Показать сообщение отдельно
  #5  
Старый 15.08.2016, 16:55
Аватар для Snerrir
Свой человек
 
Регистрация: 25.09.2014
Сообщений: 321
Репутация: 37 [+/-]
3

Скрытый текст - SPOILER:
Кувшин плюхнулся в воду и поплыл, пока требовательный рывок привязанной веревки не заставил зачерпнуть краем, разом потяжелеть и ухнуть вглубь колодца. Ханнок вытащил воду, перелил в смоленое берестяное ведерко, прицепил к уже полной товарке на коромысло и понес к лесенке, приставленной к той самой вразумляющей бочке.

Клац-клоц. Клац-клоц. Клац-клоц.

Цокот копыт по камню. Такой привычный звук для выросшего в крупном городе. Вот только теперь это были на лошадиные, а его собственные копыта. И осознание этого факта при ходьбе долбилось в голову постоянно, стоило лишь сделать шаг.

Клац-клоц. Клац-клоц. Клац-клоц.

Опять начала накатывать жуть. Зверолюд со свистом втянул воздух через сжатые зубы, затем сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, как учил Ньеч. Несколько полегчало. Ханнок вынужден был признать, что за прошедшие восьмидневки звероврач хорошо потрудился и ходить у него получалось уже неплохо. За все утро, когда на него взвалили задачу донаполнить бочку, упал он всего два раза, в первый раз расколошматив кувшины, куда как более удобные чем берестяные кульки. Впрочем, химер (он все же предпочитал этот вариант из предложенных) всерьез подозревал что под загадочными словами "это тебе для развития моторики" скрывалось не столько желание вождь-врача видеть бочку наполненной, а отработку - выполненной.

Клац-клоц.

Ханнок скрипнул клыками. Что-то сегодня осознание собственной зверскости было особенно невыносимым. А тут еще некстати налетел порыв ветра, заставив зашатавшегося химера инстинктивно распахнуть крылья. Удержаться на ногах получилось. А затем инстинкт отступил, и ему переклинило мозги, вновь заставив воспринимать крылья как лишние, торчащие из спины руки с туго натянутой между кошмарно длинными фалангами пальцев кожей. Жуть захлестнула.

Коромысло с плеском полетело на вымостку двора, зверолюд рухнул на колени рядом и обхватил когтистыми лапищами голову. Хотя и зарекался, но опять завыл. Рядом тут же оказались стража с Айваром. Ньеч с Сонни еще с утра по каким-то срочным делам умчались в приписанную к зверильне деревушку. И теперь Айвар на правах старшего князем расхаживал по двору, раздавая указы страже, повару, прачке и прочему персоналу. По большей части те его игнорировали, и скорее всего по возвращении огарка ученичку крепко влетит. Так что на айваров вопль "Обездвижь его, немедленно!" значительно более опытный страж-стрелок отреагировал лишь долгим взглядом, а копейщик без особой неприязни ткнул скулящего зверолюда древком. Оружие, впрочем, взяли на изготовку.

- Эй, особый случай, ты там часом ничего не отдавил? Хвост или еще чего? - спросил копейщик.

- Нет, - отвывшись, простонал приходящий в себя Ханнок.

- Тогда какого так вопишь?

- Тебе не понять!

- О. Ну да, конечно, я всего лишь пару сотен оборотней на своем веку повидал, не то что господин Тилив. Но вот кажется мне, что до сих пор не осознал, как тебе повезло.

- Чем же? - зло, но и в самом деле успокоившись, спросил химер.

- Разум, дубина ты рогатая. Память. Ты их сохранил. Почти все озверевшие здесь - нет.

- Лучше б я помер. Чем осознавать, чего потерял.

- Ты - идиот, - сплюнул копейшик, повернулся и пошел прочь, невзирая на прямой приказ Айвара.

- Его сын лечился здесь, в "Милости", - с некоторым сочувствием продолжил за него стрелок, зачехливший пенал со смазанными быстродействующим транквилизатором малыми дротиками, - Он знает, о чем говорит. А ты - нет. Эх ты... обормотень.

И ушел вслед за товарищем на пост, оставив успевшего подняться зверолюда наедине с картинно наставившим на него огнестрел Айваром. Тот слегка сморщил аристократичный нос с горбинкой и сказал не к месту:

- Давно ли вы мылись, пациент?

- Да вот только что, - огрызнулся облившийся при падении Ханнок, в отличие от начинающего звероврача все утро таскавший ведра и потому изрядно пропотевший. Учитывая обострившееся обоняние, для Ханнока доброй вестью стало, что пахло от него по-прежнему человеком, а не парнокопытным, нетопырем или хищником. И шерсти, за исключением постепенно отрастающей черной гривы на голове и по хребту, нигде больше не пробивалось.

Другое приятное открытие - в комплексе для выздоравливающих была паровая баня, коей он с удовольствием пользовался. Тоже помогало почувствовать себя человеком - раз уж ты выглядишь как демон из легенд, это еще не повод, чтоб от тебя так же разило.

- Тебе следует лучше промывать крылья - в складках скапливается всякая гадость.

- Учту, - ответил Ханнок, вообще-то уже оповещенный об этом самим вождь-врачом еще в первый день и исправно завет исполнявший.

- Внутренний зверь не беспокоит?

- Э? - только и отозвался химер, возвращаясь к колодцу. Вот теперь Айвару удалось его удивить. Ньеч ни о чем подобном не говорил.

- Ну, ходьба на четвереньках, ночной вой, желание пожрать сырого мяса или перегрызть кому-то глотку?

Глотку Ханноку и в самом деле уже хотелось перегрызть. Метафорически.

- Нет... А должен?

- Есть теория... - высокопарным тоном начал Айвар, но был прерван воплем стража-огнестрельщика со смотровой вышки:

- Вождь приехал! С грузом!

Вокруг забегали и засуетились. Подмастерье вообще расточился в воздухе, будто бы и не было его рядом все утро. Стражники с оружием наизготовку отворили тяжеленные, словно на осаду рассчитанные ворота и во двор влетел Тилив на лошади, въехала Сонни на пони, и еще втащилась огромная, влекомая парой необычно упрямых и нервных волов клетка-повозка. Собранная из тяжелого бруса, укрепленная бронзой и весьма похожая на ту, что привезла сюда самого Ханнока. Прислушавшись, рогатый уловил доносящееся из нее сдавленное рычание на три голоса.

- Слушайте все! - прокричал Ньеч, как только массивные створки захлопнулись, - Тихие дни закончились. В этот раз у нас сразу трое на начальной стадии, но уже в бешенстве. Что делать знаете. Айвар! Где Айвар? Ах вот ты где. Ты уже подготовил сектора три, четыре и пять? Как нет? Тьмать! Мы с тобой крепко об этом поговорим сегодня. А этих пока в единую демонскую. Там хоть чисто теперь.

Стражники расторопно окружили распряженную клетку, пропустили вперед стрелка и тот размеренно засадил в каждого из находящихся там по малому дротику с транквилизатором. Последний хладнокровно вручную в выстрелившую в просвет то ли еще руку, то ли уже лапу с внушительными когтями.

- Драколеня запереть в корпусе для выздоравливающих, - заметил Ньеч так и не донесшего ведра с водой Ханнока.

Тот пожал плечами, аккуратно положил коромысло на землю и, не дожидаясь тычков и стрелок, сам пошел в сторону приземистого здания, больше напоминавшего крепостной склад, чем общежитие. Лишь когда закрыл дверь и услышал за спиной стук падающего засова, в сердцах саданул кулаком по стене. Пол-жизни избавляться от сословных запретов, чтобы попасть в итоге под видовые – веселая судьба.

Привычно зацепившись рогами за потолочную балку, Ханнок прошел через сени в основной зал. Для занятий - так его называли звероврачи. Толстые маты на полу изодраны когтями, но пока еще не копытами. У одной из стен стоял тяжелый обеденный стол из грубо сколоченных на шканты досок. Стульев не было - лишь лавки. Впрочем, химер крепко подозревал, что на стуле со спинкой ему помешает усидеть хвост.

Из скромного убранства выделялись две вещи – шкаф для обучающих кодексов и набор системных глобусов отменной работы. Что такое чудо делало в лечебнице – непонятно. Большинство оволчившихся и говорили-то с трудом, не говоря уже о грамотности. Да и не шибко стремились чинить головы оборотням – когда дядюшка еще работал официально и хотел воспитать помощника, Ханноку доводилось бывать в княжьих зверильнях. Так вот, те полностью оправдывали жаргонное “псарни”.

От нечего делать, драколень подошел к модели. Сложная, выполненная из дорогущей бронзы. По центру – планета, расписанная лазурью и белилами под облачные пояса. Интересно, есть ли еще те, кто видел ее великолепие вживую, не на картинках? Из Сарагара Ахау было не видать, а коренные земли Сиятельных на внутренней стороне и сейчас были смертельно опасны. Вокруг центральной сферы на обручах вращались луны. Ханнок подцепил наугад серебристую Токкори и, чувствуя себя демиургом, крутанул. Тут же пришли в движение и прочие – от выкрашенного под лаву, ближайшего к Ахау Сорака, до крохотного Тава. Да, и впрямь хорошая штука – даже вращение откалибровано по резонансу.

Ханнок остановил движение, ткнув когтем во вторую луну – Варанг. Вот здесь он сейчас и находится. Внешне-ведомое четвертьшарие, южный континент, область Северный Нгат, княжество Майтанне.

Образованный зверолюд. Ха-ха. Смешно.

Вновь скиснув, серый отвернулся и ушел. Собственная его комната находилась в конце короткого коридора - зверильня вообще не была рассчитана на большое количество постояльцев. Клети дверь не полагалась - заменили циновкой. Такая же прикрывала узкую бойницу окна. Ханнок отдернул ее и выглянул во двор.

Троих бесчувственных и связанных озверелых уже вытащили из клетки. Содрали остатки одежды и закинули в бывший тер-загон. Судя по лохмотьям, одной из новоприбывших была женщина. Но при взгляде на голое тело у стражей ни малейшего следа смущения или похоти не возникло. Связанная слишком сильно изменилась - проступила шерсть, удлинились челюсти. Новых пациентов перетащили за решетку и под прицелом развязали, оставив по ошейнику на короткой веревке. Вокруг бесчувственных суетились Ньеч с Сонни, под присмотром стражей-копейщиков.

Ханнок отпустил руку, циновка съехала обратно. Наверняка его вот так же, словно бешеного пса, приволокли, связанного, беспомощного и смертельно опасного. А потом ходили вокруг клетки и наблюдали - не перекрутит ли его проклятье слишком сильно, и не лучше ли будет пустить в расход перекошенного мутанта, чем тратить первосортное, по словам Ньеча, мясо. Какое к тьматери первосортное? Потроха и отбросы небось, как в княжьих псарнях.

Нежданный отдых затянулся надолго, за полдень. Химер успел и подремать и походить кругами по зале, и даже почитать пару кодексов. Один из них оказался простейшей обучалкой, показывающей как слагать буквенные значки в слога. Ханнок полистал забавные, рассчитанные на детей картинки, стало чуть легче. А там и Ньеч появился.

- Хорошие дни кончились, - повторил он с порога, усталый и злой.

- Для меня они и не начинались.

- Вот уж неправда. Ты очнулся, сохранил разум и уже неплохо ходишь. А мы смогли нормально поспать без ночного воя на луны и грызни. Их теперь сразу трое, понимаешь? Советую попросить у Сонни затычки для ушей - ты у нас тут самый чувствительный и нервный. Последнее, надо срочно править - с завтрашнего дня будешь носить с Айваром им еду.

- Я не хочу на это смотреть.

- А придется, - отрезал Ньеч, - Ты слишком печешься о своей уникальности, о тяжести постигшей именно тебя катастрофы. Опомнись. Это сейчас может случиться почти с каждым. Плантации забиты под завязку, а носителей развелось неизвестно сколько - озверевают уже целыми деревнями. Ты еще не слышал о том, что под Сарагаром одновременно прокляло целую заставу? Их отрезало внезапным оползнем. Пока не прибыли ловцы из неозверелых уцелела только пара огарков, да заезжий торговец, запершиеся в погребе.

- Вы не понимаете.

- Это я-то? - Ньеч на памяти Ханнока впервые выглядел изумленным, - Я вырос на этой зверильне. Мы с отцом вас тут десятками лечили, хотя, надо признать, с кинаями проще - те может и отличаются минимальным уровнем когнитивной… А, к тьматери. Они не горюют на тему того как им не повезло в жизни.

- Дело не в этом, - неожиданно резко ответил Ханнок.

- В чем тогда?

- Я из Сарагара. Я с детства знал, что такое озверение и с юности готовился к тому, что могу стать оборотнем. Перейдя в Дом, я узнал, что дело в грехе и искуплении. Укульцы верят, что дело в руках богов и я внутренне готовился принять свою судьбу, если они так решат.

- Но если и так, по твоим словам, был готов стать кин-зверолюдом...

- Кин-зверолюдом! - перебил врача Ханнок, хотя уже знал, что тот подобного сильно не любит, - Кин-зверолюдом! Безмозглой мохнатой тварью, без привязанностей и воспоминаний! Это малая смерть, а воин всегда должен быть готов к смерти...

Угу. Опять. Крупный рогатый скот, начитавшийся красивых книжек.

Ханнок упрямо мотнул головой и продолжил:

- Но не к... этому. Этого я не ожидал. Никто не ожидал.

- Тебя тяготит мнение вышвырнувшего тебя за порог при первом же признаке озверения клана?

- Я подставил свой клан и род. Дважды. Первый раз, когда ушел к укульцам, второй - оказавшись химером. Теперь в Кенна все будут видеть парнокопытных.

- Надо же, не знал, что тер-озверение отращивает не только рога, но и совесть с клановым патриотизмом, - вскинул бровь Ньеч, заставив собеседника кисло сморщить морду, и протянул ему фляжку. Зверолюд зло засопел, но отказываться не стал.

- Я заметил ты у нас решил почитать на досуге. По пути заехал на заставу, мне привезли давно заказанное пособие для начинающих оборотней.

Ньеч извлек из сумки книжицу. Сшита и переплетена она была на новомодный, терканайский манер и качество печати вполне отвечало тамошнему - рисунок и текст были четкие, в отличие от местных кодексов, больше напоминавших лубки деревенской выделки.

Страницы были снабжены нумерацией. Обложка - тисненой по бурой коже надписью "Пособие для граждан Терканы по оборотничеству. Издание шестое, дополненное". У Ханнока зародилось подозрение, что в Козлограде о своих озверелых подданных заботятся куда как лучше.

- С завтрашнего дня начнешь заниматься по тамошней программе. В свободное от обслуживания новых пациентов время.

Ханнок полистал книжку наугад, остановился на разделе "Как поддерживать здоровье крыльев". Там были гравюрами изображены зверолюди, типичные козлоящеры с раскрытыми и сложенными крыльями и стрелочками, пояснявшими, как, собственно, это надлежит делать. Цифирью показывалось сколько раз. Способы были порой далеки от практичности. Ханнок задумчиво поскреб когтем рог и спросил:

- Что значит вот это слово? И зачем все это?

- Это слово - значит "зарядка". И как ты успел заметить, она действительно нужна для поддержания здоровья крыльев.

- Я знаком с тренировками. И все же, зачем? Я уже пробовал взлететь. Вы помните, что получилось.

Вождь-врач досадливо цокнул языком. Где-то на вторую восьмидневку серошкурый тайком улизнул в дальний уголок двора и попытался перелететь через окружавшую зверильню стену. Айвар нашел его по обиженному скулежу, когда после особо неудачного прыжка химер шмякнулся на мостовую и вывихнул крыло. Ньеч потом его вправил, крайне болезненно, и с той же степенью сочувствия объявил, что взлетать с земли у зверолюда не получится никогда - слишком тяжелый, а учить планировать с высоты и сбегать он точно не будет. По крайней мере до отработки.

- Сказано же, для поддержания здоровья. Будешь ими пренебрегать - они атрофируются. Я уже наблюдал такое - выглядит неприятно. Если тебя эти махи и подъемы тяжестей так тяготят - по выходу отсюда найди мясника и ампутируй. Я этого делать не стану.

Тилив Ньеч напоследок окинул притихшего пациента внимательным взглядом и повернулся к выходу:

- На сегодня все. Ты полистай его еще, там много интересного и полезного. "Как правильно бегать", например,"Как ухаживать за копытами" или "Как следить за чистотой пасти". Много полезного. А с завтрашнего дня тренировки и еще раз тренировки.

Ханнок и вправду пролистал, но раздела "Как бороться с внутренним зверем" не нашел.

Последний раз редактировалось Snerrir; 08.01.2017 в 15:38.
Ответить с цитированием