Показать сообщение отдельно
  #38  
Старый 07.03.2016, 10:29
Аватар для Арык
404 Not Found
Победитель Литературной Викторины
 
Регистрация: 05.06.2012
Сообщений: 4,299
Репутация: 1501 [+/-]
Скрытый текст - [Год девяностый] Погрешности:

Закатный океан, остров Ноос

[1]

Машины для подсчёта голосов созданы огненными цвергами, на вид ничего особенного – прямоугольная элариевая призма под прозрачным защитным куполом – но это лишь на вид. Основной модуль установлен на центральной площади Галавы, Регана наблюдает за ней через Ментал, из неуничтожимой капсулы. Площадь, что называется, битком, на огромных экранах, установленных на опорах, время, оставшееся до окончания декады голосования. Осталось чуть больше трёх часов, но не проголосовавших ещё много, отмеченные эмблемой Совета диски так и мелькают. Размера эти механизмы небольшого, чуть шире блюдца, с каждой стороны по переключателю – голос «за» и голос «против»; как только выбор сделан и подтверждён, диск перестраивается в крылатку, улетает. И диски из средств голосования – самое простое, есть и кристаллы, и големы-помощники, и защищённые от магических воздействий комнаты. Всё это – первый в истории общемировой референдум, на котором решается, быть магократии или не быть…

Они заявили о себе в первый день нового, 2091-го от Разделения года, четыре мужчины и четыре женщины, Совет. Знак их – кольцо из восьми звёзд на фиолетовом поле, по числу видов магии. Четыре рода стихийного волшебства отражают звёзды серебряная и золотая, белая и чёрная – Плазма и Пламень, Ветер и Твердь соответственно. Алхимия представлена звездой ярко-красного цвета, цвета артериальной крови, некромантия – тёмно-зелёный, витамагия – оранжевый, магия разума – синий цвет. Созданный волшебством флаг был поднят над одной из башен дворца хладовладицы, оттуда же осуществлялись первые из так называемых обращений к расе.

– Слушай, человечество, – говорил Цирц, – к тебе обращаются те, кто правил миром из тени, но править так и впредь не имеет ни желания, ни возможности. Время тени ушло, ушло время скрытности, больше им нет места.

– Не имеет значения, как называлось наше объединение в прошлом, – говорила Утли, – теперь мы – Совет.

Восемь членов Совета – четыре пары, парами они и предпочитали обращаться: Сарагон и Стелла, Триптофан и Алинда, Злата и Лим, Цирц и Утли.

– Я верю, у человечества есть своё предназначение, – говорил Триптофан с торжественной мрачностью, – свой путь.

– То, чего не исполнить никакой другой расе, кроме нашей, – суровая Алинда роняла слова медленно.

– Думаете, мы пришли, дабы принизить всех вас, навязать свою волю? – грохотал Лим, – нет же, тысячу раз нет!

– Свою главную цель видим в том, чтобы постичь суть нашего, людского предназначения и помочь ему осуществиться, – шелестела Злата.

– Мы пришли для того, чтобы раса совершила рывок, поднялась на новый уровень, – увещевал Сарагон. – Но рывок невозможен, пока люди разделены, для подъёма человечество должно объединиться, стать одним целым.

– Так пусть же каждый сделает в этом направлении первый шаг, – прожигала взглядом с экранов и из окошек обозревателей Стелла. – Пусть примет участие в общемировом референдуме! Вопрос один: согласна ли раса людей на открытое и прямое правление магии.

Препятствий в осуществлении референдума было много – старый мир не желал уходить, тем не менее через полгода, в обрамлении многих торжеств, декада голосования стартовала.

Последние секунды дистанции в десять дней, на экранах обратный отсчёт, люди на площади озвучивают каждую цифру:

– …Пять! Четыре! Три! Два! Один! Всё!

Толпа взрывается ликованием, небо вторит салютом, расцветает астрами, розами и хризантемами, сотканными из пламени.

– А теперь должен последовать подвох, – говорит Регана в пространство Ментала. – Почему никогда не бывает так, чтобы триумф без подвоха?

– Клянусь непреложностью маналита, это было бы слишком просто! – отзывается Аристарх со смехом. – Но, быть может, всё ещё обойдётся?

– Не обойдётся, брат алхимик, ай, не обойдётся, – а это уже Самшит, – и самым очевидным мне представляется воздействие на машины цвергов. К чему кровавые акции или что-либо подобное, если можно попробовать исказить результаты?

– Тоже так думаю, – соглашается с некромантом Регана, – но посмотрим.

– Мои в полной готовности, – подключается к обсуждению Сарагон, – но, кажется, уже знаю, кто нам противостоит…

Пять лет назад, благодаря ментальному искажению, Регана смогла увидеть своё будущее. Вернее увидела его Утли, тогда ещё ученица, Регане же пришлось довольствоваться её ментальным откликом, преобразованным Сарагоном в модель. Будущее Утли предстало тогда, пять лет назад, в виде галереи, нечто подобное Регана надеялась увидеть и в отношении себя, однако же, войдя в модель, оказалась не в галерее, а в лабиринте. Причём лабиринт был полон своего рода ловушек, не столько открывал, сколько обманывал, перемешивая события грядущие и былые.

– Почему так? – спросила она Сарагона, когда страшное это путешествие закончилось.

– Не знаю, – тот и сам был озадачен. – Такое впечатление, что одно ментальное искажение наложилось на другое, вернее сказать, одно заключено в другом.

– А если не заключено, – сказала Регана, – если пытается таким образом о другом рассказать?

– То есть о постороннем ментальном воздействии, с которым тебе, как и всем нам, ещё только предстоит столкнуться? Хм, а в этом что-то есть…

– Почему обязательно о постороннем? Возможно, речь о некой новой аномалии, вызванной ноонитом, или, скажем, о твоём воздействии на нас.

– Нет-нет, именно что о постороннем и враждебном, – покачал головой Сарагон, – уже вижу.

– Неизвестные нам ментальные маги? – Регана почувствовала, как твердь уходит из-под ног. – Если Ноос попадёт в чужие руки, боюсь, всё для нас на этом и закончится…

– Не попадёт, – сказал Сарагон твёрдо, – остров от подобных мне я прикрыл надёжно. Другое дело, что по этой же причине, кажется, и не могу определить тех, кто будет нам противостоять: линии их действий вижу, но не вижу их самих.

– Не суть, – место Реганы заняла Гарпия, свирепая и беспощадная. – Главное, что такие будут, а предупреждённый вооружён.

К трагедии, как известно, ведёт цепочка причин, которую вовремя не разорвали; следующие пять лет они тем и занимались, что такие цепочки разрывали. Противник действовал очень осторожно, бил исподтишка, и установить, откуда цепочки берут начало, не получалось. Решить дело должен был референдум, куда противостоящая сила не могла не вмешаться, а вместе с тем и открыться, выйти на краткий миг из тени.

– Да здравствует магократия! – выплеск восторга на центральной площади Галавы подобен пиковому выбросу Дыры, – да здравствует единство!

Решение принято абсолютным большинством, по Ундиниону и Плеяде показатели активности, как и ожидалось, чуть ниже, чем по остальному миру. Но это мелочи, если б не своевременное вмешательство Сарагона и его команды, показатели были б нулевыми. Имя лидера тех, кто строил козни, Сарагон тоже выяснил, произносит с болью, хотя ментальным магам мало свойственны эмоции:

– Сандро…

[2]

Ментальная модель превратила Регану в бабочку, поместила над двумя контролёрами. Сарагон и Сандро застыли друг против друга, разум против разума. Как только Регана вспыхнет, направит к ментальным магам синий луч, те придут в движение, но стоит ей погаснуть, как вновь замрут. Она не просто наблюдатель, она своего рода эпицентр, обретший свободу передвижения.

С Сарагоном Сандро был с самого начала, с движения светочей. Похожие на ментальном плане, на физическом они отличались сильно. Сарагон высок и красив, овеян харизмой, и прозвище своё заслужил не зря – Светлый. Сандро скорее широк, чем высок, с длинными узловатыми руками, черты лица грубые, от взгляда блёкло-стальных глаз ощущение, будто не смотрит, а режет. Именно Сандро возглавлял светочей, действовавших под видом бесформенных, и в какой-то момент маска перестала быть маской – зараза перекинулась, завладела, сделала чужим среди своих.

Регана-бабочка вспыхивает синим, Сарагон и Сандро перетекают друг относительно друга вереницами призрачных двойников, словно сошлись в странном танце не менее странные гусеницы. За весь бой они не проронят ни слова, ни мысли, или же Регана не сможет их воспринять даже посредством модели. Потом, когда будет разбирать оставленные ментальной схваткой впечатления, придёт к выводу, что зловещая эта тишина как раз-таки и была самым страшным.

Погасив синий луч, Регана останавливает бой, исследует на ментальном плане. Здесь лучи уже сплошь, сотканная из нитей ярких и тусклых паутина. Астральному магу в столь сложном узоре, конечно, не разобраться, но часть элементов ментального волшебства Регана узнаёт. Вот эти словно бы разбросанные в беспорядке лучи – заклинание телепорта, а вот это сложного плетения кружево – заклинание ментальной левитации. «Если с такого начали, – думает Регана в смятении, – то что же будет дальше…»

Бабочка возвращается на физический план, перелетает на более удобное для обзора место, посылает в направлении контролёров синий луч. Они неожиданно прекращают кружить, упираются взгляд во взгляд, изо лбов конусами исходит сила, дрожит маревом. Через мгновение она, сила, уже бурлит, закручивается воронкой смерча, выплёскивается на планы Сопряжения волнами ментальных искажений…

Мысли о предательстве Сандро неизменно приводили Регану к словам Сарагона, произнесённым более двадцати лет назад, когда предложила лидеру светочей союз. На захвате Ленты мы бы не остановились, сказал он тогда, мы бы захватили весь мир. Нечто подобное и планировал Сандро, потому сообщников среди контролёров нашёл без труда. Условия сделки с бесформенными маги Сарагона так и не смогли установить, зато выяснили, что в дар Сандро получил именно то, о чём и подозревали – заклинание ментальной скрытности. «Выяснить-то выяснили, – размышляла бессонными ночами Регана, – но вопросов это рождает множество, и самый главный из них: почему, обладая познаниями в ментальной магии, бесформенные не вернулись на Ноос?» Здесь крылась какая-то тайна, связанная, несомненно, с происходившим в Ментале, когда на остров пришли убийцы: и непосредственное обращение к Регане, и последовавшая затем помощь в сотворении заклинаний. Вывод напрашивался сам собой: она отнюдь не властительница мира, лишь инструмент, лишь камертон в чьих-то более могучих руках. «Пусть, – думала Регана, – согласна быть любым инструментом, если цель у нас с этим могучим одна. А так, похоже, и есть…»

На лбу Сандро проступают капли кровавого пота, кровь сочится из глаз, бежит тонкой струйкой из-под носа. Он отступает на шаг от закрутившейся вихрем силы, отступает от взгляда Сарагона, исчезает в синем всполохе. Сразу же телепортируется и Сарагон, сплетённая из света бабочка не отстаёт, следит за погоней. И та поражает: с невероятной быстротой сменяются местности, поток времени то быстрее, то медленнее, у Реганы чувство, будто попала в аттракцион цвергов, причём из тех, что находятся под запретом.

Наконец погоня окончена, ментальная схватка движется к своему завершению. Сандро ползёт на руках, тащит отказавшие ноги, Сарагон подтягивает его арканом ментального импульса, переворачивает, заставляет посмотреть в глаза. Сандро высвобождается резким рывком, аура вспыхивает яростным синим светом, медленно угасает. Регане не нужно переноситься в Ментал, дабы понять, что там происходит – ментальное тело предателя гаснет, рвутся и свиваются нити. Спустя пару минут всё окончено и бабочка покидает сферу ментальной модели.

[3]

Регана потирает ноющие запястья – уже и экстракт золотой облепихи не помогает так хорошо, как помогал раньше. Здравствуй, старость, что тут сказать. Сарагон за последнее время тоже сдал сильно, после схватки с Сандро до конца, кажется, так и не оправился. Сейчас их с Реганой разделяет диск для игры в узор, контролёр передвигает выточенную из кристалла фигурку. К игре Сарагон пристрастился быстро, выиграть у него Регане так же сложно, как Самшиту – у неё.

– Моё время на исходе, – Сарагон использует слова, а не мыслеобразы, что само по себе знак, – разум скоро оставит меня.

У Реганы ни слов, ни мыслеобразов – обескуражена таким заявлением. Своих глаз от глаз ментального мага не отводит, слушает, что последует дальше.

– А проблема передо мной большая, – продолжает Сарагон, – и да, ты не ослышалась: передо мной и только передо мной.

– Полагаешь, группа Сандро – не единственный случай, – понимает Регана, – последуют и ещё?

– Последуют непременно, – говорит Сарагон мрачно, – дело времени. Есть хорошее присловье: поднявшись на пик власти, смотри вверх, а не вниз, а с ментальными магами у вас этого не получится, придётся постоянно оглядываться.

– То есть рассчитываешь на нашу престарелую троицу? – Регана передвигает кристалл, следит, как его линия переплетается с двумя другими линиями атаки, но не уверена, что этого хватит, когда её узор и узор Сарагона столкнутся.

– Только на вас и рассчитываю, – говорит контролёр, – лишь вам и могу доверять. Формация ваша очень прочна не только на уровнях Сопряжения, но и на ментальном плане, а это второе необходимое мне условие после доверия.

Регане вспоминается предупреждение Утли, когда та увидела будущее наставницы, испуг в её раскосых глазах.

– Не делайте этого... – сказала она тогда, – не соглашайтесь…

– Я давно уже разрабатываю систему ментальной кодировки, – продолжает тем временем Сарагон, – скоро будет готова. Если вкратце, то суть такова: при помощи ноонита на ментальное тело контролёра ставится знак, который не позволяет ему действовать против определённого свода правил.

– Иными словами, система клеймения и надзора, – Регана хмурится, – но многие ли контролёры согласятся, чтобы их контролировали?

– Выбора у них не останется, – Сарагон передвигает кристалл, и фигуры Реганы оказываются в окружении. – Я выступлю с обращением, поставлю знак первым.

Регана молчит, обдумывает, Сарагон добавляет:

– В первую очередь потому, что уже скоро не смогу своему разуму доверять.

– Тогда объясни, зачем тебе понадобилась наша престарелая троица, – Регана передвигает фигурку, но уже поняла, что следующим ходом партия закончится не в её пользу. – Совет, на мой взгляд, подошёл бы лучше: и с доверием всё в порядке, и с прочностью.

– Так тут и объяснять нечего, – сделав ход, Сарагон открывает узор, одерживает победу. – Совет – лицевая сторона системы, сияющий аверс. Вы – обратная, скрытое от посторонних глаз ядро, которое, если у меня получится, будет вынесено за пределы обычных пространства и времени.

– Так вот почему ты заинтересовался Жемчужиной, – Регана откидывается на спинку кресла, переплетает на животе пальцы. – А я всё гадала, с чего бы, если раньше интереса не было и малейшего. Жемчужина и должна вынести остров за пределы мира, я правильно понимаю?

– Да, – следует короткий ответ.

– Допустим, у тебя получится, – кивает Регана, – но как быть с тем, что наша престарелая троица не вечна?

– Сделать вас вечными, – Сарагон пожимает плечами.

Такой ответ ставит Регану в тупик, не находится, что сказать. Жить вечно? Почему она об этом никогда не думала?

– Ещё партию? – предлагает Сарагон, вернув кристаллы на исходные позиции при помощи телекинеза.

– Давай, – вздыхает Регана, – должна же я хоть раз за сегодняшний день тебя обыграть.
__________________
Выступаем на расслабоне… ©БАК-Соучастники

Я люблю людей! ©Dolphin

Народа - меньше, флуда – больше ©ersh57

3т, или хроники Разделённого мира

Последний раз редактировалось Арык; 08.07.2016 в 11:57.
Ответить с цитированием