Показать сообщение отдельно
  #18  
Старый 10.03.2017, 23:47
Аватар для Vasex
я модератор, а нигвен нет!
 
Регистрация: 20.02.2007
Сообщений: 9,139
Репутация: 1525 [+/-]
Отправить Skype™ сообщение для Vasex
Коряво. Будет значительно редактироваться и дополняться.
Скрытый текст - 5:
- Это было мерзко!
- Полностью с тобой согласна, Муна! Эта пустозвонка испортила всё настроение и попросту отравила мои воспоминания. Ты слышала, что её душонка пела? Мерзость!
- Нет! Это было мерзко с вашей стороны так издеваться над бедной девочкой!
- Ну, кому-то нужно было указать ей, где её место. А то, глядишь, всеми нами распоряжалась бы, как слугами. Впрочем, тебя она уже околдовала. Наивность и наглость – опасная смесь для одного варева, опасная…
- Провались ты к чёрту, Мирелла! Бездушная горгулья!
- Нет-нет! Не надо провалиться! – запищал Дрог.
Они вышли во двор, и Муна полетела быстрее, чтобы уйти подальше от Миреллы. Путь лежал у них в одну сторону – в мастерскую братьев Скрёбышей.
Миреллу всегда подобное веселило, но в этот раз она решила не спешить, к тому же с её хромотой лишних передышек не бывало, поэтому остановилась у тренировочного плаца для храмовников. Площадка всегда была ровно очищена от снега; на ней и днём, и ночью маршировали, занимались физическими упражнениями, отрабатывали боевые приёмы немногочисленные солдаты. Сейчас они орудовали копьями – тупые учебные наконечники гремели о щиты. В беседке на краю плаца обычно сидел Сутум – командир храмовников. К нему Мирелла и направилась.
- Честь! – опустил голову в полупоклоне Сутум, не вставая со скамьи подле печи, к которой также был пристроен внушительных размеров самовар. С густой бороды посыпался снег. Сегодня предводитель храмовников был без брони, просто в тёплой одежде; недавно в Храме Наук гостила влиятельная цинадка, поэтому в крепости всё это время действовало что-то вроде боевой тревоги. Сутум, как видно, устал изображать бурную деятельность на плацу в полном тяжёлом доспехе, поэтому теперь, уже всю неделю после отъезда цинадки, никого не спросив и не уведомив, сам себе разрешил самый лёгкий вариант формы. Впрочем, воевать Храм Наук ни с кем не собирался, а Хайнса дела цинадских стражников у подножья цитадели совсем не волновали. Как и всех прочих.
- Мирелла! – в своей обычной манере загромыхал Сутум. – Вы пришли проверить боеготовность моих людей? Или хотите проверить боеготовность их душ? Все медитации проходят согласно вашим указаниям, мои ребята готовы и телом, и разумом! Или же вы готовы поделиться с нами новыми премудростями?
Жаль, не получится так легко поговорить напрямую с душой Сутума, как с той девчонкой, подумала Мирелла. Хотелось бы знать, хитрючие эти глазища или всё же язык правду лопочет? Эх, этот мир полнится книгами, которые можно было открыть лишь раз, а теперь они навсегда закрыты.
- Я попрошу освободить эту площадку к ночи, когда тортиглии подохнут и в Храме скомандуют отбой. Я получила весточку от Ороны и Руция: они уже прибыли в Венозенг, вот-вот будут представлять титанов Лорду Пауку. Если всё пройдёт, как надо, и одобрят новую партию, у нас будет мало времени на обучение и разработку. Нужно будет тренировать призраков чаще, сегодня и начнём.
- Как будет велено, Мирелла, - ещё раз поклонился Сутум.

Наспех возведённая только из-за нехватки рабочего места в излишне вычурных хоромах Храма наук, на фоне тёмных однотипных дворовых построек – складов, казарм, домиков прислужников - мастерская братьев Скрёбышей казалась неуместной трущобой, зданием под снос, не иначе. Какие великие мастера могли обитать под этой ужасно спроектированной крышей? Словно опасная глыба льда, за которой своевременно не доглядели, она нависла всей этой гигантской снежной шапкой и криво уложенными брёвнами, скорее над улицей, чем над самим зданием, прямо над входом, норовя обрушиться на подошедших слишком близко.
Муну физические опасности не волновали, она в нетерпении летела к затенённому и непримечательному фасаду.
Внутри царил всегда поражающий и вместе с тем такой родной и привычный хаос. Мебель не на своих местах, точно ураган прошёл; страшный бардак из слесарных инструментов, каких-то невообразимых доспехов, грязной посуды, предметов одежды, чертежей. Местами всё покрылось серой пылью и будто потеряло краски от времени и бездействия, а кое-где виднелись недавние оазисы – признаки пребывания людского: горящая свеча возле раскрытых книг, ещё горячий чай возле окна, покрытого морозными узорами, свежие блестящие краски на палитре подле мольберта. И всё верхом на ковре опилок, титановой стружки и объедков. А ведь тут совсем недавно была цинадская проверка, тут почти каждый день бывает Хайнс и другие не последние маги Храма Наук!
Ещё Муну встречали изваяния из горных руд, люди-статуи, такие знакомые, но всё такие же неживые. Многие в разных позах, но большинство выровнены по скучной солдатской стойке; кто-то недоделан, кто-то испорчен, а кто-то использовался как вешалка для всего подряд.
Эта неподвижность человеческих силуэтов, подумала Муна, страшит, как если увидеть мертвеца, который каким-то чудом держится на ногах. Да уж, и после смерти смерть всё ещё страшит.
Муна нашла Тракеция Скрёбыша в его самом личном кабинете – где тоже царил творческий беспорядок, но более художественный: всюду были разбросаны и развешаны рисунки конструкций, частей человеческих тел. Из двух братьев-изобретателей – этот был выдумщиком, а Руций Скрёбыш – воплотителем. Человек искусства и человек дела.
- Муна! – обрадовался Тракеций, отбросил дела, зачем-то вытер руки о грязную одежду, добавив на неё новых красок, и бросился девице навстречу.
Привидение захихикало, заключило его в объятья и прошло насквозь. Они развернулись вновь лицом друг к другу, очень точно наученным приёмом сблизились губами и будто бы поцеловались.
- Соскучился по своей музе?
- Ещё бы! Места себе в последние дни не нахожу. Рисую, как сумасшедший. Так вот переношу одиночество. С кем угодно, хоть с призраками двух бывших тёщ, но с самим собой ужиться не могу! Ещё брат уехал в Венозенг.
- На аудиенцию с Лордом Пауком? Так у вас дела идут в гору!
- Ещё неясно, конечно, ждём новостей… Но! – Он поднял указательный палец вверх и хитро улыбнулся. – У меня есть, чем тебя порадовать! Не только у нас дела идут в гору, но и у тебя!
- Да ладно… - Муна взмыла вверх, проходя сквозь потолок на второй этаж мастерской, а Тракеций со смехом побежал к винтовой лестнице, чтобы успеть и ничего не упустить – ни одной эмоции.
Вверху стояла двуспальная кровать Тракеция. Здесь стены были увешаны изображениями лишь одного человека – молодой девушки. Портреты с различных ракурсов, все оголённые части тела…
Как жаль, что не могу плакать по-настоящему, подумала Муна, растроганно скривившись, при этом стараясь не погасить улыбку. В её призрачном воплощении на лице блестели слёзы, но, конечно, они тоже были призрачными.
- Вы… о, боги… вы всё-таки делаете это… - с трудом промямлила она.
- Да, настала твоя очередь, и Окка уже нанесла покров из плоти и волос… Ну как нанесла… Скорее вырастила…
Казалось, что на кровати лежит статуя из тёмного камня в виде обнажённой девушки. Её грудь, шею и правую половину головы покрывала кожа. Были также ресницы, брови и немного светлых волос на голове.
- Смотрится намного естественнее, чем у других, - шептал Тракеций. – Конечно, мы только начали, ещё многое предстоит сделать…
- Тракеций… - сказала Муна. – Это будет лучший подарок… лучший подарок… В моей жизни и в моей смерти…
Она погрузилась в статую, идеально совпадающую с ней по всем формам и размерам. Оставила снаружи только губы. Тракеций обнял её, прижался крепко-крепко.
- Ты хотела быть вечно молодой. Ты не хотела обрести бессмертие призраком-старухой. Ты подарила себе вечную молодость…
- Да…
- Но она иллюзорна…
- Да…
- Я подарю тебе настоящую вечную молодость.
Муна прошла глазами сквозь закрытые глаза статуи и посмотрела на самую большую картину, которую Тракеций даже поместил в раму, как настоящее произведение искусства.
На ней была изображена статуя в её готовом виде. Когда Муна станет ею управлять.
Тракеций и Муна во плоти на своей будущей брачной церемонии...


Глава 3: Прибытие в Венозенг
Скрытый текст - 6:
Руций и Орона прибыли в Венозенг на Третий Пик Заката. Тортиглии посерели от старости, но им предстояло жить ещё четверть цикла, так что по цинадским меркам - вечерело. Локоны Рашмы почти не показывались из-за Грандуа, тени разжирели, но огромный город не погрузился во тьму, наоборот - он сверкал огнями, как грандиозный торт на королевском пиршестве: разноцветные лампы постоянно освещали город – чтобы и подворотни не пугали, и призраков видно было.
Только угощенье вышло сильно ассиметричным. Часть городской стены, окружавшей город, вздымалась выше большинства домов и втрое выше противоположной дуги. В итоге стены выглядели изрядно косыми, но их плавный переход, декоративность флагами Цинады, Скорлупы и прочего Междумирья, а также освещённость разноцветными магическими светильниками создавали вид, что так и надо. На самом деле так Венозенг прятался от пагубного влияния Рашмы-Никогда-Не-Заходящего на случай, если бы тот показался из-за гор в какой-то период своего не самого предсказуемого жизненного пути. Тогда бы город оставался в тени.
В ясном небе над зданиями кружил колоссальный серо-зелёный вихрь из призраков. Сильно высоко они не забирались, стараясь сильно не попадать под солнечные лучи. Однако по одному направлению спирали они взбирались, чтобы зачерпнуть немного энергии, дабы не угаснуть, а по другой спирали спускались в город. Движение регулировалось на некоем давно выработанном или инстинктивном уровне. Внутри вихря беспрерывно галдели призраки, обсуждали новости, спорили, готовили указы…
Руций не раз бывал здесь по работе и досугу. Любовью к парадоксально тесным широким улицам, обилию окаменелых и призраков он давно уже не страдал. А вот цинадка впервые добралась до столицы Скорлупы и реагировала на всё увиденное, как типичный иноземец.
- Легендарные Кривые Стены! Окаменелые на крышах! Призрачное Правление! И Лорд Паук, как главная достопримечательность города! Независимо от исхода встречи, для меня поездка удалась!
- Разве вы не останавливались в Венозенге по пути из Цинады в Храм Наук? Обычно так все поступают - основная дорога проходит как раз через столицу.
- Нет, это ведь не прямой маршрут до Храма. Мой путь в основном лежал у подножья Грандуа. Спокойная поездка, тихие маленькие городки и деревушки.
- Основные торговые маршруты намного безопаснее.
Она улыбнулась и промолчала. Руций подумал, что цинадка либо что-то не договаривает, либо очень уж торопилась попасть в Храм Наук, раз мчалась напрямую по узким сельским тропам.
В городских воротах стража в тёмной кожаной броне проверяла каждого въезжающего, расспрашивали о целях визита, проверяли багаж. Орону особенно удивило, что проверяли количество золота. Руций пояснил чужестранке, что Венозенг боролся с количеством нищих и попрошаек, коих в городе хватало с избытком.
- В других городах Скорлупы могут не пустить в город, если нечем позолотить лапу стражникам или не хватает хотя бы на один приём пищи в таверне. Часто можно увидеть под городскими стенами попрошаек. А в Венозенге нужно значительно больше денег, поэтому снаружи стен попрошаек не видно – такую сумму так просто не накопишь. У вас золота достаточно?
- Порядком, я же из Цинады.
А вот с их попутчиком – третьим членом команды – возникли сложности.
- А с ним-то что? – пробасил стражник, указывая на голема Эолина. Несмотря на вполне человеческий вид, тот выглядел странно, поскольку одет был явно не по погоде, но холода будто не испытывал в своём дорогостоящем балахоне. Кроме того, двигался дёрганно, словно накурился дурман-травой или ещё чем. А ещё не проявлял никаких эмоций, больно задевал прохожих плечами и вообще не произносил ни звука. Даже не моргал.
- Долгая история, - покачал головой Руций. - Его деньги у меня, он под моей опекой.
- Знакомая рожа у этого болвана. Так что с ним? Болезнь какая-то? – Лицо стражника скукожилось от отвращения.
- Да, да, она самая… Как и все – прибыл в Венозенг умирать! - Руций взял Эолина за плечо и толкнул вперёд. Стражник ещё долго смотрел им вслед и приговаривал, что где-то этого парня точно видел.
- Вот увлекался бы Лорд Паук в этом веке женщинами, как в былые времена, тогда бы стражник точно узнал королевну! - хихикнула Орона.
- Да кто всех этих любовников Паука упомнит! – ворчал Руций. – Меняет их каждый почти каждый цинадский год! А иногда и каждый день!
Заключённая в высокие отвесные берега из тёмного камня, что препятствовало затоплению в относительно тёплый Пятый Пик Рассвета, река Вено пересекала город в виде прямого канала. Улицы и дома были выполнены из тёмного кирпича, тёмных плит, а особенно дорогие особняки – из редкого тёмного дерева, прочного, как железо. На улицах, как обычно, не протолкнуться – толпы приезжих, фанатиков Лорда Паука и Призрачного Правления, представители всех гильдий и миров, но в основной своей массе – старики и старухи, приехавшие в Венозенг умирать, чтобы обрести бессмертие в виде призраков.
Крыши заканчивались либо высокими остроконечными шпилями, либо открытыми площадками, на которых замерли изваяния окаменелых – люди перед смертью поднимали руки вверх, будто тянулись к небу. Так их и превращали в камень. Существовало несколько версий этой традиции, Руций уже не помнил, какие из них ближе всего к истине. Такой способ «захоронения» уже почти не практиковался, потому что места в Венозенге оставалось совсем мало. Правда, знатным особам это было не помехой – всегда находили незанятый уголок или обеспечивали себе оный, нагло уничтожая статуи давно пропавших призраков.
Орона без устали осматривалась по сторонам, совала нос в каждую захудалую торговую лавку, тянулась к центру города, работая в тесной толпе локтями, как опытный поводырь, приставленный к беспомощному Руцию. Даже бездушный голем Эолина не рассекал людской поток так ловко, скорее бесконечно бился о скалы. Вскоре Руций вспомнил, что в Цинаде давки на улицах ничем не уступали здешним.
- А цены, цены! – цокала язычком Орона. – Правду говорят, что Венозенг – самый дорогой город в Междумирье.
- Да, здесь проживать мало кому по карману. В первую очередь из-за цен за жильё. Как и во всей Скорлупе. Клочок земли маленький, а стремятся сюда изо всех миров. Увидеть Венозенг и умереть!
Многие проживали прямо на улицах. Городская стража, конечно, боролась с бездомными, но некоторые палаточные лагеря и шалаши они почему-то не разрушали. Возможно, у этих нищих существовали какие-то договорённости с городским управлением. Город был страшно перенаселён: здесь, как и в Цинаде, использовались подземные трубы, чтобы выводить нечистоты, но всё равно страшно воняло. Кроме того, через отдельные улицы и ворота постоянно вывозили тела новоиспечённых покойников. Методик захоронения существовало много – большинство проводилось вдали от города.
От королевского дворца зевак отгоняли. Мало кто удостаивался аудиенции Его Величества. Однако все знали, что Лорд Паук любит выходить к людям, устраивать небольшие представления, доказывая свою неуязвимость, прогуливаться по городу и окрестностям от скуки. Желающие поглазеть на бывшего Стража Врат – расходились после этого удовлетворёнными. Но Руций никак не ожидал, что его, простого мастера из Храма Наук, подпустят к этому мировому чуду ещё ближе…
Взобравшись по многочисленным ступенькам очень длинной, но отлогой лестницы, они добрались до парадного входа во дворец.
- Эти ступени… сколько раз он сходил и восходил по ним? Быть может, даже босиком?
Ага, с ухмылкой подумал Руций, быть может, пометил здесь уже каждый камень за сотни лет жизни. Всем, чем только мог придумать.
Стражники пропустили Руция, Орону и голема Эолина внутрь без долгих расспросов. Для мира, где за точным временем никто не следит, встречи с королём всё равно носили заранее многократно спланированный и оговоренный характер.
- Покои Лорда Паука… - шептала Орона.
Нет, думал Руций, это лишь нескончаемые коридоры и какие-то залы ожидания для гостей – и всё с приступом гигантизма: камины, диваны, шторы, статуи и фонтаны – всё как минимум длиной или всем размером с малый сельский дом. Хотя, конечно, отделку поручали лучшим мастерам, и баснословные деньги обрушили на убранство. Какая ткань ковров! Подсвечники из серебра, ручки дверей из золота! Знаковые места наполнялись магическими благовониями и не просто так – а чтобы настроить на нужный лад. Например, в зале с флагами, вымпелами и штандартами былых воинств, государств и других миров ощущался жар, пыль, запахи ярмарки и будто бы крови, но это вызывало не тошноту, а скорее голод, так было задумано; а там, где хранились картины и находки на тему покорения Грандуа – дышать было слишком холодно, но это почему-то приливало новые силы, открывало второе дыхание – точно ты сам, а не Лорд Паук, усмехался с вершины Кхекса – самой высокой точки горной цепи.
Руций в тревоге задумался. А что если голем случайно что-нибудь испортит? Хватит ли у Храма Наук денег, чтобы расплатиться? Впрочем, в конце концов, за всё платила Цинада.
- Тронный Зал Лорда Паука… - шептала Орона.
Внушает, подумал Руций. Но лишь размером. Чем не центральная городская площадь, накрытая шатром из камня? Вот только камушком до такого потолка не добросишь. Порой казалось, что нигде в Скорлупе, кроме Грандуа такой высоты воочию не увидишь– любая подобная высота должна была встречать восход Рашмы… Но ведь снаружи купол дворца не был залит светом… Секрет здесь был в том, что гости дворца не замечали, что длинные коридоры после лестницы на входе, ведущие к Тронному Залу, шли под небольшим углом вниз – так посетители постепенно спускались под город, любуясь торжественным убранством покоев.
- Вечный Трон… - шептала Орона.
Да, подумал Руций. Конечно, это кресло с обыкновенной подушкой под задницу и мягкими подлокотниками ничего особенного в себе не таило, разве что приковывала взгляд его высочайшая каменная спинка, уходящая куда-то в неразборчивую тень под своды потолка в центре зала.
- Как много здесь вещей, намекающих на бесконечность, - восхищалась Орона по пути к Вечному Трону и группе людей возле него. - Даже эти свечи повсюду… Поговаривают, что они никогда не уменьшаются и не гаснут. Ничего особенного, слуги подпитывают магией, наверное… Зато какой эффект, какой символизм!
- А у нас в домах одни тортиглии, - усмехнулся Руций через силу. В этом до того гигантском зале, что приходилось напрягаться, чтобы осознать его, даже если напрямую наблюдаешь его, становилось не до шуток. Все слова казались мелочными и неуместными подробностями из никчемных людских жизней, коим тут не место.
Руций выдохнул, смахивая пот, мотая головой и не веря, что это происходит наяву.
У Лорда Паука личной стражи было много, как и у любого монарха. Многие удивлялись этому, ведь короля-то убить нельзя, но вскоре до любого дурака доходило, что самая страшная для него участь – быть похищенным. Старый, как мир, и единственный недостаток вечной жизни: только бы она не превратилась в бесконечную пытку!
Лорд Паук – стройный и крепкий детина с виду среднего возраста в лёгкой, но явно очень дорогой одежде – что расписная рубаха, что усыпанные драгоценной пылью штаны - восседал на Вечном Троне в, мягко говоря, странной для короля позе: закинув одну ногу на подлокотник, а головой и руками перекинувшись через другой, лицом вверх. Когда Руций и Орона вошли в зал, Лорд Паук поднял голову и случайно клацнул зубами. Казалось, что его разбудили.
От стены за троном отделилась тень, подплыла к повелителю.
Это был тот самый Эолин – по его образу и подобию сделан был голем. Молодой здоровенный парень, пышные волосы цвета соломы, неугасающая улыбка.
- О-о, Паучок, ты даже представить себе не можешь, что эти ребята для тебя подготовили!
- А-а, мои гости из Цинады. Ну что ж, приветствую. Решили проведать, как идут дела в Скорлупе?
Призрак Эолин ещё до приезда цинадки какое-то время гостил и обучался у Миреллы в Храме Наук. Когда Руций и Орона, обременённые телесными оболочками, выехали в Венозенг, Эолин оставил своего голема и полетел на опережение – к своему возлюбленному – правителю Скорлупы.
- Приветствуем вас, о, Лорд Паук, - спокойно проговорила и очень низко поклонилась Орона, а Руций последовал её примеру. Голем остался стоять неподвижно. – По правде сказать, из Цинады здесь только я, Орона Голос-из-Стали, так меня зовут. А это мой спутник Руций Скрёбыш, он родом из Скорлупы. Из пятого сословия. Там мы и встретились, в Храме Наук у подножья Грандуа…
Руций посмотрел на неё с удивлением. В Храме Наук Орона представлялась по-другому.

- Приветствую вас, Хайнс! – весело и звонко говорила загорелая чужачка, укрываясь целой горой плащей и неуклюже соскакивая с телеги в глубокий снег. Тогда в горах разыгралась нешуточная метель, а цинадка, видимо, неправильно оценила погодные условия в этом мире. – Я Орона, из цинадской гильдии торговцев, Орона Серебринка! Ох! Я о вас столько читала, дорога была долгой-долгой! Я так рада наведаться в знаменитую академию магов Скорлупы!
- Академию? – спросил тогда глава Храма, усмехнувшись. – Знаменитую?
- Ну или кузню! Здесь ведь куются лучшие умы Скорлупы? – продолжала улыбаться она, невинно хлопая заснеженными ресницами.
- Проходите! Проходите в тепло! Идёмте, внутри поговорим! Мы вас заждались!

Теперь, в Венозенге, во дворце Лорда Паука, она выглядела даже выше ростом – вытянулась, расправила плечи, да и не казалась больше той хрупкой соломенной куклой в обмотках. А голос звучал с пугающей отчётливостью, уверенностью, холодностью и, как подумалось Руцию, с лёгкой надменностью, чего он никак не ожидал от Ороны:
- О, Лорд Паук. Мы хотим представить вам творение Руция и Тракеция Скрёбышей, двух братьев, мастеров, изобретателей. Они разработали механических людей, коих прозвали титанами, потому что те сделаны из титановой руды, добываемой по соседству в Грандуа. Руций, покажи им.
Руций хмуро посмотрел на неё, всё никак не мог примерить её новое имя к старому образу, да и что-то знакомое пробивалось через дебри памяти («Голос-из-Стали… Голос-из-Стали… Где же я это слышал?»), но в королевских покоях не время для утомительных раздумий и сомнений – он, как следует, отступил в сторону и приказал титану выступить вперёд. Тот среагировал, сделал тяжёлый шаг вперёд и представился:
- Титан Без Имени к вашим услугам, милорд или миледи.
- Так это не живой человек? – удивился Лорд Паук.
- Это лучше, чем какой-то человек из мяса и костей, - улыбнулась Орона. – Снаружи его покрыли плотью, ибо нечеловечий облик может напугать. Но внутри он точно камень. – Она протянула руку и постучала костяшками по лбу нелюдя. Гулкий звон отразился от стен. – Эти мастера, два брата, совершили чудо – они делают ходячие сосуды, полых големов. Титаны, конечно, могут разгуливать сами по себе, выполнять несложные поручения, они достаточно умны, обучены и ещё многому предстоит их обучить. В отличие от рабов, слуг и простых работников они не знают сна, не знают усталости, не испытывают голода, холода и прочих неудобств…
- Каменные зомби, паучок! – заговорил Эолин, продолжая потешно жестикулировать. - Так я их называю! Это как окаменелые, но наоборот. Камень внутри, кожа снаружи. Жуть!
Орона продолжала:
- Но самое интересное начинается, если поместить в них привидение, душу умершего… Эолин, покажи им. Наполни сей сосуд.
- О, паучок, ты сейчас просто упадёшь со своего смешного стула! – Призрак театрально поправил причёску, засучил рукава, размял пальцы, пока летел через зал к титану. Беззвучно погрузился в него. Следом за этим титан зашевелился, рассмеялся и выполнил ловкий танцевальный присест.
- Титан Эолин к вашим услугам, Ваше Многоножие.
- Быть не может! – воскликнул развеселившийся Лорд Паук, хлопнув в ладоши и изменив позу на троне. – День вновь обещал быть томным, но обманул меня. Выходит, призраки могут управлять этими… каменными… куклами?
- Да, конечная цель нашего… - подал голос Руций, но Орона перебила его.
- Одна из целей производства титанов – даровать призракам возможность возвращаться в материальный мир. Конечно, пока не в свои тела, а в такие, но даже это уже лучше, чем ничего.
- И что, каждый из призраков может запросто управлять титанами?
- Не совсем. Если вы попросите кого-нибудь из здешних привидений вселиться в титана, то у него не получится. Сначала нужно обучиться этому, процесс несложный и быстрый. Гораздо больше времени займёт так называемая «настройка».
Титан Эолина поднялся по ступенькам к трону. Завороженная охрана пришла в себя, взволнованно подалась вперёд, чтобы непонятные гости удерживали дистанцию, но Лорд Паук жестом остановил телохранителей, позволил кукле приблизиться.
Эолин мягко провёл пальцами по щеке властителя.
- Эолин… - проговорил тот, взволнованно глядя снизу и неуверенно мотая головой.
- Паучок… - ответил нелюдь улыбкой-оскалом.
- Дотроньтесь до его груди, - посоветовала Орона.
Эолин взял руку возлюбленного и поднёс её к своему торсу.
- У него… бьётся сердце?!
- Не совсем, - усмехнулась Орона. – Это работают механизмы. Или магия. Руций, поясни, пожалуйста.
Руций снова откашлялся и собрался с мыслями:
- Внутри титана – тысячи шестерёнок, очень сложный механизм. Титаны работают совсем недолго. Они заводятся ключами через незаметные отверстия. Когда заводишь, механизм работает, внутри всё поворачивается, стучит, отсюда и биение, будто сердце тюкает. Походит такой титан, порубит дрова, телеги потаскает, а потом замирает, будто заснул или помер, только остаётся на ногах, как окаменелый. Нужно снова заводить. Но есть другой способ, более эффективный: если в него вселяется призрак, то повторно заводить больше не надо. Крупиц призрачной энергии будет достаточно, чтобы поддерживать работу механизма очень долгое время. Можно сказать, вечность. Но скорее пока не сотрутся шестерёнки, тогда придётся заменять их. Но немало цинадских зим пройдёт к тому моменту.
- А в Храме Наук есть особые мастера, которые задают призракам этот особый темп биения. В итоге подготовленный неушедший может управлять лишь одним титаном. Его биение другим не подойдёт.
- Волшебно, просто волшебно! – Лорд Паук разгорячено ощупывал кожу титана.
Эолин повернулся к гостям:
- Думаю, вам стоит обождать в зале для гостей. Отдохните после долгого пути. Нам с Паучком нужно на какое-то время уединиться.
Руций немного замешкался, поэтому Орона пихнула его вбок. Они поклонились и заторопились к выходу, хотя любовники уже не обращали на них внимания.



Последний раз редактировалось Vasex; 06.07.2017 в 04:26.
Ответить с цитированием