Показать сообщение отдельно
  #86  
Старый 14.06.2017, 00:21
Аватар для Vasex
я модератор, а нигвен нет!
 
Регистрация: 20.02.2007
Сообщений: 9,139
Репутация: 1525 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Vasex
5.
Скрытый текст - 5.:
5.
Каждый день Несс пополняла свою копилку самых страшных вещей, которые она видела в жизни. И каждый раз натыкалась на что-то ещё более ужасное, чем всё виденное ранее. Казалось, что может быть страшнее огромного войска, которое идёт штурмовать твой замок, обороняемого жалкой горсткой воинов? А было что! Когда к этому войску присоединяется такое же огромное войско, пришедшее на подмогу! Помогать в и без того понятной грядущим результатом и посильной бойне!
Некоторые защитники Храма Наук ещё согревали себя надеждой, что хотя бы армия Бедесорна не явится на поле боя, а то и вовсе тоже выполнит пу-но-тас и ударит в предольскую армию всеми силами, показав свою преданность Цинаде.
Но все даже самые наивные надежды окончательно рухнули, когда над холмами меж войска Предола появились синие знамёна Бедесорна, сегмента более высокого сословия, ранее обманным образом объявленного врагом Предола. Теперь командиры пожимали друг другу руки, а солдаты двух армий делили еду и костры друг с другом. А людей на холмах теперь заметно прибавилось, они раскинулись очень широким дугообразным лагерем напротив Храма Наук, и с какого-то ракурса можно было принять это за самый крупный рыночный посёлок Паутины, но его военную направленность выдавали две быстро конструируемые, растущие в небо осадные башни. Сотни солдат несли с собой брёвна и возводили из них ладьи на огромных колёсах-гусеницах, которые позволят легко и быстро направить войска на стены, если удастся их подкатить близко. А им удастся – ведь из Бедесорна прибыло немало кузнецов и магов, делающих всё возможное, чтобы уберечь машины массовой смерти от чего угодно – от огненных стрел, например. Фронтальную сторону покрывали железными пластинами, специальными огнеупорными маслами, а также множеством магических защитных оберегов…
Солдаты Бедесорна были свежи, полны сил, хоть и после долгого марша почти без остановок, но с ночлегами. На фоне предольской армии, вымотанной напастями со стороны магов, они выглядели, точно несокрушимая неутомимая армия богов, сошедшая с небес им на помощь. С ними также были длинные лестницы – то ли на случай, если что-то случится с осадными башнями, то ли чтобы ни оставить защитникам ни шанса… Просто весь периметр стен в один миг покроют лестницами и в считанные шаги, не снижая темпа, не перестраиваясь, всеми ротами взберутся на эту несерьёзную высоту.
О том, чтобы ломать ворота, похоже, никто уже не заводил и речи. Никому они не были уже нужны. Разве что случайным ударом снаряда катапульты могли разрушить и эту жалкую преграду... Метательные орудия тянули через труднопроходимый снег осадные големы - творения бедесорнских каменщиков-буревестников. Они могли и сражаться, но несмотря на крепость тела и могучую силу, годились лишь до простейших задач, потому что умом совсем не удались.
Радость от недавних храмовых побед и превосходства по степени потерь быстро улетучилось у защитников крепости. Дурной настрой распространялся быстрее любой болезни. Всё чаще поговаривали, что это конец, теперь уже ничего не поможет, такой штурм уже маги не сдержат. Это будет последний бой.
По мере роста безнадёги и дурных вестей разговоров становилось всё меньше. Все храмовники – маги, солдаты, прочие местные жители – в страшном молчании наблюдали со стен за приготовлением бесчисленного воинства к новой атаке. Уже никто не сомневался, что стоит предольским и бедесорнским командирам только отдать приказ о всеобщем наступлении – от Храма Наук камня на камне не оставят.
Хайнс разрешил временно отворить ворота, чтобы защитники крепости могли обчистить тела погибших после штурма предольцев, в большом количестве оставленных отступившим противником от стен. Тянули в замок всё, что могло пригодиться в военном деле, - собирали стрелы, забирали самую добротную броню и оружие. Заодно добивали раненных, в плен никого не брали. Отчасти оказывали многим беднягам милость, облегчая мучения. Заодно делали окрестности крепости спокойнее и тише, болезненные вопли и стоны сильно будоражили людей, и редко кому-то именно это поднимало боевой дух. Пожалуй, его уже ничего не могло поднять. У людей хватало сил только чтобы не покидать свои посты на стенах...
Но вот в момент сбора жалких трофеев к Храму Наук выдвинулась троица всадников. Двое несли белые флаги – то ли символ мирных переговоров, то ли символ цинадского Порядка. Центральный всадник нёс на копье штандарт синего цвета с золотистым рисунком – символ Бедесорна.
Защитники пришли в боевую готовность, но ворота не закрыли, людей с поля боя не отозвали, а Хайнс даже лично вышел навстречу переговорщикам.

Скрытый текст - 08.06 - 6400 знаков:
Три всадника постепенно снизили скорость, обходя многочисленные трупы, коими широко было устлано поле перед Храмом Наук. Совсем близко к стенам подъезжать не намеревались, остерегаясь лучников, хотя давно уже вошли в область прицельной стрельбы. Хайнс вышел им навстречу, слегка прихрамывая. Рядом с закованными в дорогую броню молодыми солдатами он в своей неприглядной серой робе выглядел совсем дремучим и немощным стариком.
Хайнс остановился перед всадниками, задрал голову к небу, к протуберанцам Рашмы, и торжественно прокричал:
- Бедесорнские падальщики явились раньше воронов клевать мертвечину. Доедать всё, что осталось от Храма Наук!
- Приветствуем, о, Хайнс. Мы пришли под белыми цветами. Мирный разговор нужно вести.
- Обычно у нас тут белого - куда ни глянь. – Хайнс обвёл взглядом поле вокруг. – Но сейчас вот вам красную дорожку выкатили. Что угодно для почётных гостей!
- Мы поговорили с правителями Предола…
- Та ещё неразбериха у них с командованием, да? – усмехнулся Хайнс.
- Они не отступят, Хайнс.
- Экая новость! А я думал, что побаловались и хватит… Неужели им мало?
- Кончай шутить, старик, - озлобился один из дипломатов. Два товарища зашипели на него, но он продолжал: – Все знают, что вы в полной заднице! Не сегодня, так завтра Храм Наук падёт, с этим уже ничего не поделать! И даже ваш чёртов источник магических сил не поможет. С каждым днём – у вас всё меньше людей. С каждым днём – всё больше разрушений. А предольские потери – это капли в море. Мы пришли к тебе с предложением сдать крепость, сдать полномочия и тем самым – сохранить жизни всех этих ни в чём не виноватых людей! Посмотри на них, они даже не знают, за что борются, почему судьба отвернулась от них! Это не их война. Подумай о людях. А если думаешь только о себе, то подумай, как будут чернить твоё имя после стольких невинных жертв!
- Так значит, Бедесорн официально присоединился к атакующей стороне? – скрестил руки на груди Хайнс и покачал головой. – Скучно, господа, скучно. Я надеялся, что вы будете темнить изящнее, разыгрывать нейтралитет. Ведь прекрасно знаете, что ждёт ныне врагов Храма Наук, ведь маги ударят вам по самому больному…
- Этот вопрос мы тоже собираемся обсудить, - быстро заговорил тот из переговорщиков, кто проявлял наибольшую мягкость в дипломатии. – Наши былые правители – семья барона Тайвуса, а также вся иная известная правящая верхушка Бедесорна – дом Ауренциев, дом Экстов, дом Мовенов и другие – все они в связи с военным положением смещены, отстранены от власти и уравнены в правах с простым людом. Они не участвуют в этой войне, не поддерживают её и вообще находятся сейчас в Бедесорне, а не здесь, можете проверить призраками. Также в войне не участвуют все известные генералы, сейчас зачитаю список всех имён…
Переговорщик развернул длинный список. Хайнс его не перебивал. Большинство имён он, конечно, знал, но было интересно послушать об остальных.
Когда список имён закончился, Хайнс проговорил:
- Неужели в Бедесорне случился государственный переворот?
- Что-то подобное. Полной картины мы не знаем. Некоторые, включая самого барона Тайвуса, добровольно сдали полномочия и согласились отдать излишки своих богатств на нужды нового правительства.
- Дайте угадаю – а новые правители у вас – такие же безымянные, как теперь у Предола?
- Время безымянных войн, - пожал плечами переговорщик. – Время безымянных королей.
- Как всё грамотно спланировано, - рассмеялся Хайнс. – Что ж, вынужден вас заверить, что ваш дурацкий план не сработает. Мы всё равно ударим Словом по этим именам. Они ввязались в войну против слабого противника вместе с Предолом, и только после того, как на предольском опыте убедились, что Словом действительно можно убить любого человека, поняли, что тоже обречены, начали вертеться, пытаясь и от соглашений с более сильным Предолом не уйти, и чтобы свои громкие имена обезопасить. Нашли дураков! Хах, какую байку сочинили! Их сместили от власти! Их уравняли в правах! Добровольно всё отдали! Хах! Так мы и поверили!
- Проверьте призраками! – взволновался дипломат. Он начал рассказывать, как известные люди Бедесорна из-за опасности Слова бросили всё, ушли к своим семьям, занялись иным трудом, а власть подхватили менее известные или вовсе неизвестные наследники и заместители.
- Да уж, смешные болваны, - качал головой Хайнс. – Всё взвесили, поняли, что могут вонзить нож в спину Цинаде, но при этом сумеют унести ноги. Думали, что личные потери не понесут, ничего не будет стоить им эта война. Под шумок, прикрываясь всем этим хаосом в Паутине… Но не тут-то было. Если уж бросил вызов Цинаде, нарушил Порядок, готовься понести заслуженное наказание.
Переговорщики выглядели испуганно. Со страхом переглядывались. Похоже, что их основное задание готовилось с треском провалиться. Они поняли, что от этого могут зависеть даже их собственные жизни. Потому начали с неприкрытой мольбой тараторить наперебой, уговаривать Хайнса помиловать тех, кто отступил от дел…
- Нет-нет-нет, - злорадно посмеивался Хайнс. – Вот ваш списочек. – Он сотворил в воздухе дрожащий призрачный свиток. – Мы им сейчас обязательно займёмся. Ублюдки думали, что ни при каком раскладе ничего не теряют – отсидятся за спинами солдат, но они ошибались. Серьёзно ошибались. Палач всё это время прятался у них под кроватью. И сейчас он получит от нас указание привести в исполнение ряд смертных приговоров.
- Мы ведь не услышали предложений с вашей стороны! – совсем сдался один из дипломатов. – Мы ведь даже ещё не вступили в войну, не начали боевые действия… Давайте мы вернёмся к нашему командованию и доложим о ситуации. Быть может, в силу новых обстоятельств, армия Бедесорна отступит… А то и поможет разобраться с войском Предола. Быть может, переговорами мы добьёмся с ними успеха…
- Сколько там дней пути до ближайшего портала? Десять? На лучших бедесорнских скакунах, уверен, можно добраться намного быстрее… - Хайнс что-то прикидывал в уме. – Так вы и будете тянуть время, давая возможность Тайвусу и остальной компании убраться в какой-нибудь манящий райский Ун… Нет. Нет-нет-нет. Так не пойдёт. Всех ждёт расплата. Война – это не шутки, а ваши командиры забыли об этом, решив, что баловство им по-любому сойдёт с рук. Не сойдёт. Сегодня они в этом убедятся.
- Тогда сражение с Бедесорном точно не избежно… - дрогнувшим голосом проговорил переговорщик.
- Значит, Бедесорн обречён так же, как и Предол, - сказал Хайнс. – Да и сражение всегда неизбежно, если к самым стенам уже прикатывают столько орудий.
- Дай нам время, Хайнс, - просил переговорщик. – Мы доведём командованию. Мы решим всё в кратчайший срок. Быть может, ответ последует незамедлительно. Быть может, они отзовут войска или каким-то образом помогут...
- Вы никуда не поедете. Души обречённого командования Бедесорна поймут результат переговоров без всяких дипломатов. Впрочем, ваших призраков никто здесь держать не будет. Доберётесь домой даже быстрее, чем на скакунах…
- Вы не посмеете! Мы под белыми флагами! Вас возненавидят все призраки! Вы нарушитель военных традиций! Мы ведь не солдаты! Мы надеялись, что вы разумный человек!
- Вот, что бывает, если идти сжигать колдунов, - осклабился Хайнс и поднял руку с грозно растопыренными пальцами в сторону всадников.
Он призвал невероятные по силе направленные вибрацию и звук, от которых переговорщики начали падать с вздымающихся на дыбы лошадей.
При этом практически остановил в этом месте время, и все наблюдали за странной замедленной картиной. Кровь у дипломатов шла из ушей от лопнувших перепонок. Кровь брызгала изо рта и носа из-за дробящихся во всём организме костей. Кровь даже текла из глаз.

Скрытый текст - 09.06:
Видя, что происходит перед воротами замка, Мирелла отошла подальше от остальных, проверила окружение вокруг себя и, убедившись, что никакие призраки не подслушивают, начала зачитывать Слово в адрес всех известных личностей Бедесорна. Вскоре к ней подошёл и присоединился Хайнс.

Когда немного времени спустя катапульты Бедесорна начали метать снаряды в Храм Наук, верховные маги поняли, что их сообщение дошло до адресата. Эти камни летели куда прицельнее покорёженного требушета, уже не пролетали мимо в горы. Вот полностью обрушилась одна из крупных внутренних башен Храма Наук. Осколками вскоре забросало абсолютно все переулки и открытые площадки крепости. Вот то и дело попадали камни в стены, защитников сбивало с ног от удара, передающегося через каменный пол. Несколько таких ударов – и можно было бы пробить крепостную стену, но всё же катапульта была не настолько точным орудием. Вот один из снарядов выломил верхнюю часть ворот. Её сразу же начали заделывать, а угнанный ранее таран перевернули, поставив на дыбы, чтобы приложить к воротам с внутренней стороны. Таким образом завалили ворота всяким тяжёлым хламом, чтобы защитники забыть забыли о штурме крепости через них.
У Миреллы не хватало времени и сил контролировать ещё и сумасбродную Несс, потому она разрешила девчонке укрыться на время обстрела в подземной части врачевальных палат, одно из немногих мест, где укрывалось большинство храмовников, чтобы не поймать собой какой-нибудь небесный камень. Мирелла посчитала, что дура достаточно насмотрелась, чтобы хотя бы на время не думать только о своих подростковых проблемах и тем более убивать кого-попало на расстоянии. И она строго-настрого запретила всем говорящим с духами образовывать для Несс призрачные каналы для связи с её любимым Лодесом.
Несс сидела в углу палаты. На кроватях и даже на полу из-за нехватки места разместили раненных. Но здесь ещё было не так ужасно, как в других палатах – где кричали, стонали от боли или приносили свежих калек, у которых кровь хлестала ручьём. Здесь были безрукие, с проломленными черепами, но зато спокойные.
Другой Хранитель Слова, тот адепт тени, Вендр сидел неподалёку от неё, возле искалеченного бессознательного тела своего товарища – Сеймаска, который тоже недавно начал преподавать в Храме Наук, владел магией света. Несс не до конца понимала, что случилось с Семайском и что он вообще такого сделал, что о нём заботились и говорили, как о герое, но Вендр, судя по всему, больше заботился о нём, как о друге. Обычно тихий и скрытный, сейчас он проявлял удивительную охотность поговорить, но не с Несс, а с учениками Сеймаска, которые его нередко навещали, держали за руки, желали скорейшего выздоровления.
Несс безуспешно пыталась разгадать эту тайну. Почему Вендр, один из немногих оставшихся красавчиков Храма Наук, с которым они пережили долгое и нудное совместное заточение, совершенно её игнорировал.
Вот он заводил разговор с новой группой учеников, почти неприкрыто заигрывал с ученицами, но говорил при этом исключительно о Сеймаске. Такое ощущение, что хотел вызнать у абсолютно каждого, в каких отношениях Сеймаск с этими людьми, и что они вообще о нём знают. Он жадно вслушивался в каждое слово и вглядывался в лица людей, задавал так много каких-то глупых и неуместных вопросов, что в конце концов надоедал ученикам или вызывал их лёгкое раздражение, так что надолго они в палате не задерживались, чувствуя непонятное давление со стороны Вендра.
Но как только Несс сама пыталась заговорить с магом тени, он будто отрезал любой их диалог. Она ему - вопрос предложением, он ей – скучнейший и даже резковатый односложный ответ. Она ему – о себе, о своих чувствах по поводу войны, по поводу заточения, по поводу их предстоящей судьбы, а он ей всячески показывал, что ему это неинтересно. Всё время был сосредоточен на другом. Такое ощущение, что желал, чтобы она сама покинула палату, будто он совсем против её присутствия, будто сильно занят, хотя, мужчина, называется, прятался в катакомбах Храма Наук так же, как и она – совершенно ни на что не способная в бою…
Несс начала привычно винить во всём себя – мол, заточение совсем не пошло ей на пользу, совсем перестала следить за своей внешностью, вся теперь испачканная… Да ещё опозорившаяся применением Слова… Вот оно, главное! Кому она такая нужна? Все, кто видел её такой или узнавал, что она натворила, не хотели иметь с ней дело. Особенно те, чьи имена она, худшая Хранительница Слова, знала и могла по дурости своей в любой момент назвать…
Но потом, наблюдая за тем, как печально Вендр смотрит на своего товарища, как много вопросов о нём задаёт… путанными тропинками она набрела на совершенно иную догадку.
Так он же любит его, этого Сеймаска! Он же из таких! Они жили вместе в одной комнате, они были не разлей вода… Это было даже больше, чем дружба.
Тогда Несс улыбнулась. Это всё объясняло. И это никак не принижало её собственных достоинств. Можно жить дальше. Какое же милое объяснение! С этим точно можно жить.
Теперь её тянуло к Вендру ещё больше.

Вскоре за Вендром прилетели призраки и позвали на стену. Все толковые маги нужны были для обороны крепости.
Пока армия Предола отдыхала после предыдущего неудачного штурма, свежие силы Бедесорна двинулись в бой.
Осадные башни пока ещё строились, остались в лагере. Люди несли с собой над головами огромные рукоходные лестницы. Их переднюю часть поднимали вверх на копьях. Также на переднем конце лестниц имелись деревянные колёса, чтобы, когда упрутся в стену, легче было закатить лестницу на самый верх, и тем самым её выпрямить.



Скрытый текст - 10.06:
Армия Бедесорна отличалась от Предола более дорогостоящими доспехами светлых почти бесцветных цветов, иногда сверкающих отполированным металлом настолько, будто на них падали лучи Рашмы, но это было не так. За солдатами развевались синие плащи, а на флагштоках трепыхались высокие штандарты. Всё было по струнке выровнено, взводы маршировали на одинаковом расстоянии друг от друга, громыхали в ногу, лишь изредка доносилась трель трубы кого-нибудь из командиров.
Что сказать – сразу было видно более высокое сословие. Более собранное, более дисциплинированное, более близкое к цинадскому Порядку. И намного богаче. Будь они многочисленнее, чем предольцы, даже не смотрели бы на таких козявок у себя за спиной, но нынче наступили интересные времена – когда даже более высоким сословиям приходится вертеться ради выживания.
Лучники снова ответили на приближение противника залпами со стен и навесом из внутренних дворов. Этот смертоносный дождь совсем жиденько покапал на бронированную пехоту, не произведя никакого впечатляющего эффекта.
Вскоре ответили лучники Бедесорна, которые впервые за долгое время вынуждены были показать, что неспроста едят свой хлеб и постоянно тренируются на стрельбищах. Их было отнюдь не много, по сравнению с предольскими стрелками, но всё равно больше, чем у Храма Наук. И с кавалерией у них было не очень. Бедесорн предпочитал делать основную ставку на пехоту. Но зато луки здесь не выдавали кому попало. С виду такой же редкий дождь из стрел посыпался на Храм Наук, но стрелы летели с большим смыслом, кучковались не случайным образом, а по видимым или тактически наиболее выгодным целям. Призрачные разведчики Бедесорна корректировали стрельбу.
Куда больше эффекта по наступающим силам сыграла новая атака магов. Буревестники призвали сильный снегопад и туман, мешая лучникам вести прицельную стрельбу, опять возникли материализованные призраки, а также из сугробов вырастали небольшие големы, которые знатно замедляли противников, а иногда даже кого-нибудь убивали, прежде чем разваливались под многочисленными ударами. Маги также сделали подступы к храму очень скользкими, что также замедлило войско. Это позволяло обстреливать их намного дольше, прежде чем лучники на стенах в основном уступят место солдатам с оружием ближнего боя.
Наконец даровали волю магам крови, коих в Храме Наук было по счастливой случайности целых восемь. Тоже в основном молодые, в основном девушки, питающие к крови нездоровый интерес. Их держали в резерве, как ранее некромантов, поскольку сначала им почти не с чем было работать, но после первой битвы с предольцами – вокруг Храма материала хватало. Волшебницы принялись вытворять зловещие чудеса как со свернувшейся и заметённой снегом кровью, так и со свежей. На подступах к храму зарезвились кровавые плети, с лёгкостью разрубая людей вместе с бронёй, точно они не настоящие, точно это снеговики или торты.
Вендр с учениками-теневиками, коих осталось всего пять, превращали некоторые летящие стрелы в теневые. В более глубокой тени под стенами – их эффективность значительно возрастала при попадании в цель – так, что могли пробивать щиты и броню. Иногда они метали теневые копья сами. Или покрывали гигантской тенью союзников, чтобы враг не мог их разглядеть и вести прицельную стрельбу. Насылая тень на войска под стенами, они погружали их в такую глубокую тьму, что те паниковали, решив, что ослепли, совсем переставая слушаться приказов, теряя строй, переставая прикрываться от стрел.
И вот лестницы покатили колёсами снизу по вертикальной поверхности стен, поднимаясь. Буревестники начали быстро выращивать на пути лестниц различные преграды. Впадина – только лестница застревает в ней, нужно спускать, если получится отцепиться, ведь буревестники оборачивают застрявший конец камнем. Или преграда – иногда обратный трамплин, и тогда лестницу по неосторожности атакующие роняли сами на себя, или просто ломали о преграду или надолго застревали на этом моменте.
Но всё же половину лестниц – восемь штук - где-то с первого, где-то с повторных попыток – закатили на самый верх. Там колёса вместе с крюками перекинулись через зубцы стен и хорошенько закрепились. Снизу лестницы тянули вниз, массово навалившись, будто собирались совместными усилиями за эти крюки всю стену повалить на себя. Но на самом деле так прижимали крюки к настенному камню, чтобы со стены не так просто было их поднять и перебросить назад через стену.
Люди заторопились по лестницам, перебирая ногами и руками.
Войско Бедесорна массово поднималось на стены Храма Наук.
И тогда противника вновь выступили встречать титаны.

Скрытый текст - 11.06:
Стальные громилы даже если порой не могли оттолкнуть лестницы, то с лёгкостью потом сбрасывали незваных гостей, просто сотрясая её или хватаясь за подоспевших проходимцев руками. Но в этот раз что-то изменилось – на титанов уже не нападали так резво и слепо, как раньше, а осторожничали, не спешили, благо мощные наплечники, нагрудный панцирь и шлемы со щитами позволяли переживать довольно много попаданий простых стрел. Подбирали момент, а затем набрасывали на истуканов петлю из верёвки или цепи. Если титан успевал среагировать, он мог с лёгкостью избавиться от проклятого лассо, просто разорвав его, даже звенья цепи порой несложно было раздавить, раскромсать в могучем кулаке. Но в иных случаях титанов начинали тянуть снаружи за верёвки и цепи – быстро, рывками, всё это происходило в считанные мгновения. И тогда некоторые титаны начали переваливаться через край стены и падать к их подножию. На них, значительно ослабленных или окончательно обездвиженных после падения, набрасывались люди с кувалдами и крушили изобретения Скрёбышей ещё больше…
Хайнс и Тракеций приказывали защищать титанов в первую очередь. Кто бы мог подумать, что подобный приказ прозвучит. И тогда на край стены взбежал личный титан Руция, самый первый, низкорослый, как и сам владелец, повреждённый от времени, многочисленных испытаний и ранних недоработок, но всё ещё более сильный и крепкий, чем любой из людей. Призрак Руция теперь управлял махиной изнутри, Мирелла тренировала его задолго до появления последней партии скрижалей, до того, как Паутину охватила война…
Титан Руций не стал дожидаться, когда и его попытаются стянуть вниз, он сам заскользил вниз по лестнице вниз головой, быстро перебирая руками, отчего она пугающе согнулась под его большим весом, но гибкое дерево выдержало, что нельзя было сказать о тех других, кто по ней в этот момент поднимался. Руций посбивал людей до самого низа, до особой утяжелённой платформы, к которой был прикреплён другой конец лестницы, чтобы её не так просто было столкнуть куда-нибудь вбок. Но титану хватило одного взмаха руки, чтобы попросту эту лестницу перерубить. Пока она с треском падала на войско Бедесорна, он уже принялся крушить черепушки окружавших его воинов.
Так он помог двум упавшим титанам. Оба были практически обездвижены, но им хватало сил намотать на руки сброшенные сверху цепи, чтобы на них их, искорёженных и избитых, заволокли обратно на стену Храма Наук. Ещё два падших титана были в отдалении и их уже били больше всего, несмотря непрекращающийся град стрел, сосредоточенный в основном в этих местах…
Руций рассудил, что лучше им поможет кто-нибудь другой, поскольку, вероятно, их ценность уже мало что значит при таком состоянии. Тем временем, расправляясь с врагами в рукопашном бою, он прикинул свои силы и понял, что может большее, намного большее. Его-то никто не уронил. Его-то не били кувалдами. Совершенно непонятно, как его остановят.
Поэтому Руций двинулся в атаку – прямиком в гущу войска – прямиком через все вражеские ряды, разбрасывая всех у себя на пути, точно злобных младенцев.
Он собирал величайший для одного воина урожай крови и мозгов, которые нёс на своём неживом теле.
Он оставлял после себя величайшую для одного воина гору трупов и раненных.
Он нёсся быстро, не позволяя чудакам с молотами догнать его, хотя тем самым они отступали от стен.
Он ломал уже менее прочные щиты и доспехи, поскольку всё сильнее углублялся в тыл.
Вот он рвёт пополам беззащитных лучников.
Вот он вырывает офицерские головы, точно страницы из книги.
Вот одной рукой ломает всадников вместе со скакунами.
Вот он пересекает огромное людское озеро и уже бежит через снежную долину один. За ним, не сильно торопясь умереть, начинают бежать те, кто по идее должен его остановить, но они не уверены в своих силах. И вообще многие бегут просто потому, что видели достаточно и предпочли быть казнены за дезертирство…
Вот по нему ударяют уже предольские лучники, ведь он на подходе к лагерю, к холмам…
Стрелы толком не причиняют вреда, но механизмы в груди титана уже угрожающе скрежещут.
Руций добирается до первой катапульты. Люди уже почти не нападают на него, просто пускаются наутёк. Он принимается крушить механизмы.
С одной катапультой покончено.
Он прикидывает – до требушета ближе, чем до осадных башен или другой катапульты.
Он несётся к требушету, и каждый шаг его – точно рекордный человеческий прыжок с разбега – он всё ближе и ближе, ни стрелы, ни копья его не могут остановить…
На него наваливаются какие-то безумцы, пытаясь взять в кольцо огромными осадными щитами. Он останавливается только, чтобы разобраться с напастью. Ломает одного, скручивает другого, отправляет в полёт третьего…
Но, пожалуй, зря замедлился, остановился.
Один ушлый воин подбирается сзади и набрасывает на голову титана Руция цепь в виде петли.
Затем звучит истошным криком команда «Стреляй!». Руция практически мгновенно подхватывают как снаряд и запускают обратно в сторону Храма Наук. Но перед этим он, ужасно быстро вращаясь вокруг разматывающегося столба требушета, очерчивает широкий круг по земле вокруг орудия, отправив в призрачный мир ещё человек пятнадцать ублюдков, которые думали, что маги их здесь не достанут…
Руций с воем торжества и хохотом летит обратно в Храм Наук. Врезается в верхнюю часть внешней стены, откуда тело титана извлечь будет очень непросто. Покидает его призраком и говорит Тракецию:
- Этот своё отслужил. Хлам теперь. Даже можно не смотреть состояние, проще нового создать.

Скрытый текст - 12.06:
Несмотря на мощный отпор оставшихся титанов, в этот раз атакующих лезло на стены намного больше. Они всё чаще вступали в схватку уже не с титанами, а с людьми, к тому же Скрёбыши отводили титанов подальше от края стены, потому что атакующие тащили с собой цепи, собираясь утянуть титанов в обрыв, где либо тяжёлое падение, либо тяжёлые молоты довершат начатое. Слишком ценные объекты эти титаны, Храм Наук не мог от них так легко отказаться, а осталось их слишком мало.
Людей было тоже не много, особенно на фоне впечатляющего войска Бедесорна. Но они, как ни странно, сражались порой даже лучше отлично снаряжённых, полных сил и закованных в лучшую броню противников. Защитники крепости просто изголодались в ожидании бойни, в ожидании смерти, устали смотреть на гибель товарищей, да и просто были обозлены своей судьбой – кому охота умирать в осаде по самым непонятным причинам? Была объявлена война любым магам? Да вроде нет. Тогда чего эти ублюдки лезли на стены! Ничего не оставалось, как не просто бороться за выживание, а проучить недоумков по полной! Сбросить их изуродованные трупы с внешней стороны стены, чтобы другим неповадно было кидать с оружием на несправедливо осуждённых!
Так уж вышло, что даже Вендр замешкался, и ему с двух сторон перекрыли отступление со стены вражеские солдаты. Прыгать с высоты четвёртого этажа во внутренний двор ему очень не хотелось, он предпочитал спускаться по винтовым лестницам в башнях, прилегающих к стенам. Но теперь с одной стороны велась схватка нескольких бойцов-храмовников и нападающими бедесорнцами, а с другой – защитников, включая двух молодых теневиков, уже перерезали двое солдат с синими плащами – и теперь один из них ринулся прямо на Вендра, вздымая окровавленный меч, не столько ради грамотного удара, сколько с пафосом, торжеством и безумием какого-нибудь палача, уверенного в своих силах и своей неубиенности.
Вендр склонился к зубьям стены, там, где более глубокая тень, и нырнул вдоль неё, по направлению к противнику. Вздыбившаяся тень окутала его, точно он кинулся в незаметную нору. Болван, закованный в железо, с угасающим боевым криком затормозил, начал глупо озираться. Вендр возник между ним и зубцами стены. Секунду колебался. Противник не успевал его заметить, потому что смотрел в сторону, а его шлем с тонкими прорезями сильно ограничивал обзор. Стоит отметить, что у Вендра был легчайший кожаный доспех, который, наверное, даже от комара не защитит.
Вендр не спешил. Сперва он хотел просто столкнуть противника во внутренний двор, но потом быстро озирнулся в обе стороны, понял, что остальные враги вот-вот тоже ринуться к нему, уже с двух сторон, потому не стал больше мешкать и изо всех сил навалился на ублюдка и начал падать вместе с ним.
Не лучшая идея, успел подумать Вендр, пока рассекал воздух верхом на металлической глыбе.
Посадка, конечно, вышла не из мягких, но Вендру хотелось верить, что противнику досталось больше. Вендр получил несколько ушибов и порезов, возможно, сломал ребро и немного вывихнул руку. Он невольно откатился, сплёвывая кровь. Вроде бы зубы на месте. Но прикусил губу и язык. Не страшно.
Противники наверху потеряли интерес к упавшим и продолжили бороться с храмовниками. А вот приземлившийся вместе с Вендром солдат, похоже, всё ещё был боеспособен. Тяжело постанывая, мало что видя и понимая, он начал подниматься и вслепую нащупывать в снег выроненный при ударе о землю меч.
Но его уже держал Вендр. Боец из него был не ахти, особенно с таким крупным оружием, ещё с ножами он что-нибудь да умел, магия тени позволяла, но для такого же мастерства во владении теневым мечом – нужно было значительно больше сил и времени на подготовку. Вендр не стал терять время и начал бить рыцаря, как уж получалось простой силой.
Какое-то время это глупое занятие напоминало тренировку с затупленными мечами, когда сражаешься с товарищами, и все знают, понимают и чувствуют, что серьёзное ранение здесь не получить. Но меч так часто ударял в самые разные части полного доспеха, что случайным образом отыскал уязвимые места – то кости ломал бедесорнцу, то кровь начинала тень. Обессиленный противник всё время пытался встать, но снова падал. После серии особенно сильных ударов по шлему, он рухнул, совершенно обездвиженный. Вендр не знал – умер он или нет – не стал добивать, бросил меч и воззрился на свои ушибленные трясущиеся руки. В голове ужасно гудело.
К гхаргам эту битву, думал Вендр. Я выше этого. Я цинадский шпион, уж кто-кто, а я не должен умереть. Нужно уходить. Нужно прятаться. Нужно найти чёртов портальный камень! Проклятье, я не знаю, как это сделать! Нужно в лазарет. Боги, Сеймаск… Я не могу больше ждать, они штурмуют стены. Мне придётся убить Сеймаска, извлечь его призрака… Он должен… Он обязан сообщить имя воровки!


Скрытый текст - 13.06 - 8000 знаков:
В лазарете Вендр в очередной раз с сожалением промолчал о том, что Несс стоило бы уйти в какое-нибудь другое место, а не сидеть днями в палате с Сеймаском. Но такие слова были в такой час совершенно неуместны. Девушка испуганно вздрагивала от частых грохотов вверху, на стенах замках, сжималась в комок, совсем забилась в угол палаты, прижимала к себе не менее пугливую рысь, которая вдобавок басисто беспрерывно рычала.
Куда она пойдёт? Остальные палаты битком набиты. Хотелось бы верить, что она выбрала именно эту не потому что Сеймаск даже в своём помятом и опухшем виде ещё мог сойти за былого красавчика, который так легко завоёвывал сердца малолеток.
Нет времени, напоминал себе Вендр. Совершенно нет времени на всю эту чушь. Я единственный, кто может покинуть Храм Наук. Тихо, незаметно, мгновенно и насовсем. К тому же я Хранитель Слова, поэтому попасть прямиком в Цинаду – самый правильный и надёжный план, единственно верный, с какой стороны не посмотри. Знание выживет. Я выживу. Это не моя война, мне нужно убираться отсюда, а камень… Сеймаск расскажет мне, кто его девица, хочет он этого или нет. Пора просыпаться, лежебока.
Быть может, в Цинаде разрешат раскрыть тайну портального камня остальным Хранителям, и таким образом они все туда переберутся. Но вряд ли это будет допустимо – это подставит под удар всю шпионскую сеть.
- Я думала, ты сражаешься на стене, - сказала Несс.
- Так и было, пока я с неё не упал. – В подтверждение своих слов Вендр захромал пуще прежнего, баюкая ушибленные руки. – Хватит с меня.
Впрочем его побитое лицо должно было говорить само за себя. Он склонился над Сеймаском.
- Этот адепт света… Он очень близок тебе, это заметно…
Вендр взглянул на ученицу. Шпион без особого труда поборол гримасу отвращения.
- Мы друзья. А ещё мне сейчас нужна информация, которой он владел.
Вендр подумал, что дурочка могла бы ему помочь. Всё-таки в последнее время она проводила здесь больше времени, чем он.
- Он что-нибудь бормотал во сне?
- Во… сне?
- Называл кого-нибудь по имени? Хоть что-нибудь?
- Нет, вроде нет. Стонал иногда, особенно когда Окка и другие сдвигали его, чтобы сменить подстилку… Ему очень больно, хотя он в каком-то подобии сна… Думаешь, он видит сны?
- Кто-нибудь к нему приходил ещё?
- Что? А. Ну, не знаю. Ученики, ученицы. Только у них есть время, учителя все на стенах…
- Девушка. Он мог встречаться с такой, с молодой, с ученицей. Замечала подобную? – Вендр сильно нервничал от того, что вражеское войско уже было на пороге, и время интриг прошло – он готов уже был выпалить всё самым прямым текстом, лишь бы эта дурочка соображала быстрее.
- С ученицей? – удивлённо округлила глаза Несс. Озадачено посмотрела на Сеймаска.
- Да. У меня нет времени на любовные дрязги. Я знаю, что он не святой. Мне нужно узнать, кто она, чтобы забрать у неё кое-что, принадлежащее мне. Они меня обчистили, пока мы сидели в башне. Возможно, только она. Она – воровка.
- Вот как… - Несс испуганно размышляла. – Но я ничего такого не…
Вендр закатил глаза. Он молил богов, чтобы это не оказалось какой-нибудь женской солидарностью. Деваха вроде Несс в этом скучном подземелье могла бы заметить что-нибудь подозрительное. Подозрительное поведение гостя, например. Да и особые чувства от кого-то по отношению к жертве могла уловить лучше мужчины на её месте.
- Не помню. Не знаю. Мне кажется, что ничего такого не было. Никто не задерживался и подолгу не торчал у кровати, в любви не признавался…
- Сосредоточься, - сказал он. – Боги… Ладно, совсем нет времени. Придётся самому… Мне нужно имя. Срочно. Стены скоро падут, и кто знает, чем это завершится. Да и он вряд ли желал бы такой жизни – быть на век прикованным к кровати. Боги, он, может, уже никогда не придёт в себя. А мне нужен его дух, его рассудок, который сам всё расскажет… Сеймаск меня поймёт…
Вендр утёр пот со лба, ещё какие-то мгновения поколебался, затем ловко сплёл длинную иглу из тени. Укрепил её до такой степени, пока размышлял о правильности своего поступка, что можно было такой иглой сразить в мозг даже быка.
- Подожди, Вендр! Не нужно! Ты не в себе! – залепетала Несс, подскакивая.
Вендр не обращал на деваху внимания. Но когда снаружи снова прогремело от попадания снаряда катапульты, а с потолка подземелья при этом посыпались каменные крошки, адепт тени решил, что тянуть больше нельзя.
Он вонзил иглу как можно глубже в ухо друга. Вскоре её остриё проткнуло кожу под другим ухом. Кровь быстро перекрасила постель в красные тона. Сеймаск пару раз прерывисто вдохнул, и тяжело выдохнул. Умер.
Несс тихо и жалостливо причитала, рысь, громко рыча, спряталась под стол.
Из тела Сеймаска поднялся его дух.
Но он ничего не помнил. Ничего не понимал. Не соображал.
Просто глупо висел в воздухе, как призрак умалишённого, как призрак младенца, как призрак в поздней стадии искажения или проживший больше двух тысяч лет, сменивший житие на стагнацию…
- Всё-таки испортился призрак, - покачал головой Вендр. – Надо было раньше освободить его от этих оков. Ничего, нужно показать его Мирелле. Возможно, она сможет ему хотя бы временно вправить мозги.
Он попросил одного из призраков сопроводить Сеймаска под руку на стену. Медлить было нельзя. Вендр соврал Окке и остальным в лазарете, что это дело военной срочности и важности.
Мирелла и Хайнс находились на стене над воротами. Первая помогала призракам, а Хайнс мановением руки останавливал время в разных областях неохватного взглядом войска, и тогда храмовы лучники сосредотачивали стрельбу по замершим фигурам, не способным вовремя поднять щит. Ещё Хайнс останавливал или попросту очень сильно замедлял дождь вражеских стрел.
Несколькими выкриками Вендру удалось привлечь внимание Миреллы.
- Ты в порядке? Я слышала, что ты упал со стены. Атаку на той стороне едва сдержали титаны…
- Я в порядке. Есть срочное дело. Нужна важная информация, которая всех нас может спасти. Она в голове у этого призрака – Сеймаска. Он только что скончался в лазарете. Но, как видите, он совсем истукан… Можно ему вправить ум на место?
- Даже если бы у меня было время… - щурилась Мирелла, рассматривая призрака. – Ничего не выйдет. Странный случай. Паутина мыслительных каналов почти полностью уничтожена. Что-то разрушило её, будто старческая болезнь или какой-то препарат… Очень странно, учитывая, как он повредился. Он ведь рухнул с башни?
Вендр ещё какое-то время пытался уговорить Миреллу, но вскоре понял, что она не пытается его обмануть, а действительно ничего не может поделать. Это не укладывалось в голове.
Далее последовали вопросы о том, что такого знал Сеймаск, что могло бы им помочь. Вендр отказался отвечать.
- Лучше займись той частью стены, - сказала Мирелла и вернулась к битве.
- Ага, - сказал Вендр, но поспешил обратно в лазарет.
Там на него набросилась с руганью Окка, узнавшая о том, что он добил Сеймаска.
- Он не хотел такой жизни! Я его лучший друг, я точно знаю! – оправдывался Вендр, но слова тонули в её криках. Никогда он не видел целительницу настолько взбешённой.
Он остановил перебранку тем, что объяснил про исчезающую паутину мыслительных каналов. Окка тоже изучила овоща-призрака, ещё немного поругалась на Вендра. Затем она осмотрела тело мертвеца и нашла кое-что подозрительное.
Странный порез на плече с сильным почернением вокруг. Среди порезов и ушибов после падения с башни его можно было не заметить, но при внимательном осмотре именно порезов – становилось ясно, что этот сильно выделяется.
Позвали мастера ядов.
- Да, похоже его резанули отравленным кинжалом. Яд действовал таким образом, что вызывал сильнейшее отупение при длительном воздействии на мозг. Призрак тоже испорчен, всё, с концами. При заражении человек начинал бы себя странно вести, и целители бы сразу проверили симптомы, могли бы успеть помочь, остановить действие вещества в крови. Но он несколько дней пролежал здесь без сознания и ничем эти симптомы не выдавал. У меня как раз недавно пропала одна такая шклянка… Не думал, что в Храме Наук кому-то подобное понадобится.
Обнаружил он пропажу, конечно. Вендр хватался за голову, но не знал, что сказать. Мастер ядов был очень предприимчивым, приторговывал по-тихому самой разной дурью. Это знали многие, не нужны были даже теневые щупальца.
Вендр и Окка снова обратились к Несс:
- Ты точно ничего не видела? Кто-нибудь из визитёров мог незаметно резануть его…
- Нет-нет, - плаксиво отрицала Несс. – Я очень хочу вам помочь. Но ничего такого не припомню… Не знаю… Может, я плохо смотрела…
Неудивительно, что тихий убийца обдурил эту слепую курицу. Вендр в отчаянии сжимал своё лицо. Если бы не битва, он бы обратился к Хайнсу за помощью, выложил бы часть правды, подняли бы на уши весь Храм Наук, совместными усилиями искали бы камень… Но сейчас уже ни на что не остаётся времени.
И действительно.
Призраки-разведчики принесли неутешительные вести.
Армия Бедесорна на время отступила. Но только лишь для перегруппировки.
Теперь объединённое войско Бедесорна и Предола собиралось в последний раз штурмовать Храм Наук всеми силами, чтобы поставить, наконец, точку в этом затянувшемся вопросе.
Осадные башни уже были готовы и довольно шустро ползли к стенам крепости…
Вражеские кузнецы и маги долгое время подбирали идеальную комбинацию плодов своего труда, и наконец их усилия увенчались успехом. Лучшим солдатам – почти каждому двадцатому - выдали зачарованное оружие, способное пробивать титановую броню толщиной в осадный щит практически с одного удара… Молоты, секиры, копья, даже стрелы этих воинов светились фиолетовым цветом…
А защитников после последней атаки в живых осталось на стенах уже всего ничего…

конец этой корявки, этого куска №5, потом всё буду править.
Ответить с цитированием