду. И некогда раскаиваться – работа, дележ жрачки, сон короткий не глубокий, и снова работа…
Полное убиение разума.
И надзиратели обращались с рабами, как не обращался самый жестокий хозяин со скотиной. Они уходили, видимо, вечером, но приходили волки и медведь.
Особенно один отличился. Ходит без оружия и без кнута, высокий мускулистый, смотрит сверху вниз, ступает походкой легкой гордой. Все расступались перед ним. Друг Морана не успел отойти с дороги.
Надзиратель один раз ударил его в грудь. После чего парень, открыв рот шумно, жадно набрал как можно больше воздуха, закашлял.
«Это Дракон», - кто-то словно ответил на вопрос застывший в глазах Морана, - «он убивает забавы ради».
Как-то раз он поднял такого же нерасторопного за шею и сломал ее сжатием одной руки, смотря жертве в глаза. Безумная мощь.

Во время отдыха Моран сидел возле задыхающегося друга, сжимая его руку.
- У тебя, - с трудом выдавил из себя умирающий, - есть сестра… Мама... Беги, слышишь, беги. Отомсти за нас… - он приподнялся, схватил Морана за изодранную одежду.
Моран обнял его, крепко по-братски, и когда друг извелся судорогами, сжал посильнее. Положил бережно успокоившееся тельце, бросил взгляд на медведя, смотрящего на него сквозь прутья.
Ночью надзиратели уходили, но приходила волчья стая и этот жуткий зверь.
Страшно осознать то, что чувства переполняют душу, а выразить их нельзя. Моран забыл, как плакать. Забыл! Нету времени на бред вроде эмоций, ушли звери четырёхпалые, пришли двуногие. Надо работать, работать, работать...

4.Бой за свободу.
Однажды Моран, руду волоча на сбитых плечах, потупившись в усеянный камнями пол рудника, с кем-то столкнулся. Первое что парнишка увидел – четные сапоги, повернутые пятками к нему. Этот кто-то неспешно повернулся. Раб быстро поднял голову, оглядел человека снизу доверху. Широкие черные штаны, заправлены в сапоги, голый торс, широкие плечи, ремни, удерживающие черную тонкую мантию, каменно спокойное гладковыбритое лицо, холодные черные глаза, прямые черные волосы, собранные в конский хвост по лопатки.
Это Дракон. Он замахнулся. Моран, оступившись, упал и избежал убийственного удара. Дрогнули уголки губ надзирателя, пытаясь изобразить улыбку.
- Дайте ему меч, - сказал он.
Правда, Моран ни чего не понял. На языке господ он понимал несколько слов: жрать, работать и спать. Поднявшись как можно быстрее, отшатнулся от упавшего к его ногам оружия, огляделся.
Надзиратели быстро загнали рабов в клетку, ушли. Все это время Моран стоял в оцепенении, коленки тряслись. А Дракон не спеша приближался шаг за шагом, глядя наглыми глазами в глаза наполненные страхом.
Моран быстро поднял меч, нацелил острее клинка в грудь врага, резким движением нанес удар. А Дракон развел руки в стороны. Металлическими осколками разлетелся меч, ударившись о голую грудь. Моран выронил рукоять, посмотрел на свои ладони напряженные от боли, оскалился, открыл рот, словно выпустив безмолвный крик.
А надзиратель произнёс:
- Бить колдуна мечом, всё равно, что твердую скалу.
Дракон схватил парнишку за руку и швырнул. Тот по-кошачьи ловко приземлился на ноги и упал на колени от изнеможения, разбив их в кровь. Быстро поднял кусок клинка, метнул в надзирателя и дал деру к выходу мимо круглого стола, за которым застыли в удивлении надзиратели.
Дракон дернулся, да чуть не потерял брюки, прибитые осколком клинка к деревянной каркасной балке.

Пользуйтесь тэгом спойлера.
__________________
Сегодня нет сил, а завтра чего такого должно произойти, чтобы они появились? Действуй сейчас! Действуй!

Последний раз редактировалось Aster; 15.03.2009 в 18:26.