Показать сообщение отдельно
  #115  
Старый 10.12.2017, 21:13
Аватар для Klara_Hummel
Местный
 
Регистрация: 25.05.2017
Сообщений: 155
Репутация: 45 [+/-]
Марафон 2. Первая неделя, 1-7 дни. Сложно.

Скрытый текст - Склеп:

* * *
Тьма не расходилась. Лицо обдавало прохладой, из звуков слышались лишь два тяжелых дыхания. Не в силах двигаться дальше, воины остановились у входа — путь вымотал обоих, никто не нарушал редкое затишье среди вечной погони.
Холодная влага коснулась спины девушки, Анна подняла голову, закрывая глаза. Она опрокинулась на стену, одаряя долгожданным отдыхом изнуренное тело. Ларс как будто пропал. Темнота создавала ложное чувство такого близкого девушке одиночества. Мужчину выдавало лишь редкое движение и легкий шорох сапог по невидимой земле. Хотя неизвестно, что находилось под ногами на самом деле.
— Ларс? — Анна выпрямилась. Ее голос тихим эхом разлетелся по пустому пространству. — Что теперь?
— Что это за место? — Девушка услышала, что он тоже поднялся и, вероятно, пытался осмотреться, но к темноте глаза не могли привыкнуть до сих пор.
— У меня есть догадки... но давай сначала найдем источник света.
Осторожно, словно боясь нарушить тишину, девушка стала продвигаться вперед вдоль стены. Ларс последовал за ней, улавливая легкую поступь спутницы. Ощущения опасности не возникало — словно под куполом, воины скрылись от врагов, но быть до конца уверенными в спасении здесь путники не могли. Черная пещера, без единого указателя, без единого звука и намека на жизнь, явно не являлась пристанищем для заплутавших душ.
Шаг — и под ногой что-то хрустнуло. Не ожидавшая от прежде ровной дороги препятствий, Анна отпрянула. Ларс вытащил меч.
— Убери, — забывшись, что мужчина ее не видит, Анна замахала ему в знак протеста. — Здесь никого нет.
Без лишних слов Ларс повиновался, девушка вновь шагнула вперед, нащупывая стопой подвернувшийся предмет. От ее движения по ровной поверхности земли пронеслось что-то твердое, оставляя после своего стремительного рывка скрипящий шорох. Воины пошли на звук. Но через пару шагов они наткнулись на нечто похожее, твердое, но как будто большее в размерах. Забыв о возможной опасности, Анна присела и потянула руку к неизвестному препятствию, но едва коснувшись, одернула, как от огня. Ларс она не видела, но он, вероятно, тоже не решался дотронуться до преграды.
И тогда Анна не стала ждать. Дабы развеять все сомнения, расчистить дорогу да и просто убедиться в том, что дальше есть ее продолжение, она замахнулась ногой и отправила в слепой полет неизведанную преграду. По легкости, с которой предмет касался земли девушка предположила, что это что-то мелкое и твердое — как камень, но гораздо легче. Глухой звук редких касаний о землю развевал предположения о горном происхождении предмета, возможно, это что-то из дерева?
Мгновение путники еще улавливали глухой хруст словно ломающейся от касания о землю материи, как будто ожидая последствий этого удара. Но ничего не последовало — предмет достиг финальной точки своего полета, и снова все утихло. Тишина накрыла холодную мрачную пещеру, не соизволившую показать свое обличие, а, значит, впереди все та же пустота. Уже готовые к колючим объятиям тьмы, путники, не сговариваясь, сделали шаг, но тут же застыли на своем месте.
Словно под действием неведомого механизма в один миг темнота рассеялась. Ослепленные, воины зажмурились от внезапно обрушившегося света. Все вокруг вспыхнуло неестественной яркостью, и словно в огне, задрожало бесчисленными бликами. Хоровод сверкающих лучей закружил по стенам, постепенно обрисовывая пространство новыми чертами, и когда первая буря света стихла, путники смогли открыть глаза.
В нерешительности переглянувшись, они обернулись, оценивая пройденный и предстоящий путь. Они находились в горном тоннеле, теперь освещаемом факелами, но впереди маячил просторный зал. Взбудораженные внезапной находкой, воины сорвались с места, но вместо привычного бесшумного скольжения по земле, каждый шаг отдавался неприятным хрустом.
— Анна, где мы? — опустив глаза, Ларс проследил за направлением дорожки, по которой они шли.
— Просто не смотри под ноги, — с трудом скрывая волнение, Анна широкими шагами понеслась к залу. Неизвестность впереди пугала девушку меньше, нежели замеченный Ларсом охвативший ее ужас. — Здесь чисто! — добравшись до твердого островка, воительница крикнула как можно уверенней.
— Проклятье, Анна! Мы идем по трупам! — Ларс процедил сквозь зубы, но последовал примеру девушки и в мгновение ока, стараясь не касаться ногами земли, оказался рядом с ней. За его спиной оставалась ровная дорожка, выложенная костями прежде заблудших здесь странников.
— Забудь, — Анна отвернулась и пошла по залу. — Мы должны были пройти.
Восстанавливая дыхание и чувства после увиденного, Ларс с трудом перевел взгляд на огромный зал, привлекающий собой, определенно, любого из павших странников из тех, что даже не дошли до сюда. Но стоило мужчине осмотреться, как прежние тревоги улетучились в один миг. Величие и красота просторного зала затмевали собой любые ужасы, что пришлось или еще предстоит увидеть воинам.
Каменные, по большей части пустые, стены не портили богатый вид, придавая лишь силы и значимости зрелищу. Факелов здесь не было. На горных выступах по кругу были расставлены свечи. Над головой висели медные люстры, грузные, с сотней свечей в несколько ярусов на каждой, обдавая дневным светом темную пещеру. Если бы не вход через горы, от Пещеры не осталось бы даже названия, но на самом деле...
— Это склеп, — задумчивым замечанием Анна прервала молчаливое разглядывание зала. Она стояла возле одной из стен и проводила рукой по глади золотого саркофага. Рядом стоял железный сундук, расписанный узорами, а по другую сторону аккуратно сложены, как будто старательным учеником в угоду учителю, еще с десяток куч костей. — Кому какое место уготовано, — медленно отводя взгляд, девушка обратилась к Ларсу.
На противоположном конце зала он рассматривал богатые гобелены с завораживающими изображениями смертей — все здесь указывало только в одном направлении, и вероятность выйти отсюда уменьшалась с каждой новой увиденной вещью.
— Кто здесь покоится? — в огромном пространстве голос Ларса казался приглушенным. Он отвернулся от картин и глядел под ноги, на ровную гладкую поверхность, выложенную из черного камня, переливающуюся бликами от тусклых огней.
— Я не знаю, — Анна не обернулась. — Но... вероятно, она? — девушка подняла голову и глядела в огромные глаза белой статуи, возвышающейся над воительницей на пьедестале. Без единого изъяна, идолом она гордо смотрела вперед, одной рукой держась за развевающийся плащ, как будто находилась на ветру, а во второй несла шар, словно свет, струящийся из ладони.
— Кто это? — Ларс глядел на статую издалека, сощурил глаза. Анна отошла на несколько шагов, чтобы лучше рассмотреть девушку, но после лишь пожала плечами:
— Никогда не слышала о том, чтобы в этом месте кто-то жил... я имею в виду Расколотую Низменность.
— Вероятно, когда-то она не была Расколотой, — Ларс вздохнул и приблизился к воительнице. — Но это неважно, Анна... куда больше меня заботит, что стало с теми людьми? — Он кивком указал на многочисленные груды костей, щедро покрывавшие пол в зале, не считая коридора, по которому они шли.
— Я же говорила тебе, что не умру, да? — с легкой улыбкой Анна отошла от мужчины и прошлась вдоль стены. С любой точки пространства зал казался огромным, строгим сооружением, величественной усыпальницей, каким-то образом затесавшейся среди мертвых гор.
Вероятно, тысячелетия разделяли время постройки склепа и сегодня, когда случайные беженцы забрели в единственное спасительное место. И всем видом оно заявляло о себе, о том, кто здесь главный. Но воины и не собирались противоречить истории, о которой они совершенно не знали и не знали также, что это за склеп.
Анна еще раз овеяла глазами зал. Огромный, он представлял собой истинное воплощение древности. Тысячи тайн могли храниться здесь, в связующей точке прошлого и настоящего. Пол в склепе казался тлеющим морем из-за бесчисленных свечей, отражающихся в его глади. Умиротворение, создаваемое тусклым свечение, как нигде соответствовало обстановке здесь.
Однако со следующим шагом девушки пол вспыхнул. Словно на углях, разгорелись свечи, стрункой вытягивая пламя. Воины, встрепенувшись, глянули по сторонам: свечи, словно от шквалистого ветра, затрепетали дрожащим пламенем. Опасаясь темноты, Анна рывком сорвала одну из тысячи с выступа, прикрыла пламя ладонью, чтобы та не потухла.
Но ветра не было. В сводах зала по-прежнему не слышалось ни звука. Вокруг не поменялось ничего, только огненный танец вдруг раскинулся пожаром. Осознав бессмысленность намерения, Анна бросила свечу наземь, но от удара она не потухла. Ларс продвинулся к середине зала. Вопреки обилию древних вещиц, раскинутых в окружении, центр оставался пустым. Но по сменившемуся звуку шагов, вдруг ставшим глухим, мужчина бросил взгляд под ноги.
Словно невидимая черта разделяла центр зала от всего остального пространства. С прикосновением ноги Ларса блики в центре погасли. Мужчина стоял, как будто за стеной, огражденный от безумного таинства, раскинувшегося вокруг. Свет стал приглушенным, теперь горел лишь пол.
— Что происходит? — Анна хотела подойти, но ее остановил пронзительный скрежет как будто пробудившегося от долгого сна рычага, и теперь они тянули за него, и оттого огни на стенах вновь стали менять форму.
Они не перестали дрожать, но некоторые собирались в фигуры, образуя знаки. Так, в считанные мгновения одна стена склепа превратилась в огненный узор, живой и трепещущий, в предвкушении передать странникам неведомое послание. От неприятного лязга Анна закрыла уши и сгруппировалась, как будто звук давил на нее сверху и не позволял выпрямиться. Ларс оставался в центре, за чертой круга, что отделялась от мнимой огненной пучины. Он тоже накрыл уши ладонями и отвел взгляд от пылающей стены, и в тот момент его глазам представилась выемка в шаге от него, в самом центре зала.
Она напоминала небольшую чашу размером с ладонь и была совершенно пустая. На фоне идеального зала она казалась изъяном, никак не вписывающимся в величественный образ помещения. Сначала Ларс перевел взгляд с чаши на границу, разделяющую горящий пол и островок, на котором он оказался, а потом снова внутрь. Вероятно, сверху картина напоминала собой мишень, но к чему это сравнение?
Ларс поднял голову. Ровно над ним, гордо и невозмутимо свисала многоярусная люстра, напоминавшая снизу отражение пола. Мужчина не успел провести параллели между увиденным, когда звук наконец прекратился, и он смог вернуться в прежнее положение. Анна тоже выпрямилась и глянула на стену. Ни одна свеча теперь не шелохнулась. Размеренно они горели каждая на своем месте, не нарушая мертвую тишину склепа.
Но вместо звуков пространство вновь наполнилось светом, и уже ровно перед собой Анна увидела дверь. Она выросла, словно из ниоткуда, железная, проржавевшая от времени, что казалось, будто предшествующий звук принадлежал именно ее открытию, но сейчас она воочию появилась в стене. Единственный путь к спасению появился внезапно и куда вел, неизвестно. И Анна подошла к двери.
— Это выход, — она внимательно овеяла взглядом дверь и, не найдя в ней ничего необычного, повернулась к Ларсу. Он стоял в центре, не решаясь, куда обратить внимание — на дверь или на выемку в полу, вдруг засветившуюся холодным светом. Огни наверху и на стенах пещеры при этом вдруг потускнели. Мужчина и девушка смотрели друг на друга.
— Ты пойдешь со мной? — Анна кивнула в сторону выхода.
— Здесь может быть ловушка, — Ларс рвения девушки не разделял. Он оглядывался по сторонам, как будто искал зацепки. — Думаю, может быть другой ход... слишком все просто.
— Да ты трусишь! — Анна воскликнула. — Я пойду одна, если ты останешься.
Ларс нахмурился:
— Все очень подозрительно, Анна! Что здесь происходит? Почему столько умерших? Что они пытались сделать?
Анна вздохнула:
— Нет времени. Мы должны идти.
Ларс с трудом перевел взгляд с девушки в сторону. Ей не терпелось вырваться отсюда, броситься навстречу неизвестности, сделать хоть что-либо, но действовать, но привычка все взвешивать не давали мужчине покоя. Что-то тревожило его, но как в спешке найти верное решение? Углубление в полу так и светилось, огни на стене выборочно стали гореть ярче. Мужчина сощурил глаза, не отрываясь от свечей.
Скептично настроенная, Анна решительно прошла пару шагов и бросила взгляд на стену. Но стоило ей увидеть ее, девушка застыла, не в силах отвести взгляда. Свечи говорили сами за себя, определяя выбор путников.
— Это послание, — Ларс подошел ближе. Огни не дрогнули. — Ты видишь?
Анна не верила тому, что видели ее глаза. Только что обычные свечи сложились в древний текст, но понятный обоим:
Каждый здесь свой след оставил —
Или жизнь, или металл.
Знай — мы сами выбираем
Бой, что уготован нам.
Снова и снова Анна перечитывала строчки, но они не меняли своей сути. Все же просто простого — плати за вход или умри. По количеству драгоценностей в зале и обилию трупов очевидно, что выбирало большинство. При этом неизвестно, от чего именно погибли эти люди. И дверь словно переливалась, маня открыть. Получается, Ларс был прав в своих сомнениях — что там, внутри, неизвестно, и как это повлияет на их путь, никто не возьмется предположить.
Ларс тоже замер, не решаясь что-либо сказать или сделать. Решение нужно было принимать незамедлительно — рядом светилась выемка в полу, напротив появилась таинственная дверь, но они возникли из пустоты и, значит, могли исчезнуть так же внезапно, как и появились.
— У меня есть золото и драгоценности, — Анна первая отвела взгляд от двери и подошла к Ларсу. — Думаешь, это имеется в виду?
Ларс осмотрелся — в глаза не бросилось ни единой монеты. Но вряд ли ни у кого из умерших людей не было с собой и гроша... или они не видели надпись? Погибли еще до того, как она высветилась? Чем дальше мужчина пытался рассуждать о происходившем, тем больше сомнений насчет дальнейшего пути у него возникало. И решение вернуться назад, в лапы врагу, сейчас казалось наиболее безопасным.
— Они не смогли войти, — вдруг Ларс озвучил мысли. — Не все могут войти сюда. И ты не смогла открыть вход, пока я не подошел к тебе...
Анна нахмурилась. Цепочку мысли мужчины она пока не улавливала, однако с тем, что он произнес, она не могла не согласиться. Но что скрывает Ларс? Почему вход отреагировал именно на его приближение? И чаша засветилась именно у его ног?
— К чему ты клонишь? — Анна понизила голос. Сейчас как никогда ей хотелось, чтобы говорил Ларс. Но прежде чем ответить, мужчина внимательно посмотрел на девушку и долго не отводил взгляд.
— Я догадываюсь, — очень плавно, не торопясь, Ларс открыл сумку. Анна не тронулась с места, косо поглядывая на дверь. Но когда мужчина извлек из сумки кожаный мешочек, резко подошла к нему.
— Даже не думай! — Она прошипела.
Ларс сжимал в ладони камень, обернутый кожей, но чем дольше он держал его, тем сильнее он обжигал руку.
— Это не моя прихоть, Анна, — он вздохнул. — Если Глаз Дракона — цена наших жизней, я готов оставить его.
— Ты не посмеешь, — в глазах девушки заплясали яростные огоньки, она хмурилась еще сильнее, скалила зубы, кулаки сжались сами собой. — Все ради него! Ради этого камня! Принцессы погибли из-за него! И сейчас ты хочешь спасти свою шкуру, просто оставив его в каком-то непонятном склепе??
— Если мы присоединимся к принцессам, ты останешься довольна? — Всегда выдерживавший нападки девушки, вдруг Ларс оскалился. — В любом случае камень не покинет этих стен, но если мы оставим его сами, это даст нам шанс!
Теперь они оба рыскали глазами по лицам друг друга, не прерывая молчания. В чаяниях Ларса уверенным не мог быть никто, и опасения девушки тоже были объяснимы, но решение требовалось именно сейчас, и ошибки здесь не допускались.
И чтобы сделать правильный выбор, Пещера как будто подтолкнула путников к исходу спора. Выемка, что светилась возле ног Лара, вдруг стала расти. Она не увеличивалась в диаметре, она поднялась на ножке, как знамя, и теперь находилась на уровне груди. Изумленные, воины повернулись к ней. В унисон с дверью она переливалась, создавая какую-то неведомую связь между ними, словно подсказывали: клади камень, и путь свободен! И Ларс убрал чехол.
Анна сжала губы, недоверчиво глядя на необъяснимые вещи. Ларс придерживался другого мнения. Пожалуй, она могла бы помешать ему, но...
— Ты знаешь, что я должен это сделать, — Ларс поднял руку над чашей и повернул голову в сторону девушки. Она покачала головой, не отрывая глаз от его ладони. Зеленоватый свет камня сливался с золотистыми струями воздуха над чашей, гармонично сочетаясь цветом и силой. Возможно, они имели одинаковую природу. Неизвестно, что творилось в чертогах древности сотни и тысячи лет назад. Неизвестно, что послужило началом для Расколотой Низменности, что было до того, как она стала Расколотой...
Несколько мгновений мужчина оставался неподвижен, наблюдая за вековой древностью, вдруг сочетавшейся посредством его стремления. Но его нерешительность вмиг растворилась, когда камень, словно огнем, обжег руку и буквально вырвался наружу, к манящей чаше. Ларс одернул ладонь, как от огня, разжимая пальцы. С негромким ударом Глаз Дракона коснулся дна, и чаша стала опускаться.
Анна по-прежнему хмурилась, не зная куда смотреть — на скорчившегося от ожога Ларса или на камень, на ее глазах врастающий в пол. Через миг в центре зала не осталось ни камня, ни выемки в полу, ни горящих свечей. Зал погрузился во мрак.
Глаза снова не видели ничего вокруг, разум еще не понимал, что делать и куда бежать, но вдруг дверь снова засветилась. Ларс обернулся. Его боль постепенно стихала, не оставляя на ладони ни единого следа ожога. Анна повернулась в сторону двери. Но не успела она сделать шаг, как напротив нее, на другой стене, распахнулась такая же дверь. Вокруг нее светился ободок из разноцветных камней, но за ней не было видно ничего.
При этом не возникло ни единого звука — как будто она всегда была открыта, но укрыта от взора путников, а теперь, получив плату, вышла из тени.
— Значит, это — верный ход? — теперь уже Ларс первым подошел к двери.
— Надеюсь, ей будет достаточно нашей оплаты, — Анна наоборот, растягивала шаги и очень медленно подходила к мужчине. — Ну? — Она обернулась к Ларсу. — Значит, Глаз Дракона теперь гарант наших жизней?
— Ничто не гарант, Анна. Мы сами за себя отвечаем, за действия и бездействия тоже. Поэтому я пойду на этот риск. Но другого у нас нет ничего.
— Что ж, — девушка вздохнула и сделала шаг к двери, — я следую за тобой, Ларс. Но ты слышал мое мнение. Мы отдали Глаз Дракона, мы изменили сути нашего похода. Все, что было до этого, теперь теряет смысл.
Не дожидаясь ответа, она решительно вошла в дверь. На Ларса она ничуть не смотрела, но мужчина направился за ней. Ее сомнения, безусловно, имели почву под собой, и ее реакция весьма предсказуема, но жизнь дороже. Даже если им предстоит схватиться друг с другом после того, как они выйдут отсюда. Если выйдут...
И Ларс направился следом. Решение принято, теперь остается следовать ему до конца. Он подошел к проему, Анна переминалась с ноги на ногу за порогом в ожидании спутника, но стоило ему приблизиться, как дверь с оглушающим скрипом захлопнулась прямо у него перед носом.
Свечение растворилось во мгле, укрывая проход под покрывалом ночи. Ларс застыл от неожиданности. Внезапно открывшийся вход, единственный верный из двух возможных, не впустил его на свой путь. Опомнившись от первого оцепенения, мужчина вцепился в ручку и с неистовой силой принялся толкать словно омертвевшую дверь. Она невозмутимо выдерживала все нападки воина и оставалась нетронутой.
Бросив тщетные попытки открыть неподдающуюся дверь, Ларс начал барабанить в нее что было мочи в надежде достучаться до скрывшейся Анны. Возможно, если она услышит, то подаст знак или сможет открыть дверь снова. Но в ответ — тишина. Конечно, девушка может на вред оставить мужчину одного, но сейчас не тот случай. Они оба столкнулись с неизвестным врагом, и, возможно, только скооперировавшись, они смогут преодолеть эту преграду.
Но после также не последовало ни звуков голоса, ни стука в дверь, ни любых других признаков жизни. Дверь, должная стать спасением обоим, разделила их, оставляя каждого со своими сомнениями наедине.
— Черт! — с тигриным рыком Ларс в последний раз набросился на дверь, разбивая кулак об ее стальную поверхность. — Да откройся же ты! — отчаявшись, воин пнул дверь, но тут же схватился за ушибленную ступню. — Анна! — Он скорчился от боли, но все продолжил. — Если ты слышишь, дай знак!
Все снова замерло. Пустой зал укутался мраком, тишина правила миром мертвых, и здесь находила свое раздолье. Ларс уселся прямо возле упрямой двери, вытянул ноги и запрокинул голову назад, закрывая глаза. Все попытки выбраться, все расчеты не имели теперь никакого значения — дверь пропускала лишь одного, так не поэтому ли здесь столько костей? Это и есть трупы тех самых "вторых"?
— Надеюсь, Анна выберется, — не открывая глаз, себе под нос пробубнил мужчина. — Только будь благоразумней, хорошо? — вдруг он сказал это вслух с небывалой агрессией на возможную опрометчивость девушки в принятии решений. Но в тот же миг его глаза открылись, и мужчина вскочил.
В неизменной темноте зала прямо напротив него горела вторая дверь — та самая, которая первой манила войти путников. Она также приоткрылась и без настенной надписи, без пылающего пола казалась обычной дверью и теперь уже единственной, через которую можно было, вероятно, покинуть склеп.
— Я должен рискнуть, — Ларс впился глазами в проход, издалека изучая на предмет опасности. Но, как и в случае с первой дверью, за ней ничего не вырисовывалось. Но если он выйдет через нее, даже если не пересечется с Анной, то все будет не зря.
Ларс еще раз осмотрелся — ничего. Зал погрузился во тьму, и нельзя было разглядеть, что находится в разных его сторонах, поэтому мужчина больше не думал. Быстрым шагом он подошел к двери и, на мгновение задержавшись на пороге, шагнул внутрь.
Дверь за спиной захлопнулась, и вместе с ее хлопком зажглись на стенах факелы. Перед Ларсом снова оказался коридор, конца которого он не видел. Пустой, он не шел ни в какое сравнение с богатой росписью зала. И также неизвестно, куда выводил. Но Ларс в этот раз решил не медлить. Сразу задав себе темп широкими шагами, он помчался вперед.
На пути ему не попадалось ни дверей, ни выступов — одни голые стены и редкие факелы, но света хватало. В движении тишина не ощущалась, по ушам не ударяло безмолвие, лишь дыхание рывками билось где-то в груди. В своем стремлении выйти во что бы то ни стало, Ларс продвигался вперед, не лелея ожиданий насчет грядущего.
Иногда уколами под сердцем всплывал образ Анны, ее слова насчет Глаза Дракона и ее рвение покинуть эти своды. Невозможно, чтобы твердая решимость и отвага девушки привела ее к могиле. Она первая бросалась в неизвестность, ныряла с головой в бездну и именно потому, что эта тактика ее ни разу не подводила, действовала, руководствуясь своим чутьем, снова и снова.
Совсем не та деревенская девчонка, с которой они строили шалаш на дереве, пока родители занимались хозяйством, совсем не та, которая плела венки и раздавала детям на радость румяным девчонкам; и длинные косы по пояс, всегда заплетенные с атласными лентами — невиданной роскошью среди деревенских, — теперь сменились неряшливой копной волос, едва ли длиннее плеч.
И теперь она ведет войну. В одиночку. Что-то в ней осталось то, девчачье, но как будто покрылось слоем масок, одна на другую наложившихся с годами. Но кроме этого, в ней скрывалось что-то большее, обладавшее неестественной мощью — то, что победило призраков Черного Орла...
Внезапно мужчина замедлил ход. Воспоминания о прошлом — далеком и недавнем, — словно ожили, и теперь призывали вернуться. Ларс нахмурился: образы приходили настолько яркие, что пугали своей ясностью. Сделав еще пару шагов по коридору, вдруг мужчина свернул.
Хотя выбора и не было, коридор поворачивал налево, и воину пришлось следовать по его направлению, он удивился: в ближайшем поле зрения прежде он не замечал никакого поворота: он появился, словно из ниоткуда, и вел туда, куда нужно ему.
И правда — коридор изменился. Стены потемнели, и огонь факелов стал беспокойным: пламя задрожало, словно отражая тени, несмотря на то, что Ларс здесь находился один. На всякий случай оглядевшись, мужчина удостоверился, что не сходит с ума, что путь до сих пор ведет его одного, но что за странная сущность поселилась в этих сводах? Нечто, отбирающее покой даже у пламени.
Страха не возникло. Те же необъяснимые пляски он наблюдал только что в главном зале склепа. И чтобы не углубляться в возможные причины возникновения этих аномалий, Ларс принялся мысленно обрисовывать вероятного врага: его сильные стороны — скрытность и ужас от неизвестности, — не выдержат искрометной смекалки бывалого воина. Мужчина усмехнулся. Но после того, как дрожание пламени стало еще сильнее, он остановился. Возможно, его шаги беспокоят спящего зверя? Возможно, здесь покоятся останки великих чародеев сего мира? Возможно, здесь... магия?
Ларс вынул меч. Он видел ранее, как ловко управляются маги Черного Орла с заклинаниями, но с тех пор, как ушел, Софья стала первой волшебницей, умевшей управлять магической силой.


21048 знаков
Ответить с цитированием